Глава 3

ГЛАВА 3

Дверь отворилась практически бесшумно, но я все равно почувствовала присутствие крылатого лорда. Сама атмосфера в комнате изменилась — стала более напряженной, будто перед грозой. Обратила глаза в сторону входа и увидела застывшего там Дарнела Лодара. Он смотрел на меня как-то странно, не делая попытки приблизиться.

— Все в порядке? — наконец, хрипло спросил мужчина, внимательно всматриваясь в мое лицо.

Я не ответила, боясь, что стоит это сделать, как все эмоции проявятся на лице. Молча ждала, напряженно ожидая дальнейших действий Дарнела Лодара. Он едва заметно вздохнул и сдвинулся с места, на ходу расстегивая камзол. Стиснув зубы, я нашарила рукой стилет и сжала его рукоятку.

Отшвырнув камзол на стул, попавшийся по дороге, крылатый лорд подошел ближе и сел на постель. Осторожно коснулся рукой моей щеки и слегка провел по ней.

— Ты слишком напряжена. Все еще боишься меня? Поверь, я не собираюсь причинять тебе вред.

Зато я собираюсь! Только попробуй лезть ко мне своими грязными лапами! Внутри я вся кипела, и стоило немалых усилий не проявлять это внешне.

Дарнел начал склоняться ко мне, явно намереваясь поцеловать. И в этот момент я не выдержала. Моя рука взметнулась вверх, метя мужчине в сонную артерию.

Крылатый лорд отреагировал молниеносно и перехватил мое запястье. От резкой боли я вскрикнула, чувствуя, как мое единственное оружие выпадает из ослабевших пальцев. Проклятье! Слишком рано! Нужно было подождать более удобного момента. Тогда бы удалось, по крайней мере, нанести ему рану.

Забилась в руках крепко прижимающего меня к постели лорда, изо всех сил изворачиваясь и пытаясь его хотя бы лягнуть. В какой-то момент он вдруг отпустил и поднялся. Не ожидая этого, я как раз инстинктивно рванулась и ударилась затылком об изголовье кровати. Перед глазами на миг вспыхнули звезды, а потом я отключилась.

Как же не хотелось выныривать из блаженной темноты! Там так спокойно. Хорошо. Нет боли. Нет душевных терзаний и сомнений.

Не хочу! Пожалуйста, не тяните меня обратно!

Но реальный мир безжалостно возвращался. Словно сквозь туман слышала чьи-то голоса. В затылке, в том месте, куда пришелся удар, ощущалось легкое покалывание. Оно пробуждало не слишком приятные воспоминания.

В голове возник образ Алестера Даргона. Тут же меня всю захлестнуло волнами ужаса и протеста. Нет! Только не он!

Захлебнувшись собственным криком, я окончательно вынырнула на поверхность.

Вначале перед глазами все плыло. Мир казался зыбким и полуреальным. Вокруг хаотично мелькало что-то, не желая обретать четкие очертания. А потом все эти мельтешения заслонила темная тень. Я догадалась, что кто-то надо мной склонился и вглядывается в лицо.

— Калеб, она очнулась, — послышался знакомый властный голос.

А на меня разом обрушилась реальность. Вспомнилось все, что было до этого. В глазах прояснилось, и теперь я смогла увидеть и понять, где нахожусь и что окружает.

Лежу на громадной кровати. По-прежнему в покоях лорда Дарнела. А надо мной склонился он сам. В синих глазах заметила облегчение и отпускающее беспокойство. Впрочем, как только лорд понял, что я осознаю происходящее, лицо стало таким же непроницаемым, как обычно.

Он разогнулся и отошел, позволяя заметить второго инварга, находящегося рядом. Стройный и слишком хрупкий для этой расы мужчина без впечатляющих мускулов и воинской выправки. Рыжевато-золотистые вьющиеся волосы собраны в необычного плетения косу. Вспомнила, что такие были у большинства крылатых на празднике. Видимо, какая-то особенная парадная прическа у инваргов. Голубовато-зеленые глаза смотрели с каким-то отрешенным спокойствием. Наверное, мне даже представляли этого мужчину сразу после брачного ритуала. Но я тогда не старалась кого-то запомнить. Судя по тому, что именно от его руки по шее идет покалывание — целитель. А значит, эрт, а не обычный воин.

— Опасности для жизни и здоровья нет, — после короткой паузы сказал златоволосый. — Но лучше, если леди Лодар хотя бы пару дней побудет в покое. Чувствуется, что ее организм долгое время пребывал в сильном стрессе. Это сказывается. Сейчас после сильного нервного срыва у нее наблюдается значительный упадок сил.

