Глава 8

Планета Ареана. Империя Ларгот. Столица Парн. Черный рынок. Какая-то гостиница в квартале развлечений. По времени Черного рынка вторая половина дня. Некоторое время спустя

Ревера держалась из последних сил. Ей было трудно собраться с мыслями. Вся ее сила уходила на то, чтобы не дать плетению, внедренному в артефакт, которым и являлась эта проклятая клетка, где ее держали, продавить ее волю и сломить сопротивление. А еще этот странный чел…

Девушка так и не могла вспомнить, как случилось, что теперь она принадлежала ему. Для нее пролетело всего мгновение между тем, как над ней стал изгаляться и издеваться какой-то маг, и тем моментом, когда с ней заговорил какой-то молодой парень. И обратился к ней со своим не менее странным предложением.

И она вспомнила его слова, которые показались ей наиболее значимыми.

– Это амулет принятия в наш клан, – то немногое, что смогла осознать девушка, когда этот парень говорил. – Как его равноправного члена. По сути это то немногое, что я могу предложить, поверив тебе, а не той ярости и жажде убийства, что сейчас плещется в твоих глазах. Мы поняли друг друга?

И вот теперь, когда аналогичный ритуал прошла другая девушка, какая-то эльфарка, он ждал ее ответа.

«Что он от меня хочет? – между тем подумала Ревера. – Разве он не понимает, что для любой девушки может означать предложение войти в чужой клан или род?»

Хотя дальнейшие действия показали то, что предложение ее собеседника никакого отношения к тому ритуалу, о котором она подумала первоначально, не имеет. Это что-то другое.

Судя по тому, что демоница видела, этот парень предлагал ей что-то похожее на вступление в гильдию, а не клан.

Но сам он это преподносил именно так, как и говорил об этом.

Почему так подумала Ревера?

Тут все было просто.

Хоть она и была истощена борьбой с давившим на нее заклятием, но ее сил, тем не менее, хватило, чтобы полностью отследить те изменения, что произошли в девушке после того, как она активировала артефакт «принятия в клан», как его именовал чел.

Так вот, никаких значимых изменений она не заметила, чего точно не могло произойти при любом настолько значимом ритуале.

Тем более, кто бы стал его реализовывать через какой-то артефакт?

Это плетения очень сложного уровня, обычно девятого и выше.

Девушка не могла представить такого мага, за исключением Древних или предтеч, о которых ходили только легенды, который мог бы справиться с подобной задачей.

И потому она была уверена, что тот ритуал, о котором говорил сейчас парень, это хоть и достаточно серьезный, но не такой уж необратимый процесс, как принятие в клан или род, а что-то наподобии обычного вступления в гильдию.

Да, она теперь будет состоять в какой-то гильдии и подчиняться их правилам, но это не вечное рабство и абсолютная воля хозяина, который сможет захватить ее сознание и чьим приказам она в принципе не сможет противиться.

– Я согласна, – прошептала Ревена, глядя в сторону человека. Она почему-то была уверена в том, что он услышит ее. И так и произошло.

Чел ничего не стал говорить ей, он и так сказал все в предыдущий раз.

Сейчас мужчина просто вытащил еще один амулет, подобный тому, что до этого активировала девушка рядом с ним, и положил его на пол клетки.

– Он твой, – только и добавил парень в последний момент, а потом почему-то пожелал: – Удачи. Такой сильный боец, как ты, нам бы очень пригодился.

Демоницу удивили последние слова этого… вроде кто-то его называл Лекс, но в этом она уверена не была.

Так вот Ревену удивили последние слова Лекса.

Как он смог понять по тому жалкому состоянию, в котором она сейчас находилась, что бой – это ее родная стихия. Она хоть и обладала достаточно сильным магическим потенциалом, который тяготел к магии тьмы и хаоса, но у них не было денег, чтобы нанять для нее нормального учителя.

Кое-чему ее научил отец, кое-чему их отрядный маг, но не больше.

Отец в силу того, что и сам был очень слабым магом. А отрядный маг, ну как-то сложно обучать магу жизни хоть чему-то мага хаоса. А так и было.

Они старались собрать деньги, чтобы или отправить ее в приличную магическую школу, или найти неплохого мага к ним в отряд, который при этом смог бы подтянут и саму Ревену немного. Но не сложилось.

