Глава 11

Комсомол, как организация умер. Во всяком случае в Латвии, а точнее в Риге. Ибо меня Придурка-Ваську назначили комсоргом группы. Почему умер спросите вы меня? Сидела наша классная руководительница и директор ПТУ, кстати тоже женщина. Что по сути председательствовали в президиуме, как старшие товарищи, ибо были коммунистами, ну или коммунистками. Речь, что толкнула классуха «тронула» меня до глубины души.

Девочки, Вася единственный мужчина в вашей группе. Он старше, отслужил в армии. Потому предлагаю назначить его комсоргом группы. Кто за?

Фигасе «агитация»! Что вы вообще знали про административный ресурс? Я теперь знал все. Более того, как я помню, даже по нашей деревне в президиуме должно заседать минимум три члена. Наверное по бумагам и был кто-то третий, кого нам не назвали. Возможно, его просто впишут задним числом и пока не решили, кто эта загадочное инкогнито. Да и по большей части девочки в группе вчерашние школьницы. Те что закончили восьмой класс. Кто пойдет против директрисы и будущей, а теперь уже действующей мастачки? Да никто! Меня избрали единогласно. Далее была назначена староста группы. Удивительно, но старостой меня не поставили. Вероятно повлияли мои оценки. Предложили некую Верочку, речь тоже была не особо длинной.

Верочка, отличница! Всего пару четверок и три тройки в аттестате. Остальные пятерки. Предлагаю ее в старосту группы.

Снова голосование и снова единогласно, даже с учетом, что я руку ваще не поднимал. ПТУ — помоги тупому устроится! Не все понимают у нас в аттестате ващет всего 11 предметов. ОДИННАДЦАТЬ! Пять из них явно не на пятерку! Это отличница. Все финиш! Сливайте воду.

Мою группу и надо сказать без мастачки, что подошла кто мне и проникновенно сказала…

— Василий Иванович, я вам доверяю. Вот телефон звоните, если что. Прикройте пожалуйста, а я вам помогу по учебе.

Передала мне листочек и помахав нам ручкой, впрочем передав мне список с именами и фамилиями девчат отправила в колхоз. Только мы погрузились в ПАЗик, так я заявил девчатам.

— Ну что девчонки? Картошку собирать — это вам не в санатории отдыхать? — кто-то хихикнул, а наша староста группы Верочка латышка задала мне вопрос.

— Эээто кто сказал? — прибалты почему-то тянут первые буквы.

— Как кто? Цицерон. — я ждал улыбки, но Верочка серьезно кивнула и что-то записала в блокнотик.

Только-только приехали в колхоз нас встречал сам председатель. Он вещал что-то про ударный труд и прочую чушь. Девчата краснели и не знали, что сказать, мялись у автобуса.

— Председатель. Мы жить где будем?

— Меня зовут Антонс Валтс. Председатель колхозаа. — соблаговолил представиться председатель колхоза. Кстати прибалты еще умели растягивать и последнюю букву.

— Василий Иванович. Комсорг.

— Для проживания выделяется классы в нашей школе. — Дал ответ Антошка.

— Стоп! Я работал сторожем в школе. Вы желаете и рыбку съесть и на елку влезть, да еще и жопу не ободрать? — наехал я на председателя.

— Ты как говоришь сопляк? Да я тебя!

— А что вы собственно меня Антон (я намеряно пропустил ЭС) Валт? Если я прямо сейчас позвоню в ОБХСС и уточню работает ли сторож во время нашего проживания в школе и получает ли зарплату, таким не заинтересуются товарищи из органов? Например тем, кто собственно получает зарплату?

— Комсорг отойдем. — почти без акцента предложил Антошка.

— Василий Иванович. — поправил я председателя.

— Отойдем Василий Иванович. — скрепя зубами сказал Антонс Валтс.

Мы отошли немного в сторону. В этот момент автобус тронулся и уехал. Боковым зрением я отметил водила погрузил какие-то сумки. Вероятно купил у местных жителей деревенское молоко и яйца. Девчата стайкой напуганных цыпляток сбились у обочины дороги, будто грозило переехать транспортом. Так-то в колхозе, любом колхозе, движение автотранспорта далеко, не как в мегаполисе.

— Ты зачем воду баламутишь? — попытался наехать Антон.

— Председатель ты свои деньги зарабатываешь мне по хрен. У меня свой интерес. Не смотри так он не в деньгах.

— Что ты хочешь комсорг? — сказал как выплюнул председатель.

