Глава 27

Королевство Кларон.

В сыром и пропахшем затхлой кровью зале горели лишь два факела, отбрасывая пляшущие тени на выщербленные каменные стены. В центре помещения зловеще мерцала пентаграмма, выведенная густой, почти черной кровью. На ней, придавленная чародейским заклятьем, лежала Лада с изрезанными руками и растрепанными темными волосами. Она не могла шевельнуться и даже открыть рот: магия крови сковывала ее тело и голос, лишь слабо позволяя дышать. Злые глаза ведьмы горели в полумраке.

Раздался тяжелый скрип дверей, и внутрь вошли двое. Первый — высокий мужчина в богатом камзоле темно-вишневого цвета с золотыми застежками и вышивками с неизвестными рунами. Вторую фигуру окутывала холодная, почти осязаемая аура. Лада сразу же узнала свою противницу. Ее белоснежная кожа и хищные глаза в лунном свете делали ее похожей на изваяние из мрамора. Она неслышно ступала за своим повелителем, словно тень.

Мужчина остановился у самого края кровавой пентаграммы и несколько мгновений изучающе разглядывал Ладу. Та оскалилась от бессилия и злобы, издав лишь тихие, сдавленные звуки.

Спутница мужчины склонила голову набок и, улыбнувшись, произнесла:

— Как яростно смотрит. Совсем одичала в лесах Бергонии.

Мужчина, проигнорировав слова своей спутницы, медленно опустился на корточки и посмотрел прямо в глаза ведьмы.

— Значит, ты и есть та самая княгиня Ладислава, — задумчиво произнес он. — Знаешь, кто я?

Лада попыталась ответить, но магическая петля, наложенная на ее горло, не давала произнести ни звука. Она лишь прикусила губу, чувствуя, как капли крови стекают по подбородку, и дернулась, пытаясь освободить хотя бы руку.

Она помнила этого человека. Ее покойный муж присягал ему когда-то. Это был Ольгерд Третий, правитель Кларона. Ходили слухи, что он был магом крови, которому служили веталы, стригои и другие изгнанные. Похоже, слухи не врали. Та, что победила Ладу, была одной из сильнейших ветал.

— Не напрягайся, — поморщился Ольгерд. — Заклятие крепкое. Я ведь не дурак, чтобы оставлять такую сильную ведьму без оков. Впрочем, я пришел не для того, чтобы мучить тебя. А для разговора. Моргни, если готова к беседе.

Лада после недолгих раздумий моргнула в ответ.

— Полагаю, тебе не надо объяснять, что я сделаю, если попытаешься атаковать?

Веки Лады снова опустились.

Король выпрямился и щелкнул пальцами. Черный рисунок на пентаграмме едва заметно вспыхнул. В следующий миг Лада ощутила, как горловая петля немного ослабла, позволяя говорить хотя бы шепотом. Впрочем, тело по-прежнему лежало неподвижно: лишь губы теперь могли шевелиться.

— Чего ты хочешь, сангвальд? — прошептала она.

Ветала было дернулась, чтобы наказать пленницу за ее дерзость и неуважение к правителю, но Ольгерд остановил ее.

— Меня интересует твоя сила, — холодно вымолвил король. — Когда-то, насколько я помню, ты была никчемной ведьмой из заштатного ковена. И вдруг — древняя волшба в крови. Я чую ее даже на расстоянии. Это крайне любопытно. Расскажешь, откуда она у тебя?

Лада тихо прошипела сквозь зубы:

— С чего бы мне… откровенничать с тобой?

Ветала снова дернулась, но король словно припечатал ее взглядом. Та слегка опустила голову и шагнула назад.

В глазах Лады вспыхнуло мрачное торжество.

— Вижу, ты уже похоронила себя? — протянул Ольгерд. — Понимаю… После всего, что случилось с твоим мужем и детьми, тебе, наверное, уже все равно. Жаль, конечно, что тебе не удалось отомстить той, ради которой ты сюда явилась.

— Странно, что эта старая сука прибежала искать защиты именно у тебя… — с подозрением в голосе прошипела Лада.

Ольгерд усмехнулся

— Думаешь, это я приказал прикончить твоего мужа и детишек? Глупости. Зачем мне это? Если бы я захотел убрать твоего мужа, я бы сделал это открыто, отправив в твои бывшие земли свои легионы. Только, повторюсь, зачем мне это? Убивать князя, который исправно платит налоги и всегда готов выставить свою дружину по первому моему зову — с моей стороны это было бы верхом глупости и расточительства. Все намного проще — ты и твоя семья стали жертвами мелкой локальной свары. Только и всего.

