Глава 9(1)

- Эльвира, вы главное принимайте таблетки, и все будет хорошо. Не переживайте, вы не одна такая, это лечится. 

- Спасибо Виктор Павлович, но вы хотели сказать корректируется.

- Я сказал именно то что хотел, не переиначивайте!

- Но в этот раз, мне кажется, все на самом деле вышло из-под контроля. Я не понимала,  где реальность, а где нет. А еще совсем не могла себя контролировать. Неделю пролежала дома как овощ. Нет, с утра проснулась, будто ничего и не было, а потом случился рецидив, эта агрессия... 

- Не хочется говорить, что это нормально, но в вашем случае, вы сами все прекрасно осознаете, не скрываете и не отказываетесь от лечения, поэтому…

- Виктор Павлович, я жить хочу, как нормальные люди. Понимаете? Хочу как все, я не могу так. То истерика накатывает, то радость эта не ясно откуда взявшаяся, то шевелиться не хочется.

- Главное пропейте курс. Слышите?

- Слышу. Спасибо вам.

Выхожу из кабинете, направляясь на улицу. Осень давно уступила место зиме, и та разошлась не на шутку. Снег, метели, ветер. Холодный такой, что руки без перчаток в момент коченеют. Я ведь по наивности думала, что все закончилось, что рецидивов не будет. Да, настроение слегка скачет, но я же могу это держать под контролем, точнее могла.  Маленький стресс, и все вновь по кругу. 

Доронин отстал.  Я так боялась, что он вновь ворвется в мою жизнь, но он больше ко мне не подходил, что не могло не радовать.  Я же все знаю, все слышала. Они спорили на меня, словно я вещь, а не человек. Это было ужасно, в своей агонии и боли, катаясь по земле, на опушке, мой мозг разрывало, я не понимала что происходит, но их голоса, я слышала каждое сказанное ими слово. Слышала, но осознала лишь когда он привёз меня к дому. Наверное родные стены все же лечат.  

Он стоял в коридоре, смотрел, а я видела лишь высокомерного козла, который сейчас помог мне, только потому что, боится огласки. Меня несло, злость застелила разум, и я в порыве ярости расстёгивала рубашку, выдирая пуговицы с мясом. Он не ушёл, только утром, когда убедился, что я буду молчать, он покинул мою квартиру. Он ушёл, я слышала как хлопнула дверь, и чувствовала как дрожат мои губы. Слезы стекали прямо в тарелку с омлетом, и я чувствовала , как перемещаюсь в пространстве. Стены плыли. Хотелось орать от душевной доли , но я молчала. Жевала жаренные яйца приправленные базиликом, и плакала. Весь день прошёл в разбитом состоянии. Руки опускались, хотелось лежать и смотреть в потолок.  

А потом на учебе из первых уст Дягилевой, я узнала много интересного. Она подловила меня в туалете, и так орала. Столько яда в свою сторону я ещё не слышала. Обвиняла в том,что брата сослали в армию, закрыли какой-то клуб, а потом и вовсе угрожала, что бы я не приближалась к Доронину. Наивная. Я бы добровольно к нему в жизнь близко не подошла. 

Она говорила что- то о деньгах, что я все равно ничего не получу, а я хотела чтобы она исчезла. Я понимала не все, но меня переполнял страх, медленно трансформирующийся в агрессию. Она серьёзно думает, что я все это подстроила? Все что произошло в этом чертовому лесу?

Прикрываю глаза, а потом хватаю ее за горло, прижимая к стене.

Не понимаю почему я это делаю, но вижу страх в ее глазах.

- Твой урод брат, вывез меня в лес, он забавлялся , ему было смешно. А ты и его дружок его покрываете? Он мог сделать со мной все что угодно

- Ты ненормальная,- Вика пытается сделать  шаг в сторону, накрывая своими ладонями мои.

- Не хуже тебя уж точно. Не подходи ко мне больше. Поняла? Отвалите от меня. Все!

Меня колотит, я разжимая пальцы и бегу прочь.

Это был последний разговор с Викой. И первый подобный выплеск агресси. Дома я долго анализирова, как у меня хватило на такое ума и смелости, но так ни к чему не придя, с утра, отправилась на прием к Виктору Павловичу.

После сеанса, жизнь продолжилась. 

Обижалась ли я на Доронина, за то что произошло? Да. Мне было неприятно. И дело не в том, что меня приглючило, а в том, что такие как он, вот так вот просто распоряжаются чужими жизнями.  То что они на меня спорили отозвалось полнейшим отчаянием. Чувствуешь себя какой-то тряпкой, которую вот так просто поставили на кон. А потом засунули в машину и вывезли в лес.  

Это стало отправной точкой. Но в целом, мне было достаточно его лживых извинений и того, что он наконец-то от меня отстал. Другим фактором было то, что вроде как, это он меня и спас от Захара...не скажу что я в это очень верю. Но он не дал Дягилеву ничего со мной сделать. И наверное за это можно послать ему мысленное спасибо! 

На учебу я продолжаю ходить. Мне не всегда хорошо, но это не повод запереть себя дома. Я вполне могу слушать,записывать и даже поддерживать разговор. Просто меня накрыла депрессия, она мучительна в своих бессонницах, и упадках сил, но я справлюсь и с этим. 