Я напряженно слушала и пыталась анализировать полученную информацию. Уже то, что муж вызвал целителя, а не швырнул меня в темницу, хороший признак. Значит, выполнять свои угрозы сразу не станет. Но что он намерен делать? Прислушается к целителю и даст мне время на отдых? Как-то верится с трудом. Впрочем, даже будь у меня силы, что я в действительности могу ему противопоставить? Нелепая попытка убить Дарнела с помощью стилета лучше всего это доказывает. Сейчас, когда я думала про свой поступок, то воспринимала не иначе как помрачнением рассудка. Наверное, и правда произошел нервный срыв. Выплеснулось все то напряжение, что копилось внутри еще после известия о том, что меня решили отдать в клан Алестера Даргона. Вот и сорвалась в итоге.

Но неужели теперь придется так жестоко расплачиваться за это? Смириться с тем наказанием, о каком недавно говорил Дарнел Лодар? Накатила горечь.

Отвернулась, чтобы не видеть ни крылатого лорда, ни целителя. К горлу подступил комок. Глаза защипало от подступивших слез, которые я из последних сил пыталась сдерживать.

— Что еще можно для нее сделать? — ровным тоном осведомился лорд.

— Я уже влил в нее часть своей целительской энергии. Теперь леди Кэтрин нужен лишь покой. Пусть просто поспит. Завтра утром я проверю ее состояние.

— Благодарю тебя, Калеб! Тогда можешь идти.

Послышался звук шагов, а потом стук захлопнувшейся двери. Я по-прежнему лежала, отвернувшись от Дарнела, и желала одного — пусть он уйдет. Хоть на время оставит в покое и позволит подумать, что делать дальше. Может, хватит сил подняться с постели и поискать стилет или еще какое-нибудь оружие?

Только вот проклятый лорд никуда не ушел. Более того, по звуку я поняла, что придвинул к кровати кресло и устроился в нем. Голову сверлил пристальный взгляд, и от него я ощущала еще большую горечь.

Прямо сейчас начнет рассказывать, что меня ждет за такой вопиющий проступок? Или пожалеет и подождет, пока поправлюсь? Впрочем, от кого я жду жалости?! Этот ледяной истукан на нее точно не способен!

— Зачем ты это сделала? — услышала вместо упреков и угроз. — Я тебе настолько неприятен, что решила убить? Но ты ведь вроде не дура. Должна была понимать, что тебе со мной не справиться. Все могло закончиться очень печально. Или на то был и расчет? Что я окажусь кровожадным чудовищем и немедленно убью, избавив тебя от ненавистного брака?

Стиснула зубы и ничего не ответила. А какой смысл? Я уже все сказала ему раньше, прямо перед церемонией.

— Хочешь, чтобы я вернул тебя Даргону? — послышался чуть усталый голос. — Судя по всему, необходимость брака с ним не внушала тебе такого неприятия. Наш союз еще не консумирован, потому его можно разорвать.

Сама мысль об этом вызвала у меня такой ужас, что дальше молчать я просто не смогла. Резко повернула голову и уставилась в лицо мужчины, который вроде бы спокойно ожидал моего ответа. Впрочем, искорки в его глазах давали понять, что не так уж он спокоен. Только вот какие эмоции испытывает, сказать сложно.

— Всерьез полагаете, что я этого хочу?! — прерывисто выдохнула. — Впрочем, разницы никакой! Что он, что вы не вызываете у меня никаких теплых чувств! Если и правда хотите знать, чего хочу — так это сбежать от всех крылатых лордов куда подальше! Так, чтобы вас и не видеть никогда! И я бы это сделала, если бы Милард не похитил меня по вашему приказу!

Понимала, что подобная дерзость может стать последней каплей, после которой неминуемо ждет наказание. Но сейчас даже это не могло остановить. Грань между жизнью и смертью, на которой недавно находилась, притупила инстинкт самосохранения. Смерти я больше не боялась. Более того, сейчас даже мечтала о ней! Возможно, если разозлю Дарнела и на этот раз, он точно пришибет, и тем дело и закончится. Да и он в любом случае наказал бы меня после того, что я устроила. Так что терять уже нечего!

— Боюсь, ты ошибаешься, если думаешь, что могла бы сбежать от Даргона, даже если бы я тебя отпустил, — задумчиво проговорил Дарнел. К моему удивлению, он никак не отреагировал на мой гневный выпад. — С самого начала затея с побегом была обречена на неудачу. Милард подсказал этот выход твоему отцу с одной целью — чтобы перехватить у Даргона. И если ты и впрямь не желаешь связывать свою жизнь с ним, мой замок — единственное безопасное место для тебя.