А вот в боевой практике недостатка она не испытывала, да и учителей у нее было предостаточно. Тут к ее услугам был весь отряд ее отца, одного из командиров наемников-пехотинцев в их мире, среди которых она и выросла.

И все бы шло своим чередом, но тот последний контракт, когда отца подставил их наниматель и стравил с одним из великих владык нижних планов, изменил очень многое в ее жизни.

Она стала бесправной рабыней.

«Еще не стала», – мысленно прошептала она.

Тогда-то все и сложилось так, как и произошло в последующем.

На их отряд, всю жизнь в котором девушка и провела вместе со своим отцом, напали. И не простые бойцы или маги, а боевые священники из какого-то верхнего мира, которых нанял один из великих владык, тот, против кого они и должны были сражаться.

И вот к встрече со столь сильными светлыми магами они оказались не готовы.

Практически первый удар выбил их не такую уж и сильную магическую защиту в лице обычного мага жизни.

Дальше сражение уже было проиграно и началось отступление.

Вот во время него Ревера и попала под перекрестный огонь заклинаний священников. Именно тогда ее и захватили в плен.

Ревена не знала, повезло ей или нет, но как трофей этим священникам она оказалась не особо и нужна. Они как заперли ее после боя в эту клетку, так и перепродали потом на каком-то невольничьем рынке.

Так, по сути, она и оказалась здесь.

И коль ее волю все еще не смогли подавить и подчинить себе, то она активно сопротивлялась всем попыткам насилия над собою.

Нескольких охранников она покалечила. Конечно, доставалось и ей самой. Но это были лишь побои, и те – сквозь прутья клетки. Приближаться к ней опасались.

А так, ей было прекрасно видно, что бы с ней случилось, стань она послушной куклой в руках любого работорговца или его покупателей.

Два таких примера практически постоянно были у нее перед глазами. Какие-то девушки-эльфарки.

И пока тех не приобрели, работорговец активно пользовал их сам, а также позволял делать это своим клиентам, тем, что не могли приобрести их, но были готовы заплатить деньги за пару часов пребывания с ними.

Ревена в этом уверена полностью не была, так как и сама периодически теряла счет времени, но ей казалось, что тех двух девушек насилуют постоянно, только от них выходил один, как их отмывали, приводили в порядок, даже подлечивали, и к ним шел новый «гость».

«Кстати, а ведь и эти эльфарки сейчас тут», – сообразила демоница.

Только вот странно, человек, что разговаривал с нею, совершенно не обращал на них внимания.

Хотя мимо них обычно никто спокойно пройти не мог. А этого они будто ничуть не интересовали. Так, сидят в своей клетке и сидят. Есть-пить не просят.

Его больше заботил как раз вопрос, который он хотел решить с той девушкой в рваной одежде, что стояла возле ее клетки, и самой Ревеной, чем хоть какой-то разговор с ними.

«Хотя, может, я и ошибаюсь», – подумала она.

С людьми она общалась не так часто, чтобы составить хоть какое-то мнение о них. Чаще ее разговор заканчивался ударом или дуэлью, если они не встречались, конечно, с ними на поле боя. Тогда вообще ни о каком разговоре речи не шло.

А так, весь круг ее общения ограничивался лишь отрядом ее отца да теми наемниками, с которыми они работали вместе.

Воспоминания отвлекли ее на некоторое время, но тут Ревера обратила внимание на серьезный взгляд чела, который ждал ее дальнейших действий. А потому она, наконец, протянула руку к тому амулету, что лежал на полу клети перед нею.

– Нужно только активировать его и все? – уточнила девушка, глядя на парня.

– Пока да, – ответил он, – но это сейчас, чуть позже при любом удобном случае нужно будет, чтобы любые жрица или жрец из нашего клана официально заверили твое принятие к нам. А так больше ничего.

Слова о жрецах насторожили демоницу.

Это уже не походило на обычный гильдейский ритуал. Но не так чтобы очень.

Обычно гильдейскую клятву приносят главе гильдии, а тут нужно будет произнести ее перед каким-то жрецом.

«Ничего необычного», – попыталась себя хоть как-то успокоить девушка.

Но что-то не очень у нее получилось. Она прямо всей своей душой чувствовала, что с этим ритуалом должно было быть что-то не так.

Но она не могла понять что?

И как только она активировала артефакт, Ревена практически сразу поняло что.

«Это все-таки ритуал принятия в клан», – только и успела сообразить она, а потом безвольной куклой свалилась на пол той клетки, в которой до сих пор находилась.

