33. Доброе утро

Она бежала по заброшенной больнице, ныне ставшей обычным складом. Она слышала позади выстрелы и думала, что может справиться.

Ей нужно найти выход. Бесконечный лабиринт, из которого она не могла выбраться. Внезапно перед ней выросла стена. Тупик. Она обернулась и увидела перед собой разверзшееся пламя, пожирающее ее, обжигающее ее кожу.

* * *

Мишель резко поднялась на кровати, тяжело дыша. Снова кошмар. Утреннее солнце слегка ослепило ее, но она огляделась. И тут же вспомнила, где провела ночь. Зардевшись краской, она посмотрела на кровать. Рядом с ней лежал Алекс. Такой беззаботный, такой красивый. Нежность и волнение одновременно затопили ее. Что их ждет дальше?

Она скользнула взглядом по обстановке его спальни. Одна стена стеклянная под наклоном с видом на город, другие стены покрыты неотшлифованным камнем и деревом. На кровати, расположенной у каменной стены в центре спальни, можно спокойно разместить четверых, судя по размерам. В спальне только ковер и кровать с маленькими столиками, вделанными в стену по бокам.

Мишель посмотрела наверх. Огромные потолки явно указывали на двухэтажную планировку. Алекс нажал на предпоследнюю кнопку в лифте, значит, в его собственности два этажа. В подтверждении сверху она заметила хромовые поручни многоуровневого коридора.

Невзирая на размеры пентхауса, он уютный и теплый. Здесь приятно находиться. Утренний свет не залетал непрошеным гостем и не слепил глаза.

Она потерла запястье — вчера не успела снять часы.

— Бог ты мой! — она в ужасе спрыгнула с кровати. Время показывало уже половину седьмого утра, а она должна быть в шесть часов дома, поскольку лично назначила время визажисту и стилисту. Она собрала по комнате нижнее белье и платье, испытывая неловкость. Покосилась на Алекса, но, конечно же, спал сладким сном! И все же у него хорошо! Конечно, не ему же укладывать волосы-пружины до пояса! Еле удержалась, чтобы не толкнуть его в плечо.

Но спал и правда сладко. Черные ресницы ровно покоились на на лице. Его чувственные губы, от которых она едва оторвалась прошлой ночью, улыбались. Пока она бегала по комнате, он перевернулся на живот и прижал к себе ее подушку. Рисунок бицепсов на его руках заставил ее нервно сглотнуть.

Проклятье! На месте этой подушки должна быть она. И к черту сестру с ее свадьбой!

Поколебавшись все же убежала в примыкающую дверь, как она предполагала, в ванную. Предположение оказалось верным. Это большая ванная комната, разделенная на несколько отсеков — отдельно с умывальниками и шкафчиками, туалетом и душевой со стеклянными прозрачными стенами и джакузи.

Сколько здесь было женщин до нее? Мельком появился настырный вопрос, но, как червячок, засевший в мозгу. Поборов волнение, она помылась под мягкими струями душа, воспользовавшись средствами Алекса. Волосы сушить некогда. Быстро вытерлась и еле натянула на влажное тело белье и платье.

— Алекс, — она подошла к нему, чтобы разбудить. Вид его загорелой мускулистой спины уверенности не придавал.

Он открыл глаза, и, улыбаясь, перевернулся и поймал в ловушку своих рук, затащив Мишель обратно в постель. Алекс кололся щетиной, но попытался зацеловать ее до потери сознания. Ему почти удалось.

Наконец, он обратил внимание, что она после душа и в платье. С туфлями в руках.

— Ты куда собралась? — он нахмурился, нежно гладя ее лицо пальцами. Как же давно они были так близко, так рядом. Не только телом, но и душой. Он думал, что сможет жить без нее. Оказалось — нет. Каждое утро теперь только с ней.

Она прикрыла глаза от досады.

— Время уже скоро семь часов. В десять венчание. Забыл?