— Грузовую машину, нам надо с девчатами на поля ездить, да и чтобы без проблем на ГСМ заправляли.

— Будет…

— Что с баней? — задал я вопрос.

— Раз в неделю. — отрезал Антон.

— Каждый вечер. — и сразу посчитав вопрос решенным, доступ к телефону, я сплю в кабинете директора школы и имею ключи от всех кабинетов. И еще одно, попытаешься меня обмануть… Сразу звоню куда следует.

— Может договоримся?

— Конечно договоримся! Что по питанию?

— Согласно трудовой норме. — ответил Антон.

— Маловато будет, кроме талонов и обеда в поле, нам положена трудовая норма и да план мы выполним быстрее всех.

— Это еще почему? — удивился председатель.

— Ну хочешь мы задержимся, поработаем месяц или два, вникнем в твои схемы?

— Не хочу!

— Мы договорились?

— Да…

— Тогда я скажу девочкам, чтобы в женском кабинете труда развернули пункт питания? — добил я Антона.

— Да делай что хочешь. — Антонс Волтс махнул рукой…

Я же будто товарищ Сухов пошел к освобожденным женщинам Востока Запада.

— Верочка задача как старосте группы узнать кто из девушек лучше всех готовит найти 7 человек, набор неделька! Каждая из них дежурит на хозяйстве раз в сутки.

— А как же остальные Вася?

— Василий Иванович! — сразу поправил старосту.

— Как же остальные Василий Иванович?

— Кто хуже всех готовит, составь список на них уборка и закупка продуктов в магазине.

— Откуда возьмем фонды?

— Я работал Верочка до поступления в ПТУ, что комсорг группы зажмет денег? Ты комсомолка или откуда у тебя такое буржуазное мышление?

— Простите Василий Иванович.

— Девушки по…(я хотел сказать построились) за мной барышни! — и мы отправились стайкой в сторону сельской школы.

Планы на ближайшее время были очевидны. Да и деньги у меня тоже были. Валялись в моем рюкзаке, что я купил для выезда на работы. Всех денег не заработать? Так их все и не потратишь. Почему бы не покупать хорошие качественные продукты для котла нашей группе в сельпо? Даже сельские магазины Прибалтики отлично снабжаются. Разумеется не так как столичные. Вот только мы с девушками голодать точно не станем. Однако не успел я утром проснутся, как сквозь сон услышал телефон. Он настолько навязчиво звонил, что я не вытерпел, встал с кровати, что предоставили нам для заселения в школу (аналогичные: металлические сетчатые кровати были и у девчат) взял трубку.

— Комсорг Василий Иванович у аппарата. — я не стал уточнять какого ПТУ и какой группы. Ибо звонили в школу. Каким было мое удивление, когда я услышал МАСТАЧКУ!

— Что у тебя там творится ВАСЯ⁈

— А что у меня собственно творится?

— Ты зачем каких-то буржуев цитируешь?

— Это каких? — еще не проснулся и не понимал за что наезжает классуха.

— Мне Верочка вчера в ночь звонила вся в слезах. Цицерон — это кто вообще?

— Патриций, сенатор, оратор древнего Рима.

— Откуда тогда он мог знать про санатории и сбор картошки? Картошку Петр-1 завез в Россию!

— Не мог знать. — тут до меня дошло. — Так это вам Верочка стуканула? Успокойтесь Надежда Павловна, Цицерон давно умер и ничего не знал про советские санатории и картошку, Колумб еще не родился, когда Цицерон умер, это я пошутил…

— Ну и шуточки у тебя Вася! А что там у вас за конфликт с председателем колхоза?

— Так нет никаких конфликтов! Обещаю группа будет передовиком производства, да и девчата заработают!

— Сам значит заработать не желаешь?

— Я комсомолец тружусь не ради денег, а ради результата.

— Ты не подведи меня Вася.

— Василий Иванович…

— Не подведи меня Василий Иванович. Жду только положительных новостей!

К восьми утра прибыла машина. Обыкновенный советский «газончик», причем водитель свинтил. Впрочем наплевать. Если Антошка считает, что мотострелок не умеет водить автомобиль, даже грузовой он ошибается. Как раз открылся магазин. Из своих запасов т. к. нам пока так и не поставили продуктов выделил денег. Все равно все 45 тысяч не потратить. Знали бы мои девки, что у меня в рюкзаке ха-ха-ха!