Билась демоница в конвульсиях долгие десять минут. Менялось не только ее ментальное поле, но и сама физическая суть.

Когда завершились изменения с ее основной личиной, девушка непроизвольно приняла свою боевую ипостась, которая тоже стала претерпевать немалые преобразования.

– Интересно, – наблюдая за происходящим, пробормотал парень, – на такой эффект мы не рассчитывали.

И подошел чуть ближе, будто стараясь что-то рассмотреть в ее хоть и изменившемся, но вполне узнаваемом лице.

– Необычно, – протянул он, но больше так ничего и не сказал до завершения ритуала, а лишь стоял и ждал его окончания.

Между тем все это время Ревена была без сознания, а потому она не видела, как молодой человек, уже не особо обращая на нее внимание, разблокировал замок и открыл двери. После чего он дождался, когда девушка успокоится и ее перестанет корежить на полу клетки от изменений, вносимых в ее тело и магическое поле, и вытащил ее из этого небольшого железного ящика. А затем отошел на несколько шагов назад и уложил Ревену на расстеленную специально для демоницы какую-то большую тряпку, которую парень вытащил из своего безразмерного рюкзака.

Планета Ареана. Империя Ларгот. Столица Парн. Черный рынок. Какая-то гостиница в квартале развлечений. По времени Черного рынка вторая половина дня. Чуть позже

Пока я нес эту демоницу и уже чуть позже устраивал ее на непонятной парусине, что каким-то боком оказалась у меня в сумке, мне кое-что показалось странным.

Основной тип энергии, с которым работала девушка, что буквально мгновение назад лежала у меня на руках, был отличным от энергии жизни. Что и не удивительно. Ведь эта бывшая пленница – архидемон. Существо по определению темное. Но меня в данном вопросе интересовало совершенно иное.

И я оглянулся назад, туда, где стояла Дхимашада.

«Она работает только с энергией жизни, – быстренько прикинул я, – и значит, Шада совершенно не опасна для таких существ, как эта демоница. Ведь ее основополагающая энергетическая составляющая отличается от той, с которой и работает наша поглотительница».

И отсюда следовало два вполне закономерных вывода.

Первый. Дхимашаде следует подальше держаться от всех демонов, нежити и прочих темных сущностей. Тех, в ком нет или практически нет энергии жизни.

И второй. Получается, что сама девушка родом точно не из этого мира, а оттуда, где ее дар – это естественная приспособленческая способность, сопутствующая ее выживанию в их мире, где основными энергиями как раз и являются различные типы энергии жизни в разнообразных ее проявлениях.

«Хотя вот интересно, она, по идее, вообще не должна чувствовать или ощущать подобных людей?» – задумался я, глядя на демоницу перед собой. После чего опять обернулся в сторону Дхимашады, что так и стояла на месте и старалась мне не мешать.

– Шада, – обратился я к поглотительнице, – а ты вообще ее чувствуешь?

И я показал на демоницу.

– Да, а что? – даже с некоторым удивлением переспросила она у меня.

И, уже более пристально вглядевшись в лицо архидемоницы, добавила:

– Как и всех остальных, кто есть поблизости.

– Странно, – проговорил я, глядя на поглотительницу, – как ты можешь чувствовать в ней энергию жизни, если в ней ее нет?

– Почему нет? – вновь удивилась девушка. – Она в ней есть. Ее немного, но она есть. Только при чем тут энергия жизни?

– Так ведь ты из рода… – название я не стал произносить вслух.

Шада и так догадалась, что я хотел сказать. Она пристально вгляделась в мое лицо.

– Так ты принял меня за тех, – негромко проговорила она и махнула куда-то рукой, – других.

Только вот видя непонимание на моем лице, очень осторожно так пояснила:

– Я чувствую именно жизнь, а не энергию, причем в любом ее проявлении. Например, ее, – и она показала на демоницу, – или его, – на мальчишку, который стоял у дверей и не вмешивался в наш разговор, – или их, – теперь она указала на эльфарок. – Даже…

Тут она запнулась…

– Нет, тебя я не чувствую. Что странно, – и девушка подошла чуть ближе ко мне, – совсем не чувствую биения жизни в тебе. Почему?

И она притронулась к моей щеке.

– Ты живой, но я тебя не ощущаю. О таком я никогда не слышала, – и Шада вопросительно всмотрелась в мое лицо.

