26 глава

— Сепфия, у нас все готово, дело за тобой, — прозвучал голос главной жрицы Ллос — Илисиатры в артефакте связи, и Александр Сепфия со злостью швырнул его об стену.

Как жаль, что он не разбился, такой магический артефакт не способен расколоться…

Александр поставил локти на стол и зарылся в собственные волосы руками, прикрывая глаза. Ему очень сильно хотелось вернуться в прошлое и все исправить, но повернуть время вспять не под силу ни кому. Вспомнив о своей любимой, он мысленно встряхнулся и вернулся в ритуальный зал погребений их семейного подземного тайного особняка.

В зале он смотрел на двадцать тел, которые он уже собирался похоронить. Его дети, сыновья, дочери, их дети… совсем еще малыши, жены и мужья…. и его любимая Марисилия. Все они, когда Александр активировал артефакт срочной эвакуации, должны были очутиться в безопасности — здесь в этом доме. В доме, который он выстроил почти тысячу лет назад, зная, что это место должно их всех защитить. О, как же наивен он был! Хотя артефакт сработал, как положено… они и очутились… все… вернее их почти бездыханные тела, погруженные в магический сон, который медленно убивает его близких…

Александр думал, что смог все предусмотреть, что смог спасти их всех. Но ничего не получилось.

Он подошел к своей единственной и взял ее холодную руку.

— Прости любимая, но я не смог вас защитить… Я был таким самонадеянным глупцом… Я знаю, что когда ты очнешься, то отвернешься от меня… Да я и сам возненавижу себя за то, что собираюсь сделать… — по щекам мужчины лились слезы боли и отчаянья, он целовал руку своей единственной и понимал, что медлить ему нельзя, у них осталось всего два дня, и души его жены и родных уже не смогут найти дорогу назад, если он не поторопиться и не совершит этот проклятый ритуал… Хуже того, всего его родные могут попасть в чертоги сумасшедшей богини Ллос, а это было самое страшное для Александра, даже страшнее смерти всей его семьи.

В последний раз, поцеловав в губы свою любимую и окинув хмурым взглядом детей и внуков, мысленно прощаясь с ними, Александр пошел в зал, где уже было все подготовлено для ритуала взывания к крови.

Не долго думая, войдя в круг начерченный специальной магической краской он полоснул ножом по вене и расплескивая полившуюся кровь по краям круга начал шептать заклинание… заклинание взывания к своей крови…

* * *

Илисиатри самодовольно усмехнулась.

— Жалкий червяк! Хотел обмануть саму богиню? Глупец! — расхохоталась она глядя на артефакт связи, после разговора с Сепфией.

Илисиатри впервые за две тысячи лет была наконец-то довольна. Ведь весь ее план постепенно осуществлялся, осталось совсем чуть-чуть, и она по праву сможет называть себя любимой дочерью богини Ллос!

— Госпожа, у нас все готово.

Услышала она голос одной из своих верных дочерей Унатры.

Через некоторое время, войдя в пещеру, жрица дроу лицезрела прекрасную картину. О ней она мечтала, молясь своей богине в течение двух тысяч лет. Сердце забилось в предвкушении…. Скоро… это случится скоро….

В середине пещеры был расположен пьедестал, а вокруг него плиты с лежащими на них спящими шестью представителями расы мира Азран. Их врагами!

Илисиатри прошлась мимо всех мужчин, лично проверив их магические путы. Обратила внимание на троих из них с которыми была знакома лично. Ирлинг, оборотень и человеческий маг. Хмыкнула и пошла дальше, смотря на эльфов и дроу. К дроу она подошла ближе и провела по его щеке ногтем.

В глазах первой жрицы мелькнул гнев.

Она прикрыла глаза и вспомнила отца этого мальчишки. Когда-то она испытывала к нему слишком нежные чувства, что даже оказала ему честь быть даже отцом ее дочерей. Когда-то она настолько сглупила, что позволила ему поднять восстание…. Застарелая ярость и ненависть поднялась из сердца и растеклась кипящей лавой по всему организму жрицы. Она раскрыла свои черные от гнева глаза.

— Ну, ничего-ничего, скоро я доберусь до тебя, — прошипела она, глядя на спящего младшего сына ее личного врага, — скоро я убью всех твоих сыновей у тебя на глазах, я буду медленно отрезать от них по кусочку, а ты будешь сидеть на цепи у моих ног с клеймом раба, и смотреть на их мучения. Тебя я убью не скоро, ты будешь о-очень долго мучиться….