Выделил средства, отправил за тушенкой и макаронами. Очень быстро соорудили макароны по-флотски. Ибо морковку и лук, можно купить в любом дворе, ну почти любом. Много не возьмут. Где-то бегал и орал беснуясь председатель колхоза. Как же скоро 9 утра, а бригада студентов даже не вышла в поле. Я дал ему выпустить пар, а затем отозвал на разговор.

— Антон, ну что ты паникуешь?

— Вы обязаны быть в поле!

— Вы обязаны быть в поле Василий Иванович, ты что нашу партию не уважаешь Антошка? — поправил я дабы обращался по имени с отчеством.

— Я коммунист, а ты комсомолец, как ты со мной разговариваешь? — возмутился председатель.

— Как передовой отряд молодежи нашей партии. По чьей вине произошла задержка поставки продуктов? Кто демонстрирует врагам партии и Советского Союза, что в стране ГОЛОД!?! Это диверсия или предательство? Почему я из своей зарплаты, что зарабатывал до учебы должен прикрывать твои косяки?

— Посмотрим, как ты заговоришь в поле щенок!

— Угрожаете срывом поставок продовольствия т.е. обеда на поля комсомольской ячейки?

— Я вас голодом уморю если надо будет!

— Мы выполним свои обязательства перед Родиной и партией несмотря на любые ваши преграды гражданин председатель.

Антошка сбежал, как ошпаренный. Я же вышел к школе с армейским походным котелком и кружкой, где был налит чай и сел завтракать на ступеньках школы. Заметил парочку любопытных пацанят. Те гоняли на велосипедах «Орленок». Сделал жест означающих подойти или подъехать ко мне.

* * *

В итоге т. к. водитель так и не явился гад. Посадил девчонок в кузов «газончика» и мы отправились на участок, что нам предстояло выбрать. Девушки принялись за работу. Впрочем наши девушки были явно из городских, ну в основной своей массе. Не говорю прямо все из Риги. Нет! Однако судя по маникюру и навыкам владения ведром, они не знали деревенского кун-фу. На меня даже стали ворчать. Ибо я сидел в кузове колхозного «газончика» и играл на гитаре. Как вдруг на горизонте показалась целая стая «саранчи». Множество детей и подростков на велосипедах. Они не просто ехали, а звучали, как оркестр. Позади каждого «велика» было привязано ведро, вот оно и громыхало о железный багажник двухколесного друга. Надо заметить ехали не только мальчишки, но и девчата. Поле, что казалось необъятным было просто покрылось подростками и детьми. Каждый из них без слов стал собирать картошку, каждый имел личное ведро.

Сегодня у нас был особый день. Когда деревенские присматривались ко мне, когда я присматривался к деревенским. Потому каждый, кто набрал ведро картошки не ссыпал его в мешок. О нет! Он тут же бежал с ведром к машине. Показывал мне, я кивал головой. Принимал картофель и ссыпал в кузов. Счастливчику вручался новенький рублик из только что распечатанной (правда не при детях) упаковке рублей. Никогда еще картошка не стоила так дорого!

Что такое рубль для сельской девочки или мальчонки? Целых пять порций мороженного пломбир! За сколько сельский ребенок или подросток наберет ведро? Тут от личных навыков зависит, но не многим больше, чем за 5 минут работы. Десять минут 2 рубля, час работы 12 рублей. Сумма почти равная сокровищам, что были найдены в пещере Али-Бабы и сорока разбойников! Во всяком случае для ребенка. В течение часа колхозный «газончик» был заполнен картошкой.

— Ребята все сюда! — позвал я. Дети и подростки колхоза радостно улыбаясь и утирая сопливые рожи собрались вокруг броневика «газончика». С которого комсорг группы т.е. я толкнул свою речь.

Ребятишки я отгоню машину на пункт приемки картофеля. Сформируйте сами рабочие бригады. Я вам абсолютно доверяю. Считаете сколько мешков собрали и в каждом мешке по 4 ведра! Я так сказал! Плачу бригадиру лично, он делит на всех. Парни! Кто посильнее и может таскать мешки! Каждый ссыпанный в газон мешок (это я обратился к подросткам) рубль! Вам даже собирать картошку не надо! Девчата не расстраивайтесь. Найдутся, те что смогут таскать мешки мне скажите, заплачу ЗОЛОТОМ!

Впрочем над моей шуткой девушки подростки рассмеялись.

— Все я уехал, мешки там, жду результат!