— К черту, — проворчал он, снова целуя, пробираясь руками под платье. Он так хотел вместе с ней поваляться в джакузи, поесть, поговорить. А все вперемешку с занятиями любовью. То, что произошло вчера ночью между ними, должно иметь продолжение. Вчера оба слишком устали, почти сразу же вырубились. Утром должно быть другим.

— Алекс, вызови мне такси, пожалуйста, — она любовалась его забавным утренним видом. Именно в утренние часы ее принц всегда выглядел как разбойник. Неидеален. Сексуален. В груди все сдавило от нахлынувшего желания.

— Черта с два я отпущу тебя на такси в этом… что там на тебе надето, — тихо бросил он, забираясь ладонью в лиф платья.

— Мне, в самом деле, пора. Я боюсь найти свой телефон — вряд ли там меньше двадцати пропущенных вызовов от Никки.

Он помог ей подняться. Встал сам, показываясь во всей красе в свете утреннего солнца. Алекс прекрасен каждой клеточкой своего тела. Вот бы покрыть поцелуями его всего… всю его золотую кожу.

— Детка, не играй с огнем, — он перехватил ее руки, жаждущие прикоснуться к нему. Но при этом притянул к себе, демонстрируя, как сильно хочет ее. — Я отвезу тебя.

— Алекс, времени совсем нет, — простонала Мишель, горя от смущения и желания одновременно.

Он улыбнулся от сожаления в ее голосе.

Нехотя, он отлепился от нее, зашел в гардеробную, щеголяя наготой, а вернулся через пять секунд в спортивных брюках. Алекс взял ее ладонь и вложил ключи от «Ауди».

— Она твоя, — ему сильно хотелось ее порадовать и сделать счастливой.

— Я не могу, Алекс, — запротестовала Мишель.

— Я специально купил ее для тебя, — он держал ее ладонь, глаза почти молили принять подарок. — Увидел ее и представил, как ты будешь чудесно в ней смотреться. Решил, что обязательно подарю ее тебе.

— Ты знал, что мы снова будем вместе? — она так волновалась и была так прекрасна.

— Я даже не сомневался, — он поцеловал ее в краешек губ. — Не убегай от меня больше никогда, слышишь? Я все равно не откажусь от тебя. Ни за что.

Алекс мельком взглянул на смятую постель и вспомнил одну очень важную тему для разговора.

— Мишель, нам надо поговорить, — попытался он ее остановить. Но Мишель уже убегала, перемещаясь резво на своих ходулях-каблуках. Не от него, к счастью, а от вопросов, которые он может задать, и от ответов, которые она может получить.

К выходу из квартиры он все же поймал свою русалку за хвост, обняв ее за талию, и поцеловал на прощание так, что звездочки из глаз посыпались

— Увидимся в церкви, дорогая.

* * *

На подземной стоянке отсека, где припаркован “БМВ” Алекса, она безошибочно определила, где ее машина. Нажав на замок открывания дверей, белый спортивный двухдверный “Ауди” приветливо моргнул поворотниками. Автомобиль припаркован между “БМВ” и чьим-то “Мазерати”.

Сев за руль, Мишель испытала смятение. Во-первых, секс с Алексом вчера сильно отличался от той сумасшедшей ночи в Лос-Анджелесе. Дело не в изобретательности и страсти, а в том, что она приняла его как мужчину и в этот раз по-настоящему любила его. Во-вторых, Алекс — мужчина всей ее жизни. Как бы она ни пыталась его забыть, демонизировать и вычеркнуть из своей жизни — это невозможно. И нужно принять себя и Алекса, как есть и наслаждаться настоящим, или продолжать вариться в болезненном прошлом. В-третьих, она не могла перестать думать о том, как ей хорошо с ним. Даже от его присутствия тепло разливалось по телу, не говоря уже о моментах, когда он и она переплетаются и соединяются…

Мишель взглянула на себя в зеркало заднего вида. На щеках пылал румянец, губы распухли от поцелуев, а в глазах стоял счастливый и одновременно лихорадочный блеск. Вот уж видок у нее. Мама будет в шоке. Мало того, что она не ночевала дома, и явится во вчерашнем платье и мокрыми волосами, так от нее за версту доносился запах мужчины.