— Вот только мне не нравится цена, которую придется за это заплатить! — с горечью произнесла. — Чем вы лучше Алестера Даргона?! Стоит хоть чем-то вам не угодить, и альтернативу вы расписали. Участь шлюхи для ваших воинов в каком-то грязном подвале с крысами! А я не смогу постоянно угождать и раболепствовать перед вами! Недавно отчетливо это поняла. Быть покорной и забитой женой — не мое. Вы ошиблись с выбором супруги, лорд Дарнел! Думаю, уже и сами поняли, — иронично усмехнулась. — Так что проще добить меня, чтобы стало легче и вам, и мне.

Дарнел поморщился.

— Жаль, что у тебя сложилось столь превратное обо мне мнение. Хотя, признаю, в чем-то и сам виноват. Не нужно было так сильно пугать тебя. Но в тот момент это казалось лучшим вариантом. Чтобы ты не затягивала с решением. Времени у нас ведь и правда мало. Не сегодня-завтра сюда нагрянет Даргон в компании других лордов и потребует тебя вернуть. Важно, чтобы к тому моменту ты была в статусе моей жены.

— Хотите сказать, что на самом деле не поступили бы со мной так, как грозились? Просто пугали? — недоверчиво спросила.

— Не в моих правилах сражаться с женщинами, — криво усмехнулся он. — Можешь не верить, но в моем гнезде за дурное обращение с любой из них ждет самое суровое наказание. Но видимо, я был достаточно убедителен. Или тебе все инварги и впрямь представляются такими чудовищами. Люди любят придумывать о нас всякие небылицы. Конечно, среди инваргов встречаются и моральные уроды вроде Даргона. Но разве среди людей таких нет?

Я ошарашено молчала. Верить ему категорически не хотелось. А что если он сейчас попросту пудрит мне мозги? Притупляет бдительность. Конечно, терять «предназначенную» лорд не хочет. И уже понял, что жестокость со мной не сработает.

— Вам настолько хочется отомстить Даргону, что вы говорите мне все это? — пытливо посмотрела на него. — Тогда, думаю, лучшей местью ему было бы действительно меня убить.

По лицу Дарнела пробежала тень.

— Дело уже не только в мести.

— А в чем же тогда?

— Ты вполне меня устраиваешь в качестве жены, — сухо проронил лорд. — И если перестанешь воспринимать как врага, наш брак может показаться не таким уж наказанием. Или я все же настолько тебе неприятен?

Его вопрос смутил и заставил отвести глаза. Как бы я ни была зла на этого мужчину, как ни странно, настолько уж неприятен он мне не был. Даже наоборот. Физически я находила его весьма привлекательным. Вот только между нами пропасть, которую вряд ли смогу перешагнуть. Слишком предубеждена против всех инваргов.

Не услышав ответа, Дарнел сказал:

— Понимаю. Тогда ты права. Из нашего брака ничего хорошего не выйдет. Я сделал ошибку, поддавшись эмоциям и затеяв все это. Как только поправишься, сможешь покинуть мой замок. Кто-то из моих людей доставит тебя к отцу, а там уж сама решай, как дальше распорядиться собственной жизнью.

— Но ведь вы сказали, что тогда Алестер меня точно найдет! — сдавленно произнесла.

Его слова обескуражили. Не думала, что он и правда захочет отпустить. И почему эта мысль не вызвала ожидаемого облегчения? Даже наоборот, какой-то ропот недовольства возник.

— Возможно, — Дарнел пожал плечами и поднялся с кресла. Двинулся к выходу. — А теперь выздоравливай! Пока не поправишься, защиту тебе могу гарантировать твердо.

— Постойте! — крикнула, уже когда он коснулся ручки входной двери. — Я не…

Дарнел молча ждал, не разворачиваясь. Казалось, хочет поскорее уйти отсюда.

— Вы мне не неприятны, — наконец, выдавила, переступая через собственную гордость. Если он не солгал, то в качестве мужа устроит меня куда больше Даргона. Да и порядки в гнезде Лодара по отношению к женщинам гораздо лучше. — Просто я вас совсем не знаю. Вы мне, по сути, чужой. Я… — осеклась, не зная, как сказать о том, какую неловкость вызывает у меня необходимость лечь в постель с незнакомым мужчиной. Пусть он даже считается моим мужем. Но я ведь впервые его увидела только нынче утром!

Дарнел все-таки развернулся и некоторое время пристально разглядывал мое покрасневшее лицо. Видимо, догадался о причинах замешательства. Его губы тронула скупая улыбка.

— Я вас понял, Кэтрин, — вновь перешел на вежливо-официальный тон лорд. — Что ж, нет необходимости так уж спешить с консумацией. Да и мы вполне можем сказать, что она произошла, если об этом зайдет речь. Устраивать проверки своей жене я никому не позволю. Дам вам возможность ко мне привыкнуть. Да и сам предпочту в постели женщину, которая ляжет туда добровольно. Не станет шарахаться от меня, как перепуганный зверек. А особенно не будет пытаться меня убить во время близости, — иронично закончил он.