Она улыбнулась своей сумасшедшей улыбкой, от которой даже у самых жестоких ее сестер сердце пропускало удар от страха. И даже не поворачиваясь, перевела взгляд на пьедестал посреди пещеры, мысленно уже представляя, что там не пустота, а Темный артефакт желаний. Вздохнула глубоко несколько раз, чтобы утихомирить свои эмоции, и тихо произнесла Унатре, которая тенью всегда следовала за матерью:

— Из сна не выводить, как только вампир и девчонка будут на месте, позовете.

И быстро удалилась из пещеры. Слишком высоко было желание покромсать прямо сейчас сына предателя на мелкие кусочки. Но сейчас нельзя, рано, еще рано…

* * *

Я не помню сколько пролежала на кровати, продолжая жалеть себя и придаваться депрессии, даже не заметила, как вампир куда-то ушёл, а затем вернулся, так как услышала хлопок двери и почувствовала, как прогнулся матрас. Глаза открывать не хотелось, этот срыв словно опустошил меня, лишив почти всех сил.

— Тебе нужно поесть, — услышала я голос вампира.

— Спасибо, ваше вампирское величество, я не хочу, — слабым голосом попыталась дерзить я вампиру. Хотя и чувствовала, что даже говорить с ним совсем нет сил.

Он вдруг подхватил меня за подмышки и усадил к себе боком на колени, как маленького ребёнка. От неожиданности и скорости с которой он это сделал я вскрикнула, и открыв глаза и рот, хотела уже возмутиться, но не успела, так как вампир всунул мне в рот кусок мяса.

— Ешь! — в его о глазах вспыхнули не добрые искорки, а от властного тона, мне тут же расхотелось возмущаться, и я молча начала жевать, как оказалось довольно таки вкусное мяса. В глазах вампира появилось удовлетворение, а я с удивлением поняла, что как только очутилась в его руках, сразу же почувствовала расслабление и спокойствие.

Как только я проглотила кусок мяса, за ним сразу же последовал второй и третий, и даже кружка с каким-то вкусным ягодным напитком. Почему-то отвести глаз от лица вампира не могла. Так же как и он, от моего. Даже не сразу сообразила где он еду берет, лишь краем глаза заметила, что рядом на кровати стоит поднос. Значит он ходил за едой для нас?

Я прожевала очередной кусок, и остановила его руку. Возникла безумная мысль, мне очень сильно захотелось, точно так же покормить и его, но я даже не знала, как предложить ему такое? Почему то стало стыдно от собственного желания, ощутить его губы и влажный язык на своих пальцах. Я сглотнула от вспыхнувшей в голове картинки и охрипшим голосом решила задать наводящий вопрос:

— А ты разве есть не хочешь?

Он изогнул бровь и посмотрел на меня, словно догадываясь о моих мотивах и с неожиданной страстью во взгляде произнёс:

— Высшие вампиры не нуждаются в твёрдой пище.

— Ты питаешься только кровью?

Мои глаза округлились от ужаса, это что же я ему себя предложила сейчас?

— Высшие вампиры не пьют кровь, — ответил мне он и в приоткрытый рот опять попытался засунуть кусочек мяса.

— Подожди, — я оттолкнула его руку, — но ты же пил мою кровь!

В Его глазах тут же мелькнуло раздражение, но оно тут же погасло, меняясь на решительность, словно он справился с собой.

— Я сделал лишь глоток, чтобы пометить тебя, ты моя невеста, от тебя зависит моя жизнь и я должен знать где тебя найти в случае твоего исчезновения.

Я нахмурилась, пытаясь переварить полученную информацию.

— Так ты что же, теперь будешь всегда знать где меня найти?

— Да, во всем мире Азран, не найдётся такого места, где бы я тебя не нашёл, меня не сдержат даже подземные пещеры диких гнолов! — он с вызовом посмотрел мне в глаза, словно ожидая от меня словесного нападения, но я пока не понимала, что для меня значат его слова, все же близость вампира смущала меня, и я ещё надеялась его покормить.

— Но…. А чем же ты тогда питаешься, водой?

Попробовала я вернуться на начатую тему, о том, что вампир теперь будет знать где я нахожусь, решила подумать чуть позже.

— Нет, я высший вампир, а высшие питаются только энергией живых существ.