Но так и не дождавшись ответа, она сказала:

– Тем не менее всех остальных я ощущаю и могу… – тут она запнулась, не став заканчивать свое предложение.

Но я и так догадался, о чем хотела сказать по-глотительница, а потому кивнул ей в ответ.

– Я понял, – только и сказал я.

Девушка кивнула и продолжила:

– Мне не важна магическая энергия, что составляет их сущность и которая течет в их магическом поле. Мне важна жизнь, которую эта энергия в них пробуждает… – И немного помолчав, девушка закончила: – А потому я чувствую всех.

Кажется, я понял, что мне пыталась сказать Дхимашада.

Эта девушка реальное воплощение смерти. Она будет опасна для любого, независимо от того, кем этот любой окажется.

Она, похоже, сможет развоплотить даже нежить, но не потому, что высвободит энергию, которая поддерживает в них подобие жизни, как это в основном и делают маги, а просто потому, что сможет поглотить ее без остатка.

И как я понимаю, поглощает она не жизнь, а саму сущность любого существа, вместе с той энергией, что в ней содержится.

«То ментальное поле, что есть в каждом, – догадался я, оглядевшись вокруг, – вот почему у нее это происходит так быстро, практически мгновенно. Я все пытался понять, как это она энергию поглощает с такой неимоверной скоростью, а все оказалось проще. Она поглощает не энергию, а само вместилище этой энергии. Ментальное поле, в котором она и находится. И поэтому-то для нее не важен ее тип. Она чувствует всех, в ком есть энергия и кто…»

Все равно не понятно, ментальное поле есть у многих предметов и заклинаний. Но она же опасна только для живых.

Или нет?

Похоже, что нет…

– Так ты чувствуешь не только живых, – догадался я, – но и вообще все, в чем есть хотя бы частичка магии?

– Да, – спокойно кивнула головой Шада, – но жизнью все дорожат наиболее сильно, и именно поэтому нам в основном и приписывали работу с нею. Хотя для меня не имеет значения, в каком виде будет представлена магическая энергия.

– Понятно, – протянул я, – ты намного опаснее, чем о тебе думают. И это хорошо, что мы знаем, как обезопасить окружающих от твоего дара.

Поглотительница кивнула мне в ответ.

– Это наш дар и наше проклятие, – только и произнесла она.

Я же поглядел ей в глаза и веско, так, чтобы она это запомнила, сказал:

– Это не дар и не проклятие, это то оружие, что позволит тебе выжить. Относись к своим способностям именно так. Это всего лишь оружие. И ты должна мастерски научиться пользоваться им. С филигранной точностью и умением.

Дхимашада несколько озадаченно смотрела в мою сторону.

– Никто не относится к нашим способностям подобным образом.

Я на это лишь пожал плечами.

– На мой взгляд, это единственно верный способ, – только и сказал я ей. После чего перевел свой взгляд вниз, на демоницу, что лежала внизу.

– Хватит притворяться, я вижу, что ты давно уже пришла в себя.

И хоть она и не выдавала того, что уже очнулась, но ее ментальное поле и эмоциональный фон это сделали за девушку.

– Поднимайся, пора нам познакомиться. Тем более, я уверен, что у тебя было время, чтобы все обдумать еще раз.

Наблюдаю за тем, как демоница медленно открывает глаза и настороженно смотрит в мою сторону. После чего она слегка приподнимается, я хочу ей помочь и наклоняюсь вперед, но она уверенно и спокойно поднимает руку и выставляет ее перед собой.

– Я сама, – только и говорит девушка. После чего хоть и с трудом, но самостоятельно садится и прислоняется спиной к стене.

Демоница немного отдыхает, прикрыв глаза, после чего поднимает веки и смотрит на меня своими темные зрачками, которые сейчас, правда, сверкают как угольки в ночи…

Не знаю, осознает девушка это или нет, но сейчас она находилась в своей другой форме, личине, ипостаси, не знаю, как правильно она называется.

…и очень серьезно спрашивает.

– Что это был за обряд?

Не понимаю, что вызвало ее такую настороженность.

Хоть для нее ритуал и прошел тяжело, но тем, кто был искусственно лишен магического дара, наш ритуал принятия в клан дался в разы тяжелее.

Так что ее так насторожило? Не понятно.

– Наш ритуал принятия в клан, – только и ответил я девушке, не очень понимая, к чему она клонит, – его уже прошли многие.

