Глава 27

* * *

Регина

После полного рассказа, эльфа увели в покои для гостей в сопровождении грозного конвоя, которому было наказано следить за «дорогим» гостем во все глаза, чтоб не сбежал. Хотя эльф и не собирался этого делать. Ему всё ещё моя кровушка нужна.

Потом взгляд императора задержался на мне чуть дольше, чем нужно. Что-то странное почудилось мне в выражении глаз власть имущего.

— Калеб, у меня к тебе вопрос. Твои новые идеи и эксперименты связаны хоть как-то с твоей… помощницей?

Калеб даже не раздумывал, а сразу ответил:

— Несомненно, Ваше Величество. Пока я обдумывал кое-какие идеи, Регина словно вихрь ворвалась в мою жизнь со своими подарками, которые буквально перевернули моё мировоззрение! История изобретений её мира! Приборы! Столько знаний для нас полезных!.. А почему вы спрашиваете?

— Потому что вижу я в ней нечто… эксцентричное… Быть может, ваша кровь, Регина и правда, может помочь моему сыну и народу эльфов. После такой помощи и благодати, что мы им дадим, эльфы перед нашим миром и в частности нашим королевством будут в неоплатном долгу, — произнёс монарх, чуть улыбаясь, уже видя далеко вперёд, и обдумывая перспективы. Возможно, есть что-то, что он давно желал получить от эльфов.

Мда… попали ушастые.

— Если моя кровь поможет, — вставила я своё слово, хоть мне и не позволяли говорить.

Нет, согласна, думать нужно только позитивно, но реалистами тоже необходимо оставаться. И рассматривать разные варианты — это нормально. Вот что будет, если ничего не получится? Или, допустим, моя кровь вдруг даст какие-то побочные действия? Фиг его знает, что может случиться!

У нас на Земле, к примеру, делают вакцины от всего-всего-всего… Но побочек столько иной раз бывает, что стоит задуматься, а надо ли это вообще…

Одним словом, риск есть всегда. И об этом не стоит забывать.

Император словно прочёл мои мысли и сказал с усмешкой:

— Риск есть всегда, Регина. Никто не станет требовать с тебя ответа, если что-то пойдёт не так и долгожданного чуда не свершится.

Фига се! Это что же, по-вашему, я ещё должна бояться, что с меня и спрос потом будет! Мол, кровь моя и ответственность значит, тоже на мне!

Гневно сверкнула взглядом в пол, чтобы император не увидел моего негодования, зато Калеб почувствовал моё недовольство.

— Ваше Величество, прежде чем проводить испытания на наследнике, думаю, будет целесообразно сначала проверить действие этого средства на эльфах, — вынес предложение дракон.

Император никак не выказал своих эмоций, лишь величественно и сухо сказал:

— Здравая мысль. Так и сделаем. Сколько понадобится тебе времени, чтобы совместить эльфийскую формулу с кровью Регины и провести первую пробу?

Калеб на мгновение задумался, видимо производя в голове расчёты и ответил:

— Максимум неделя, чтобы изучить саму формулу, структуру её плетения и сопоставить с нашей физиологией и магией, всё-таки они эльфы, а мы — драконы. Потом наложить на формулу кровь Регины и… проверить…

— Неделя, Калеб. Ты сам установил окончательный срок, — вдруг сурово произнёс император, да таким тоном, что у меня мурашки по телу побежали, и захотелось пригнуться или вообще уменьшится до размера пылинки, дабы меня было не видно и не слышно.

В словах монарха слышалась отчётливая угроза.

Но Калеб стоял непоколебимый. Он лишь вежливо поклонился Его Величеству.

А я тряхнула головой, с трудом прогоняя это наваждение и желание прятаться от гнева императора, и задала вполне резонный вопрос:

— Простите мою дерзость, Ваше Величество, но можно задать вопрос?

— Прощаю, — величественно проговорил монарх. — Вопрос задать можешь, но не обещаю дать ответ.

— Если данный способ не сработает и не поможет ни эльфам, ни вашему сыну, что вы сделаете с Калебом?

Оба дракона удивлённо на меня посмотрели.

— Регина! — воскликнул Калеб негодующе. — Что за вопрос?

— Обычный вопрос, — прошептала ему.

— Ты беспокоишься за свою пару, человеческая девушка с Земли? — спросил император и вдруг улыбнулся. Открыто и добро так.

— Да, волнуюсь, — не стала скрывать своих чувств. — Мне не хотелось бы, чтобы столь выдающийся и умный дракон остался не у дел, за то над чем он не властен.

— Я отвечу на твой вопрос, Регина, если ты выразишь точнее свои опасения. Что, по твоему мнению, я сделаю с Калебом, если он не справится с поставленной перед ним задачей?

Шах и мат, Регина!

Вот, что значит, задавать императору неудобные вопросы.