Все, что только что сказал Ольгерд, прозвучало весьма убедительно. И Лада была вынуждена с ним согласиться.

Король тем временем на мгновение задумался, а потом медленно проговорил:

— А что, если я отдам тебе Радвигу? Ты ведь хочешь ее крови, верно?

Лада горько усмехнулась в ответ:

— Я всей душой ненавижу эту старую тварь и многое отдала бы, чтобы ощутить на своих руках ее кровь, но, боюсь, ты попросишь слишком высокую цену.

— Понимаю, — легко согласился Ольгерд и потер ладони. — Но я подготовился к нашему разговору и хотел бы продолжить торги.

Он коротко кивнул своей спутнице, и та стремительно исчезла во мраке коридора. Вскоре ее легкие шаги вновь зазвучали у входа.

Ветала вернулась не одна. Она тащила исхудавшую седую старуху в рваном платье. В этом жалком подобии человека Лада с удивлением узнала Радвигу. Старая мать ковена жалобно скулила и подвывала. В уголках ее беззубого рта засохла темная кровь, а в глазах поселился огонек ужаса.

— П-помилуйте, повелитель… — хрипела она дрожащим голосом. — Молю…

Ветала без церемоний бросила старуху на колени перед Ладой.

— Заткнись, — велел Ольгерд жестким голосом, и старая ведьма замолкла. — А теперь повтори все, что говорила мне о ее детях.

Сказав это, он кивнул на распятую на полу Ладу.

— Я… я… — Радвига затряслась, глядя то на короля, то на побелевшую как полотно Ладу. — Дети… Ее дети… Они не погибли… Я… я сама ничего не знала! Мне сказали уже потом… Сказали, что кто-то из близких князя смог увести настоящих детей, а вместо них подсунули других, чужих, очень похожих на них… — Она всхлипнула. — Тех потом убили, а княжеские… сбежали. Я не знаю, где они сейчас…

Лада перестала дышать. Глаза ее расширились; в них промелькнуло что-то между надеждой и ужасом.

— Ты лжешь, — прошипела она, едва двигая губами. — Этого не может быть!

— А я утверждаю, что может, — негромко сказал король. — Вот видишь: даже твоя старая «матушка» подтверждает, что твои дети выжили. И мне, кстати, доподлинно известно, где они сейчас.

Он не лгал. Лада умела определять ложь. Голос, как и сердце Ольгерда, звучали ровно и убедительно.

Но Лада все равно подозревала подвох. Все-таки перед ней сейчас сильный сангвальд, которому ничего не стоит обмануть кого угодно.

Ведьма не могла скрыть внезапного смятения. На одной чаше весов маг крови, который, скорее всего, врет, но на другой… О Пресветлая! Если есть хоть малейший шанс…

— Покажи мне их, — потребовала она дрожащим шепотом.

— Думаешь, я бы разыгрывал сейчас весь этот спектакль будь они у меня? — Ольгерд усмехнулся. — Я бы просто предъявил тебе их, и мы бы уже разговаривали в другом… Кхм… Более комфортном месте. Ведь так? Я ведь правильно всё понимаю? Если твои дети будут у меня, ты будешь более сговорчивей? Если это так, тогда могу заверить тебя — твои отпрыски скоро будут здесь.

Он, не глядя на свою спутницу, коротко бросил:

— Магда.

Ветала склонила голову и уверенно произнесла:

— Да, мой повелитель. Я отправила лучших ваших слуг на их поимку.

— Что… что тебе нужно? — Лада сглотнула. Внутри нее все сжималось в узел: с одной стороны, она ненавидела себя за то, что возможно выполнит всё, что от нее захочет король, но с другой — Лада смогла уже убедиться, на что способны его слуги. Особенно эта бледнокожая тварь, от которой буквально разило свежей человеческой кровью.

О боги! Неужели ее детки живы? Как же ей хотелось верить в это!

— Для начала ты расскажешь мне всё, что знаешь о маге, чья метка стоит на тебе, — холодно произнес король. — Я хочу знать, как он исцелил и улучшил твою энергосистему, а также — какую силу он использовал. Будешь вести себя правильно — получишь детей обратно.

Наступило напряженное молчание. Капли пота стекали по вискам Лады. Блефует король или говорит правду, в любом случае в эту игру можно играть вдвоем. Ведьме, особенно такой опытной, как Ладе, не надо объяснять правила этой древней, как мир, игры.

