Глава 9

Я трогал её руками, она от счастья трогалась умом

(с)

Проснулась я не в самом прекрасном расположении духа, буквально заставила себя подняться с кровати, принять водные процедуры, переодеться и спуститься вниз. За столом сидели две семьи практически в полном составе, не хватало только младшего Фосби. Поздоровавшись, я присела за стол и тут же оценила гнетущую атмосферу, даже учитывая то, что за столом между старшим поколением велась повседневная беседа. Все ожидали, когда горничная подаст завтрак.

— Что-то произошло? — тихо прошептала я сестре, и та смущенно закусила губу.

— Мама на меня сильно обижена за то, что я тайком встречалась с Родригом, — так же шепотом ответила мне Нани.

— О, — выдохнула я, а потом чуть поодаль открылась голограмма новостей и все устремили взоры туда.

Ведущая рассказывала о вчерашнем происшествии и кто были его виновниками и жертвой. Естественно, назвали и имена потерпевших, а так же я четко услышала имя Родрига Сонка, который упоминался как любовник Нани де Къены и брат-близнец похитителя. Надо было видеть в этот момент заалевшие щеки сестры и неодобрительный взгляд матери.

— Весьма опрометчивый поступок, — проговорил лион Фосби, внимательно посмотрев на Нани. Матушка в этот момент испуганно взглянула на хозяина поместья, уже зная, что он ей скажет. — Надеюсь, фэта, вы извлекли из этого определенные уроки.

— Мезальянс в нашем мире не самая лучшая идея, — согласилась с супругом лион Фосби, а потом неожиданно посмотрела на меня: — Истэт, а вы как смотрите на брак с человеком, не равным вам по положению?

— Боюсь, я не склонна отвечать импульсивно, заранее не продумав ответ на вопрос, поэтому не смогу вам сейчас ничем ответить. Для рассуждения на подобные темы мне не хватает опыта в данном вопросе. Не уверена, что поведу себя отлично от сестры, если моим сердцем завладеет мужчина, стоящий ниже меня по положению, — уклонилась я, и именно этот момент выбрал Даррелл, чтобы войти в столовую.

— Доброе утро, — поздоровался он со всеми и задержал секундный взгляд на мне.

— Доброе, — ответили все нескладно, после чего мужчина присел напротив меня, сложив руки на груди.

— Даррелл, Истэт говорит, что не уверена, сможет ли она в своей жизни избежать мезальянса, — начала лион Фосби, внимательно смотря на сына, — а как ты смотришь на подобные действия? Женишься ли ты на девушке более низкого происхождения, не обратив внимания на наше с отцом недовольство?

— Нет, — моментально ответил сын, чуть улыбнувшись. — Вопрос весьма провокационный, и вы уже заранее ожидаете от меня определенного ответа. Я вас не разочарую и скажу, что не женюсь на девушке более низкого происхождения, так как в этом нет никакой необходимости.

— Какая отвага, — чуть подавшись вперед, ответила я. — Так прямо и просто отсечь все другие варианты. Неужели уже есть та, кто завладела твоим сердцем? Или ты передумал по поводу решения о помолвки с моей сестрой?

— Решения? — моментально оживилась Нани, но Даррелл смотрел неотрывно только на меня, что в определенном смысле льстило моему самолюбию. Как же, проигнорировали вопрос моей красавицы-сестры! В этот момент нам наконец-таки подали завтрак.

— Да, решение принято. Мы уже обговорили все с фэтом, но теперь считаю своим долгом донести эту новость для всех здесь присутствующих.

— Позвольте я, — остановил его отец и продолжил фактически для моей мамы: — Я считаю, что Нани с её характером еще слишком молода для замужества. Ей нужно научиться сдерживать свои порывы и быть более рассудительной. По приглашению фэта мы останемся в столице еще на неделю, в течение которой будем посещать различные светские мероприятия. Я думаю, это необходимо для Нани. Есть у кого-нибудь возражения?

Моя сестра стала пунцовой, что особенно было заметно с её алебастровой кожей. Дерралл встретился взглядом со мной и продолжил:

— Боюсь, что нам нужно возвращаться на работу.

— Вот как? — недовольно сдвинул брови лион Фосби. — Но на ста пятидесятилетие императора Элиота ты прилетишь?

