Глава 12

— Так вот товарищ Иванов именно тогда у меня и зародились подозрения. — Закончил свой рассказ человеку в штатском с явной офицерской выправкой. Уверен он такой же Иванов, как я Джон Смит.

— Понимаю вас Василий Иванович, но вы смогли удивить. Молодой парень, что купил себе плеер меня как раз не удивляет у нас многие их покупают. Но так не стандартно использовать, провести запись разговора, ваши пленки будут одним из главных доказательств для советского правосудия.

— Ничего в этом удивительного нет товарищ Иванов, в Риге вообще множество дефицита продают. За прошлое лето заработал денег на сдаче чеснока, у меня вот и бумаги есть о том, что доходы абсолютно законные. Как был назначен комсоргом группы, озаботился аппаратурой для наглядной агитации и работы с молодежью нашей комсомольской организации.

— Не назначен Василий Иванович, а вы были избраны на демократических выборах. У нас не США дабы назначать у нас демократия. Желаете я вам даже скажу кто будет следующим президентом США? — Иванов посмотрел на меня отеческим, почти любящим взором.

— Любопытно, если вам не сложно товарищ Иванов скажите пожалуйста.

— Следующим президентом США будет или представитель республиканской или же демократической партии. Марионетки в телевизоре меняются. Обманутые граждане Америки думают, что их голоса хоть что-то значат. Власть же вместе с деньгами передается по-наследству. Какая разница, какой клоун сидит в «Белом доме»? Правят олигархические элиты и они уж поверьте Василий Иванович без крови власть из своих цепких лапок не выпустят.

— А что будет с председателем колхоза? — задал я интересующий меня вопрос.

— Ну, а что хорошего может быть с пособником нацистов? Пусть он лично в полицаях и не был, но нацистам симпатизирует. Ничего хорошего, а впрочем, как решит суд. Меня больше ваше будущее интересует Василий Иванович. — ответил Иванов, но я все больше и больше убеждался, что никакой он не Иванов.

— А что с ним не так? В 2000 году будет построен коммунизм, а пока закончу учится, пойду работать и все у меня будет хорошо.

— До этого светлого времени нужно еще дожить, но враги не дремлют. Предлагаю вам поработать на государственную безопасность, как вы на такое посмотрите комсорг?

— Как? Я даже до младшего сержанта на срочке не дослужился. Да чего там сержанта? Мне лычку ефрейтора не дали, а теперь, что? Из рядовых сразу в офицеры КГБ? — наверное у меня было очень удивленное лицо, что даже «Иванов» не удержался и рассмеялся, впрочем довольно быстро взял себя в руки.

— Семен Семеныч[5]! Ну какого офицера КГБ? Я предлагаю стать внештатным сотрудником. Впрочем… С вашими талантами, да если будете подобную «рыбку» в мутной воде ловить. Как знать, может вы еще всеми нами покомандовать успеете. — пошутил человек в гражданском.

— Где расписаться кровью товарищ Иванов я хочу и я согласный!

— Вы забавный молодой человек, дерзкий, с юмором. Мне нравится, но вы правы. Западный блок и показывает нас с вами, да и весь СССР, как кромешный АД! Такое пишут… — Иванов извлек какие-то бумаги.

— Я конечно же врагов не читал. Где бы мне вражескую литературу в моем колхозе встретить, но осуждаю. — согласился я с офицером КГБ.

— Вот здесь и здесь. — прокомментировал Иванов, а я легким росчерком пера стал внештатным сотрудником КГБ.

— Поздравляю вас Василий Иванович, грамота будет доставлена в ваше ПТУ. Извините, но громкого награждения и звезду героя Советского Союза вы пока не заслужили. — улыбнулся «Иванов».

— Я не гордый, я согласен на медаль[6]. — улыбнулся гражданину в штатском.

* * *

Жизнь налаживалась! Колхоз не остался без руководства, как только председателя сняли. Новый глава колхоза побаивался меня, если не до икоты, то как минимум до осторожности в разговорах. Причем я бы в такой вот деревне жить не захотел. С одной стороны с тобой почти шепотом и на Вы, а с другой. Все понимают, приезжало КГБ, да и комсорг оказался не простой, а с сюрпризом. Трудно бы такому пришлось, но я-то тут жить и не собирался, а для работы по уборке картошки наоборот помогло. В один момент у нас отобрали «газончик» и предоставили колхозный автобус РАФ, очень комфортабельный нужно сказать. Баня для нас работала каждый день, а точнее вечер. Мало того, что нас снабжали продуктами. Мы же на поваров поступили учится. Так колхозный «РАФик» приезжал в школу, где обед: первое, второе, десерт и компот, грузили в термоса. Причем термоса для работников моментально нашлись. И как я и говорил, девчата из тех, что лучше всех умели готовить не просто так пошли на повара учиться. При наличие отличных продуктов они готовили, как в лучших домах Лондона и городу Парижу. У нас даже десерт был.