Я в смущении потупилась. А чего, интересно, он ожидал?! Да после того, что мне о нем понарассказывали и каким его увидела накануне брачного ритуала, трудно вести себя по-другому! И до сих пор ведь непонятно, убил он свою жену или нет. Почему-то хотелось, чтобы этот слух оказался лживым. Нынешнее поведение Дарнела приятно удивило. Хочется верить, что сейчас он передо мной настоящий, а не разыгрывает роль!

— Мне стоит беспокоиться по поводу того, что вы снова будете делать глупости? — послышался опять ровный голос лорда.

— Нет, — я решительно подняла голову. — В тот момент, когда я на это пошла, считала, что иного выхода нет. Что моя участь будет хуже смерти. Пока же есть надежда на лучшее, я на такой шаг не пойду. Попробую смириться с мыслью о браке с вами.

— Это радует, — губы лорда тронула легкая улыбка. — Все же предпочту в качестве жены разумную и здравомыслящую женщину. Тогда оставим этот случай в прошлом. Сочтем временным помешательством.

— Буду вам благодарна, — я робко ему улыбнулась.

Теперь, когда отчаяние и безнадежность схлынули, все больше стыдилась своего поступка. Того, что неверно оценила ситуацию и едва не совершила непоправимое. Если крылатый лорд станет и дальше проявлять ко мне уважение и не будет пытаться ломать, постараюсь стать ему хорошей женой. Но пока рано делать выводы. Посмотрим, как он поведет себя дальше.

— Вам прислать служанку на случай, если что-то понадобится?

— Не нужно. Сама справлюсь, — замотала головой. — И кстати, когда я смогу переселиться в свои покои? Эти ведь ваши. Не хочу вас стеснять.

— Сегодня вам лучше остаться здесь. Утром зайдет Калеб и, если все будет в порядке, сможете разместиться в другом помещении.

— А вы? — неожиданно вырвалось. — Вам ведь теперь спать негде!

Дарнел опять улыбнулся.

— Не беспокойтесь, Кэтрин, — иронично произнес. — Я найду, куда приткнуться. В этом замке много комнат.

Я с сомнением покачала головой. Судя по тому, где меня разместили поначалу, не так и много. Или это паршивка Адэна из вредности выбрала самую завалящую? Но возражать не стала. Молча наблюдала за тем, как Дарнел покидает помещение.

Облегченно выдохнула и поудобнее устроилась на кровати. Тяжкий камень, что сдавливал грудь с того момента, как оказалась в замке, наконец, исчез. Да и слабость после недавнего срыва не способствовала тому, чтобы долго предаваться размышлениям. Вскоре я уснула мирным и безмятежным сном.

***

Дарнел Лодар

Дарнел, придав лицу привычное каменное выражение, вышел из своих покоев и двинулся по коридору. Ноги сами принесли в комнату, куда всегда тянуло в минуты душевного волнения. Отпер дверь с помощью магического дара и запер за собой. Зажег канделябр и сел в кресло напротив большого портрета в полный рост. Взял стоящую на столике початую бутылку вина и кубок. Налил и задержал в пальцах, задумчиво глядя в лицо словно улыбающейся ему женщины.

Тут она совсем еще юная! Портрет написан в первые месяцы совместной жизни. Прихоть Элизабет. Она любила подобные знаки внимания от него. Когда он приглашал в замок известных художников, музыкантов, заказывал для нее наряды и драгоценности. А Дарнел снисходительно потакал всем ее капризам, словно она была его любимым ребенком.

Да она и казалась ему таковым! Хрупкая, милая, нежная и такая трогательная. Дарнел ощутил, как привычный спазм сдавил горло при мысли об этом. Белокурое создание на портрете с маленьким курносым носиком и наивно распахнутыми голубыми глазами смотрело на него так же восторженно, как в первый день их знакомста. Он помнил это так хорошо, словно все происходило вчера.

Дарнелу девушка, влюбившаяся с первого взгляда и даже не скрывавшая этого, тоже понравилась. Хотя с его стороны не было такой увлеченности. Но чем-то юное бесхитростное существо настолько тронуло, что решил забрать с собой. Понимал, каким ударом для Элизабет станет, если этого не сделает. Или если отдаст кому-то из эртов.

Никто и никогда не любил его настолько всепоглощающе! Бескорыстно. Преданно. Он это просто чувствовал и знал. Не верил ни до, ни после того жуткого дня, что Элизабет могла обмануть. Знал бы, кто распускает все те грязные сплетни о ней и брате, самолично бы язык отрезал!

