Глава 18. Рамки

Грета нервничала. Я видела это в её движениях, прерывистом вздохе. Такое волнение казалось странным.

«Она же менталист?! Да ещё и на службе у короля…»

Подумаешь, попросила её помочь мне медленно оголиться, а в нужный момент открыть как бы случайно проход, потянувшись за нужной книгой, служившей рычагом.

Видимо, женщина, чей менталитет всё-таки сильно отличался от моего, пусть и забытого, находила такие ловушки непристойными.

В момент, когда знак был подан, я стояла почти голая, в одних панталончиках. Выставленная напоказ грудь полностью отработала свою задачу – максимально обезоружив вуайериста, не заметившего даже манипуляции Греты со шкафом.

Естественно, бежать Балтусу было уже поздно, когда проход открылся. Он опешил. Его глаза увеличились вдвое. Молодой мужчина ничего подобного почему-то даже не предполагал.

«Весьма глупо».

А тут ещё и я, отыгрывая испуг, прикрыла грудь руками и пронзительно заверещала.

Рейвен ворвался в комнату, как я и просила – в компании стражников, но быстро свернул делегацию, так же шокировано, как и Балтус, увидев меня.

Впрочем, ступора у мага не наблюдалось. Только чистая, неприкрытая ярость, особенно, когда один из стражей, не сдержавшись, присвистнул.

Не успела охрана убраться из покоев, как Рейвен оказался у шкафа, взмахом руки снял печать с потайного прохода, схватил молодого лордика за шиворот, как нашкодившего кота, и втащил его в комнату.

Шкаф с глухим стуком захлопнулся, отрезая пути к отступлению по сути мальчишки, которому позволялось слишком много… оттого у него и поехала крыша, вывалив грязные фантазии в издевательства над служанками.

«Но я – не служанка, – мысленно усмехнулась. – Пора и ему понять это. Тоже мне… недоманьяк».

Тишина повисла в покоях тяжёлая, как свинцовый занавес.

Я чувствовала, как стучит моё сердце – не от страха, нет. От адреналина. От осознания, что сейчас решается очень многое.

Балтус «поставили» посреди комнаты, и я отметила, как в его глазах борются разные эмоции. Сначала – шок. Потом – растерянность. А затем... затем в них вспыхнуло что-то тёмное. Опасное. Он попытался вырваться из хватки Рейвена, но маг держал его крепко.

– Ты что?! Забыл, кто я?! – прорычал парень, и его голос задрожал от ярости. – Я – сын герцога Криоса! Ты не имеешь права меня удерживать! Вояка тупоголовый, убери руки, или я прикажу отрубить их!

Рейвен даже не дрогнул. Его синие глаза, не скрытые за чёрным платком, смотрели на Балтуса с холодным презрением и ответной яростью, которая казалось куда разрушительнее. Я даже немного заволновалась.

И не только я.

Грета тоже нервно косилась на мага, что позволило мне сделать предположение:

«Это из-за него она нервничала, да? Кхм… Надо было предупредить его».

Рей встряхнул лордика и зарычал:

– Вы нарушили границы покоев леди Криос, милорд, – каждое слово мага резало воздух, как лезвие. – Без приглашения. Более того – ПОДГЛЯДЫВАЛИ за ней самым подлым образом! Это называется вторжение. И по законам Эльдарии за это полагается...

– Какие ещё законы?! – перебил Балтус, пытаясь вывернуться. – Это мой дом! Я могу ходить где хочу! И если я захотел навестить невестку...

– Вы так это называете?! – рык резко оборвался, переходя на свистящий шёпот. – Да это же…

Я решила, что самое время взять происходящее под мой контроль.

– Сэр Эр… позвольте мне уточнить несколько моментов…

Мой голос прозвучал тихо, но в наступившей напряжённой тишине он был слышен так ясно, будто я кричала.

Все трое повернулись ко мне.

Я медленно вышла из-за ширмы, накинув на плечи шёлковый халат, который Грета предусмотрительно подала мне. Ткань скользнула по коже, прохладная и нежная, но я не чувствовала себя уязвимой, а вооружённой.

Шла медленно, глядя прямо в глаза Балтусу.

Он пытался отвести взгляд, но не смог. В его зрачках плескалась буря – стыд, злость, и... похоть.

Да. Именно она. Надо называть вещи своими именами.

– Кира... – начал молодой лорд, но я подняла руку, останавливая его.

