34. Эбигейл
Подумай. Я буду ждать тебя…
Я верчу телефон между пальцев и стараюсь не думать об этом наглом, циничном и беспринципном мужчине. Не приеду. Ни за что!
Но потом Мэтью присылает мне видео с закрытой вечеринки, о которой он говорил. Мужчины в вечерних костюмах. Почти голые женщины, с масками зверушек на лицах. Зайки, киски, лисички…
У каждого мужчины есть свой питомец. Стенли — не исключение. Рядом с ним стоит девица в маске плейбоя, и Стенли то и дело щупает её за сиськи, щипает задницу, а потом и вовсе отводит в сторону. Они поднимаются в номер. Мэтью присылает короткую запись с видеокамер. Ночная съёмка. Всё черно-белое, но видно, как яростно Стенли охаживает эту девушку.
Мне ни капельки не больно и даже не противно. Я просто понимаю, что моя жизнь катится куда-то вниз. Это будет повторяться. Снова и снова…
Стенли запрёт меня в доме, навесив ярлык фригидного бревна, а сам будет строить успешную карьеру и трахать всех, у кого есть вагина. Я буду угасать день ото дня, всё больше и больше… Пока не стану тенью.
В голове, как назло, прокручиваются слова Мэтью?
— Ради чего ты всё это делаешь?
И слова звучали Тома, почти точь-в-точь, о том же.
Зачем я это делаю? Ради кого? Явно не ради себя!
Понимаю, что я недооценила Мэтью. Я считала его просто отпетым мерзавцем, ублюдком с непомерным эго. Но он оказался глубже, прозорливее и честнее. Как ни странно, мне это импонирует. Ни одной вежливой и фальшивой улыбки — только прямой оскал и слова, брошенные лицо. Только глаза в глаза и откровенность, без ярко раскрашенного фасада, за которым обычно прячут неприглядную правду. Мэт — резкий и грубый, непреклонный, но открыто говорит о своих желаниях, не таясь.
«Хочу тебя. Приезжай, Огонёчек. Моему члену не хватает твоей горячей киски!» — такое сообщение присылает он мне.
Ещё чего! Я не поеду.
И я не делаю этого.
Проходит день. Я надеюсь встретить Мэтью в офисе. Но он словно нарочно решил игнорировать меня. Не приезжает в офис. Не отвечает на телефонные звонки. Игнорирует письма.
Эй, мистер, посостязаемся в упрямстве?
В ответ — молчаливый игнор. Мэтью затаился и выжидает. Я обещаю себе не вестись на его провокацию. Твержу, что не поскачу на встречу к его члену, словно озабоченная нимфоманка.
Но в никуда ускользает ещё один день и наступает тоскливый вечер.
Потом ещё и ещё… Снова и снова…
Я отрываю новый лист на своём настольном календаре и едва не реву в голос. Я словно муха в его паутине. Увязла с самого первого дня нашей встречи. Я запуталась и до сих пор беспомощно барахтаюсь, запутываясь ещё больше.
Хочу к нему.
Он ломает меня даже на расстоянии, не прикасаясь пальцем. Не говоря ни слова. Ломает до основания. Вспарывает мораль, давит безжалостно и выстраивает новую меня. По кирпичику.
Плюс и минус. Стычка. Вспышка. Взрыв.
Его слова:
— И если ты считаешь, что этого мало, то подумай, что с другими у тебя нет даже этого! — крутятся на бесконечном повторе. Эта фраза звучит, как мантра, как заклинание вуду в моей голове.
Завтракая в очередной раз со своим женихом, я ловлю себя на мысли, что не понимаю ничего из того, о чём говорит мне Стенли. Я отвечаю ему, словно кукла. Бездушно. Без эмоций. Я не чувствую себя живой. Я словно выгоревшая пластмасса.
Ничто. Эта мысль опаляет меня кипятком. Торопливо извинившись перед Стенли, я сбегаю с завтрака, пресекая попытки жениха назначить встречу на поздний вечер. Покинув здание кафе, я отправляю короткое сообщение Мерзавцу. С одним-единственным словом:
«Да…»
Он отвечает почти мгновенно:
«Я рад. Но ты чертовски долго думала. Хочу компенсацию. Ты должна приехать ко мне в платье и без трусиков!»
Это очередная игра. Вызов от него. Наверное, я точно сошла с ума. Но я решаю поехать сразу же, пока не передумала. Я торопливо снимаю трусики в туалете и прячу их в сумочку.
Сегодня на мне надето строгое офисное платье, подаренное Мерзавцем. Телефон выдаёт сообщение — Стенли беспокоится, всё ли со мной в порядке.
Я должна объясниться перед женихом. Должна вести себя, как подобает. Я должна поехать в офис.
Но я… сбегаю.
К нему, к Мерзавцу.