Грегор. Новый болезненный укол в сердце заставил Дарнела осушить кубок до дна. При всех недостатках брата тот бы никогда его не предал. Если же он ошибся, то кому тогда вообще можно верить?

Дарнел помнил, как сразу после того как до него дошли гнусные сплетни, решил по душам поговорить с обоими. Сказал, что если все правда, он не станет наказывать и обвинять. Разрешит быть вместе. Сам откажется от Элизабет и разорвет ритуал. Пусть и последнее без веских оснований не приветствовалось.

Помнил, как девушка рыдала, стоя перед ним на коленях, и доказывала, что это не так. Что любит и всегда будет любить только его. А Грегор для нее лишь хороший друг и защитник. Брат же признался в том, что неравнодушен к Элизабет, но знает, что у него нет ни шанса на взаимность. Но хочет быть хотя бы другом и телохранителем. Находиться рядом пусть только в этом качестве.

Дарнел поверил им, а не злобным сплетникам. И когда узнал о побеге жены и брата, был ошарашен. Зачем?! К чему было бежать, если он в любой момент готов был отпустить ее! Это казалось нелогичным и в голове не укладывалось.

С ними случилось какое-то несчастье. Кто-то обманом выманил из замка и для чего-то заставил его поверить в предательство. Дарнел места себе не находил, когда отправился на поиски. Потом нашел брошенные кулоны, и тревога лишь усилилась. Неизвестно, что с родными людьми. А он без кулонов даже не может этого почувствовать.

Впрочем, кое-что все же в состоянии сделать. Только нужно отослать подальше остальных. Никто, кроме покойного отца, не знал об еще одном даре Дарнела.

Магия крови. Она встречалось среди инваргов настолько редко и давала такие возможности одаренному, что другие кланы могли даже убить, лишь бы не допустить такого преимущества у кого-то из них. Имея всего лишь каплю крови живого существа, Дарнел мог сделать с ним на расстоянии что угодно. Заставить корчиться от мук, убить или подчинить своей воле. Запретная магия и запретные знания, бесполезные в руках того, кто не обладает даром крови.

Дарнел никогда не использовал свои возможности в дурных целях. Едва изучил книгу, переданную отцом, как тут же постарался выбросить из головы. Использовал силу лишь для одного — осуществлять поиск по крови. Он позволял даже без медальона установить связь с любым инваргом. Если, конечно, у Дарнела окажется образец его крови. А раздобыть подобное не так уж и трудно. Главное, сделать это наименее подозрительно.

Будто предчувствуя, что ему это понадобится, вылетая на поиски, Дарнел взял с собой платок с несколькими каплями крови Элизабет. Как-то она поранилась, разбив вазу, и он воспользовался этим. Теперь благодарил Крылатую Мать за то, что оказался столь предусмотрителен.

Задействовав особые руны и напитав их магией крови, Дарнел тут же почувствовал связь. Мерцающую красную нить, протянувшуюся от него к пропавшей жене. Не мешкая, полетел туда, молясь лишь об одном — пусть связь не прервется. Ведь это будет означать самое страшное — смерть Элизабет. К мертвым ритуал поиска по крови применить невозможно. Тут надо обладать другим даром — некромантией.

Уже подлетая к убежищу, куда вела нить, он ощутил облегчение. Все-таки успел!

Снизился возле какого-то заброшенного дома в лесу. Открыл дверь, оказавшуюся незапертой.

А потом провал. Последнее, что он помнил: как переступает порог. Голова взорвалась вспышкой боли, и все вокруг заполонила тьма.

Когда же реальность вернулась, у него кровь застыла в жилах. Увидел себя сидящим над окровавленным телом жены. Лицо Элизабет было до неузнаваемости искажено от боли. Живот вспорот. Неподалеку виднелся трупик младенца, которого извлекли из чрева и отшвырнули как мусор. Увидел и тело брата с перерезанным горлом.

С ужасом узнал кинжал, лежащий неподалеку. Он принадлежал Грегору. Да что здесь произошло?! Первая мысль, которая пришла в голову: брат убил Элизабет, а потом перерезал себе горло. Или все было не так? Кто-то заманил их обоих сюда и сделал это. Причем Элизабет умерла после того, как сюда явился Дарнел. Ведь до того как он переступил порог, она точно была жива! Но Дарнел бы заметил, если бы рядом находился кто-то еще. С высоты это видно. Или злоумышленник скрывался в доме?

Зарычав от отчаяния и горя, он заметался по дому, как раненый зверь. В поисках этого неизвестного крушил все вокруг, сам толком не осознавая, что творит. Боевая ярость нахлынула волной и отключила все здравые мысли, что еще оставались. А потом схлынула так же внезапно. Дарнел тяжело опустился рядом с истерзанным телом жены и обхватил голову руками. Таким его и нашел Милард, а потом вызвал остальных.