В конце концов она зажмурилась, делая вид, что пытается подавить свои сомнения, и выдохнула:

— Хорошо… Только не трогай их. Верни мне детей, и я сделаю все, что скажешь.

Уголки губ Ольгерда дернулись в подобии улыбки. Он посмотрел на Магду, та кивнула, и голубоватая вспышка вновь скользнула по знакам пентаграммы. На сей раз с Лады спала часть оков — теперь она могла приподняться на локтях.

— Значит, сделка? — резюмировал король.

— Сделка, — кивнула Лада, поводя затекшей шеей и разгоняя по энергосистеме сгусток маны.

— В таком случае, вот тебе аванс, — хмыкнул Ольгерд.

После его слов ветала схватила Радвигу за плечо и безжалостно пихнула ее к коленям Лады. Старуха вскрикнула, упала, закрывая лицо руками.

— Можешь делать с ней все, что захочешь, — спокойно произнес Ольгерд. — Она больше не нужна мне. А когда ты выполнишь свою часть уговора, получишь все, что обещано.

Искры ярости промелькнули во взгляде Лады, когда она почувствовала близость Радвиги. Вид скулящей твари, по вине которой вся жизнь Лады рухнула, пробуждал в ней прежнее желание мстить.

— Заканчивай здесь поскорее и поднимайся наверх, — бросил Ольгерд, выходя из камеры и одним взмахом руки освобождая Ладу от магических оков. При этом дверь в узилище ведьмы осталась открыта.

— Молю! — прижав сухие руки к груди, запричитала Радвига.

Поднявшись на ноги, Лада повела плечами и, растирая запястья, произнесла ледяным голосом:

— У тебя есть выбор. Честно отвечаешь на все вопросы и умираешь быстро и без боли. Либо…

— Я всё скажу… — обреченно прошамкала беззубым ртом та, которую Лада когда-то искренне считала своей матерью.

Эрувиль. Старая столица.

Айсель появилась на окраине Эрувиля в сумерки, когда широкая каменная мостовая еще хранила тепло минувшего дня. Город уже затихал, где-то слышались пьяные выкрики в тавернах, торговцы затворяли лавки, прохожие спешили домой, караульные менялись у ворот.

Айсель двигалась легко и бесшумно, стараясь оставаться в переулках и обходить оживленные улицы. Теневой полог, словно плотное покрывало, прятал ее фигуру от посторонних взглядов.

Эрувиль, в отличие от северных городов, а также других поселений, не был простым городом. Здесь находилось очень много истинных и первородных. Айсель чувствовала враждебную ей магию отовсюду. На севере ей приходилось преодолевать огромные расстояния, чтобы отыскать хотя бы одного первородного. Эти хитрые твари умели хорошо прятать эманации своей ауры.

Здесь же магия первородных ощущалась на каждом шагу и практически в каждом здании. И если раньше Айсель легко расправлялась с жалкими потомками их древних врагов, то здесь ей иногда приходилось даже обходить некоторые дворы стороной, дабы не обнаружить себя.

Сегодняшняя цель была куда важнее, чем охота на уличных истинных. Айсель искала того, кто мог стоять за гибелью сестры Фрии. За время путешествия по Вестонии она уже смогла узнать, что в Эрувиле появился сильный боевой маг.

Один из слабеньких истинных, угодивший ей в когти, успел пролепетать, прежде чем Айсель впилась в его плоть: «Лисья нора… он живет там…»

И вот Айсель добралась до той самой Лисьей норы. Двое суток она просто следила за этим небольшим и невзрачным замком. Результатом слежки стало понимание того, что в Лисьей норе никто не живет. Редко приезжала и уезжала телега со слугами. Но это всё.

В конечном итоге Айсель не выдержала и решила пробраться в особняк, надеясь отыскать там хотя бы какую-нибудь зацепку. Одним прыжком перемахнув через стену, она замерла и огляделась. Вокруг Лисьей норы тянулись тончайшие энергетические нити, словно паутина из лиловой маны. Простенькая сигнальная волшба. Презрительно хмыкнув, Айсель двинулась в сторону замка.

Шаг за шагом она углублялась на территорию особняка, стараясь не задеть ни одну из нитей. На ее лице расплылась ехидная улыбка. Айсель уже представляла озадаченную рожу брата, когда она будет ему рассказывать о «могущественном» маге, что сразил Фрию.