— Разумеется. Могу взять с собой и Истэт.

— О, нет-нет, в этом нет никакой необходимости, — затараторила я, но на меня мало обратили внимания, вместо этого запричитала моя мама.

— Думаю, что вся эта работа совершенно бессмысленное для девушки твоего положения занятие, Истэт!

— Мама, давай не здесь? — устало вздохнула я.

— Похвально, что нынешняя молодежь хоть как-то заполняет свой досуг, — вмешалась лион Фосби. — В моё время я была совершенно пассивна в этом смысле. В моей голове были мысли только о замужестве и нарядах.

— Не могу в это поверить! — воскликнула я, улыбнувшись женщине. — Вы настолько рассудительная и мудрая женщина, что мне сложно представить вас другой.

Она негромко рассмеялась и подмигнула мне, после чего разговор прекратился. Мама сегодня была слишком обижена на Нани, чтобы беспрестанно разговаривать, поэтому завтрак прошел в относительном спокойствии.

А после него семейство лион Фосби собрались в холле, чтобы проводить нас до нанятого отцом автокара. Для меня это была, возможно, последняя встреча с этими людьми, поэтому я улыбалась и старалась оставить после себя хорошее впечатление.

— Удачной дороги, Истэт. У вас же рейс через полтора часа? — спросила лион Фосби, и я утвердительно кивнула.

— Вы не ошибаетесь.

— Что ж, тогда береги себя, девочка, — и женщина неожиданно обняла меня, чем вызвало всеобщее недоумение. Потом она, отстранившись от изумленной меня, подмигнула. — Надеюсь на скорейшую нашу встречу.

— Да, конечно, — глупо кивнула я, даже не разбирая её слов.

В салоне, когда мы летели в сторону отеля, ко мне обратилась мама:

— Чем обусловлено её внимание к тебе?

— Сама не знаю, — тихо прошептала я, отвернувшись к окошку. На дальнейшие расспросы матушки я не отвечала.

Зайдя в номер, я быстро принялась собирать свои вещи, но меня задержал приход сестры. Нани вошла в бокс как нашкодивший ребенок, разве что ножкой не шаркая перед собой. Я невольно улыбнулась и спросила:

— Что-то случилось?

— Я извиниться хотела, Истэт. Со мной с утра отец уже провел воспитательную беседу, уверена, тебе тоже досталось.

— Забудь. Я тоже сглупила, поддавшись на твои уговоры, тем более тебе еще выслушивать скандал мамы, когда она отойдет от своей обиды, — незлобно усмехнулась я. — Ты мне лучше скажи, что будешь делать дальше?

— Честно? — спросила сестра, и я утвердительно кивнула. — Я буду пытаться завоевать Даррелла! Жаль, конечно, что вы улетаете, но я обязательно его дождусь.

Сердце болезненно сжалось, и я приоткрыла рот, не зная, что сказать и как остановить от матримониальных планов свою сестру. А та неожиданно рассмеялась, смотря на моё растерянное лицо. Я хлопнула драконицу по руке ладонью и обижено отвернулась.

— Шучу! Не нужен мне твой Даррелл!

— Не мой он, — ответила я, вновь повернувшись к девушке, которая уже протянула ко мне руки. Мы обнялись.

— Осталось только в обратном его убедить. Истэт, ты знаешь, что обладаешь чудесным свойством?

— Каким же? — смущенно спросила я, отодвинувшись.

— Ты умеешь располагать к себе людей, действительно важных для тебя. По отношению к другим ты сама создаешь иллюзию того, что к тебе неприязненно относятся. Думаю, тебе осталось так же безразлично относиться ко всем, кто не входит в число важных для тебя людей, и будет тебе счастье.

— Слишком мудрые слова для той, кто вчера днем сбежала с бедным студентом, — смущенно улыбнулась я, и сестра вновь рассмеялась.

— Знаешь, я больше не сбегу с ним. Я поняла, что он не тот человек, который мне нужен, да и чувства мои были ложные. Я полюбила иллюзию выбора и свободы, а не человека. Видела бы ты его вчера, когда с ним разговаривал наш отец и лион Фосби. Да, он любит своего брата и пойдет ради него на всё, но при этом ему в тот момент было наплевать на мои чувства. Перед министрами он боялся за свою шкуру и шкуру своего брата, пусть благодаря ему я вчера и спаслась, но это было им сделано только ради благополучия близнеца, а не моего. Вчера он был слишком труслив.

