Глава 16

Варвара Я кипела, пузырилась и не знала, куда себя деть из-за сомнений и ярости, потому что сегодня на сто процентов убедилась, что этот парнокопытный – мошенник! В тот момент, когда он ответил на звонок и быстренько разговор закончил, кобель блохастый! Интересно, а вот чисто теоритически, у кентавров могут быть блохи? А если могут, то как справляются? Противоблошиный ошейник не надеть, там человеческая половина… Противоболошиное седло, наверное, надевают. Последние мысли немного развеселили, но кипеть я не перестала. Дело в том, что я не зря так много времени наблюдала за Самиром Муратовичем и заметила одну мелкую интересную деталь. У препода телефон был кнопочный, и это первое, что бросилось в глаза. А второе – то, что прежде чем нажать кнопку, он быстро проводил рукой по клавиатуре, вправо и влево, словно смахивая с нее пыль. А сегодня его альтер-эго сделал так же, отвечая на звонок. Провел пальцем по экрану, прижимая мобильный к уху и чуть склоняя голову вбок. Жест был более чем характерный и почти не запоминающийся, но мое подсознание уже без моего участия подмечало все, что связано с обоими. Я вышла из своей коморки в комнату, где спал мой брат, и потопала в кухню, чтобы попить воды. Квартира бабули была двухкомнатной, но много лет назад, когда дедушка был жив, он перестроил стену и сделал из кладовки еще одну комнату. Без окна, но вполне себе комфортную, где я и ночевала все те дни, что жила с братом. Места хватило поставить односпальную кровать, письменный стол и небольшой шкаф. А вот нервно нарезать круги в тесном помещении не получалось! Бегемот под защитой Каскадера крепко спал на лежанке ушастого, и ни один мохнатый даже усом не повел, когда я прошла мимо. Я же подумала и позвонила Серафиме. – Не спишь? – нервно уточнила я, когда она ответила. – Нет, только что с Лешей разговаривали, – мечтательно протянула подруга. – Что случилось? Он тебя обидел? – Это он! – взмахнув рукой так, словно Серафима могла меня видеть, обличительно заметила я. – Варя, успокойся. Кто «он»? – Я кипю… Киплю… В общем, Дамир и Самир – кентавр! Только разделяется он не на человека и коня, а на препода и соседа! Вот! – Ты уверена? – Да! Сегодня я в этом убедилась! – Понятно. Непонятно только, зачем ему этот маскарад, – задумчиво протянула подруга. – Слушай, мне недавно Васечкин рассказал, что у нас в универе появился маньяк. Мол, девчонки пропадают с первых курсов. Может, он маньяк? Тогда зря я ему седло подарила – вдруг разозлится? – Угу, или цвет не понравится, – поддакнула Серафима. – И что нам делать? Как его вывести на чистую воду? – Поймать, пытать, допросить? – предположила я. – Ну, у нас с Юлькой опыт похищения кентавров уже есть… Теоретически, если его напоить и Марк согласится пожертвовать печенью еще раз, то у моего папы есть убойный самогон. Но у этого самогона есть побочный эффект – срабатывает как приворотное зелье. Римир после него так в Юльку втюрился… – Тогда просто поймать, связать и пытать щекоткой! – Решила я, плохо представляя, как мы станем ловить этого громадину и связывать. А если он маньяк-трезвенник? – Я тут недавно прочитала книгу про пытки интересную, там еще каплей воды в Японии пытали. Жертву привязывали, а ему на лоб капала капля воды. Это очень серьезная пытка, не сопи так. – Где книгу брала? – буркнула я. – Я бы тоже почитала. – Завтра принесу тебе, – обрадовала меня Серафима, – в библиотеке взяла. Или можем утром встретиться перед универом. – Спасибо, – выдохнула я. – Что с Дамиром делать будем? Хоть убей, я не могу понять, зачем ему этот спектакль! – Предлагаю поймать с поличным. Застать его в момент превращения из препода в соседа и в лоб спросить. – А если он и есть тот самый маньяк? – У меня спрей есть противоманьячный, с блестками. Даже самых стойких на лопатки укладывает. А у тебя Кас! – Ладно, предположим. Но как мы его застанем в момент превращения? Следить за ним? Он на машине. – Какая у него машина? – «Приора», черная. – Заниженная хоть? – прыснула Серафима. – Нет, обычная, – улыбнулась я. – А ты где машину возьмешь? – Попрошу у папы. А за руль Марка посадим, он водит хорошо. У меня некоторые проблемы с парковкой. И если мы выясним, что он не тот, за кого себя выдает, я его Леше сдам. – Договорились. Каса возьми с собой, тебе Лешка ключи дал? – Дал. Возьму. И Юльку возьму, всех не убьет. Тогда завтра утром встретимся перед занятиями, я тебе книгу дам, а после занятий поедем следить за кентавром! – По рукам! – сурово решила я. – Спокойной ночи! – Пока! Но мне не спалось. Энергия бурлила внутри, а когда над головой я услышала соседские