Когда они допытывались, что произошло, он сам понимал, насколько неправдоподобно звучит его версия о постороннем убийце. Все выглядело самым чудовищным образом. Так, словно это он сам убил жену и брата.

Иногда ему даже казалось, что он и правда виновен. Просто не помнит об этом. И боевая ярость накатила в первый раз уже тогда, когда он переступил порог дома. Что такого мог увидеть, чтобы совершить столь чудовищный поступок?! Дарнел не желал верить, что действительно сделал это. Сходил с ума от постоянно терзающих сомнений.

А потом была встреча с Алестером Даргоном на одном из сборов Совета. Издевательская улыбка на лице лорда-целителя и его фальшивые соболезнования вызвали у Дарнела жуткую догадку. Мог ли проклятый Даргон все подстроить?! Да запросто! Этот проклятый садист способен и не на такое! Если бы тогда не вмешались остальные лорды, точно бы убил на месте. А так всего лишь обвинил его в смерти жены и брата и потребовал разбирательства.

Хуже всего, что по законам крылатых на любое убийство себе подобного должны быть веские причины. Личная неприязнь таковой не считалась, иначе они бы давно уже перебили друг друга. Инваргов в этом мире и так катастрофически мало, чтобы позволить подобное. А значит, даже на самый обычный поединок, если он, конечно, не тренировочный, требовалось разрешение. Или от лорда определенного гнезда или от Совета лордов, если отношения желали выяснить сами правители. Если бы Дарнел попытался причинить вред Даргону без веской причины, то стал бы преступником в глазах всех инваргов.

Поэтому пришлось согласиться на судебное разбирательство, больше похожее на фарс. Даргону удалось от всего отвертеться!

Дарнел был на грани того, чтобы переступить через свои принципы и использовать самое мощное оружие, каким владел. Магию крови. Хоть так достать проклятого мерзавца! Остановила мысль о том, как такой поступок аукнется на его гнезде. Если Алестер умрет от применения магии крови, это обнаружат. Начнут искать виновника. И рано или поздно найдут! Другие лорды не идиоты, сопоставят два и два. А это позор не только для него, а и для всего гнезда! Вместо честного поединка их лорд воспользовался столь подлым приемом. Свои же люди будут презирать и плевать в его сторону. А казнят другие лорды, не считающие Дарнела больше достойным входить в их число. С гнезда же потребуют такую компенсацию в пользу пострадавшего клана, что это станет чуть ли не крахом.

Они и так едва концы с концами сводят. Постоянные войны отнимают львиную долю ресурсов, а земля здесь не настолько плодородна. Боевые же артефакты Лодара, использующие холод, хоть и пользуются спросом, но не настолько, чтобы перекрыть убытки. Да и есть вероятность, что Алестер Даргон и правда ни при чем! И пожалуй, эта мысль была главной, что останавливала его. Ведь, как бы Дарнел ни желал отрицать это, существует вероятность того, что убил жену и брата он сам.

Неопределенность терзала хуже самой жестокой пытки. И так не слишком открытый, он еще больше замкнулся в себе. Сосредоточился на делах, чтобы хоть как-то забыться. А уж о том, чтобы посещать столицу, и речи теперь не шло. Ему противны были все эти фальшивые придворные и особенно их император — хитрый паучище, которого по какому-то недоразумению прозвали Справедливым. Хотя для своего народа он, стоит признать, сделал многое. Провел реформы, из-за которых государство переживает небывалый расцвет. Но крылатым лордам от этого ни холодно ни горячо. Они всегда были обособлены от остальной империи.

Когда Милард сообщил о том, что Алестер намерен жениться, Дарнел отчетливо понял — это его шанс. Слушая доклад брата через кулон, лорд чувствовал, как на губах расползается хищная улыбка. Похоже, у проклятого извращенца появилась слабость, которой можно воспользоваться! Нужно во что бы то ни стало заполучить девчонку, присвоить себе!

И дело даже не в том, что это приведет Алестера в бешенство. Дарнел цеплялся за призрачную надежду вывести Даргона на чистую воду. Он поставит ему ультиматум: пусть расскажет Совету правду о смерти Элизабет и Грегора. И тогда он разорвет брак с девчонкой и отдаст ее ему. Цель Дарнела проста: добиться согласия на поединок чести. Главное — заставить Даргона поплатиться за содеянное. Смерть за смерть! За подобное преступление поединок чести разрешался и с таким исходом. Именно эти мотивы руководили Дарнелом, когда он ждал Миларда с похищенной девицей.

