Глава 51 · Заслужить счастье

Они были словно Король и Королева из их придуманной на двоих сказки. Они вдруг обрели друг друга, и у них так же, как и у сказочных героев, теперь впереди целая вечность.

И Надя еще до конца не понимала почему. Как так получилось, что невеста все-таки она. Но пока ей не хотелось, чтобы Эрланд останавливался для рассказа и объяснений. Не сейчас. Она желала одного — насладиться хмельным чувством, что этот мужчина теперь ее. Теперь и навсегда. Она вдыхала его аромат, впитывала его горячий шепот, пила исходящий от него жар…

А потом она вдруг испугалась. Все было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Так только в сказках и бывает. Плохо, плохо, а потом, словно по щелчку волшебника, вдруг — бах, и все отлично. Она спит. Наверно, все еще спит. Кто-нибудь ущипните ее. Но Эрланд, вместо того, чтобы щипать, целовал. Целовал так настойчиво, так исступленно. И все ее тело откликалось, горело. Чувства были такими адренолиновыми — беспредельно острыми, невыносимыми. Нет, во сне так не бывает. Это не сон. В крайнем случае, помешательство. Причем, буйное. Они оба выпали из Вселенной. Туда, где только он и она.

И Надя осмелела. Больше в голове не всплывали всякие там «Не делай этого!». Она начала отвечать горячо, откровенно, дерзко. Позволила его ладоням пробраться под тонкую ткань ночной сорочки. Но ему было мало. Он уже не шептал: «Моя!», теперь это говорили его жадные руки. Его губы, прокладывающие дорожку из поцелуев по шее и плечам.

Какое это нестерпимое живое горячее счастье, когда такой мужчина любит тебя. Когда монументальная скала обнажает себя перед тобой, когда позволяет увидеть себя настоящего. Когда хочет присвоить тебя, забрать, завладеть. Когда хочет отдать себя. Всего без остатка.

— Моя Надежда…

Он навис над ней, и все остановилось. Замерло. Чтобы в следующую секунду обрушиться водопадом. Это вода или огонь так сладко жжет? Сумасшедшее течение подхватило, понесло в пропасть. Но падать было не страшно, когда он шепчет твое имя. Когда оно вырывается из него тягучим стоном удовольствия. Это головокружительное чувство полета, когда одно дыхание на двоих…

Сколько прошло времени, пока они снова смогли говорить, смогли вернуться на эту сторону Вселенной? Она знала, он предпочел бы целоваться и повторить то, что сейчас произошло. Может, и Надежда бы не отказалась. Но должна же она, наконец, узнать, почему невеста она.

Надя начала увертываться от его ласк:

— Расскажи.

И он в надежде быстро выполнить ее просьбу и все-таки продолжить то, что задумал, свел весь рассказ до пары предложений:

— Мы нашли лишнюю цифру в астрологической таблице. Когда пересчитали без нее, оказалось, что звезды указали на девушку, которая находилась в вашей с Мариной комнате не 24-ого, а 23-его июня. И это могла быть только ты, потому что, по словам Марины, 23-его она уезжала домой на семейный праздник.

Да, так и было. Маринка ездила на юбилей мамы — пятидесятилетие. Не хотела пропускать такую круглую дату.

Эрланд, не теряя времени, попытался вернуться к поцелуям, но Надя снова улизнула от него.

— Подожди, но кто дописал ту цифру?

— Я уже дал распоряжение придворному алхимику разобраться с чернилами. Он убежден, что сможет определить, когда примерно сделана поправка.

По лицу Эрланда пробежала серая тень. Надя догадывалась почему.

— Полагаешь, это кто-то из твоих родителей?

Он кивнул. Да, как ни горько, Надежда тоже сразу подумала на них. Они надеялись, что таким образом им удастся исказить волю звезд, при этом, не делая астролога причастным к своему сложному выбору. Однако, видимо, подправили совсем не ту графу. Она не повлияла на результат. И им все равно пришлось просить Освальда пойти на подлог.

Да, тогда лишняя циферка ни на что не повлияла, зато теперь повлияла. Выходит, родители Эрланда чуть не сломали сыну жизнь? Как ему тяжело осознавать такое. Нет, они не могли так поступить.

— Это не они, — провела Надя ладонью по мощному плечу своей скалы. — Может, цифры подправили давным-давно, несколько веков назад?

Может быть, — Эрланд поймал ее ладонь, поцеловал. Как щекотно. Опять накатило это щемящее счастье — осознавать, что вот он твой мужчина — рядом. Но насладиться чувством не дал стук в дверь.

Эрланд встрепенулся, поднялся с кровати:

— Кто?

— Ваше Величество, это Джоуэл, — раздалось из-за двери. — Я не посмел бы вас тревожить, но вы распорядились доложить вам о результатах исследования чернил, как только они будут готовы.

Алхимик уже все сделал? Надя подскочила с кровати и привела себя в порядок за считанные секунды, опасаясь, что Эрланд не позволит Джоуэлу войти и уведет поговорить в свой кабинет. И тогда она опять узнает все самое интересное последней.

Эрланд наблюдал за ее суетой с улыбкой. Похоже, зрелище доставляло ему удовольствие. Он, конечно, раскусил нехитрый ход Надиных мыслей.

— Входи, — распорядился король, когда его невеста приобрела подобающий вид.

Алхимик зашел и коротко доложил:

— Ваше Величество. Это современные чернила. Алхимические тесты показывают, что правка была сделана около месяца назад.

У Нади в груди похолодело.

— Ты уверен, Джоуэл? — глянул на подданного Эрланд.

— Да, Ваше Величество.

— Хорошо. Ступай.

Алхимик вышел. А в комнате повисла тишина. Свежие чернила. Это плохо. Это очень-очень плохо. Правки были сделаны недавно. То есть кто-то специально хотел навредить Эрланду, или Надежде, или им обоим. И хотелось бы заподозрить Равелину или Дугласа, повесить на этих двух негодяев еще один грех, да не получалось. Они невзлюбили Надю уже после того, как она здесь появилась, а правки в таблицу были сделаны раньше.4f7b7c

У Надежды заныло сердце. Получается, нужно заподозрить кого-то из тех, кто уже стал ей дорог? Кого-то из тех, кого любит Эрланд? Базиля, Фредерика, Алисию? Кого?

— Кто это мог быть? — она посмотрела на своего короля.

Она знала, его тоже сейчас терзает этот вопрос.

— Кто подправил цифру в таблице астролога?

— Это сделала я…

Надя вздрогнула. Перевела взгляд на дверной проем. Не поверила глазам.

Идеально прямая спина. Седые волосы — тяжелые и густые — оставлены распущенными. Бордовое платье изношенное, но видно, что было когда-то дорогим. Огромные глаза, полные безумного блеска. На пороге стояла Сэмюэлла.

— Это сделала я, — повторила она спокойно и величественно.

— Зачем? — Эрланд, похоже, как и Надя не верил своим глазам и ушам.

— Свое счастье вы должны были заслужить…