Глава 3

Да чего я собственно расстраиваюсь? Первый урожай чеснока собран, пролежит до осени, уберу второй, а там и заготконтора прибудет. Я же по факту молодой парень, может не красавчик, но явно не урод. Конечно хозяйственных парней, кто при профессии и деньгах девки любят и любят куда охотнее. Вот только кто сейчас король вечеринок? Тот кто умеет играть на гитаре. Надо заметить она у нас в школе была в кабинете музыки. Причем забавно Веретеха, что вел музыку в школе никогда и не умел играть на гитаре или пианино. Вот только у нас и гитара была и пианино было, а шпарил он на баяне. Вроде как баянист первый парень на деревне. Опять же не одна свадьба без него не обходится. Или вот вечерние гулянки, ну когда клуб не работает…

А не работать он может летом в честь уборки урожая. Дескать не хрен молодежь танцами отвлекать! Пускать поработают, придет осень и зима, тогда и потанцуют. Что не мешает молодым колхозникам собираться, приходит и баянист, причем не один. Однако время сейчас другое. Популярен Владимир Высоцкий, а играет он на гитаре. Почему-то мое второе «Я» заявило мне, что я должен перепеть Высоцкого. После чего рассмеялось и зашлось в хриплом старческом кашле. Странное дело… Конечно должен! Песни Владимира Семеновича сейчас самые популярные. Многие их знают, а девчата старательно переписывают аккуратным почерком в тетрадки. Наши парни, что умеют на баяне, даже мелодии пытаются подобрать и спеть, только баян и гитара далеко не одно и тоже получается. Однако парни и девчата слушают и просят повторить.

Так кого же мне перепевать, как не Высоцкого? Создалось ощущение, что мое второе «Я» обозвало дураком, махнуло рукой, дескать ничего я не понимаю в шутке. Я же покопался в кабинете музыки и нашел самоучитель игры на гитаре. Теперь, пока какие скучные передачи вроде программы «Время» показывали по телевизору, сидел и бренчал. Смешно сказать… Взрослый парень, но вот скажем «Спокойной ночи малыши» мне нравится. Они аккурат перед программой «Время» идут. Мультик показывают. А «Время», что чаще просто называем в просторечье «Новости», ну не интересно совсем. С кем там встретился дорогой Леонид Ильич и кого поцеловал нежно в щеки. Позор ей Богу, как баба, целует всех…

Вечерами на дежурстве, заслышав гармонь, стал выходить и прислушиваться. Если пели песни Высоцкого пытался запомнить. Плохо у меня это выходило. Тогда зашел в промтоварный магазин. Там были тетради по 12 копеек, а сзади тетрадки разумеется гимн СССР. Вот его я хорошо помнил. Купил карандаш, обычный советский химический карандаш. Мне же не чертить, а химическим карандашом писать одно удовольствие. Стал строчку за строчкой, записывать. Постепенно ближе к началу осени у меня стало, что-то получаться в смысле играть на гитаре и появилась почти полная тетрадка-песенник с текстами Высоцкого.

Вот только время самый ценный ресурс, его всегда не хватает. Осень еще не началась все стали убирать картофель. Если днем я до начала уборки помогал с прополкой свеклы, как и обещал бабушке… То теперь как проклятый бегал со своим ведром и помогал с уборкой картошки. Надо сказать соседи привечали чужую рабочую силу, ибо картошки сажали отсюда и до того конца горизонта. Обычно видел ведут лошадь, интересовался к кому. Брал ведро и без спросу шел в помощники. Как проходил разговор?

— Вот помочь пришел сосед…

— Васенька, ты вовремя проходи. — никто не называл убогим, придурком и не пытался оскорбить. Даже когда пришел к Валерику.

— Помочь пришел одноклассник. — сообщил я Валерику.

— Это правильно Вась, наш класс всегда дружный был, проходи.