Ловлю себя на мысли, что давно не была у Оли, но при этом не могу собрать себя по кусочкам и притащить свое тело к ней. Да и не хочется портить ей настроение. Мы общаемся через звонки или сообщения. 

В начале декабря по универу проходит обьявление о надвигающемся конкурсе красоты. Какая-то там «краса». Мне все равно, но вот Анька заинтересованна настолько, что даже хочет принять участие. Я улыбаюсь, мне импонирует эта идея. Аня утонченная, поэтичная натура, хоть и с всклочным характером. К тому же, как выяснилось, она ещё и модель. Любитель, денег ей не платят, но ей очень нравится позировать. Это ее воодушевляет.

Но в желании показать себя , конечно, все рекорды бьет Дягилева. Она как ненормальная носиться  с этим конкурсом и маниакальным желанием заполучить корону. 

- Ты придумала себе номер, а наряд?

- Почти. Смотри, что-то вроде этого,- протягивает планшет.

Мы с Аней сидим в столовой, и я спиной чувствую этот взгляд. Доронин. Я делаю вид, что не замечаю и мне все равно. Но это не так. Я его боюсь. До дикого ужаса. 

Потому что он ненормальный. Он считает себя лучше других , как и его дружок.

Мельком смотрю на него и сразу отворачиваюсь. 

Аня обо всем что произошло осенью, не знает. Она уверенна, что он отстал от меня просто потеряв интерес. 

- Ты подумала кстати сама? Поучавствуешь?

- Мне кажется, это не совсем мое.

- Да ладно тебе, весело будет.

- Я ещё подумаю,- улыбаюсь краешком губ, а за спиной кто-то весело приветствует Аню.

Оборачиваюсь, видя идущего в нашу сторону парня. Он высокий, с осветлёнными волосами и в забавном оранжевом комбинезоне, как в американских сериалах, про школьников на исправительных работах. 

Они с Аней очень мило здороваются, и по их диалогу, я понимаю , что он фотограф. В голове вновь несостыковки, не думала, что Аня общается с Доронинскими дружками. 

Он зовёт нас к ним за стол, но я ссылаясь на звонок, намереваюсь уйти. Данил пристально смотрит именно на меня, и я чувствую холод медленно окутывающий все тело. 

Быстро перебирая ногами, выхожу  из столовой. 

Домой добираюсь пешком, от метро конечно. Вышагиваю по заснеженной дорожке, сокращая путь. В голове пусто. 

Мама открывает мне дверь, забирая сумку. Она улыбается, суетится. И на душе становиться легче.

- Кушать будешь?

- Не хочу.

- Может чаек?

- Давай.

- Как учеба?

- Хорошо, представляешь, конкурс проводят. Красоты. Анька учавствует, и мне предлагает подать заявку, пока возможно.

- А ты? Разве не хочеться? Интересно же.

- Не знаю, я об этом не думала. Да и вдруг там надо юбку короткую надевать будет…

- Ну это же не мисс мира, где дефиле в купальниках! – мама разводит руками.

- Ты права. Но честно, мне боязно.

- Почему? Ты же у меня красотка.

- До пояса,- усмехаюсь,- шучу. Просто мне кажется, что это не мое.

- Глупости. Мама говорит учавствуй!

- Ну если мама говорит. Тогда поучавствую. 

- Ты ж моя умница. 

- Слушай, ты не слышала, как там Андрей?

- Нормально. Вчера на детской площадке с парнями и бутылкой пива видела.  И сломанная рука, якобы до сих пор беспокоящая, по словам его мамашки, не капли не мешала.

- Да уж.

- Непонимаю, как мы так недоглядели в свое время. 

- Мам, ну вы то здесь при чем?

- При том Эля, при том. Родители отвечают за своих детей, что бы не происходило. А мы с папой не доглядели!

- Прекрати. Ты преувеличиваешь.

- Ладно. Оставим эту тему. Что-то я твоего друга больше не видела, ну того…

- Мы не общаемся больше.

- Почему?

- У него девушка с придурью.

Почему то при этом вранье вспоминаю Дягилеву. Мама конечно не в курсе того, что произошло пока они были в отъезде. Она не знает о Доронине, Дягилеве, она думает, что мой рецидив  из-за того, что я испугалась машины на пешеходном переходе. 

Врать плохо, но я не могу волновать их так часто. Они этого не заслуживают.

- Вот даже как. Просто я думала, - подбирает слова, - не важно...

- Ужин помочь приготовить?

- Я сама. Иди отдохни.

Топаю в комнату, а сама думаю о Доронине. Это бесит. Я не должна о нем думать, но я думаю. Я так его ненавижу, но при этом постоянно думаю. Это какой-то замкнутый круг из которого я пока не нашла выход. 

Сажусь на постель и звоню Ане. Мама права, я должна поучаствовать. Просто так. Просто что бы отвлечься от всего, что бушует в моей голове.

- Ура!- ее вопль наверное слышен на все квартиру,- я знала что ты передумаешь. Это отличная новость на ночь глядя. Завтра обсудим поподробнее.

- Конечно.

Убираю телефон под подушку и сходив в душ ложусь спать.