С учетом моих первых капиталовложений, где картошка оказалась просто «золотой» мы прямо в первый день сбора вырвались в передовики производства. Каждый вечер принимал телефонограмму и отправлял свою с тем сколько мы собрали и получал информацию сколько собрали студенты нашего ПТУ. В коридоре школы висела стенгазета, что оформляли мои девочки. Там был график. Мы лидировали с заметным отрывом. В субботу нам даже доставили красное знамя. Это конечно же не государственное знамя, а скорее вымпел. Но в соревнованиях комсомольских бригад и конечно же в стенгазете, что мы вели оно называлось именно переходящим красным знаменем.

Утро начиналось, как нетрудно догадаться с подъема. Затем девушки шли в сушилку, что я организовал. Не смотря на сухую погоду, благо дождей не было, вещи, точнее грязные вещи в коих выбирали картофель вешали в сушилку, переодеваясь после бани в чистое. К этому времени я принимал редакцию нашей стенгазеты. Девчата веселились от души. Ну а чего вы от них хотите? Вчерашние школьницы, впервые вырвались из дома и живут самостоятельной жизнью. Каждый раз мне предлагали новую статью, ибо к стенгазете подвешивали новую статью, а одну из старых снимали. Впрочем не выкидывали.

Я аккуратно вел подшивку нашей стенгазеты в отдельной папке. По возвращению из колхоза собирался сдать администрации ПТУ. Зачем? Бюрократия. Вероятнее всего выбросят, хотя как знать! Могут использовать, как агитационный материал уже внутри ПТУ для стенгазеты училища. Тем более у нас было множество фотографий. Я приехал с личным зеркальным фотоаппаратом «Зенит». На пленку опять же не поскупился. Причем в первую неделю думал с ума сойду. Девушки охотно выступали в роле фотомоделей. Фотографировал отдельно, группами, вдвоем или втроем с подружками. Что в общем-то было не сложно. Однако они мне прохода не давали всю неделю.

— Василий Иванович, ну когда фото будут готовы?

— Девушки нужно выходных дождаться, здесь у меня нет проявителя, закрепителя. Мне надо в райцентр ехать с пленками.

Устало уже в миллиардный раз на один и тот же вопрос, заданный разными словами давал я один и тот же ответ. Потому в первую же субботу я не красному знамени радовался, а возможности проявить пленки. Как говорят у нас в селе «за магарыч» мне их проявили в течение дня. В этот же день были распечатаны фотографии. Хотя обычно на это уходит сутки или даже больше. Хотя это только так говориться «магарыч» в Прибалтике брали деньгами. Ну а чего? Дефицита нет! И не планировало быть. Потому деньги нужны всем и всегда на разные ништяки.

Когда я приехал с папкой (бумажные папки для делопроизводства) в которой были фотографии девушек моей группы. Ну и дабы меня не порвали на пикульки, прошел в ленинскую комнату школы, где мы проживали и оставил ее на столе. Далее, как до ледового побоища не дошло не понимаю. Может потому, что льда не было? Возможно т. к. девушки не нашли псов-рыцарей и не имели лат, боевых топоров и копий, не знаю. Но счастливый девчачий визг, смех, крики, эмоции так и бурлили. Из ленинской комнаты раздавались возгласы вакханалии примерно час, не меньше. Девчата искали свои фото, смотрели фотографии своих подружек. Смеялись над теми снимками, где кто-то из них получился в смешной или нелепой позе. Естественно радостно и громко все комментировали, короче делились эмоциями.

Вечером я зарядил пленку в проектор для диафильмов (не покупал был в самой школе) и мы сидели в ленинской комнате без света, подвесив на доску белую простыню и смотрели фотографии. Так сказать на большом экране. Потому нам было, что приложить в подшивку кроме статей. Крупная или необычная картофелина и умилительная рожица одной из барышень нашей группы, что специально ее скорчила якобы удивляясь такой вот необычной картошке.