Дело было даже не в том, что меня резко полюбили односельчане. Совсем нет. Даже уважения не прибавилось. Впрочем, как сказать. Будь я даже умственно отсталый, но не пей (а я сейчас не пью), работай и зарабатывай деньги. Помогай односельчанам. Отношение меняется, пусть и понемногу. Дурака со справкой гением никто считать не станет. Но ты приобретешь репутацию старательного дурака. Что куда лучше, чем бесполезного. Потому даже Валерик меня не прогнал, а встретил по людски. Ему картошку убирать нужно, а не самоутверждаться за счет моего унижения. Если что унизит потом, после уборки. Да и то не факт. Если буду регулярно каждый год приходить и помогать, да зачем унижать старательного полудурка? С него лучше пользу поиметь. Картошку же сажали т. к. потом можно машину от колхоза пробить и свезти все на рынок в Ростов. Там с картошкой совсем беда. Цены куда выше, да и вообще цена на картошку выше на рынке, чем в заготконторе. Люди умудрялись ковры, мебель, радиолы и телевизоры привозить. Кто-то сразу на своем «Муравье» приезжал. А он между прочим 1100 рублей стоит. Благо хоть бензина не много жрет. Цены на бензин у нас безумно высокие по 7 копеек за литр. Вон соляра та по 4 копейки она ничего не стоит. Чего у нас машины на соляре не делают? А то тот же Москвич на бензине, а на солярке как бы дешево было да выгодно на нем ездить. Говорят Мерседесы у немцев те на солярке. Умеют же экономить люди! У нас вон вообще трактористы соляру на землю сливают. Поставь бутылку, даже не литр, да не водки, а самогонки тебе полную флягу нальют. Только никто поганить флягу за ради солярки не станет!

— Выбирай борозду и становись одноклассник. — вывел меня из задумчивости Валерик. Хотя это так говорится «становись» обычно присаживаешься для сбора картошки.

— Конечно друг, как скажешь. — улыбнулся я Валерке, но сегодня он и «друга» проглотил. Кажется в будущем это будут называть троллинг.

Работа закипела, сам Валерка выбирал, Оксанка похоже скоро станет замужней дамой, ибо выбирала не только она, но и ее мать пришла помогать Валерке. Опять же присутствовал будущий тесть, родители моего одноклассника и одна соседка и еще две женщины, кажется родственницы комбайнера. Впрочем в колхозе почти все родственники. Если покопаться в родословной, даже я Валерику окажусь какой-то дальней родней. Как только набирали ведро картошки, тут же набравший вставал и шел к ближайшему мешку. Пустые мешки были разбросаны, как скажут в будущем в рандомном порядке, где-то на них наброшен ком земли или пару картофелин дабы не унесло ветром. Набрал и я свое ведро. Подошел и ссыпал. Затем еще одно и еще. Через час работы мешков вставших среди грядок стало пару десятков. Появилась необходимость их освободить. Я прекратил сбор картофеля, так и оставив в борозде свое ведро. Встал и подошел, закинул один из мешков картошки на плечо. Валерка видя, что я делаю так же прекратил работу по сбору картофеля. Подхватил сначала один, а затем и второй мешок. Явно красуясь силой и лихостью понес два, опережая меня скоростью передвижения. Еще бы! Это не только сбор картошки. В некотором смысле еще и смотрины. Жених показывает свою лихость и силу. Родители Оксанки должны видеть, дочка за таким работящим мужиком не пропадет. Ну а придурок т.е. я… А что с меня взять? Вообще не обязан тут помогать. Потому собираю картошку из борозды и ладно. А уж подрядился еще и мешки таскать, а такое в нашем колхозе испокон веков считалось мужским занятием. Ну так вообще молодец. Что два не поднял, а по одному ношу? Ну так не по половине. Никаких претензий нет…

Валерик дотащил свои мешки до места сбора кучи картофеля и ссыпал. Я повторил его маневр. Далее мы уже вернулись с пустыми мешками и проложили их дальше среди борозд, ибо пустые уже начинали заканчиваться. Затем мы повторили свой забег с мешками на плечах. Я обычный, а Валерик подвиг Геракла. Ну и дурак, сорвет спину, она между прочим не казенная. Как только мы закончили с первой переноской, так сразу и взялись снова выбирать картофель. После второй переноски выкопанный картофель закончился. Не знаю у кого и как, а у нас копали под лошадь за две распашки. Валерик ушел за лошадью, а я вернулся к Бровкиным, где изначально выбирал картошку. Там как раз второй раз прошла лошадь и шла вторая выборка картофеля. У них и закончил выбирать. Прихватил два ведра картошки, а от традиционного обеда отказался.