— Мне кажется, что ты намеренно ищешь в нем недостатки, хочешь себя оправдать, найти причину, по которой его нельзя любить.

— Может, ты и права. В первую очередь я разобралась в себе и поняла, что выдавала свою независимость за более глубокие чувства к Родригу. Я хотела бросить вызов системе, а не стать счастливой женой. Во мне действительно говорило ребячество. Разговор с отцом многое для меня прояснил. Он не давил на меня, наоборот, предоставил выбор и я ценю его заботу. Теперь я буду думать головой, а не собственным самомнением.

Я была рада, что отец послушал меня и выбрал верную стратегию, поэтому лишь обняла сестру и поцеловала её в лоб, после чего торжественно воскликнула:

— Нани де Къена, поздравляю вас с переходом на новую ступень взросления! Теперь вы настоящий самостоятельный член этого пропитанного фальшью общества!

Сестра рассмеялась и помогла мне собрать вещи. Уложив чемодан и проверив, ничего ли я не забыла, я залезла в свою сумочку и проверила её содержимое. Кое-чего не хватало. Я нервно начала искать флешку, которую мне дал начальник, но не смогла найти её.

— Что-то потеряла? — спросила Нани.

— Не могу найти информационный носитель, — кивнула я, а потом отложила сумку и начала обыскивать кровать, сдирая постельное белье.

Не вовремя зазвонил планшет, но входящим вызовом оказался Даррелл.

— Ты оделась? Я жду на парковке.

— Даррелл, я флешку потеряла. Не знаю, что делать. Нигде её нет, — истерично ответила я, и мужчина на миг замолчал.

— Сейчас поднимусь. Какой номер?

Я назвала нужную цифру, после чего продолжила поиски вместе с сестрой. Присев на корточки, начала искать под кроватью нужный предмет, когда сзади раздался удивленный голос:

— Знаешь, а мне уже нравится, когда ты опаздываешь. Можно застать тебя в таких интересных позах.

Я резко подняла голову, из-за чего ударилась головой о планку кровати, после чего поднялась на ноги, смущенно поправляя прическу и одергивая юбку. Помощник отеля смотрел на Даррелла с недоумением, будто спрашивая, чем тут можно любоваться? А я же, осознав смысл слов, смутилась еще больше, но где-то в глубине моей души разлилось тепло.

— Добрый день, фэт, давно не виделись, — улыбнулась Нани, и взгляд помощника отеля сразу потеплел и он явно пожалел, что такая красивая девушка обращается не к нему. Фосби кивнул на приветствие и вновь посмотрел на меня.

— Я не могу нигде найти флешку, — призналась я.

— Я уже понял. На ресепшене разбираются с этой проблемой и проверяют, кто сегодня убирался в твоем номере.

— Ты думаешь, что накопитель могли выкрасть? — удивленно вскинула брови я, и мужчина пожал плечами.

— Не исключено, — напряженно ответил он, и мы продолжили поиски, что заняло около пятнадцати минут.

Горничную, которая должна была убираться у меня на номере, нашли, но она оправдалась тем, что еще не заходила в этот номер и ждала выселения, хотя ресепционист хорошо помнит, что ключ-карту от этого номера брали на ресепшене. Уже пришли и мои родители, но добиться чего-то от менеджера было невозможно, она лишь нервно теребила края блузки и опускала глаза.

— Что же за беды валятся на наши головы? — причитала мама, недовольно поджимая губы и грозным взглядом смотря на младшую дочь. Кажется, в причине всех неудач она винила именно её. М-да, достанется ей сегодня от матушки…

— Любава, успокойся, всякое случается, — осадил её отец, обняв меня за плечи и поцеловав в висок.

Я моментально вспомнила этот же жест поддержки, только исходящий от Даррелла. Так странно, что мой собственный шеф стал так близок для меня. Или я выдаю желаемое за действительное? Ведь я никогда ни с кем не сближалась, а среди друзей подобные жесты — не редкость.