К этому времени когда уже была утверждена новая статья для стенгазеты и одна из старых убрана в подшивку, дежурная по кухне девочка заканчивала готовить. Кабинет трудов в этом простом колхозе в Латвии поражал своим богатством. Девочки-школьницы учились домоводству на уроках труда. Потому там были шикарные полупрофессиональные, а может даже и вовсе профессиональные электрические плиты. Естественно с духовками. Мы потому и решили, что будем еще и десерты делать. Ибо 90% десертов это дешево и сердито, но удивительно вкусно. Для того же бисквита, требовалась мука, яйца, молоко. Кстати! Молоко нам поставляли местные жители. Конечно, ездил скупщик молока по колхозу, но мы платили на 20 копеек дороже официальной скупки за литр потому нам его и продавали временно забив на официальную скупку от государства. Опять же имея бисквит легко собрать торт или пирожное, выпечь печенье тоже не особая проблема. Ох и растолстею я на картошке со своими талантливыми барышнями!

Начиналось утро с кофе. Не знаю где и как, но в моей деревне откуда я родом, хотя сельпо и достаточно неплохо снабжали купить кофе было возможно, но все же проблематично. Его заказывали и ждали. Здесь даже в колхозе кофе стояло в свободной продаже, никаких лишних договоров, обращения заранее к продавщице, «заказов», делать было не нужно. Потому в огромной кастрюле варили кофе фактически со сливками. Ибо по жирности деревенское молоко близко к сливкам, что продают в магазине. Его было много да и на сахаре не экономили. Хочешь выпей стакан (да пили из граненых стаканов), а хочешь два, да хоть пять, но ты же лопнешь деточка! Ну или будешь на поле бегать в поисках кустиков. К кофе подавали печенье «дамские пальчики», очень оно понравилось мне и нашим девчонкам. Они еще не поварихи, да и я не повар. Но мамки и бабушки чему-то учили. Да и курсы домоводства не только в этом колхозе для девочек были, а по всему СССР…

Кроме сладостей с утра нас ждала традиционная картошка-пюре. Разумеется с котлеткой. Я говорил класс для домоводства был отлично оборудован. Были промышленные или полупромышленные миксеры, электрическая мясорубка. Впрочем девочки вначале ее даже боялись. Очень мощная. Вероятно она могла и кости молоть. Засунешь туда пальцы и считай ты калека. Потому вначале на ней только я работал. Затем уже девушки, но под моим присмотром. Молодые, дурные еще. Увлекутся и станут рукой мясо проталкивать и жди беды. Кстати картофель мы не воровали. Нам официально разрешалось его брать. Понятно если бы каждая барышня из моей группы набрала по мешку, ну или по десять и решила отправить родителям. Такое бы никто не разрешил сделать. Да и на чем бы его повезли? А вот покушать мне и девушкам разрешалось брать, столько, сколько нам нужно. Опять же в пюрешку даже масло не добавляли. А зачем? Есть молоко! Жирное, качественное деревенское молоко.

Покушав пюрешку с котлеткой, печенье с кофе мы грузились в «РАФик», ну кроме дежурных и второй смены… Те кто оставался при кухне и на поддержании порядка в школе. Рядом с полями всегда была если не лесополоса, то хотя бы небольшие посадки. Их высаживали в СССР системно. Дабы почвы и прочее не выдувались с полей, ну и снег задерживался на полях зимой. Там набирали валежник и жгли костер. Образовывались угли в них запекалась картошка. Не потому, что кто-то был голодным! Я даже боялся серьезно растолстеть после таких вот «работ». Просто поехать на картошку в колхоз и не покушать печеную из костра было бы преступлением! На чистой газетке всегда была насыпана соль из пачки. Подходи бери сколько тебе нужно, кушай, соли картофель. Впрочем соль к концу рабочего дня всегда становилась черная. Потому вместе с газеткой летела в угли, сгорала и затем прежде чем уехать мы заливали угли из бидона. В бидонах же было разное: молоко, квас, вода, домашний квас. От жажды на поле никто не страдал. По случаю осени и отличного снабжения лежали арбузы. Мы их покупали в сельпо.

Нам кстати вообще никогда не привозили арбузы. Впрочем в моем колхозе их бы и не покупал никто. А зачем? Каждый или на своем огороде растил или мог взять у соседей. И я сейчас не про украсть, бартер внутри любого села дело святое. Хотя чего там лукавить? Дети хулиганили, лазили по огородам в том числе за арбузами. Но это совсем другая история.