Село… Имелись древние подозреваю еще дореволюционный традиции. Хотя скорее всего так хорошо в голодные годы Империи Романовых не кормили. Крепка советская власть. Перед концом сбора картошки самая старшая женщина в доме уходит «отдыхать», впрочем отдых своеобразный. Она набирает новый урожай картошки и чистит. Затем жарит, обычно на сале по количеству сборщиков. Бывает даже две сковороды. На стол ставят новомодные помидоры в трехлитровых банках и самогон. Самогоноварение преследуется по закону. Присесть можно всерьез и надолго, но гонит почитай весь колхоз. Однако на столе традиционная бутылка, а если сборщиков много бывает и две. Закуска из помидоров, картошка. Если семья хочет показать, что живет хорошо и сделать дороХо-БоХато то картофель на сале. Последнее время даже у нас с бабулей было на сале, хотя богатыми нас не назвать.

Более того мы поросят до этого года не держали. Бабушка выменивала у соседок сало перед сбором картошки. Пусть и немного. Так у нас и участок небольшой и приходил только дед Пашка помогать выбирать картошку. Да и тот ради бутылки и т. к. собирать мало, потому и выпить быстро получится. Но даже наша не богатая семья пыталась не опозориться и бабушка доставала сала. Дабы не хуже, чем у людей было. Мне же то сало трогать было нельзя. Как я не пил, не трогал, ибо понимал. Отложено для сбора картошки. Не для меня меняли, а для людей…

Я же т. к. от угощения отказался, сказав, что помогаю еще и однокласснику выбирать пришел к дому, ссыпал 2 ведра картошки. Вернулся, отдал чужое ведро (мое-то всего одно было самое большое на 15 литров, маленькая стратегическая «хитрость» в него картошки больше влезет, впрочем я и на грядке больше выберу за один раз) и отправился к Валерику. Вот у него стол был побогаче. Самогона на столе не было. Понимать нужно! По сути это смотрины. Чувствую кого-то этой осенью окольцуют. Водочка на столе стояла, вино красное это стало быть для женщин. Нарезанное сало. Да какое!!! САЛО!!! С прослоечкой! Прелесть, а не сало! Яблоки и невиданное дело для сбора картошки, но вполне объяснимое для смотрин комбайнера шоколадные конфеты в стеклянной вазочке. В общем всяко разное, аж слюна набежала. Впрочем я отказался от обеда, сказал соседям помогаю выбирать картошку. Взял свой трофей т.е. два ведра картошки, а когда вернулся не утерпел.

— Тет Натах, такое дело… Смотреть больно на ваше изобилие. Можно я бабушке пару бутербродов с салом возьму? — обратился я к матери Валерика.

— Да что ж только ей-то сам поди работал. Я тебе соберу. Чай не бедные. — я стоял и ждал. К штакетнику вышел одноклассник. Толи он подобрел от выпивки, а скорее хотел поиздеваться.

— На Васек, выпей. Ты ж работал! — он протянул мне 200 граммовый, граненный стакан с водкой налитой горочкой.

— Прости друг, нельзя мне пить, запойный, сам же знаешь…

— А я выпью! — Валерка лихо опрокинул в себя стакан и аппетитно захрустел маринованным огурчиком. Наверное он мне что-то еще сказать хотел, но тут появилась его мать. Она передала мне сверток где в газете лежало сало, большой надо сказать сверток. Вот только городской дурачок подумает мне пару кило шикарного сала вынесли. Все куда проще. Сала действительно нарезали и надо сказать щедро. В грязь лицом ударить никто не хотел. Только сначала шел хороший такой кусок хлеба, на нем тонко нарезанное сало, правда полностью покрывающее кусок хлеба. Затем снова хлеб и снова сало. Короче сверток был большой, примерно на четверть буханки хлеба, а сала не так в нем и много. Более того тетя Наташа протянула и второй сверток.

— Вы в этом году ничего не сажали. Ты вон по огородам побираешься — получается на последок укусила она мое самолюбие — я вам там зелень собрала…

Во втором свертке были вареные куриные яйца, зеленые перья лука, укроп, петрушка, яйца разрезаны пополам и на куске хлеба. Это был конечно удар по дых!

— Спасибо тет Натах, век вашу доброту помнить буду.