Поиски продолжились, персонала отеля в номере становилось всё больше, и, наконец, когда начальника это все допекло, он подошел ко мне и раздраженно сказал:

— Черт, мы опаздываем. Пора уезжать.

— Отправляйтесь, — согласился мой отец. — Я здесь займусь всем остальным. Не переживай, я не оставлю эту кражу без должного внимания.

Видно было, что начальник хочет спустить это дело на тормозах, ведь мы тоже получили эту информацию незаконно, но и отказаться от помощи моего отца означало бы прилюдно выказать ему недоверие, поэтому Даррелл сказал единственное, что мог в данной ситуации:

— Благодарю, фэт де Къена, но там не было ничего сверхважного, поэтому это не нуждается во вмешательстве полиции.

— Как же так? Думаю, что необходимо выяснить, кто пробрался в номер, — нахмурился мой отец.

— Пап, — вмешалась я, — Даррелл лишь хочет сказать, что пропажа флешки для нас не настолько важна, чтобы привлекать к нашей семье еще большее внимание общественности. Шумиха вокруг Нани еще не улеглась, я не хочу, чтобы и обо мне пошли сплетни.

— Разумеется, — кивнул Даррелл.

— Возможно, вы правы, — без особого доверия ответил де Къена.

Покидать отель в таком настроении не хотелось и мне, но выбора уже не было, поэтому мы с Дарреллом вместе спустились вниз, сели в автокар и отправились в космопорт. Я нервно кусала палец, не понимая, кому могла понадобиться эта флешка и кто о ней вообще мог узнать.

— Не нервничай. Всё разрешится, — уверенно заверил меня начальник, и я вздохнула.

— Просто не понимаю… У тебя есть какие-нибудь соображения по поводу похитителя?

— Не так много, как хотелось бы, — вздохнул Даррелл. — Парням из нашего отдела я не звонил, а ты? — я отрицательно мотнула головой, и мужчина продолжил: — Значит, круг сужается. О нашей командировке знало только начальство и, возможно, кому-то не понравилась тема нашего проекта.

— Ты серьезно? Это же миф! По крайней мере, до этого так все считали. Неужели кто-то мог настолько серьезно воспринять эту информацию? Даже я до сих пор думаю, что это просто красивая сказка, что не умаляет моего желания исследовать это дело, — призналась я, и Даррелл был полностью солидарен.

— Да, но ты забываешь о важности самого исследования. Может быть, кто-то хочет заработать на этом состояние, найдя древнюю сферу ундов и продав её на аукционе за бешеные деньги.

— Прости, я не подумала об этом, — смущенно прошептала я и больше не открывала рта до самого прилета в космопорт.

— Эй, не кисни. Обычное дело в нашей профессии. Все хотят угнаться за делом получше, — подмигнул мне начальник, когда мы вышли из автокара. Здесь он передал ключи специальному работнику космопорта, который доставит транспорт по указанному адресу.

Мы чудом успели сесть на нужный шаттл, а когда разместились на своих местах, переглянулись и негромко рассмеялись. Кажется, только сейчас мы осознали весь сумбур и сумасшествие, происходящее с нами за последнее время.

— Истэт, — обвинительно начал Даррелл, повернувшись ко мне. Шаттл начал взлет.

— Что? — насмешливо спросила я.

— Я с тобой скоро всю свою пунктуальность растеряю, на которую ты так часто жалуешься, — подмигнул начальник.

— Даррелл, — улыбнулась я, чуть наклонившись к нему, — при тесном общении со мной придется чем-то жертвовать!

Мужчина смотрел на меня со смешанными чувствами, после чего сглотнул и отвернулся к окошку иллюминатора. Я почувствовала, как к щекам прилила кровь, поэтому тоже отвернулась, позволив себе легкую счастливую улыбку.

Вот и закончилась моя поездка в столицу. Какая-то всепоглощающая тоска была на сердце, когда такси отъезжало от аэродрома. Я с заднего сиденья смотрела на Даррелла, прислонившегося к дверце автокара и неотрывно смотрящего на меня. Для меня эта поездка оказалась настоящим откровением. Откровением перед собственным сердцем.