– Молчи, Балтус. Сейчас говорю я.

Остановилась в метре от него.

Рейвен слегка ослабил хватку, но не отпустил парня.

Грета замерла у ширмы, сложив руки на груди, и в её глазах я читала одобрение. Она поняла, что я делаю, и для чего.

– Раз уж мы перешли на «ты», скажу откровенно: твоё поведение, – начала мягко, но с каждым словом мой голос становился твёрже, – я нахожу бесцеремонным. И безрассудным. Ты нарушил нравственные рамки. Я – жена твоего старшего брата! Твоя невестка! Женщина, находящаяся под защитой дома Криос, который ты представляешь! Собственно, почему высокородному лорду должна напоминать об этом в недавнем прошлом горожанка?!

Балтус сглотнул. Его кадык дёрнулся.

– Кира, ты не понимаешь... – начал он, но я снова перебила.

– Понимаю отлично. Ты пришёл сюда не как родственник. Ты пришёл как... мужчина. – Я сделала паузу, позволяя слову повиснуть в воздухе. – Но я – не твоя женщина!

Я обошла его медленно, как хищница, изучающая свою жертву. Мои пальцы слегка коснулись его плеча, и он вздрогнул.

– Тебе двадцать один год, Балтус. Мне – восемнадцать. По возрасту я младше. Почему же именно мне приходится объяснять тебе нормы морали? – Я остановилась перед ним и посмотрела прямо в глаза. – Я – леди Криос, жена наследника. И ты будешь относиться ко мне с соответствующим уважением…

– Но я... – он попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле.

– Никаких «но». – Я отвернулась от него и сделала несколько шагов к окну.

Ночь за стеклом была чёрной, беззвёздной.

«Совсем скоро должен был явиться Дориан. Хорошо, что я избавлюсь от этого ненормального сейчас и на будущее. Мне свидетелей работы менталистки с разумом Дориана даром не надо».

Продолжила давить.

– Сейчас сложилась... деликатная ситуация. Ты был пойман в спальне замужней женщины. Если об этом узнает герцог... или, не дай Бог, мой муж... последствия будут плачевными. Для тебя...

Балтус побледнел, стиснул челюсти так сильно, что желваки напряглись до белизны.

Я видела, как его пальцы сжались в кулаки.

– Ты… Ты шантажируешь меня? – прошептал он под впечатлением то ли от моей храбрости, то ли от глупости – в зависимости от того, чем этот выпад считал.

– Я предлагаю тебе выход, – поправила осторожно, поворачиваясь к нему. – Ты оставляешь свои неуместные намёки. Больше не преследуешь меня и не суёшься в тайный ход. И тогда... – Я сделала паузу, позволяя напряжению нарасти. – Тогда я попрошу своего замечательного рыцаря не выносить произошедшее недоразумение в массы. Не выдвигать претензии герцогу и герцогине. Не докладывать моему «уважаемому мужу» и твоему брату… и не оповещать короля Веридана о твоём вопиющем поведении.

Рейвен слегка напрягся при этих словах, но промолчал.

Он понял суть… и сейчас решил принять правила игры, в которую я его планомерно втягивала. Естественно, пока не придумает что-то другое, чтобы добиться своего.

Да… я не была настолько наивна, чтобы поверить, что Балтус испугается или сдастся. Такие, как этот молодой человек, привыкли получать желаемое. Сейчас этим желаемым стала я.

– Со стражниками Эр тоже договорится, – хмыкнула, отметив, как Рейвен мстительно прищурился… глядя на меня.

«Ох, кажется, сейчас придётся выслушать тонну недовольства от кое-кого синеглазого».

– Они ничего не видели. Ничего не слышали. Для них был обычный обход. Но это... – я подняла указательный палец, – ...в первый и в последний раз. Твоя симпатия, Балтус – ошибка. Родственникам нельзя допускать ничего подобного в отношениях между собой!

Балтус молчал. Его челюсти ходили ходуном. Он скрипел зубами так, что было слышно на всю комнату.

Я видела, как в нём борются примитивный страх и гордыня… Гордыня аристократа, привыкшего, что ему всё дозволено. Гордыня, перед которой даже страх разоблачения, способный разрушить его положение в семье, кажется незначительным.

– Ты думаешь, это так просто? – наконец выдавил из себя он, и в его голосе звучала горечь. – Ты думаешь, я могу просто... забыть? Отказаться от тебя?

