Пролог

Молодой стройный мужчина открыл скрипящую и разболтанную деревянную дверь, которая неизвестно на чем вообще держалась, и переступил порог старого разваливающегося дома. Внутри было темно, сыро и отчетливо пахло застоявшейся плесенью. Он не стал оглядываться по сторонам, потому что и так помнил планировку, и зашагал прямо на кухню, откуда исходил слабый свет.

— О! – воскликнул сидящий там тощий мужчина, когда увидел вошедшего. – Я тебя и не ждал.

— Знаю, — ответил незваный гость. – Приехал проверить как тут у тебя дела.

— Да все в порядке, — взволнованно ответил тот, и стал поспешно убирать со стола пустые коробки из-под пиццы, просто скидывая их на пол.

Его дерганые движения и волнение, говорили пришедшему, что он лжет. Да еще и глаза нервно забегали, выдавая его с головой.

— В чем дело? – устало спросил гость и уселся на грязный табурет, который придвинул к себе ногой.

— Да говорю же, — пискнул хозяин дома. – Все в порядке. Кофе будешь?

Он не стал ждать ответа и подошел к столу, у засаленной и ржавой плиты, в котором уже давно не было ящиков, и стал возиться с кофеваркой. Гость спокойно сидел и наблюдал за его нервными действиями, но потом вдруг резко оказался возле него.

От молниеносного движения конусообразная темно-коричневого цвета люстра с остатками рюш, весящая над обеденным столом, закачалась, тронутая резким порывом ветра, и свет стал размеренно освещать то одну сторону маленькой кухни, то другую.

Гость схватил хозяина дома за горло, и легко подняв его вверх, с силой припечатал к навесному шкафу. Тот сразу разлетелся на доски и с грохотом попадал на стол и плиту.

— Я не… — попытался прохрипеть тощий, но у него ничего не вышло.

— Я же тебе, сука, говорил, — угрожающе зарычал гость. – Чтобы ты тихо сидел и делал все, как я учил.

Тот все хрипел, безумно вращая глазами, и пытался руками отцепить пальцы мужчины, но он как будто схватил в его стальные клещи. Видя, что виновник уже достаточно посинел, напавший отбросил его в угол, как тряпичную куклу. Раздался хруст сломанной шеи.

Скривив уголки губ в омерзении, гость, совершенно спокойно, снова уселся на табурет и стал ждать. Минут через десять, хозяин дома слабо зашевелился, а потом уселся на колени, боясь поднять голову и посмотреть на своего мучителя.

— Говори, — прозвучал короткий приказ.

— Все действительно в порядке, — поспешно залепетал он. – Делаю как ты научил, ну почти, но мне и так нормально. Все идет тихо и гладко.

— Но, — подсказал гость.

— Мне нужна была помощь, — хозяин этой трухлявой берлоги вжал голову в плечи. – И я обратил себе друга.

Гость пристально посмотрел на него, но не взбесился и даже не стал орать, как тощий ожидал. Просто смотрел в упор. Долго.

Потом встал и направился к выходу из этого дома, который и домом то нельзя было назвать, так халупа какая-то. На каком честном слове он вообще еще стоит?

Струхнувший хозяин, подорвался и поспешил за ним, на ходу прихватив бандану и одеколон. Выйдя из дома в ночную темноту, тощий быстро спустился по паре ступенек, привычно ставя ноги туда, где еще не было дыр. Он нагнал гостя уже у входа в старый небольшой сарай, пройдя по утоптанной тропинке, окруженной со всех сторон высокой и сухой травой.

— Надень это, — тощий протянул тому тряпку, обильно сбрызнув ее.

— Зачем?

— Там очень сильно воняет, — объяснил тот.

Мужчина взял ее, и повязал себе на лицо, скрыв нос и рот, а потом зашел в сарай. Он подошел к грязному матрасу, валявшемуся на полу, чуть справа от входа, и одним движением откинул его в сторону. Под ним была спрятана деревянная крышка, закрывающая собой лаз под сарай.

Перед тем как открыть ее, гость огляделся, и приметив в углу ржавую пилу, захватил ее с собой.

— Может не надо? — взмолился тощий. – Я его всему научил. Он правда послушный.

Но тот ничего не ответил и скрылся, спустившись в лаз по деревянной лестнице. Тощий, повесив плечи, поплелся вслед за ним.

Под сараем находилась довольно большая длинная комната с низким потолком, освещенная всего лишь одной лампочкой, вкрученной в цоколь, которая висела на проводе чуть в стороне от входа. Этого едва хватало, чтобы осветить самый дальний участок помещения, но для гостя это не было проблемой. Он и так все прекрасно видел.