Этот великий и ужасный маг не смог даже как следует защитить свое логово. Скоро она притащит голову этого простака Кейвану, пусть посмотрит кому проиграла эта дура Фрия!

Наконец добравшись до замка, Айсель хотела было одним длинным прыжком преодолеть несколько каменных ступеней, но вдруг возле нее мелькнуло золотистое свечение.

Она дернулась, но было поздно: на каменные плиты упала длинная тень, похожая на узор перламутровых чешуек. Айсель подняла глаза и увидела, как из воздуха проявляется огромная голова змея.

Его длинное упругое тело было полупрозрачным, виднелись лишь очертания чешуи, словно сотканной из густого тумана, но внутри клубились золотые нити и вспыхивали искры.

Айсель вздрогнула. Она впервые после многих лет видела такого сильного стража. Внезапно пришло осознание — неизвестный маг заманил ее в ловушку.

Догадки одна нелепее другой возникали в эту минуту в голове Айсель.

«Старый враг здесь?» — пронеслось у неё в мозгу. Собственно, это все, о чем она успела подумать. Призрачный змей атаковал.

Страж одним молниеносным ударом отбросил Айсель назад. Она отлетела на пару шагов, но приземлилась на ноги. Тут же вокруг её правой руки начал собираться сгусток чёрной энергии. Магия смерти могла принимать разные формы, Айсель привычнее было копье. Длинное, с широким наконечником из угольно-чёрного мрака.

Призрачный змей поднял голову, глядя на нее большими глазами из золотого тумана. Открыв зубастую пасть, тварь снова ринулась на Айсель, извиваясь таким образом, что ее массивное чешуйчатое тело напоминало плотно сжатую пружину.

Айсель контратаковала, метнув копье из мрака, и оно, вращаясь, вонзилось в призрачное тело. По чешуйчатой коже монстра пробежала быстрая волна из золотых искр.

Черная энергия смерти с жадностью кинулась пожирать магическую субстанцию, и части золотого сияния погасли. Однако, вопреки ожиданиям Айсель, змей не развоплотился. Наоборот — энергия в его полупрозрачном теле забурлила с новой силой. Разорванная черной маной плоть призрака восстанавливалась прямо на глазах, вновь срастаясь в виде прозрачных поблескивающих чешуек.

Айсель выругалась про себя и перекувырнулась в сторону. Она рванула вперед и сформировала новое копье, только уже массивнее. Вибрации магии смерти охватили все ее тело.

Прыжок… Кувырок… Выпад!

Змей среагировал вовремя. Он отшвырнул ее хвостом, словно щепку. Айсель вылетела на каменную дорожку и, перекувыркнувшись несколько раз, замерла. Ощущение острой боли в боку не позволяло перевести дыхание.

Мгновение — и Айсель снова на ногах с выставленным перед собой копьем. Готова к следующей атаке. Неожиданно она почувствовала, как рядом скользнул из небытия еще один призрачный зверь: нечто четырехногое, двухвостое, с уродливой пастью ящера. Внутри — те же золотистые узоры.

Короткий миг узнавания — и Айсель вспомнила, что это химера. Выходит, магу удалось раздобыть часть тела одной из самых опаснейших тварей Тени.

Теперь их было две. Хотя нет… В дальнем конце двора мелькнуло золотистое полупрозрачное тело третьей твари. Еще одна химера. Айсель непроизвольно подалась назад. Она понимала, что сразу с тремя стражами такой силы в одиночку ей не совладать.

Словно подслушав ее мысли, призрачные монстры бросились в атаку сразу со всех сторон. Рыскающим движением Айсель скользнула влево. Змей было дернулся, преграждая путь, но она направила всю свою силу в сложное плетение. Оно на мгновение сделало ее неощутимой для тварей, позволив проскользнуть за ствол дерева. Прикрываясь толстым стволом, Айсель метнулась к стене.

Стражи поспешили за ней, но уже не успевали догнать. Мана, которую Айсель использовала для кратковременного «рывка», позволила ей перемахнуть через забор. Приземлившись по другую сторону, гримасничая от боли в плече, Айсель проковыляла прочь по узкой улочке. К счастью, за ней никто не последовал. Видимо, стражи не могут выходить за стены.

Быстро двигаясь по ночным переулкам, младшая из хримтурсов ощущала, как все ее естество поглотила жгучая мысль: брат как можно скорее должен узнать о том, что древняя сила аурингов вернулась в этот мир!