Теперь благодаря своему длинному языку я могу конкретно так подставить Калеба.

Немного разволновалась и растерялась, но взяла себя в руки. Я как-никак человек образованный и работала с людьми тоже непростыми и власть имущими. За эффективной рекламой кто только не обращается…

И Величество хоть и попробовал загнать меня в угол, но я подобно ужу, умею выбираться из неловких и, казалось бы, патовых ситуациях.

— Я женщина и у меня много страхов, Ваше Величество. Нам свойственно переживать больше, чем мужчинам. Такова женская натура и неважно, будь то человек, эльфийка, дракон или кто ещё… Мы всегда тревожимся обо всём на свете и по мелочам в том числе. А уж если речь заходит о чём-то серьёзном и касается важных для нас людей, в моём случае дракона — Калеба, то поверьте, Ваше Величество, у моего страха самые огромные глаза на свете. И я даже озвучивать не буду свои страхи, чтобы не дать им возможность случиться. Просто знайте, я даю вам своё слово, что поделюсь своей кровью. Для хороших дел не жалко. Но поделюсь ей в том случае, если вы пообещаете, что в случае неудачи не навредите Калебу.

Я замолчала.

И тишина навалилась на меня оглушительным звоном.

Молчал Калеб, но глядел на меня как-то по-новому.

Молчал император и буравил меня тяжёлым взглядом.

Я глядела в пол и ждала ответ. Но Император может и не дать его. Он в своём праве.

Да кто я вообще такая, чтобы диктовать свои условия императору драконов?! Кто-кто?.. Я та, что может спасти наследника престола.

— Я не стану вредить Калебу в случае неудачи, — ответил мужчина, но его слова были подобны тяжёлым булыжникам, что падали с высоты с оглушительным грохотом. — Достаточно моего слова?

Я поджала губы. Знаю я эти игры со словами.

Он сам лично и не навредит Калебу, но отдаст приказ и навредит кто-то другой.

Угу, так я и поверила вам, Величество.

— И не отдадите приказ другим. Ни словом, ни письмом, ни молчанием вы не отдадите приказ. И к магии также не прибегните.

Я конкретно обнаглела, да и пофиг! Я должна знать, что в случае провала, Калебу ничего не грозит! А то возьмёт император и казнит дракона! А откуда я могу быть уверена, что нет?! Тут ведь и эльфы будут замешаны, и не может монарх никого не наказать при неудаче. Всегда должен быть козёл отпущения.

Император явно не ожидал от меня такой наглости. Калеб тоже. Он тяжело вздохнул и вдруг послал мне волну нежности и благодарности.

Я вздрогнула от неожиданности, но волна эта была приятной, тёплой, моё возбуждение и гнев словно смыло водой.

Чувства Калеба были такими яркими и светлыми, что невольно улыбнулась. Он был мне благодарен и счастлив, что я как истинная воительница отстаиваю и борюсь за жизнь своей пары, своего дракона.

Калеб гордился. Только у него такая храбрая пара… И дурная… Была бы умнее, то по-другому построила бы разговор с монархом… Да что уже говорить! Отыграть назад никак. Слова все сказаны, взгляды брошены, энергии, подобно клинкам скрещены…

— Даю слово императора. Калеб не подвергнется никакому наказанию или испытанию. Ни словом, ни молчанием, ни магией, ни письменно я не причиню ему вред. Я свою клятву дал, человеческое дитя. Теперь ты дай своё слово, что пожертвуешь свою кровь в любом нужном количестве, дабы помочь, прежде всего, моему сыну и детям эльфов.

Калеб становится бледным, краше в гроб кладут, но я даю своё слово.

Император доволен.

Я тоже.

Калеб готов придушить и меня, и императора. Но императора придушить ему хочется больше.

— Вы свободны. И не забудь, Калеб. Завтра презентация твоего нового изобретения, а вечером — бал.

— Помню, Ваше Величество, — лёгкий, но исполненный покорности поклон дракона.

Я делаю реверанс.

Наконец, мы свободны и направляемся в покои…

Эй! Мои комнаты в другом крыле дворца!

Но решила не возмущаться и прикусила язык. Калеб итак на взводе.

Ой, что сейчас бу-уде-ет!

Надеюсь, моя попа не будет бита?

* * *

Регина

Калеб привёл меня в свои покои.

Едва закрыв за собой дверь, я даже сказать ничего не успела, как оказалась прижата к телу дракона.

Калеб обнимал меня, зарывался лицом в мои волосы и тяжело дышал.

Сначала хотела оттолкнуть его, но потом руки вместо протеста легли ему на плечи и обвились вокруг сильной шеи.

Мужчина долго ничего не говорил. Просто стоял и держал меня в объятиях. Я слышала стук его сердца. Сначала оно колотилось, будто сошло с ума, но постепенно его стук стал размеренным и спокойным.