Появление «студенческой машины» вызвало удивление конторщицы. Впрочем я без всяких сомнений завел «газончик» на весы. Потребовал выписать акт приемки и указать место куда ссыпать картофель. Вернулся на поле, а там уже стоят мешки с картофелем. Причем местные болтают с моими девчатами. Припарковал «газончик» выпрыгнул из кабинки, дошел до своих девочек.

— Девчата, мы тут сами справимся, не желаете искупаться?

— Желаем! У нас купальники в общежитии! — самая бойкая ответила мне.

— В Риге или в школе? — уточнил я, ибо и там и там общага.

— У кого как… — дала ответ уже другая девушка. Пора бы запомнить их по именам, хороший я политический лидер, раз девчат своей группы не знаю.

— Может у кого два или готовы поделиться с подружками? — уточнил я.

— Скажешь тоже Василь Иваныч два, но поделится можем и посмотрим чеб эти не подглядывали! — самая бойкая опять ответила мне.

— Короче делаем так! Двое девчат со мной на ваш выбор за купальниками и покрывалами. И устроим шашлыки!

— Это как же мы их устроим Василий Иванович? — самая бойкая на меня наехала.

— Ребятня! Кто в селе готов продать барана или свинью? Может кто недавно колол? Плачу по цене колхозного рынка! — это я уже обратился к местным.

— Да никто не колол, не зима. Раз платишь зарежем, но деньги вперед. — Сплюнул по деловому парень-подросток. Показывая свою независимость.

— В кузове на картошке доедешь или выпадешь? — задал ему вопрос.

— Я че дурак? Тут денег платят… Неа… не поеду…

— Понял! Осознал! Был не прав, а к вечеру мясо будет если к твоим заехать и от тебя записку передать?

— Да кто я такой бате указывать? Я адрес скажу, ты денег передай, они сделают «командир».

— Местные подходим, не суетимся…

Дальше пошло-поехало до автоматизма. Мой «газончик» только и делал, что приезжал забирал картофель, ссыпал, получая накладные для сдачи и снова выезжал за новой партией картофана. Девчата балдели на тепленьком бережку пожарного пруда. Он был прогрет солнышком несмотря на раннюю осень т. к. был крайне неглубоким, ну и теплый климат Прибалтики.

Еще не успела даже начать смеркаться мы прибыли назад к школе. Родители Владиса (так оказалось зовут плюющегося парня) притащили там нежнейшее мясо двух замаринованных барашков. Пацан знал своих родителей лучше, чем я знал. Потому они с радостью приняли деньги и за отдельную плату договорились замариновать мясо и даже доставить куски спиленных вишень на которых мы и стали разводить огонь, добиваясь углей. Кстати крестьяне не обезумили валить ради меня вишню. Это городские не в курсе, но деревья регулярно нужно опиливать.

Пацаны мне указали на местных алкашей, что только и занимались рыбалкой. С этого и жили. Те в ответ на водку из сельпо доставили раков. Ну а уж пиво… Обычное рижское пиво в сельпо было. Я целый ящик притащил сразу в баню. Парадокс, но банщик мне сообщил, что председатель не велел сегодня топить. Нечего дескать тратить мазут, но за 5 рублей растопил баньку до состояние настоящего ада. Я подогнал девочкам своей группы свежесваренных раков и ящик пива. Дабы им веселее отдыхалось.

Именно в этот момент приехал председатель колхоза.

— Срываете план товарищ комсорг. — начал он с наезда.

— Простите какой именно план? — уточнил я.

— Ваша комсомольская бригада должна быть на полях!

— Сеять? — изобразил я дурака. — так вроде не сезон и посевной материал не получали.

— Нет! Собирать картофель!

— Поля убраны, те что были нам предоставлены.

— Этого не может быть! Вы не передовая бригада, а отстающая!

— Кто сказал? — удивился я…

— Это я так записал…

— Вот документы, мы все убрали за сегодня и куда раньше вечера. Вот документы приемки и сдачи. Вам плевать на печати и документы Антон?

— Да плевать я хотел на твой Советский Союз, сраных большевиков и твои печати! Я тут хозяин.

— Я с вами категорически не согласен, руководящая линия партии и самого товарища Ленина…

— Да у меня отец был в лестных братьев я ненавижу вас! Я тебя с дерьмом смешаю!

— Понял.

— Что ты понял? Что ты понял щенок!?!

Далее Антошка минут 10–12 рассказывал в том числе матом, что он понял. Я выслушал, вежливо попрощался и ушел в свой кабинет. Точнее кабинет директора школы. Набрал номер областного КГБ.

— Комсорг Василий Иванович, у меня есть неопровержимые доказательства…