Подъехав на парковочные места Джордана, она вспомнила, что даже не поблагодарила Алекса за подарок. Если она забыла о хороших манерах, то мыслить здраво теперь вообще не способна. Но врожденное женское тщеславие упивалось от такого роскошного подарка. Ей нравилась эта машина. Алекс безошибочно угадывал ее предпочтения.

В холле ее уже встретила Анна. Мишель не знала, что сказать. Просто хлопала глазами, как вчерашняя девственница, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну, наконец-то. Мы тебя заждались, — она сделала вид, что ничего не заметила. Мишель ей за это очень благодарна. — Тебе нужно в душ. Даю тебе пять минут.

Мишель думала, что это какая-то паранойя, но послушно исполнила волю мамы. Как только вышла в банном халате и с полотенцем на голове, взявшаяся из ниоткуда Натали Лагранж потащила ее в гостиную, где расположилась армия стилистов, занятых лоском Элизабет, которой очень сложно угодить. Стерва заметила появление Мишель, но не произнесла ни одного слова, лишь взглядом убивая, четвертуя и сжигая ее на костре.

— Мне нужно поговорить с Николь, — извинилась Мишель и направилась в будуар сестры.

— Ты всегда опаздываешь, — Николь покачала головой. Бессменный стилист Никки, Макс, ловкими руками укладывал непослушные прямые волосы в изящную прическу, которая пока что не получалась.

— Не то слово, — Мишель виновато улыбнулась. — Макс, ты можешь выйти на минутку?

Он с понимающим видом вышел, оставив сестер наедине.

— Ты как? Волнуешься?

— Тебя сегодня будет половина гостей ненавидеть за вечеринку, — Никки улыбалась. — Кто-то либо выпил прилично, либо отправился на поиски приключений. Ника не смутило, что мы сегодня женимся. Он так вдохновился, что не отпускал от себя всю ночь. Я совершенно разбита. Мечтаю о самолете и острове.

Мишель расплылась в довольной улыбке. Для этих двоих все и задумывалось.

— Ну, а ты как? — Николь сквозь пушистые ресницы с интересом смотрела в зеркало на сестру.

Мишель обняла ее за шею и поцеловала в щеку.

— Все просто прекрасно.

— Расскажи же, — шепотом благоговейно спросила Николь, опасаясь, что ее слова перед свадьбой можно воспринять как богохульство. — Все хорошо у вас с Алексом?

Мишель покраснела, но счастливо улыбнулась, встречаясь сияющими глазами с сестрой.

— Никки, он самый лучший. Честно, не хотела от него уходить, — она мечтательно прикрыла глаза.

— Он нежен с тобой? Не припоминает прошлое? — сестра беспокоилась, словно Мишель еще совсем маленькая.

— Он сама нежность. Знать бы, что он думает. Не успели поговорить.

— Дурочка, ты вообще замечаешь, как он смотрит на тебя? — Николь хихикнула, радуясь, что с сестрой у нее есть свои секретики. — Словно нашел то, что давным-давно искал. Он с ума сходит по тебе, просто еще не до конца с этим согласен.

— Спасибо, — Мишель благодарно улыбнулась и ушла, позвав Макса.

В гостиной стремительно разворачивались события в сторону катастрофы.

Элизабет вырывала платье из рук Натали. Ее, Мишель, винтажное платье ручной работы от самого Пьера Бальмана. Отреставрированное и выкупленное на аукционе за космическую сумму денег.

— Элизабет, прекрати, — пыталась докричаться Натали до нее. — Ты спятила.