— Ты иди Вась, а то Валерик выпил, мало ли что… — Посоветовала мне соседка.

Городским не понять… Зелень, лук, петрушка, вареные яйца… Да тот же укроп никто не сажает! Он подобно сорняку растет на наших черноземах. Под конец сезона разбрасывая семена из своих зонтиков. Его иногда даже пропалывают, если сильно разросся. Лук да специально ближе к осени деляночку отдельно высаживают, дабы дал зеленое перо, но это еда нищих, как и вареные яйца. В городе, вкусное деревенское яйцо, кур на свободном выгуле, да с ярким желтком может и лакомством покажется. А у нас в колхозе… Даже самая убогая, древняя старушка, которая сил не имеет хозяйства держать до самого конца 5–10 курочек во дворе имеет. А уж хлеб. Он вкусный, но настолько недорогой, что поросят мы хлебом откармливаем. Ругаются на такое, но хлеб регулярно завозят. Участковый грозится, что есть какое-то правительственное постановление. Якобы будут меньше хлеба завозить в магазин. Ибо все слишком хитровывернутые. Накупят хлеба и кормят им поросят. Думаю врет. Впрочем мое второе «Я» подсказывало, что не врет. Однако вся моя сущность протестовала против этого. Как так? Хлеб дешевый! Городские наше сало жрут. Им значит в магазины хлеб завозить надо, а нас ограничивать? Короче второй сверток, который я сразу и не приметил и вынесла тет Натаха был свертком для нищих. Впрочем тормозок я отнес домой бабушке, пусть полакомится. Сам же пошел к соседям помогать выбирать картошку дальше.

За работой… Короче увлекся я этим делом на 5-м огороде смотрю, мне на смену уже пора. Впрочем тут народ понимающий…

— Егор Серафимыч, извини меня, ужо на работу пора. — обратился я к хозяину огорода.

— Все понимаю Вась, работа святое. Ты обожди, скажу своей тебе тормозок соберет, а за картоплей ты завтра приходи. — почти сразу без перерыва крикнул, ибо его жена была на соседней грядке.

— Матрена, Ваське собери тормозок на работу ему пора.

— Не путевому? Ой Вась прости… — тут же повинилась хозяйка.

— Да я все понимаю, пил, серьезной работы нет, я не обижаюсь. — ответил хозяйке.

Тетка Матрена мне собрала тормозок на работу быстро. Не мудреный деревенский, но сытный. Так что в школу я пришел можно сказать упакованный. Вот такой вот грязный, как есть. Даже свое ведро оставил у соседей. Впрочем в колхозе воровать не принято. Да и у меня «заложник» есть. Тетка Матрена положила мне в свою хозяйственную сумку крынку молока, понятно с обязательным наставлением вернуть крынку. Пяток вареных яиц, в пустом коробке из-под спичек соль. Шматок сала грамм на 200. Да оно соленое из банки, не такое с прослоечкой, как было на столе у Валерика, но вкусное и питательное. Хлеба, луковицу, не заморачивая себя перьями лука в общем-то и все. Однако точно на смене голодным не буду.

То что я грязный вообще не проблема. Да в нашей деревенской школе водопровода нет. А вот умывальник в каждом классе висит. Под ним ведро. Рядом мыльница. Умыться и помыть руки вполне себе достаточно. Касательно моих шмоток? Так в чистом я на работу никогда и ходил. Было бы странно если сторож, как какой директор школы пришел в костюме и туфлях. В школе же у меня были тапочки. У нас в колхозе их шил один умелец. Снял кирзачи, размотал портянки, да и повесил их на сапоги сушится, сам переобулся в тапочки. В классе помыл ноги, затем руки и лицо. Стало свежее и лучше. Проверил, что все замкнул и чужих в школе нет. Взял гитару и самоучитель с тетрадью, где были записаны песни Высоцкого. Прошел в ленинскую комнату и включил телевизор. Загудел стабилизатор напряжения. Телевизор включился, но изображения не было. Вначале пошел звук. Затем появилось изображение, как прогрелись лампы. Я же начал перебирать струны. Мне все реже и реже приходится заглядывать в самоучитель игры на гитаре. Раскрыл тетрадь и попытался хриплым голосом, как Владимир Семенович пропеть…