И только тогда, не отрываясь от меня, Калеб заговорил.

— Ни от одной девушки за всё время я не услышал ни слова любви к себе, многие притворялись и лгали, но истины не было. И я давно смирился со своей участью, Регина. А ты очень быстро изменила и меня, и мою жизнь. То зелье раскрыло мои глаза… Я ощутил тебя и это счастье обрести свою пару. Но полноту всех чувств к тебе я испытал, когда тебя похитил этот глупый эльф! И даже сейчас находясь у императора, я молился первородным, чтобы защитили тебя от гнева повелителя. Ты была дерзка с ним, но поступила хитро и умно. Никто и никогда, кроме родной матери и отца меня так не защищал, Регина. Ты — первая, кто осмелился встать щитом за меня.

— Калеб… я… — заговорила неуверенно, немного сбитая с толку его жарким признанием, но дракон не позволил мне сказать.

— Нет, слушай. Слушай меня, Регина, — чуть ли не взмолился Калеб.

И я сдалась. Замолчала.

Подняла к нему лицо и видела, как он смотрит на меня… В его взгляде раскинулась целая Вселенная.

— Регина! Моя Регина! Я полюбил тебя всей душой! А ведь я не верил в это чувство… Отныне я буду ревновать тебя ко всем мужчинам, и буду бояться, что ты покинешь меня. Как я ревновал тебя ко всем мужчинам, как я боялся, что и ты покинешь меня. Разве мог я верить в любовь, когда и сам не ведал, а что это значит. Я очень хочу, чтобы ты признала меня своей парой, своим драконом и стала моей женой, как была всё это недолгое время моей верной и храброй помощницей.

Что?!.

Пока я хлопала глазами и раскрыла в изумлении рот, Калеб с робкой надеждой заглянул в мои глаза и, не раздумывая больше, приник к моим раскрытым губам.

Я почувствовала сладость и нежность поцелуя и наконец, явственно поняла и осознала, что Калеб меня не отпустит. Никогда.

А если я уйду сама… Уйду, потому что не пожелаю быть с ним, то… То что тогда?

Но домыслить и додумать не смогла.

Поцелуй из нежного и лёгкого превратился в настоящий ураган страсти.

Калеб словно с цепи сорвался, и едва сдерживая свою страсть, прорычал прямо мне в рот:

— Ты не будешь против, если я превращу ту прекрасную ночь между нами в реальность?

Нахмурилась и, не совсем соображая, держась за Калеба, чтобы не упасть от хмельного поцелуя, спросила:

— Какую ночь?.. Ты о чём?.. Между нами ещё ничего не…

Я осеклась, вспомнив свой сон. Такой реальный, такой сладкий и прекрасный, что я ещё тогда подумала, насколько же он был похож на явь.

Посмотрела на дракона гневно, насколько могла в это мгновение и не очень раздражённо, больше наигранно, возмутилась:

— Ах ты, чудище драконовское! Так это всё твоих рук дело? Ты послал мне этот сон?

— Нет, это была наша первая связь как пары, но во сне. Не спорю, зелье поспособствовало, но лично я больше ничего не делал…

Он часто дышал и смотрел на меня как голодный зверь. Его ноздри трепетали, руки чуть подрагивали.

— Регина… Неужели тебе не понравился тот сон?.. — выдохнул он грустно.

Не стала лгать.

— Понравился, — произнесла едва слышно.

Калеб что-то рыкнул на древнем забытом языке и снова меня поцеловал.

Не дракон, а демон-искуситель.

Очень скоро вся наша одежда оказалась на полу. Дракон начал покрывать меня сотнями обжигающих поцелуев.

Руки Калеба были везде, как и его губы.

Я чувствовала его обжигающие поцелуи и застонала в голос, когда его ласки переместились мне на бёдра. Не сдерживая себя, запрокинула голову и застонала громче от удовольствия. Сразу раздался хриплый шёпот Калеба:

— Регина…

И снова поцелуй.

— Моя… Моя… — рычал он в промежутках между поцелуями.

— Да… Калеб… Да… — простонала в ответ. После своего «да» я вообще перестала понимать происходящее.

Губы дракона были везде. И там, где они касались моего тела, возникало дикое пламя. Неосознанно начала метаться голова. Я всем телом извивалось, пытаясь оказаться ближе.

Меня охватил огонь желания и всепоглощающей страсти. И это пламя понеслось на Калеба, сжигая всё на своём пути. Я ласкала и целовала его, прижималась с такой силой, что дракон не мог сдержать стона. Но мне было мало. Я обхватила его шею руками и, прижимаясь всем телом, отдалась со всей страстью своему мужчине.

— Ты для меня в этой жизни всё… Регина. Ты — моя душа и сердце… И я хочу заслужить твою любовь… Позволишь?

— Да… — ответила одними губами, но Калеб услышал.