Он отвёл взгляд и пробормотал уже сам себе под нос:

— Точнее сказать не существ, а теперь уже только одного существа.

— Значит ты не знаешь какой вкус у еды?

— Раньше не знал, теперь знаю, точнее сказать чувствую.

— Как?

— Через тебя.

И он поднёс к моим губам кусочек какого-то сочного фрукта я не узнала вкус, наверное такие фрукты не растут в нашей местности. Но фрукт на удивление оказался очень вкусным и я автоматически слизала с пальцев мужчины остатки сока, услышав его глухой стон.

Посмотрела в его глаза и поняла, что они вновь наполнены возбуждением. Ну уж нет! Хватит! Я вырвалась из его рук и отодвинулась, как можно дальше, пока мой разум ещё не затуманился. Надоело уже! Сколько можно! Сжала кулаки и почувствовала боль, так как когти воткнулись в кожу. Боль сразу же отрезвила меня, и дышать стало легче.

Вампир же прикрыл глаза, и я увидела, как его когти вспороли и так повидавший виды матрас. Он глубоко задышал, и его черты лица заострились. Создалось ощущение, что он огромным усилием воли сейчас сдерживает себя. Я притаилась, стараясь даже дышать через раз.

Но вампир все же справился со своей очередной вспышкой ярости.

Он открыл глаза и втянул когти.

— Не бойся, я уже в порядке, — пробормотал он и посмотрел на мои руки.

— Оли, я хотел давно у тебя спросить о твоих браслетах.

Я не вольно бросила взгляд на последний символ, который горел тусклым светом, я уже понимала, что достаточно крови и он вспыхнет ярче.

— От куда у тебя они?

Мне показалось или в его глазах опять что-то мелькнуло? Хотя учитывая его бесконечные вспышки ярости, вполне могло и не показаться. Поймала себя на мысли, что к этим вспышкам ярости стала относиться спокойнее, наверное, привыкла, кое-как подавила нервный смех.

— Они сами появились.

Я отвела глаза. Почти правда… говорить полную правду я уже не решалась, мне и ЭйрСхеля хватило, а он между прочим не страдал такими приступами ярости, как вампир. Поэтому говорить ему всю правду, определенно чревато последствиями.

— Я хочу кое-что проверить, ты не против?

Голос вампира был спокоен и даже чуточку мягок, поэтому я кивнула. А он медленно придвинулся ко мне и дотронулся до одного из браслетов пальцем, а я не сразу заметила на нем кровь. Только лишь, когда он отдернул руку и я увидела, как капелька мгновенно впиталась в браслет, а мои руки опять соединились между собой, образуя магическую переливающуюся всеми цветами дымку, которая погасла, и седьмой символ на обоих браслетах вспыхнул ярким светом, правда в отличие от остальных ярко зелёных, этот свет был неожиданно ярко алым.

Я разъединила руки и с удивлением посмотрела на вампира.

— Откуда ты узнал, что нужна кровь?

— Я прочитал, — задумчиво проговорил он, глядя на браслет.

Мои глаза округлились от еще большего удивления! Я придвинулась к нему как можно ближе и заглянула в глаза, неужели я пойму, что все это означает? Неужели сейчас разберусь?

— Ты знаешь этот язык? Здесь так написано? А что это за язык? Чей он? И почему эти браслеты на мне оказались? — затараторила я, желая скорее узнать тайну.

Вампир перевел свой задумчивый взгляд на меня, и сказал то, чего я меньше всего ожидала услышать:

— Эти символы означают следующее, — и он поочередности начал указывать на знаки на браслете, — небо, подземелье, сила, земля, великий лес, — он обвел два символа, что до сих пор вообще не светились, — и… кровь.

Эжен немного помолчал и продолжил:

— Это мертвый язык Павших, и знал я его, потому что был в числе тех, кто его придумывал.

— О…, - только и смогла выдавить я из себя.

От его ответов, моя голова взорвалась тысячью новых вопросов. И я все же, прочистив горло, начала их задавать, боясь спугнуть момент откровений между нами:

— Но как? Почему? Причем тут Павшие, и почему ты придумывал этот язык, я ничего не понимаю…

Вампир улыбнулся и снисходительно посмотрел на меня.

— Детка, а ты историю, похоже, не изучала? Или таким вещам молодежь уже не учат?

Я нахмурилась, и раздраженно отодвинулась от вампира.

— Знать абсолютно все невозможно! — обиженно пробурчала себе под нос.