Дорога заняла немного времени, поэтому уже скоро я смогла услышать крик братишки, сбегающего по лестнице нашего особняка. Вслед за ним бежала «любимая» бабушка со скалкой в руках, что вызвало у меня усмешку. Великая женщина, которая не боится перечить внуку! Единственная, после общения с которой он становится шелковый!

— Истэт! Истэт вернулась! Истэт! Вернулась родненькая сестренка!

Редко от него получишь такое определение. Он же априори не может говорить приятные вещи, только под жестокими пытками, к которым относится бабушка с извечной скалкой. М-да, жесткая женщина, ничего не скажешь, вон как глаза сверкают, того и гляди и меня скалкой поколотит. Хотя, с одной стороны, я её понимаю — этого мальца так и хочется треснуть! Но я была категорически против телесных наказаний и имела на это весьма обоснованные доводы: к любому ребенку можно найти подход, не прибегая к насилию. И бьют детей взрослые лишь от собственной беспомощности.

— Истэт, вернулась-таки! — воскликнула женщина, аккуратно спускаясь по лестнице, в то время как я обнимала своего брата, прижимая его ближе.

Странно, но я только сейчас поняла, насколько соскучилась по этому маленькому комочку теплоты и счастья. Да, пусть он был избалованным, вредным и хулиганистым, но при этом он был искренен. Он создавал в доме непередаваемую атмосферу уюта.

— Она меня живьем сварить обещала, когда я ванну отказался принимать, — шепнул мне брат, и я усмехнулась, убрав ему со лба прядь золотистых волос.

— Не бойся, она так только пугает, — ласково улыбнулась я, после чего повернула голову в сторону родственницы.

— Бабушка! Небось устала от нашего проказника?

— Уморил! Как есть уморил! Сил на него больше нет! — согласилась бабушка, аж за сердце схватилась.

Я изо всех старалась сдержать улыбку, когда обнимала родственницу, но хорошее настроение не желало меня покидать.

— Иди, отдохни, родная, ведь вижу, что устала! А я тут дальше сама справлюсь.

Честное слово, я буквально ощутила радость, исходившую от бабушки. Она, было, бросилась к дверям, но потом вспомнила про вещи и уже с меньшей охотой, но не менее резво, кинулась к лестнице на второй этаж. Мы с братишкой переглянулись, и я подмигнула ему.

— Спасибо, — пробормотал Колин, но пока отходить от меня не решался.

— Изводил тут бабушку? — я потрепала его золотистую голову.

— Нет!

— Изводил же, знаю! — усмехнулась я, и братишка передернул плечами, сдавшись.

— Чуть-чуть…

Я рассмеялась, чмокнув своего ежика в щеку, отчего тот нахохлился и посмотрел мне за спину.

— А мама с папой не приехали? — опечаленно спросил он.

— Нет, они будут позже, — ласково ответила я, не став рассказывать ребенку печальные события столицы. — Тебе мама не звонила?

— Вчера нет, — вздохнул он, — а сегодня мы с бабушкой в парк ходили.

— Понятно. Помыться тебе всё же придется. Бабушка уже ванну набрала?

— Набрала! Кипяток! Как я там мыться-то буду?! Вот поэтому и поверил всерьез её угрозе про варку…

Я рассмеялась, и брат подхватил мой чемодан и упорно потащил его по лестнице. С улыбкой я слушала, как всякий раз раздавался грохот при соударении пластмассы с очередной ступенькой. Но мешать ему не стала. Ребенку важно дать понять, что его забота и помощь мне нужна, что я её одобряю. Иначе может вырасти эгоист, который только и знает, как носить свою «борсеточку».

Весь сегодняшний день прошел в делах и заботах, ибо бабушка навела «порядок» в нашем доме. Вещи были расставлены по вкусу родственницы, тарелки я вообще еле нашла, а ту кашу, которую она приготовила на завтрак из своего любимого темно-коричневого овоща, названия которого я даже не помню, мы с братом выбросили в унитаз вместе. Причем меня от запаха чуть не стошнило, Колин держался молодцом, видимо, за последние два дня привык. В общем, заснула я без задних ног, а вот проснулась с чувством недосыпа от звонка будильника. Всю ночь меня доставали сны с участием ужасно знакомой физиономии привлекательного дракона…

В любом случае, сегодня начался новый день, в котором мне пришлось нести ответственность не только за себя, но и за своего брата на всю оставшуюся неделю. Приготовив завтрак из полуфабрикатов под аккомпанемент Колина по поводу того, что бабушка хотя бы сама готовила, я собрала мальца в садик, и мы вместе уселись в мой автокар. Я уже несколько раз отвозила его, поэтому знала месторасположение общеобразовательного учреждения для дошкольников.