– Я думаю, это необходимо, – ответила я холодно. – Ради твоей же безопасности.

Он резко шагнул вперёд, вырываясь из хватки мага.

Рейвен мгновенно напрягся, шагнул следом, но я подняла руку, останавливая его дикий порыв придушить парня.

Балтус же остановился в шаге от меня.

Его глаза горели лихорадочным блеском.

– А если я не хочу?! – выкрикнул он, и в этом крике было столько отчаяния, что я на мгновение опешила.

Грета сделала шаг вперёд, но я остановила её жестом руки.

– Балтус... – начала я, но он перебил.

– Нет! Ты послушай! – Его голос дрогнул, и в нём зазвучали ноты, которых я не ожидала. Искренность? Безумие? Я не могла понять. – Ты думаешь, я пришёл сюда из любопытства? Из-за тупой похоти? Ты ошибаешься!

Он сделал ещё шаг.

Рейвен был готов вмешался в любую секунду. Между его пальцев затрещали синенькие молнии. Что-то в тоне Балтуса заставило мага насторожиться, но не действовать.

Мне самой было спокойно… почему-то. Удивлял запал парня – это да. Но угрозы я больше в нём не чувствовала.

– Я наблюдал за тобой с первого дня, – выдохнул Балтус. Его голос стал тише, но интенсивнее. – Когда тебя принесли в замок... избитую, почти мёртвую. Все говорили, что ты – ничто. Сирота. Сумасшедшая. Но я видел... я видел что-то другое.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Такая реакция не входила в план.

– Когда я узнал, что ты сделала... – Он провел рукой по волосам, и в его движениях была нервная энергия. – Бросилась под копыта коня. Ради щенка. Ради чужого животного. Знаешь, сколько людей прошло бы мимо в тот день? Десятки! Сотни! Но ты... ты – единственная, кто остановился.

Я молчала. Что я могла сказать? Что я – чужая душа в чужом теле? Что настоящая Кира умерла, а я лишь заняла её место? Он не понял бы. Никто не понял бы.

– Я считаю тебя героиней, – быстро говорил Балтус. – Ты пожертвовала собой. В мире, где все думают только о себе... о власти, о золоте, о положении... Ты же подумала о беззащитном щенке! Да, сначала я считал тебя глупой. Сильной, красивой, но недалёкой. А сегодня…

Он сделал ещё шаг, и теперь мы стояли так близко, что моего носа коснулся запах его парфюма.

– Сегодня... – Он закрыл глаза на мгновение, будто воспоминание было слишком ярким. – Сегодня я окончательно потерял голову, услышав твою песню, Кира. Я… кажется, я люблю тебя!

В комнате повисла тишина.

Грета и Рейвен замерли, наблюдая за этой сценой.

Я чувствовала их напряжение и шок, их готовность остановить происходящее. Но было рано.

К тому же я сама была в шоке.

– Прошу! Молю! – Балтус упал на одно колено, и это движение было таким неожиданным, что я отшатнулась. – Ты должна стать моей! Дориан не ценит тебя! Он не восхищается твоей красотой и утончённостью, как я! Только скажи «да»! И я сделаю всё, чтобы ты получила то, чего по-настоящему заслуживаешь!!!

Его голос эхом отразился от стен комнаты. В нём была такая до странного искренняя боль, такое отчаяние, что на мгновение... всего на мгновение... я почти поверила ему.

– Золотые горы, – продолжал он, и его руки тянулись ко мне, но не касались. – Море восхищения. Мою любовь. Я отдам тебе всё! Замок в горах. Собственную свиту. Право путешествовать, о котором мечтают все девушки! Я знаю, о чём ты мечтаешь, Кира! Я слышал, как ты говорила во сне!

Почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица.

«Когда это я пропустила этот момент?! Он следил за мной, даже когда я спала?»

– Я буду носить тебя на руках! – Его голос стал хриплым от эмоций. – Никто не посмеет сказать тебе плохое слово! Никто не посмеет посмотреть на тебя косо! Я защищу тебя от всех! От Дориана! От матери! Положение… да. Ты признана женой брата… и тебе придётся родить ему наследника… Но душой… прошу! Стань моей?!

Балтус поднял на меня глаза, и в них плескалось безумие.

«Какая сволочь, – меня чуть не передёрнуло от отвращения. – Согласен делить женщину с братом… Разве это любовь?»