Мишель не успела и слова сказать, как блондинка вырвала платье, разрывая кружево в клочья. Кристаллы фейерверком рассыпались по паркету.

— Что здесь происходит? — вбежала Анна и с ужасом уставилась на то, что некогда было произведением искусства.

— Я знала, что ты спала с ним, когда мы были помолвлены. Ты украла у меня счастье! — Элизабет, кажется, была в истерике.

Мишель в оцепенении, сидя на полу, собирала камни. Один за одним, в обрывок от кружева, сплетенного руками флорентийских мастериц.

— Пошла вон! — закричала Николь.

— Если ты меня опозоришь сейчас, не пустив к алтарю, отец подскажет своим друзьям пересмотреть законность твоего строительства, — стала угрожать Элизабет.

— Никки, не надо, — услышала свой голос издалека Мишель. — Я переживу. Это ничего. Это всего лишь платье.

— Ты пройдешь по церкви, но чтобы в моем доме и духу твоего не было, — прошипела Николь. Натали хваткой держала ее, пока та пыталась выцарапать ей глаза.

Элизабет в полупрозрачном кружевном платье «Дольче Габбана» василькового цвета, с гордостью императрицы выплыла из гостиной.

Сестра и мать онемели от шока. Пальцы Мишель дрожали, но она вроде собрала все камни. Методично нашла коробочку от лака для волос, используемого стилистами, высыпала камни. Потом собрала кружево и свернула в поврежденный шелк.

— Что делать? — Слезы застилали глаза Николь. Уже восемь часов. Но ни один магазин в городе в такое время не работал в субботу. Мишель не могла идти без платья. А Николь не могла идти без Мишель.

Ник с ума сойдет.

— Успокоиться и хорошенько подумать, — Натали приобняла Мишель и Николь. Анна тем временем наливала по бокалу шампанского каждой.

Мишель залпом осушила бокал, прижимая ладонь к глазам. Хорошо, что ее не успели накрасить. И прическа пока что не готова. Хотя бы не жаль потраченного времени.

— Мне нужен телефон, — ее голос совсем погас. Мама протянула ей три телефона. Не сразу сообразив, какой ей нужен, она нашла в записной книжке заветный номер.

— Si, Madonna, — так приветствовал ее модельер Джанфранко Ферре, развитием и продвижением которого, она лично занималась.

— Джанфранко, дорогой. Скажи, что ты в Нью-Йорке и у тебя есть платье для меня, — Мишель чуть ли не плакала.

Джанфранко был у них уже через полчаса.

— Моя дорогая, это что-то невероятное, ведь я прилетел только вчера ночью, и у меня было с собой единственное платье, которое я не мог вписать в концепт коллекции. Я так вдохновился тобой, что пошил его для тебя, мечтая подарить при первой же встрече. А тут ты звонишь. Я не могу смотреть, как женщина, такая прекрасная, плачет.

Молодой итальянец невысокого роста, но совершенно неотразим и обаятелен в ярко-красном смокинге. От его быстрой несмолкаемой речи на душе стало спокойнее.

— Джанфранко, сможешь ли ты восстановить платье? — Мишель взяла его руки, с надеждой глядя сверху вниз.

— Сейчас? — он вдруг решил, что она не в себе. Мишель улыбнулась и покачала головой.

— В любое время. Я обещала дому “Бальман”, что пожертвую его для музея искусств.

— Не переживай, моя красавица. Все будет на высшем уровне. А пока примерь мое произведение.

Мишель с ужасом уставилась на ярко-желтое платье необычной формы. Она будет настоящей вороной. Ее засмеют. Все надежды покорить гостей пошли прахом. Что подумают родители Алекса? А сам Алекс?

— Мишель, у тебя нет других вариантов. Кроме цвета тебя ничего не смущает? — настойчиво заметила Анна.