— Истэт, ты меня заберешь? — спросил братишка, когда мы приехали к пункту назначения.

— Да, отпрошусь с работы пораньше и заберу. Не переживай. Беги давай, — улыбнулась я, открывая ребенку дверь, и он тут же стрелой бросился к своим друзьям.

Что ж, пожалуй, во мне просыпается материнский инстинкт, и я начинаю осознавать всё счастье наличия ребенка. Эх, это что же на меня так подействовало-то?..

Офис. Даррелл ли Фосби

Мыслей в голове было слишком много, и, к сожалению, большинство из них не имели ничего общего с работой. Даррелл открыл планшет и посмотрел на фотографию Истэт, которую он сделал тайком. Это случилось в тот день, когда нечистая сила дернула его привезти подчиненную к себе домой вместо того, чтобы связаться с администрацией отеля. Девушка лежала на кровати, её глаза были закрыты, волосы разметались по подушке, хотя один локон падал на открытую в вороте рубашки шею. Такая милая и соблазнительная.

Даррелл решил, что неплохо бы ей присвоить статус его невесты, которым он убьет сразу двух зайцев: избавит себя от нервотрепки по поводу заинтересованных взглядов мужчин в сторону своей подчиненной, которые, кстати говоря, она не замечала, и сразу удовлетворит желание отца. Тот, конечно, как любой родитель переживал по поводу наследников. Истэт латентна и это определенный минус, но не настолько большой, чтобы бросать полюбившуюся мужчине девушку. Это понимали и его родители, поэтому после разговора согласились с выбором сына. Теперь осталось уговорить саму Истэт. И что-то Дарреллу подсказывало, что она так просто не согласится. Просто не поверит.

Он подошел к окну и посмотрел вниз. Сейчас в здание вбегала красивая шатенка, которая, сразу видно, старалась не опоздать. Фосби взглянул на часы и улыбнулся. Она успела.

Истэт де Къена

Я буквально мчалась на работу. Почему-то опоздание отзывалось в моей душе бурей негодования, словно оно было одним из непростительных грехов. Я нахмурилась, вцепившись в руль покрепче, ведь раньше я не относилась так серьезно ко времени. Неужели мы с Дарреллом решили обменяться «пунктуальностью»? Или я боюсь вызвать неудовольствие своего начальника? Скорее всего, второе, всё-таки я его подчиненная, а, значит, должна испытывать некий страх.

Мои мысли с начальника вскоре переключились на домашние заботы. Странно, что когда мы остаемся наедине с каким-нибудь ребенком, мы чувствуем за него ответственность. В нас сразу просыпается взрослый человек, который подталкивает нас к взвешенным решениям, потому что мы знаем, что теперь заботиться нужно не только о себе, а еще о том, кто сам о себе позаботиться не в силах. Именно дети заставляют почувствовать нас самостоятельными и принимающими правильные и верные решения только от того, что они рядом и нуждаются в нашей поддержке.

Припарковавшись, я бросила быстрый взгляд на наручные электронные часы — времени еще оставалось в запасе. И куда так торопилась, спрашивается? Улыбнувшись сама себе, я направилась в сторону нужного здания, размышляя над тем, как повлияло на меня кратковременное знакомство с мистером Совершенство.

— Вернулась! — воскликнул Стивен, вставая из-за стола, когда я вошла в офис. — И даже нисколечко не опоздала! Тютелька в тютельку пришла! Кажется, вы с Дарреллом нашли золотую середину.

Я ничего не ответила, скромно улыбнувшись и пожав плечами. Неужели я так часто опаздывала? Странно, но некоторые вещи мы не замечаем за собой, пока нам кто-то о них не скажет.

— Истэт! — подскочил ко мне Марк, обняв. Я неуверенно приобняла его. — Будто вечность тебя не было! Ты не представляешь, как без тебя тут ужасно скучно!