– Ты не понимаешь, каково это... любить кого-то, кто недоступен. Кто принадлежит другому. – Он горько усмехнулся, играя роль несчастного, вызывая жалость. – Но я не могу остановиться. Каждый раз, когда я вижу тебя... моё сердце бьётся быстрее. Каждый раз, когда ты проходишь мимо... я забываю, как дышать. А сегодня... после песни... я понял, что не могу больше молчать.

Балтус медленно поднялся с колена. Его движения были плавными, как у хищника, который знает, что добыча уже почти в его руках.

– Я знаю, что ты чувствуешь себя одинокой в этом замке, – продолжал он, и его голос стал вкрадчивым, почти гипнотическим. – Я знаю, что ты боишься. Что ты не доверяешь никому. Но ты можешь доверять мне! Я не Дориан. Я не буду пить. Я… не буду бить тебя. Я буду... боготворить тебя.

Он протянул руку, и на этот раз я не отшатнулась. Мне нужно было понять, насколько далеко он готов зайти.

– Подумай, Кира, – прошептал он. – Дориан даже не заходил к тебе после брачной ночи. Он презирает тебя. Считает обузой. А я... я готов поставить на кон всё: титул, наследство… Да что там?! Я жизнь готов отдать за тебя! Только будь моей!

Скосив глаза, я увидела, как Рейвен положил руку на рукоять своего меча. Он дошёл до крайней точки своего терпения.

Ждал приказа.

Но я всё это подстроила не для этого.

– Ты говоришь о любви, – наконец, произнесла тихо. – Но это не она.

Балтус поморщился, будто я ударила его.

– Я отчаялся, – прошептал он. – Ты не понимаешь... я пытался быть терпеливым. Ждал знака. Но ты... ты держишься на расстоянии. Как ещё…

– Никак, – отрезала резко. – Чтобы переступить грань собственных принципов, я должна быть полностью уверена в твоих чувствах, Балтус, – осторожно вселяла в него обманчивую надежду на свою благосклонность и якобы возможное «да». – Сейчас этого нет.

– Но…

– Нет. Уважай моё мнение.

– А если я не хочу уважать?! – В его голосе снова прорвалась ярость. – Если я хочу бороться за тебя?! Если я готов сражаться с целым миром, чтобы доказать, что ты должна быть со мной?!

Он сделал резкий шаг вперёд, почти впечатываясь в меня.

Почти схватил за талию… и на этот раз Рейвен вмешался.

Маг схватил Балтуса за плечо и развернул к себе.

– Довольно, милорд, – произнёс Рейвен. И столько в этом приказе было холода, что мне стало совсем не по себе. – Леди Кира сказала вам всё, что нужно. Теперь вам пора уйти.

– Не трогай меня! – Балтус вырвался и снова посмотрел в мою сторону. – Ты ещё подумаешь о моих словах, Кира. Ты поймёшь, что я прав. Что мы... мы созданы друг для друга. Дориан – ничтожество. Он не видит твоего света. А я... я докажу тебе, что мои слова – истина! Я заслужу твоё доверие!

Дождавшись нужных слов, я снисходительно кивнула, позволяя себе робкую улыбку.

– Балтус, – сказала тихо. – Я попытаюсь увидеть в твоих будущих поступках отражение этих слов и пламенных заверений… Это большее, что могу тебе пообещать

Парень замер. Его глаза широко распахнулись. Да так, что я отлично увидела, как зрачок расширяется, демонстрируя определённую реакцию на мои слова.

– Спасибо, – прошептал он.

– А теперь уходи… так же, как пришёл. Рейвен пройдёт за тобой и наложит печать на проход. Ты больше не сможешь подглядывать…

– Я больше и не стал бы!

«Ага… Кому ты заливаешь?! Хух! Хорошо, что теперь он не будет маячить в том коридоре».

Балтус постоял ещё мгновение, глядя на меня так, будто пытался запомнить каждое движение, каждую черту моего лица. Затем резко развернулся и направился к шкафу.

Рейвен молча «проводил» его, как я обозначила.

Когда дверь закрылась, я наконец выдохнула. Мои ноги дрожали. Я опустилась на ближайший стул и закрыла лицо руками.

– Кира... – Грета подошла ко мне и положила руку на плечо. – Ну, ничего себе ты даёшь! Отличный ход.

