Глава 28

Четыре года спустя

Ева

– Ну так что скажешь? – наседает Лера. – Сто лет уже не собирались! Марк такой ресторан открыл, а ты там ни разу не была!

Да, каюсь. С братом мы до сих пор общаемся с большим напрягом. Хотя вроде близнецы и должны бы тянуться друг к другу... Но я узнаю обо всех его достижениях в основном от подруги, и мне этого достаточно.

Сначала Марк работал у отца. Потом открыл собственную юридическую фирму. С недавних пор инвестирует в рестораны по всему городу. А именно тот, в который зовёт меня Лера, принадлежит самому Марку. Кто бы мог подумать, что он захочет заниматься чем-то, кроме юриспруденции?

– Ева, соглашайся! – канючит Лера. – Ну давай! Сегодня в шесть вечера приезжайте, ладно?

Оторвав телефон от уха, смотрю, который час. Начало пятого.

– Не уверена, что мы успеем собраться.

– Хорошо, тогда в семь, – тут же подстраивается Лера.

Мы дружим уже очень давно, но не сказать, что по-настоящему близки. Во всяком случае, я по ней не особо скучаю. И, наверное, это некрасиво – избегать её и брата.

– Хорошо, сегодня в семь, – сдаюсь я.

Лера на том конце провода довольно восклицает:

– Ура!! Тогда до встречи!

– Пока.

Отключаюсь и убираю телефон в сумочку. Прохожу по тротуару ещё метров двести. Машину пришлось оставить так далеко, потому что дорога перекрыта из-за ремонтных работ.

Ну вот я и пришла... Захожу в маленький уютный дворик детского садика и, спрятавшись за кустами, наблюдаю за детьми на площадке. Они, как маленькие галчата, окружили воспитателя и буквально в рот ей заглядывают, пока она объясняет правила игры. Играть, видимо, будут в прятки...

Самый высокий мальчик начинает считать, закрыв глаза ладонями и прижавшись лицом к горке. Остальные дети с визгом разбегаются. Все, кроме одной девочки. Она сидит в беседке с безучастным видом. На её коленях игрушка – кукла-врач, которую ей купили в прошлом году. Она с нею не расстаётся.

Даше три годика и три месяца. Вот уже полгода она ходит в садик. Ей здесь не нравится. Даша никак не может привыкнуть. Не хочет играть с другими детьми, не пытается с ними подружиться.

Воспитатели на неё жалуются. Говорят, что она неуправляемая. Хотя дома – просто идеальный ребёнок. Ну и от меня, конечно, не отлипает.

Тяжело вздохнув, выхожу из своего укрытия и иду к беседке. Даша меня сразу замечает и вскакивает со скамейки. Держа куклу в руке, несётся ко мне и прыгает в мои объятья.

– Мамочка!

Крепко-крепко обнимает за шею, когда я подхватываю её на руки. Ещё минуту назад я вроде сердилась на дочку за то, что так не любит садик. Но вот держу свою крошку в руках, и моё сердце наполнено лишь любовью и пониманием.

Даша похожа на меня. Я тоже часто бывала одинока.

– Ева Глебовна, можно Вас на минутку? – ко мне приближается воспитательница Светлана Борисовна и сразу заявляет: – Даша сегодня в своём репертуаре. Есть не буду, спать не буду... Мы уже и не знаем, что с ней делать.

Я с предельной строгостью смотрю на дочку. Она зажмуривается.

Есть у неё такое. Что-то типа игры. Если закрыть глаза, то никого не видно, а значит, и меня не видно.

– Нет, Дашенька, не выйдет, – провожу пальцем по её носику. – Открывай глаза, я тебя вижу.

Воспитатель укоризненно качает головой.

– Может, вам просто рано в садик? – говорит она не слишком доброжелательно.

Я стараюсь оставаться максимально приветливой:

– Боюсь, что если мы ещё немного посидим дома, то потом только в школу уже пойдём... Надеюсь, что она всё-таки привыкнет.

К тому же я не могу отказаться от места в садике, потому что наконец-то вышла на работу. Потерять свою независимость от денег мужа было бы сейчас выше моих сил.

– Тогда поработайте с психологом, – не сдаётся воспитатель.

– Хорошо, – я тут же соглашаюсь, хотя не собираюсь этого делать. – До свидания, Светлана Борисовна.

Никакие психологи не будут копаться в её голове. Лучше я сама с ней поговорю. Так, чтобы муж ничего не знал о наших проблемах с детским садиком.

Ставлю Дашу на ноги, беру её за руку. Тёплая ладошка тут же сжимает мои пальцы. Под тяжёлым взглядом воспитателя мы покидаем садик.

– Мамочка, я очень-очень хочу быть дома... С тобой... – жалобно лепечет дочка, пока устраиваю её в детском кресле. – Почему ты пошла на эту свою работу?

– Дашуль, котёнок, – обхватываю её щёчки ладонями, – маме надо работать. Чтобы помогать папе, понимаешь?

Но она явно этого не понимает, потому что ещё слишком маленькая.

– Папа тоже не хочет, чтобы ты работала, – шепчет она, словно говорит мне по секрету.

– Он сам тебе сказал?

– Да, – Даша кивает и улыбается с хитринкой. – Ну что? Можно мне не ходить в садик?

Я чмокаю её в кончик носа и строго отвечаю:

– Нет, нельзя.

Она надувает губы, а когда я отстраняюсь, деловито скрещивает руки на груди.

Маленькая бандитка!

Закрываю дверь, обхожу машину и сажусь за руль.

– Сегодня у нас с папой вечером мероприятие. Как ты смотришь на то, чтобы навестить бабушку?

– Да! Да! Хочу! – дочка сразу оттаивает и начинает болтать ногами.

– Вот и хорошо, – улыбнувшись, бросаю взгляд через плечо.

Её тёмно-русые кудряшки забавно подпрыгивают. А синие глаза сияют восторгом. Она очень похожа на своего отца. От меня ей достались лишь локоны, но не цвет волос. Ну ещё, может быть, немного вздёрнутый носик такой же, как у меня. На этом всё. И она, конечно, не похожа на человека, которого считает отцом.

Я медленно трогаюсь, объезжаю пробку. Звонит телефон. Когда загорается красный, торможу и смотрю на экран. На нём имя мужа. Никита.

– Кто там? Это папа? – подаёт голос Даша.

Я силюсь улыбнуться.

– Да, котёнок. Папа.