Но все изменилось в тот момент, когда впервые увидел Кэтрин Артар. Это походило на какой-то взрыв в голове. Вспышку, от которой Дарнел на некоторое время даже утратил способность видеть что-то еще. Шел к одетой в нелепое платье, растрепанной, явно испуганной, но отчаянно старающейся этого не показывать девушке, и не мог от нее глаз отвести.

Даже в таком виде, босая и растерянная, она казалась ему самым желанным существом, какое только видел в жизни. Именно желанным! Его тело отреагировало на нее столь бурно, что он сам себе поразился. Что-то такое было в этой девушке, что вызывало мощный, глубинный отклик. Дарнел поразился сам себе.

Даже с Элизабет такого не было! Он полюбил свою жену, но постепенно. И такой страсти, как к этой незнакомой девице, там и в помине не было. Элизабет хотелось оберегать, лелеять, баловать, как ребенка. Эту же… Проклятье, да ему хотелось прямо сейчас схватить ее, унести в укромное место и!..

Помогла только выработанная годами способность не показывать истинных чувств, подкрепленная даром холодного источника. Он даже умудрился бросить фразу, что и отдаленно не выражала того, что чувствовал на самом деле. О том, что вовсе не такой ее представлял. Впрочем, даже не солгал. Знал ведь вкусы Алестера. Тот любил безупречных во всем женщин, утонченных и изысканных, умеющих подать себя. Это же воплощение живой и природной страсти, несмотря на всю свою привлекательность, явно не удовлетворяло эстетическим пристрастиям Даргона. Хотя, возможно, тот лично желал огранить девушку, словно драгоценный камень, и вылепить из нее то, что захочет. Благо, природный материал потрясающий!

Слегка отрезвила враждебность Кэтрин и то, что он сам вызывает в ней в корне противоположные чувства. Это почему-то настолько уязвило, что был более резок, чем необходимо было в той ситуации. А потом и вовсе сплавил ее на Адэну.

Чтобы отвлечься и напомнить себе, зачем вообще все это затеял, постарался отвлечься делами. Но то и дело ловил себя на мысли, что хочет снова увидеть Кэтрин Артар. Досадовал на собственную слабость и тренировал силу воли, не позволяя себе этого.

Но вот, наконец, получил законный повод к ней пойти. Жениху и невесте полагается войти в Храм рука об руку.

Нахмурился, поняв, где именно разместила Адэна будущую леди Лодар. В одной из комнат для прислуги. Решил, что не преминет высказать свое неудовольствие. Впрочем, он ведь сам не уточнил, в каких условиях нужно разместить девушку. Адэна могла понять что-то не так. Дарнел отбросил эти мысли и оставил на потом.

Ощутив вдруг мало свойственную ему неуверенность, постучал в дверь. А когда вошел, застыл истуканом, не в силах отвести глаза. Проклятье! Она показалась ему еще более привлекательной, чем в первый раз. Настолько, что не мог собраться с мыслями. Все заслонило безумное притяжение, захлестнувшее с такой силой, что подавить его было неимоверно трудно.

А еще Дарнел с пугающей четкостью понял, что не желает отдавать Кэтрин Даргону. Даже желание мести ослабло, сметенное тем ураганом эмоций, который вызывала в нем эта девушка. Поймал себя на мысли, что и правда хочет, чтобы она стала его женой. По-настоящему. Так, чтобы никто не смел отнять и предъявить свои права!

Но все пошло не так! Дерзкие слова девчонки всколыхнули внутри злость и даже обиду. Осознание того, насколько ей ненавистна мысль о том, чтобы стать его женой, вызвало гнев и какую-то первобытную потребность подчинить, настоять на своем.

Женщина, которую он настолько сильно желает, будет принадлежать ему, хочет того или нет. Он ведь лорд! Никто не смеет перечить его воле! И чем раньше она поймет это, тем для нее же лучше.

Сейчас Дарнелу самому было стыдно вспоминать все, что ей наговорил. Проклятье! Да ни одной из «предназначенных», какой бы проступок та ни совершила, он не угрожал ничем подобным! Использовать свою власть, чтобы самоутвердиться за счет беззащитной женщины — низко и недостойно настоящего воина, а тем более лорда. Чем он тогда и правда отличается от Алестера Даргона?

Он долго не решался заговорить с Кэтрин. Не мог подобрать нужных слов, чтобы исправить ситуацию. Но ее безучастный и какой-то обреченный вид мучил его. Прежде живые и выразительные глаза казались мертвыми и пустыми. Дарнел клял себя на чем свет стоит за несдержанность. Да, он по разным причинам хотел, чтобы этот брак состоялся уже сегодня. Но все равно можно было обойтись с девушкой мягче. И то, что деликатность — не самая сильная его сторона, служило не таким уж веским оправданием.