К обеду приезжал микроавтобус РАФ и привозил обед и девушек из второй смены. Барышни, что отработали до обеда кушали и грузились в микроавтобус. Они уезжали в село, их рабочий день закончен. Я же оставался с девушками из второй смены до конца. Впрочем картошку не собирал. Вообще никогда. Да и девчата не настаивали. Ибо я единственный мужчина в нашем коллективе. На мне были мешки. Взваливал и тащил к «газончику», благо он поближе к мешкам подъезжал. Ссыпал в кузов. Работенка надо сказать та еще. Лучше бы я картошку собирал. Барышни это понимали. Видели, что мне тяжело. Потому мой короткий отдых, пока машина не вернулась за картошкой считался вполне себе законным и заслуженным. Никто не требовал, дабы я еще и картофель выбирал.

К вечеру нас забирал микроавтобус и мы ехали в баню. Ну как «мы»? Мы пахали я и трактор. Если бы комсорг группы парился в баньке с девочками, такое бы сочли верхом разврата. Зато потом в бане я оказывался совершенно один. Ну когда все девчата моей группы помылись. Обычно кушал раков, соленую рыбку, пил пиво. Удивительное, вкусное рижское пиво. Впрочем мне хватало 2–3 бутылки, никогда не напивался. Хотя может потому, что компании не было? Не знаю. Возвращался аккурат к ужину. На котором обильно были представлены те же арбузы, часто жарился шашлык, да и сам ужин плавно перетекал в деревенскую дискотеку. Именно сельскую…

Девушки настаивали, да и я не особо ломался и просто выносил магнитофон. Ибо школа была богато оборудована. Имелся довольно мощный хоть и пленочный магнитофон «Маяк», ставил разную музыку. Зная наши традиции к сельской школе подходили местные. Еще бы они не приходили! Столько молодых девчонок. Впрочем и местные девушки тоже подтягивались на вечерние танцы. Благо места возле школы вполне себе хватало. Была довольно крупная асфальтированная площадка для проведения торжественных линеек скажем на 1 сентября. Не знаю, как в других колхозах, даже в моем родном были бы конфликты. Например комсоргу скорее всего разбили бы морду лица. Ибо че он городской? И не колышет, что сам родом и деревни. Чужак…

После ситуации с бывшим председателем и визитом сотрудников конторы глубинного бурения меня нет не уважали. Уважением и не пахло. Банально побаивались связываться. Начиналась криминализация общества считали «мусорским», впрочем не далеки были от истины. Я же подписал бумажку и уже внештатный сотрудник КГБ. Потому выступал арбитром в спорах. Хотя я не был занудой. Был строг, но справедлив. Моих девчонок не трогаем. Не бухаем. Хочешь бухнуть? Отойди от школы, выпей, да хоть литр засади какие проблемы? Драться? Так отойдите от школы и хоть поубивайте друг дружку. Ну и опять же если не считать меня, то чисто женский коллектив. Деревенские парни драться с ними не хотели. Наоборот ждали взаимной любви и нежности. Вероятно начинались курортные романы. Блин «курортные», да наша жизнь максимально напоминала курорт. Но я девчонкам не нянька. Желают отношений? Пусть строят. Главное дабы никто их к этим отношениям не вынуждал силой.

Итого так продолжалось еще неделю. Дальше картошка просто закончилась. Толи мое распределение на две бригады и вложение в первый день окупилось. Возможно новый председатель не желал видеть внештатного сотрудника КГБ в своем колхозе не знаю. Нам сказали, что мы молодцы. Выписали деньги… Кстати! Затем будут врать про бесплатный труд студентов, а это чистейшей воды ложь. За сбор картошки платили. Не много… Но т. к. мы передовая бригада примерно по 60 рублей на девочку получилось. Это не считая, что мы студенты и стипендии нас никто не лишал. Плюс продукты, что выделялись. Моя инициатива что-то покупать в сельпо и у местных жителей одно. Однако и колхоз выделял продукты, дабы мы кушали. Опять же баня… Короче чудно время провели. Нас т. к. закончили первыми объявили победителями комсомольского соревнования, мне даже обещали грамоту выдать за ударный труд и победу в соревнованиях. Комсомольские бригады стали бороться за почетное второе и третье место. Когда же я привез целую подшивку нашей стенгазеты и фотографии с места проведения работ, даже обещали опубликовать репортаж с полей в газете «Труд», а получится и в «Комсомолке». Ну это уже брехня. Не такие мы молодцы, дабы на весь Союз прогреметь. Короче учеба еще не начиналась. Остальным бригадам еще 2 недели работать. Как итог у меня и у девчат образовались двухнедельные каникулы перед началом занятий. Нежданно, не гаданно, но приятно!