— Какого хрена? – заорал он. – Я же сказал, чтобы трупы были в отдельной комнате. Ты что же еще и дерьмо сюда сливаешь?

— Мне просто лень было рыть еще одно помещение, — промямлил тощий.

— А с этой вонью они у тебя и есть не смогут, постоянно будут блевать. А свиньи нужны упитанные, чтобы не так часто дохли.

— Они привыкают, — тих пролепетал тощий.

— Вот же дебил, — гость устало покачал головой. – Где он?

— Должен быть здесь. Чарли?

— Да тут я, — раздалось из самого конца комнаты. – Щас, уже почти кончил.

Гость не стал ждать и пилой показал тощему, чтобы он притащил своего нового друга к нему. Хозяин всего этого дерьма пошел за ним, проходя между рядами клеток и остановился у последней. Его друг, просунув руку в одну из них, крепко держал грязную немолодую женщину за голову и жестко трахал ее в рот. Та не сопротивлялась, и если бы не слегка открытые глаза с потеками от слез, то ее можно было бы принять за труп. Настолько безвольной и слабой она была.

— Пошли, — угрюмо позвал тощий.

— Да щас, вот же уже.

Тощий резко оторвал его от клетки за шиворот и поволок к незваному гостю. Он не хотел испытывать его терпения, так как боялся, что и сам может нарваться.

— Да ты че творишь? – возмутился его друг, бороздя ногами по полу и пытаясь отцепить его пальцы. – Я уже почти кончил.

— Закончил, — проворчал тот и бросил его к ногам гостя.

— Это кто? – Чарли поднял голову и посмотрел на незнакомца.

Ему никто не ответил. Незваный гость одним легким движением свернул тому шею, а потом спокойно стал отпиливать ему голову, не обращая внимания на то, что кровь начала брызгать в разные стороны, замарав при этом и его.

— Больше никого не обращай, — приказал он и последним рывком отделил голову от тела. – Узнаю, следующим будешь ты. Уяснил?

— Да, — буркнул тощий.

— Надеюсь, — вздохнул гость и отбросил голову вместе с пилой в сторону от тела. – Смотри у меня.

Он подошел к железной раковине в углу и включил воду, чтобы помыть руки и лицо, залитые кровью.

— Приличные шмотки есть? – спросил он.

— Да были где-то.

— Пошли.

Они вышли из сарая и направились в дом. Там тощий принес на кухню ворох одежды и бросил все на стол.

— Я после тебя поеду в Арканзас к Чаку, — сказал гость и начал ковыряться в вещах, доставая из кучи футболку и джинсы. – Надеюсь хоть этот придурок не напортачил.

Хозяин дома молча стоял у стеночки, хмуро смотря в пол.

— Я как-нибудь снова навещу тебя. Будь хорошим мальчиком и больше не делай того, что нельзя.

Гость снял заляпанную кровью одежду и быстро переоделся в чистую, и уже застегивая ширинку, посмотрел на тощего.

— Не слышу.

— Обещаю, — крикнул хозяин.

— Ну, ну.

Переодевшись, он пошел к выходу, и, не прощаясь, покинул этот дом. Тощий еще долго стоял у стены, слушая, как тот заводит мотор и уезжает с его фермы. Он был в ярости от бессилия и страха перед старшим. Тощий все делал правильно, чтобы его не нашли, всегда был послушным и тихим. Неужели ему нельзя дать за это хоть что-то в награду?

Вздохнув, он поплелся обратно в сарай, чтобы убрать труп друга с дороги и поесть. Спустившись в низ, тощий подобрал тело и отнес его к дальней стене помещения, где и так уже возвышалась довольно большая куча разлагающихся тел, и бросил еще одно сверху.

Посмотрев под клетки, он довольно кивнул. Тот хотя бы убрал за скотом все их дерьмо, и ему сегодня не нужно было это делать. Он раздосадовано вздохнул, теперь снова придется все убирать самому.

Тощий посмотрел на ближайшую клетку. В ней сидели два человека. Мужчина и женщина. Подойдя ближе, он пристально посмотрел на мужчину и прислушался. Тишина. Еще один сдох.

— Руку, — рявкнул он, и женщина послушно вытянула свою руку, высунув ее между прутьев клетки.

Тот открыл рот и выпустил клыки, а потом вгрызся в ее запястье, пропустив мимо ушей ее вскрик боли.