Она все еще смотрит на меня.

– Он точно должен был пройти именно так, – и она обвела рукой вокруг, – и это нормально, когда при обычном ритуале ты лишаешься сознания, будто происходит преобразование твоей сущности, как это случается с оборотнями или подобными им существами?

– Не знаю, – искренне ответил я, после чего, пожав плечами, добавил: – Как мне известно, многим он дается легче, некоторым сложнее, но в основном примерно так со всеми и происходит.

Демоница кивнула, а потом поглядела на девушку, что стояла перед нею.

– С нею было не так, – и она указала на Шаду.

– Ну да, – согласился я с демоницей, – она эту процедуру проходит повторно. Так нужно, – пояснил я, заметив, что она хочет что-то спросить, – и как видишь, во второй раз она протекает значительно легче и мягче.

– Вижу, – сказала демоница и хотела поправить прядь волос, что сбилась ей на лоб.

И только сейчас девушка обратила внимание на свой внешний вид, вернее на слегка измененную руку, с немаленькими такими поблескивающими коготками.

– Когда я перешла в свою боевую ипостась? – удивленно прошептала девушка.

– Во время прохождения ритуала, – сказал я ей.

Меня несколько поразила ее отстраненность в этой ситуации, которая с каждой секундой все больше и больше овладевала девушкой.

«Может, это связано с ее второй ипостасью?» – предположил я.

Раньше она казалась гораздо более эмоциональной, сейчас же ее фон был относительно стабилен. Как, впрочем, и ментальное поле, которое тоже практически перестало изменяться за время нашего недолгого разговора.

Между тем демоница все еще с недоумением смотрела на свою руку.

– Этого не должно было произойти, – наконец проговорила она, – неконтролируемый переход – это потеря собственного я и превращение в вечно голодного кровавого монстра. Но коль мы все еще говорим с тобой, то ничего этого не произошло. Я не понимаю, – и она с вопросом во взгляде посмотрела в мою сторону.

Но я и сам ничего сказать ей не мог.

Мы с Ведуньей после ее слов провели анализ девушки.

Метка на месте, изменения коснулись всех трех направлений в ее развитии: ментального поля, физической структуры первичной ипостаси и вторичной, боевой. Ничего другого мы не нашли.

Да, то, что подобные ей еще не вступали в клан, я знаю, хотя демоны были. Но чтобы такие люди, как она…

И потому, как на них должен был подействовать ритуал, я сказать не могу, но судя по той модели, что на скорую руку подготовила Ведунья, примерно так все и должно протекать.

Изменения обязательно коснутся всех врожденных способностей и возможностей принимаемого в клан кандидата. И если одной из таких возможностей является ее дополнительная ипостась, то она обязательно разовьется, как и все остальное. Но вот как это будет выглядеть внешне, мы спрогнозировать не могли. Возможно и так, что для работы с какими-то параметрами ментальному модулю по изменению необходимо, чтобы они перешли на рабочий уровень.

И тогда понятно, почему у девушки произошел непроизвольный переход в ее боевую ипостась.

Но все это предположения. А потому…

– Я сам первый раз вижу подобное, – искренне ответил я ей.

– Понятно, – прошептала девушка. А потом она неожиданно преобразилась, изменилась, приняла свою первичную форму, той девушки, что и лежала на полу в клетке.

Раз, и ее фигура даже не исчезает, ты, будто моргаешь, но перед тобой сидит уже совершенно другой демон. Вернее, очень красивая, темноволосая и темноглазая девушка.

– Скорость перехода изменилась, – только и констатировала она, – с остальным придется разбираться.

После чего демоница уже вполне нормально поднялась с пола, на котором сидела.

– Меня зовут Ревера, – сказала она, – и у нас тоже есть подобный ритуал. Только это не ритуал принятия в клан, – пояснила демоница, – а ритуал принятия в род. Это родовой ритуал. Причем очень сильный и древний. Им мало кто пользуется в наше время. И уж тем более никто этого не делает через столь необычный артефакт.

И она приподняла амулет, который висел у нее на шее.

«Странно, – подумал я, – но она и сейчас все так же спокойна и совершенно непробиваема. Так что тут точно дело не в ее второй ипостаси. Похоже, что эта Ревера очень хладнокровная и рассудительная девушка».

Неожиданно девушка замерла, а потом сделала шаг вперед и вгляделась в мои глаза.