Он попытался дотронуться до моего лица тыльной стороной ладони, но я увернулась. Терпеть не могу, когда кто-то меня отчитывает за невыученные уроки. Ну да, не любительница я просиживать пятую точку за обучающими артефактами, потом хвост болит, вот! И что теперь, все время всем тыкать в меня этим?

— Ладно, я расскажу тебе, — сжалился надо мной вампир, и я, позабыв о своей обиде, тут же с любопытством посмотрела на него, ожидая рассказа.

Он откинулся на спинку кровати и начал говорить:

— Примерно две с половиной тысячи лет назад, к моему отцу, на тот момент Владыке Вампиров, явилась посланница темных богов, она предложила ему сделку, и не только ему. Дроу, дворфы, орки, гнолы, гоблины всем нам…

Я прикрыла рот ладошкой от понимания, но прервать рассказ вампира возгласом удивления не решилась, слишком необычна была его история. Значит, вампиры были в числе Павших? Мы этого точно не изучали…. Ведь нам всегда говорили, что они были на стороне созданий Азрана.

— Отец согласился и вступил в ряды Павших, желая, как и все мирового господства и свержения других рас. Естественно я как его наследник и сын, пошел за ним. План женщины магички, через которую с нами общался сам Сэбис, был прост, достаточно только было пожелать большое войско или любое оружие для завоевания мира, и желание было бы исполнено, тем более женщина магичка принесла с собой «Темный артефакт желаний». Она даже продемонстрировала артефакт в деле, и все увидели, на что он способен, если желания загадывать с умом.

Вампир, хмыкнул, и как-то недобро улыбнулся сам себе.

— Я сразу решил для себя тогда, что к этому исчадию темных богов и близко не подойду. И отцу посоветовал, но тот естественно меня не слушал. Кто я и кто он, я для него был мальчишкой, отцу ведь было на тот момент уже почти десять тысяч лет, один из древнейших и сильнейших правителей. Я бы и дальше молчал и шел за ним, если бы однажды ко мне не явился один мой давний знакомый — человеческий маг. Вот он-то меня и просветил, по поводу того, что грядет…

И я поняла кем был тот самый маг, скорее всего это был Савва, ведь именно он, был посланником Азрана.

— Темный артефакт желаний, это не просто громадный камень, это существо наделенное интеллектом, имеющее собственный разум, вот, что рассказал мне маг, — Эжен взял мою руку, и посмотрел в глаза, а я даже не сопротивлялась, уж слишком необычен был его рассказ, — понимаешь девочка, темные боги принесли в мир смертных практически новое божество, они создали его из своей крови, каждый внес свою частичку. Самим богам нет входа в наш мир, и даже если они появляются здесь, то тут же ослабевают, это касается даже светлых богов. А темные умудрились провернуть такое дело, они создали бога, новорожденного бога, наделенного громадной силой и разумом. И отдали его на воспитание темным. Савва сказал, что Азран против нахождения богов в мире смертных, это слишком опасно для смертных и мир может погибнуть. Это сейчас, пока бог новорожденный и мало что понимает, он не в состоянии оценить свою силу и мощь и временно будет подчиняться тем, в чьих руках находится. Но пройдет время, он наберет силу и ему уже не нужны будут хозяева.

Эжен стал осторожно поглаживать мои пальцы на руках, а мне показалось, что я чувствую его волнение и даже отголоски застарелой обиды. Хотя его лицо было абсолютно безмятежным. Может мне показалось? Но почему же тогда так сердце сжалось и захотелось его обнять и попытаться стереть из его души эту древнюю обиду? Глупости! Я мысленно встряхнулась и продолжила слушать рассказ вампира.

— Естественно, я все это пытался объяснить отцу. Но он мне не поверил и вместо того, чтобы понять, объявил изменником и заточил в каменный мешок, чтобы я посидел и подумал над своим поведением. Убивать не стал, я ведь на тот момент являлся его единственным наследником, все же мой отец был прагматик по своей природе. Но я не обольщался на свой счет, у меня был брат, незаконнорождённый сын отца, хоть его сила и обошла стороной, и он родился низшим, однако был шанс, что его сын сможет стать владыкой. И естественно отец стал подыскивать ему невесту из высших вампирок. Но мало кто бы согласился на такой страшный мезальянс, ведь вероятность рождения высшего была слишком мала, а отдав дочь низшему, вернуть ее уже никому не удастся, ведь это запятнает ее честь навсегда. На мое удивление мне помог тот, от кого я меньше всего ожидал. Это был мой сводный брат. Он даже договорился почти со всеми высшими. Меня освободили и я, используя силу всех высших, смог уничтожить собственного отца. А затем я пришел к предводителям объединённых войск Азрана, и рассказал, где находится «Темный артефакт желаний», примкнув к их рядам. Ну а дальше, ты, наверное, уже и сама знаешь…