Кэтрин все же кивнула в ответ на его попытку примирения, и это чуть успокоило. Еще немного, и она оттает совсем. Нужно просто немного подождать. А уже этой ночью он постарается показать, насколько нежным и терпеливым может быть. Сделает все, чтобы Кэтрин ощутила хотя бы толику того желания, что она сама вызывает у него. Мелькала, конечно, мысль, что можно было бы отложить консумацию. Но он слишком хотел ее. Настолько, что сама мысль об отсрочке вызывала тянущую боль в чреслах.

Дарнел вспомнил о том, как, дав Кэтрин время на то, чтобы привести себя в порядок, вернулся в свои покои. И как его сразу насторожила картина, которую он там застал. С видом покорной, смиренной женушки девушка лежала на постели и была готова принять своего мужа. Даже выражение лица постаралась сделать соответственное. Но уж слишком не вязалось это с тем, что он успел о ней узнать. От Кэтрин, скорее, стоило ожидать попыток убедить его отложить брачную ночь или хоть какого-нибудь сопротивления. Но она просто лежала и ждала. Может, девушка и впрямь решила смириться с ситуацией и попытаться принять его, как мужа, по-настоящему? Сильно хотелось в это верить.

Дарнел подошел к ней и сел рядом. Не удержался от того, чтобы прикоснуться к коже Кэтрин. Такая нежная, гладкая. А ее яркие чувственные губы так и манили к ним прильнуть. Он осторожно, чтобы не напугать девушку чрезмерным напором, коснулся ее губ, стал нежно смаковать.

И тут интуиция буквально завопила. Выработанные годами рефлексы позволяли предугадать удар еще до того, как рука Кэтрин начала движение. Он успел перехватить ее и остановить.

Вот ведь паршивка! Все-таки не зря он ожидал от нее какого-то подвоха.

Как ни странно, он даже не злился. Более того, был восхищен силой духа этой девушки. Вот только показывать ей этого не собирался.

Некоторое время удерживал Кэтрин в захвате, но поняв, что успокаиваться она не собирается, а только еще больше нервничает из-за его действий, отпустил. О чем тут же пожалел, когда она со всего размаху стукнулась затылком об изголовье кровати. Еще и о собственный стилет рукой поранилась, случайно на него наткнувшись. Наскоро ощупав ее и убедившись, что Кэтрин жива, просто в отключке, и остановив кровь собственным платком, все же помчался за Калебом. Удары по голове могут быть опасны, даже если на первый взгляд таковыми и не кажутся.

Те минуты, пока целитель хлопотал над девушкой, показались вечностью. Все это время Дарнел безмолвно стоял рядом с целителем и всматривался в ее лицо, будто боялся, что без его контроля что-то обязательно пойдет не так.

Безумие какое-то! Дарнел сам удивлялся тому, что настолько потерял голову из-за женщины, которую сегодня впервые увидел. Но отрицать правду больше не мог. И намерен был сделать все, чтобы добиться взаимности. Максимально терпеливо и осторожно. Жаль, но по-другому с Кэтрин не выйдет. Слишком сильная и упрямая.

Дарнел налил себе еще вина и мрачно усмехнулся. Вспомнил момент, когда ему показалось, что его мечты так и останутся мечтами. Что придется и правда ее отпустить. А ведь был готов это сделать, когда понял, что может быть альтернативой, если удерживать Кэтрин силой. Он не желал ее смерти ни при каких условиях. И все же немного схитрил, убедив, что если она уйдет, впрягаться за девушку не станет в случае домогательств Даргона.

Еще как стал бы! Приставил кого-то из своих воинов или даже эртов, чтобы охраняли и помогали, пока она не окажется по-настоящему в безопасности. Но ему так хотелось, чтобы именно в нем Кэтрин увидела защитника!

Хитрость сработала. Она согласилась стать его женой, попросив лишь об отсрочке при выполнении супружеского долга.

М-да, будет трудно! — невесело подумал Дарнел и отпил еще глоток. Но дело того стоит. Он хотел, чтобы Кэтрин перестала воспринимать его чудовищем, с которым остается лишь по необходимости. А значит, придется смирить свое желание и ждать. Дарнел отсалютовал портрету и виновато вздохнул.

— Прости меня, Лиз! Видит Крылатая Мать, я не думал, что так все обернется. Но ты ведь знаешь, что всегда останешься в моем сердце? Ты и наш малыш, которому даже не дали шанса родиться… — он стиснул челюсти и мотнул головой. Потом решительно сказал: — Я все равно найду способ отомстить вашему убийце! Обязательно найду. Просто придется подождать еще немного…