– Отличный? – Я горько рассмеялась, не поднимая головы. – Он походу реально влюблён в меня, Грета. Или думает, что влюблён. В любом случае, это... это выглядит опасно. Как озабоченность. Сейчас у меня получилось её перенаправить, но чем всё закончится? Три месяца – слишком долгий срок, чтобы увиливать от внимания таких психопатов.

– Влюблённость можно использовать, и ты это превосходно продемонстрировала сейчас, – тихо хмыкнула Грета. – Всё будет превосходно, если продолжишь в том же духе.

– Я не хочу использовать чужие чувства, – прошептала я. – Даже такого, как Балтус. Это... неправильно.

– В этом замке нет правильного, – отрезал Рейвен, возвращаясь обратно в комнату в весьма негодующем настроении. – Ты меня взбесила, знаешь? Этой провокацией… но. Нельзя не признать, что она оказалась действенной. Ты получила преимущество. Балтус теперь будет бояться разоблачения. А ещё изменит своё поведение. Речь о поступках – отличный ход.

Я подняла голову и посмотрела на них. На Грету – с её мудрыми, уставшими глазами. На Рейвена, чьё недовольство пылало в глазах вопреки его «похвале». Кажется, он с удовольствием отшлёпал бы мне, чем хвалил.

– Всё равно надо следить за ним. Одержимость опасна.

Рейвен и Грета переглянулись.

Маг прищурился.

– Всё так, – сказал он. – Именно для этого здесь я. И вот ещё что…

«Ну, вот и оно! Сейчас начнётся».

Чтобы избежать лавины угроз и поучительного тона, я скромно улыбнулась и…

– Спасибо, – сказала, вкладывая в слова всю искренность, которую только могла наскрести в себе. – Не знаю, что бы я делала без тебя.

Маг опешил.

– Ты – наша надежда, Кира, – стараясь не засмеяться, серьёзным тоном произнесла Грета, косясь на Рейвена, запал которого резко пошёл на спад от удивления. – Надежда всего королевства. Эрик не раздаёт магические клятвы каждому просящему. Помочь тебе – доброе дело.

Я кивнула, с ожиданием посмотрела на Рея.

«Ну? Будешь орать на меня, или уже передумал?»

Маг испытующе смотрел на меня исподлобья не меньше минуты, потом переступил с ноги на ногу и ворчливо буркнул:

– Спокойной ночи. Завтра продолжим тренировки твоего дара. А сейчас готовьтесь к приходу Дориана. Грета… не подведи.

– Так точно, лорд…

– Я – не лорд, – огрызнулся мужчина, быстро покидая мои покои.

Грета засмеялась сразу, как только дверь за магом закрылась.

– Ну, Кира! Ну, и лиса!!!

– Спасибо… Можно просьбу?

– Давай уж, – хмыкнула женщина. – И меня попытаешься заворожить? Напомню: я – менталист. Задурить голову вряд ли выйдет… но я не говорю, что ты не можешь попытаться. Пхах!

Цокнув языком, я демонстративно закатила глаза.

«Господи, когда мы успели так сблизиться? Она – такая классная. Приятная к сердцу. Прям… моя».

– Просьба исключительно по твоему профилю.

– Оу. Ну, давай.

– Сможешь стереть из памяти стражей произошедшее. Рейвен, конечно, сам захочет с ними поговорить. Возможно даже попытается запугать их, чтобы сплетни не пошли в массы… но я слабо доверяю людям герцога. Просто сотри из их памяти момент с поимкой Балтуса и голой мной. Не хочу испытывать судьбу. Только осторожно. Никто не должен понять, что ты – менталист. Это наша козырная карта.

– Хорошо. Не волнуйся. Там их всего двое. Пока Рей отвлечёт одного, я развею свежие узлы Потока у второго. И наоборот. Кхм… – Грета замялась, замерев на полпути. Бросила из-за плеча косой взгляд на меня. – Скажи, ты поверила ему?

– Балтусу? – спросила так… чисто для уточнения. – Нет, конечно. Но влюблённость братец Дориана отыграл на сто процентов.

– Именно. – Грета с облегчением кивнула, возобновляя движение.

Тяжело вздохнув, я вернулась обратно за ширму, чтобы переодеться в страшную ночную сорочку. Откопала её среди платьев от Эрика. На ней была прикреплена булавками записка: «Сестрёнке… оберег».

– Балбес, – фыркнула, надевая квадратное рубище с длинными рукавами.

Ещё раз вздохнув, приготовилась ждать Дориана.