— Вот это да-а-а……

Я была ошеломлена его рассказом. И мы какое-то время молчали. Вампир все еще продолжал поглаживать мои пальцы, смотря перед собой, словно погрузившись в тяжелые воспоминания, и я теперь поняла, что за обиду ощутила. Он до сих пор обижался на своего отца, столько лет прошло, а боль навсегда осталась в его сердце. Я не представляю, как бы себя чувствовала, если бы мой отец предал меня. Ведь получается, что Эжен хотел помочь, предостеречь его от опасности, и вместо того, чтобы поверить сыну, его обвинили в измене. Как же должно быть страшно и обидно ему было, до такой степени, что он отважился даже убить своего отца?

Чтобы вывести вампира из тяжелых воспоминаний, я решила сменить тему и задала вопрос, на который ответа так и не получила:

— Но ты так и не сказал для чего эти браслеты?

Но в место ответа, он задал свой вопрос.

— Скажи, ведь для активации символов не только кровь нужна, но и секс?

И он сильнее сжал мою руку и поднес ее к своим губам, нежно прикасаясь к моим пальцам губами.

От резкой смены эмоций вампира и его прикосновений, мой разум опять начал затуманиваться и я, как на автомате ответила: «Да». Тем более, что ответ мне показался не таким уж и опасным.

— И значит, когда мы еще не занимались сексом, знак означающий кровь, не горел, а как только я взял тебя, он стал тускло светиться?

Его голос становился более вкрадчивым. Он подтянул меня ближе к себе и его губы переместились на мою шею. От его нежных прикосновений, даже не поцелуев, а именно прикосновений губами, я ощутила расслабление и, прикрыв глаза не задумываясь опять ответила: «Да».

— Получается, я у тебя не единственный? — этот вопрос он задал мне шепотом, подбираясь к моей мочке уха, щекоча волоски на ней, и я уже совсем растаяла и вновь мои губы проговорили:

— Да…

— Кто еще, у тебя есть кроме меня?

Его вторая рука легла мне на талию, и я в одно мгновение оказалась прижата его телом к матрасу, а мои руки над головой удерживаются его руками.

— Назови мне их всех, прошу, девочка…. моя… — он прошептал мне эти слова, медленно целуя уголки моих губ по очереди, и я невольно потянулась к его губам, когда он остановился и чуть подался назад, ожидая от меня ответа на свой вопрос.

А затем, очень нежно смотря в глаза прошептал:

— Расскажи, как их имена, всех остальных, нас семеро да?

— Да… — вторила я ему, понимая, что нахожусь в каком-то очень странном сне или это была явь?

Но в любом случае этот сон мне очень нравился, и я принялась называть имена, даже не вспоминая о том, что боялась говорить об этом с вампиров буквально несколько песчинок назад.

После того, как я назвала последнее имя, Эжен все же поцеловал меня, но так, что я взвизгнула от пронзившей меня боли, а странный сон мгновенно развеялся, грубо вернув меня в реальность.

Глаза вампира были абсолютно черными, даже белков было не видно. От леденящего страха я забилась под этим психом, пытаясь увернуться от его болезненного поцелуя, и он отпустил меня, а затем глядя в глаза произнес стальным голосом, от которого мне захотелось забиться от ужаса в какой-нибудь угол:

— Я никогда и никому тебя не отдам, ты моя и принадлежишь только мне, из этого замка ты никогда не выйдешь! Забудь обо всех, для тебя теперь есть только я! Ты все поняла?!

Последнюю фразу он, уже оскалившись огромными увеличившимися клыками, прорычал мне практически в губы, а я съежилась от ужаса и понимания того, что он мне только что сказал.

И тут случилось нечто странное. Вампир стал исчезать, как впрочем, и всё вокруг и даже то, на чем я лежала, и я увидела, как исказилось от страха лицо уже прозрачного вампира. И он закричал, пытаясь удержать меня в руках, но его крик я уже не услышала, вместо этого увидела уставшее и бледное лицо отца….