Как прекрасно начиналось это утро в объятиях любимого, и как скверно оно продолжается.

Мишель облачилась в платье из плотного шелка яркого канареечного цвета. Верх прямой линией обтягивал грудь, открывая взорам эротичную ложбинку. Юбка на каркасе объемная, но с пикантным разрезом посередине. Подол платья украсили рисунки ярко-голубых цветов. Верх и низ поделен атласным поясом на талии в тон цветам. Это просто чудо, что заранее подобранные замшевые туфли «Лабутен» и клатч на золотой цепочке, сочетаются с этим платьем. Мишель прошлась перед зеркалом, втайне восхищаясь своим отражением. Грудь нервно вздымалась. Платье сидело превосходно.

Но оно больше подходило для премии «Оскар», а не для свадьбы сестры.

Мишель скривила губы в нервной улыбке. Время подкрадывалось к десяти часа, а они только-только собрались. Маму, Натали и Джанфранко забрал подъехавший отец на машине с водителем.

Стилисты как раз завершили образы сестер. Невеста так красива и изящна, что Мишель боялась затмевать ее своим нелепым нарядом. Это слишком. Макс боялся еще и волосами сделать ненужный акцент, а потому аккуратно и просто завил их, оставляя ниспадать на левую сторону.

— Мишель, мы за десять минут не успеем доехать. Надеюсь, Ник подождет нас, — Николь в изящном платье русалочьего силуэта с длинным шлейфом, фигурным вырезом и лямками на плечах была неповторима. Спина была полностью обнажена. Шелк интимно повторял все изгибы, что наверняка заставит трепетать жениха. Никаких кружев. Лишь кристаллы «Сваровски» на лифе и лямках платья. Мишель планировала, что похожие силуэты платьев вызовут восторг. А теперь она позорит сестру своим хоть и безупречным, но совсем не к месту, наряду.

— Не вздумай себя винить. Я эту психопатку растопчу, — в сердцах пообещала Николь. Ей закрепили простую длинную фату бриллиантовой россыпью на тугом узле из волос, который все же смог смастерить Макс. — Если будут задавать вопросы, отвечай, что ты из Калифорнии.

Мишель рассмеялась сквозь слезы. Из-за неожиданной смены наряда, она не смогла подобрать аксессуары. Николь поддержала ее, не надев никаких украшений.

— Пора ехать. Где наш белый «Роллс Ройс» с шампанским? — успокоилась, наконец, Мишель.

«Роллс Ройс» вместе с водителем, Клейтоном и телохранителем Мишель угнала блондинистая стерва.

Нижняя губа Николь подозрительно подрагивала. Это уже слишком. Время десять минут одиннадцатого. Еле нашли концы с этим чертовым лимузином.

— Так, успокойся, — Мишель взяла из другой сумочки ключи от «Ауди». Она обязательно по полной программе отблагодарит Алекса за машину. — Привезу тебя к любимому.

Николь попыталась возразить и предложила вызвать такси, но Мишель уже с чокнутым выражением лица впихивала ее на пассажирское сидение спортивного автомобиля на подземке. Обежала машину, села за руль, подобрав огромную юбку и подогнав сиденье, завела мотор, и с сумасшедшей скоростью рванула с места. Она убьет Элизабет, просто уничтожит!

— Когда ты успела сходить в автосалон? — спросила Николь, чтобы отвлечься. Ведь проносящийся мимо город сливался в ужасное пятно, а Мишель периодически пролетала на красный цвет, остервенело сжимая руль тонкими пальцами.

— Это подарок, — ее хмурое лицо тут же преобразилось. — Алекс заранее купил его для меня.

— Когда-нибудь ты мне расскажешь всю вашу с Алексом историю, — Николь закрыла глаза. Так спокойнее.

— Возможно, если сама разберусь когда-нибудь, — она нажала на ручник и резким крутом руля рванула на одностороннюю улицу.