– Как называется наш клан или род и кто является его главой?

– Названия нет, – пробормотал я, – и никогда не было. А глава, ну он маг. Это пока единственное, что я могу тебе сказать. Говорят, сильный.

Демоница спокойно кивает головой, соглашаясь со мной.

– Я знаю, – только и произносит она, – в то, что этот ритуал привязки к роду очень сильного мага, в это я могу поверить. И такое мог сотворить тот, кто неплохо знает наши ритуалы, – задумчиво закончила она свою речь. После чего оглядывает меня с ног до головы.

Странно, но девушка мгновенно изменилась, когда осознала, что ее приняли в какой-то род, по ее мнению, а не в клан. Для нее это что-то важное. Причем осознание этого ее примирило с какой-то мыслью, и она теперь была относительно спокойна и собрана. А потому достаточно быстро пришла в себя и постаралась взять нить разговора в свои руки.

– Я представилась, жду ответной любезности, – и она с вопросом во взгляде посмотрела в мое лицо.

– Лекс, – быстро произнес я.

Ко всему прочему Ревера оказалась очень отходчивой дамой. И с каменным спокойствием воспринимала все превратности судьбы.

И потому я указал на поглотительницу.

– А эта девушка Шада. Она тоже из нашего клана, – и немного подумав, я добавил: – Тут, на рынке, есть еще несколько наших соклановцев. Я познакомлю тебя с ними чуть позже. А сейчас…

И я повернулся в сторону двух оставшихся пленниц.

– Нужно решить, что с ними делать.

Только и успел я озвучить этот вопрос, как услышал спокойный голос демоницы:

– Если ты не собираешься их использовать в предыдущем качестве, то их будет проще убить.

Я в удивлении посмотрел на нее в ответ.

– Чего это? – поинтересовался я у демоницы.

– Их семьи обратно не примут этих девушек, – равнодушно пояснила Ревера. – Они – утратившие честь. И даже если мы за вознаграждение вернем их домой, то, как только они окажутся там, их сразу же убьют, чтобы смыть пятно позора с их семей.

И она поглядела в мою сторону.

– Так что, если нам интересны деньги, но не интересны девушки, мы можем их вернуть. Но их дальнейшая судьба тебе понятна. Исход будет один. По мне, так нужно решить, сделать это самим и сейчас или вообще не делать… или отдавать их же родственникам, которые разберутся с этой проблемой уже сами.

И демоница замолчала. Потом немного подумала и, необычно так крутанув головой, произнесла:

– Прости, я рассказывала о наших законах, не подумала о том, что тут может быть по-другому. Поэтому, думаю, может, все же стоит узнать у кого-то из местных эльфаров, как быть?

И она вопросительно посмотрела в мою сторону. Но тут раздался тихий голос Шады:

– А может, просто снять с них эти ошейники, которые задавили их волю, и спросить у самих девушек?

«Ну, вполне разумное решение», – подумал я.

Только вот Ревера слегка покачала головой.

– Не уверена, что с них вообще стоит снимать эти ошейники и надеяться на то, что после этого они скажут хоть что-то связное. – После чего демоница пояснила, гладя на меня и Шаду: – Вы просто не представляете, что с ними делали, пока они были в руках работорговца.

И она указала в направлении выхода из амбара, примерно в том направлении, где располагался невольничий рынок, а потом добавила:

– Эти ошейники сейчас, по факту, то единственное, что и не дает им сойти с ума. Они не позволяют им осознать случившееся и то, что с ними происходило. Иначе это практически сразу сведет их с ума. Я знаю, уже видела подобное. Эльфарки, особенно светлые, – и Ревера указала на клетку, – очень чувствительны в этом отношении.

Затем демоница достаточно равнодушно пожала плечами и добавила ровным голосом:

– Поэтому я сразу и предложила их убить. Быстро и без мучений. Чтобы они так и не осознали случившегося.

Я же поглядел на Реверу. Так получалось, что сама девушка воспитывалась в достаточно жестких условиях. Причем я уверен, что и себе бы она пожелала той же судьбы, что и для девушек, окажись она в подобной ситуации. Чтобы ее добили без сожаления и жалости к ней.

Меня же в ее рассказе заинтересовали несколько другие детали. Было у меня кое-какое предложение, но предварительно требовалось прояснить пару вопросов.

– А если девушки будут чувствовать себя нормально? Не сойдут с ума и не будут при каждой возможности стараться наложить на себя руки, то тогда что?