шаги, с трудом удержалась, чтобы не взять Каса и не пойти устраивать допрос с пристрастием, пытками и угрозами. Кентавр этажом выше сумел разбередить мое любопытство. Мотивов так себя вести, кроме того, что он маньяк, я не придумала. Раздвоение личности у него там, что ли? Была еще одна мысль совсем из ряда фантастики, что Дамир у нас кто-то вроде Джеймса Бонда, работающего под прикрытием, но я ее быстро отмела, ибо сосед на маньяка был похож, а вот на полицейского – точно нет. Мысль о том, что этот эксперт-криминалист точно знает, как не оставить следов на месте преступления, тоже оптимизма не добавляла. Да и что он может расследовать в нашем университете? Я залезла в интернет и поискала информацию о пропавших девушках. Ничего! Ни словечка, ни даже намека в СМИ не было. А значит, Васечкин меня обманул. И что Дамиру тогда расследовать? Кабачковую коррупцию в отдельно взятом институте? Взятки баклажановой икрой, которую очень уважает Зоя Михайловна? Сосед цокал по полу, а я прыснула от смеха, представляя, как он примеряет розовое седло и крутится у зеркала. Умудрился же все мои мысли на себе заякорить, гад такой! Алексея дома не было, Кас и Бегемот спали, а я решила заняться учебой. Легла на кровать, достала учебник по административному праву и наконец уснула. А утром, переделав все свои домашние дела, отправилась на встречу с подругами. Юлька зевала, Серафима стояла с закрытыми глазами и прижимала к груди ту самую книгу про пытки. Когда я поравнялась с ними, Сима протянула мне талмуд, я убрала его в сумку, и мы вместе отправились на автобусную остановку. Девчонки учились в другом университете, и ехать нам нужно было в разные стороны. – План такой, – начала Серафима, – после занятий мы с Марком едем за Дамиром. Проследим, куда он уезжает из университета, и поспрашиваем у соседей, кто он и с чем его едят. А потом будем делать выводы. – Я с вами поехать не могу, – огорчилась я, – у меня репетиция, от которой зависит жизнь моей нервной системы на ближайшие учебные годы. – Мы сами осторожно его покараулим, – поддержала Юлька, – приближаться не будем, если поймает – скажем, что гуляли. А вечером устроим женсовет в парке. И у дяди Бори спросим совета. – Это, кстати, отличная идея – с ним посоветоваться, – поддержала я. – Тогда мы на связи, – решили девчонки. – Только давайте аккуратно, потому что, если он злодей – мы сдадим его моему брату, а если хороший – чтобы мы случайно ему не помешали, – тихо попросила я. Девчонки согласно кивнули, а я вскинулась: – Побежала, мой автобус. Я рванула через дорогу на свою остановку, успев запрыгнуть в салон, встала у окна и постаралась отдышаться. Первой парой у нас была криминалистика, на которую я шла на негнущихся ногах, строго-настрого приказав себе никак не показать ботанистому альтер-эго Дамира, что знаю его тайну. Но колени предательски дрожали и в горле пересохло. Я зашла в аудиторию одной из первых. Самир Муратович уже сидел за столом и внимательно изучал какие-то бумаги. Одет он был в свой профессорский наряд: клетчатая коричневая рубашка из дедушкиных закромов, сверху вязанная бабушкой жилетка, очки и прическа – такая, словно он сражался ночью с подушкой и бой проиграл. – Доброе утро, – вежливо поздоровалась я. Предательский голос дрожал. То ли от нервозности, то ли от гнева, я и сама не поняла. Самир Муратович поднял голову и внимательно посмотрел на меня. – Доброе утро, Варвара, – вернул он мне вежливость. Я прошла к первой парте, поставила сумку прямо на столешницу и принялась доставать принадлежности. Так, учебник, тетрадь, ручка… Я не сразу обратила внимание на то, что Самир Муратович как-то очень пристально смотрел на меня. А когда он поднялся со своего места и решительно зашагал в мою сторону, замерла и подозрительно на него покосилась. Самир Муратович с ухмылкой приблизился, взял книгу со стола и обалдело на нее посмотрел: – Варвара, вы к чему-то готовитесь? – уточнил он. – Да. К уроку, – не поняла я причины его ухмылки. – «Всемирная история пыток»? – издевательски уточнил он, подкидывая «учебник» в руке. – У нас в университете пытки преподавать стали? – Это для общего развития, – выдохнула я и улыбнулась ему так широко, словно от этого зависела моя жизнь. И почему-то стыдно стало. Очень. И сердце в груди забилось, когда он так близко стоял. Я успела заметить смешинку в глубине его глаз. Очень знакомую. – Я возьму почитать, крайне любопытно, крайне, – произнес Дамир таким тоном, словно не спрашивал, а ставил в известность. Развернулся и с книгой ушел к своему столу, оставив меня стоять на месте с колотящимся в горле сердцем.