— Как отдохнула? — улыбнулся Кларк, но с места вставать не спешил.

— Никак. Не забывай, что это была командировка, — я укоризненно посмотрела на коллегу. — Кстати, я тоже по вас скучала.

— Кхм, — раздалось сзади покашливание, и мужчины подобрались, даже угрюмый Фил встал из-за стола. Я тоже развернулась, посмотрев в сощуренные глаза Даррелла. — Всем доброго утра и удачного рабочего дня. От всех жду отчет о проделанной работе. Истэт, а ты составь план, который можно будет предоставить комитету.

— Хорошо, — согласилась я.

— Жду отчеты, — с этими словами шеф покинул наш офис, и мы расселись по своим местам.

Я тут же приступила к работе. Открыв программу, я сосредоточилась на воспоминаниях и одновременно проглядывала информацию, которую раздобыл Марк. Всё равно было очень много пробелов, и навряд ли комитет заинтересуется такой «пустой» работой. И всё же почему архив прячет эти данные? Пальцы забегали по виртуальной клавиатуре, а спустя полчаса был составлен примерный план-прошение. Скинув на планшет текстовый документ, я направилась в кабинет к начальнику. Фосби сидел вполоборота и смотрел задумчиво в окно. Кашлянув, я начала:

— Даррелл, я составила примерный план, но тут есть множество пробелов. Сложно обосновать причину для дальнейшего исследования, не опираясь на данные, полученные из закрытого архива.

— А теперь у нас даже флешки нет, и поэтому я не смогу подать прошение на экспедицию, — даже не повернувшись ко мне, ответил Даррелл.

— Ты планировал составить экспедицию? — немало удивилась я.

— Теперь об этом можно временно забыть, ведь данные по полетам теперь нам недоступны. Навряд ли прокатит второй раз трюк со «страстными любовниками», — усмехнулся он, и я немного смутилась. — А просить отца бессмысленно. Он еще и сделает все, чтобы усложнить мне работу.

— Он не слишком-то доволен твоей деятельностью.

— Ты права, но сейчас не об этом. Дай посмотрю, что ты написала, — я передала мужчине планшет и присела на свободный стул.

— Я вот все равно не могу понять. Такая важная информация была найдена до нас, а потом похоронена в закрытом отделении архива. Зачем?

— Власти. Они считают, что не все тайны мира должны быть постигнуты человеком, — задумчиво ответил он, продолжая читать информацию. — К тому же поиски сферы, если судить по записям капитана с бортового компьютера, забирали слишком много жизней. Информацию закрыли в целях безопасности, но ведь настоящим исследователям не запретишь копаться в запрещенных файлах?

— Не запретишь, — вздохнула я.

— Ладно, насчет прошения давай сделаем так. Напишем тут узнанную информацию, но сделаем акцент на том, что это наши догадки. Потом уже, возможно, получим доступ и сможем не просто передать дело активной группе, а заняться исследованием лично.

— Хорошо, значит, переписывать? — спросила я, но Даррелл отрицательно покачал головой.

— Я сам этим займусь, а потом съезжу в комитет.

— А я? Ты не собираешься меня брать с собой? Вообще-то, это нечестно, — обижено и совсем по-детски ответила я, и только потом сообразила, что разговариваю с собственным начальником. — Простите.

Ли Фосби улыбнулся, покачав головой. Я заворожено смотрела, как световые лучи, попадающие через окошко, играют в его светлых волосах. И почему он настолько привлекательный? Даже простые действия у него получаются изящными.

— Хорошо, поедем вместе. Минут через двадцать.

Я не сразу поняла, о чем он говорит, а когда смысл слов дошел до меня, я широко улыбнулась.

— Спасибо!

— Иди уже, Истэт, — вздохнул начальник, словно я его тут слезно умоляла взять его с собо и он жутко выдохся от выслушивания моей слезливой тирады. Но на самом-то деле такого не было!

Я вышла из его кабинета и отправилась обратно в офис, где меня встретил задумчивый взгляд Марка. Парень смотрел на меня со смешанными чувствами и явно порывался что-то спросить, но не решался. Спрашивать его о чем-либо я не стала, прошла к своему месту и села за компьютер, вновь просматривая информацию о сфере.