– Ну, тогда останутся только родственники, – ответила мне демоница, которая оказалась до невозможного прагматичной и циничной девушкой, – от которых правду скрыть в любом случае не удастся, и рано или поздно она выплывет наружу. При подобном раскладе их просто желательно пристроить где-нибудь и не выдавать никому из тех, кто может причинить им прогнозируемый вред или постараться убить по названной мною причине. Правда, я не могу сказать, чем их можно будет нагрузить.

И она скептически оглядела обеих девушек-эльфарок.

– Эльфарки, если ты заметил, очень молоды. Плюсом для них является всего две вещи. Это их внешность, которая может заинтересовать и привлечь очень многих. И я говорю о них не только как о девушках для наслаждений. Таких красавиц, как они, готовы взять к себе многие по разным причинам.

Я удивленно посмотрел на нее, прося некоторых разъяснений.

Ревера поняла все правильно и продолжила свой рассказ:

– Например, таких куколок любит гильдия воров. Они или отвлекают внимание, или работают наводчицами, да и многое другое. Часто из них готовят мошенниц. Вторым их плюсом будет то, что у обеих девушек есть магический дар. И он несколько больше, чем у большинства. Только это не все, ведь минусов в нашем случае гораздо больше. Во-первых, этот самый дар, что выделяет их из толпы, в них совершенно не развит. Видно, что они никогда не обучались магии. Да и когда бы они успели. Их бы никакая академия на учебу не приняла. Больно они молоды. Дальше. Судя по внешности, они обе аристократки, а это значит, что и к обычному труду девушки не приучены особо. Не принято это среди эльфаров. Они не демоны, как мы. И поэтому не сильно будут интересны различным теневым гильдиям, которые захотят их привлечь к себе. Не будет нужного опыта и воспитания. Не все могут перешагнуть свою гордость или поступиться какими-то принципами. Так что, какую работу, кроме той, что они уже выполняют, ты для них сможешь найти, я не знаю. – И демоница спокойно пожала плечами.

Я же удивленно поглядел на нее. Такого цинизма от девушки я не ожидал.

Та, правильно расценив мой взгляд, спокойно так прокомментировала свои столь необычные познания:

– Это не первый раз, когда мне приходится оценивать товар. Я была наемницей и оценщицей в нашем отряде. И к нам в руки часто попадали пленные. Всегда необходимо понимать, что и за кого ты сможешь выручить. Например, этих, – и она указала на эльфарок, – мы бы сразу постарались за выкуп вернуть семьям, причем гарантировали бы им полную безопасность. Так бы мы получили наибольшую выгоду. В противном случае за них можно выручить гораздо меньшие деньги, особенно если девушки уже «порченый товар», как сейчас. Это мало кто понимает. Но у нас был опытный отряд. Мы просто так не раскидывались возможностями получить дополнительный доход.

И демоница честно поглядела мне прямо в глаза.

– Как-то так…

«М-да, – мысленно протянул я. – Насчет воспитания в жесткой среде я оказался прав».

Эта Ревера оказалась тем еще подарком с огромными скелетами в шкафу, которые она, впрочем, даже и не прятала. Девушка просто не понимала, почему это нужно было делать. Для нее самой это норма жизни.

Я же теперь смотрел в сторону эльфарок.

– Ладно, – резюмировал, – относительно понятно, что лучше их родственникам не сдавать. Это первое. Второе, я знаю, как им помочь, и даже смогу это сделать, в плане того, чтобы они смогли, по крайней мере, пережить происходящее. Но мне для этого потребуется некоторое время.

После чего я повернулся к Ревере.

– Я так понимаю, будь они магами, в их полезности никаких вопросов ни у кого бы не возникло?

– Естественно, – согласилась со мною демоница.

Я же отошел на пару шагов назад и оглядел сначала ее саму, так, что она достаточно сильно смутилась под моим взглядом и сделала несколько шагов назад.

– Что? – только и спросила она у меня, нахмурившись.

– Любуюсь, – ответил я ей.

Это ее почему-то заставило смутиться еще больше, но она быстро взяла себя в руки.

– Хоть какие-то отношения внутри клана или рода возможны только с позволения главы, – пробормотала, скорее даже прошептала она и еще тише добавила: – Так что не засматривайся, особенно таким наглым взглядом.

Я же честно пообещал, зная, что точно не сдержу своего слова:

– Больше не буду.

После чего оглядел уже стоящую тут Шаду и эльфарок.

– Что, не можешь выбрать? – с ехидством спросила у меня Ревера, явно успокоившись, когда поняла, что я переключил свое внимание на остальных девушек.

Я же как-то спокойно пожал плечами и ответил ей:

– Ну, я сильно-то выбирать и не собирался. Сами напишете, что вам приобрести нужно: не ходить же с такими оборванками, как вы, по городу. А так я буду хотя бы примерно представлять, какого размера одежду мне для вас нужно будет купить.

И я еще раз оценивающе оглядел демоницу, а потом, усмехнувшись, уточнил у нее:

– Только вот с твоим размером груди угадать не могу. Она явно побольше, чем у остальных девочек будет, – и немного подумав, произнес: – Да гораздо крупнее. Так какой размер белья тебе нужен?

И с интересом стал рассматривать проглядывающую в прорехи ее одежды явно очень красивую грудь девушки.

Та сильно потемнела в лице.

– Я напишу, – только и буркнула она мне в ответ.

Я же еще раз широко улыбнулся, мне почему-то сильно понравилось, как эта демоница смущается.

После этой небольшой пикировки я оглядел уже всех присутствующих.

– Ладно, пошли внутрь, – и я указал в направлении двери, ведущей из амбара, – для нас я снял номер, один, но большой, состоит из двух комнат.

И заметив уже открывшую рот демоницу, закончил:

– Свободных больше не было. У хозяина какие-то торговцы из большого каравана остановились. Но для меня он один номер нашел. Так что сейчас перебираемся туда. Вы пока помоетесь и приведете себя в порядок, я же схожу на рынок и куплю вам одежду. Потом у меня будут кое-какие дела в городе, но предварительно я кое-что сделаю. Первое, – я посмотрел на Реверу, – мне нужно тебя экипировать. Так что мы с тобой, когда я вернусь с одеждой, сходим к оружейнику. Сейчас ты поработаешь охранником для них. – И я указал в сторону остальных девушек. – Дальше я займусь подготовкой товара к продаже, параллельно сделаю то, что обещал для тебя Шада. Но для этого мне нужно будет пройтись по рынку. Хотя, скорее всего, я сделаю это параллельно со своими делами. Однако до этого нужно будет провести еще один ритуал. Его полезность ты оценишь сразу, как только он состоится. Уверен, что ты все поймешь.

Дхимашада кивнула мне в ответ.

Я же перевел свой взгляд на эльфарок.

– Пока поухаживать за ними придется вам. Присмотреть. Привести в порядок. Отмыть да одеть. Справитесь?

– Без проблем, – кивнула мне демоница.

– Тогда на этом пока все, – сказал я им. И открыв двери, вышел наружу.

Все остальные выдвинулись за мною.

Смотрю, что демоница спокойно вывела эльфа-рок из клетки и повела вслед за нами. И делала она это вполне привычно, чего и следовало ожидать. Она умела обращаться как с пленными, так и с рабами, судя по ее же словам.

Мы уже практически дошли до входа в гостиницу, когда я заметил, что парнишка-беспризорник собрался уходить.

– Дюрк, – остановил я его, – не убегай. Есть кое-какая работенка. Сначала сходим на рынок, а потом я тебе передам, что нужно будет сделать.

– Хорошо, – кивнул в ответ парнишка.

После этого мы зашли в гостиницу. Через черный ход поднялись на второй этаж.

– Это наша, – показал я на одну из дверей.

Повезло нам еще и с тем, что в этом номере была своя ванная комната.

– Ладно, вы пока занимайтесь собой, а я пошел, – сказал я, помахав тем списком, что мне подготовила Ревера, взяв эту обязанность на себя.

И потому уже через пару минут мы с парнем вышли через главную дверь.

Девушки остались в номере.

Мне же нужно было быстренько обежать несколько близлежащих лавок и вернуться.

По дороге я проинструктировал Дюрка о том, что должны найти для меня дети, проверив магазинчики рынка. С описанием того артефакта, что мне может потребоваться, он и убежал к себе в бедный квартал.

Я же направился обратно в гостиницу. Только вот вылетевший прямо мне под ноги громила явно намекнул на то, что у меня есть неплохие такие шансы влететь еще в одну историю. Ну, или предположить, что в нее может влететь кто-то раньше меня.