30 глава

— Недостойна?! Ах значит недостойна?! — услышала я злой рык высшей.

Но пока я отвлеклась на существо завладевшее телом Эжена, Ирма с диким визгом схватилась двумя ладонями за лезвие кинжала, отвела его в сторону от своей шеи и попыталась выдернуть клинок из моих рук. Но из-за того, что ее руки были в крови, они заскользили, а я спонтанно резко дернула кинжал вверх, а затем так же резко ударила им высшую прямо в сердце.

Уроки Сторона не прошли для меня даром, мы столько раз с ним отрабатывали подобные ситуации, и вот одна из них сработала с точностью до миллиметра. Я не промахнулась, потому что мой тренировочный клинок всегда бил в жизненно важные органы. Но тогда он был лишь призрачным артефактом, который светился красным цветом, если я делала все верно, а сейчас в моих руках оказался настоящий кинжал.

Ирма застонала и ее глаза расширились от боли, а по грязному от крови лицу потекли дорожки слез. Руки высшей безвольно опустились, вдоль обмякшего тела, а губы беззвучно прошептали:

— Прости меня мамочка, прости…

Я наблюдала, как из ее рта потекла струйка крови, а глаза стала заволакивать предсмертная дымка и зеленая радужка превратилась в мутно-болотную. Она сделала еще пару вздохов или попыталась сделать, а затем замерла.

Моя рука все еще сжимала рукоятку кинжала с такой силой, что я почувствовала, как она немеет.

Пальцем другой руки, я прикоснулась к ее артерии на шеи и проверила, не бьется ли пульс. И опять я делала это все спонтанно, как учил меня брат. В голове была звенящая пустота, до моего сознания с трудом начало доходить, что я лишила жизни живое разумное существо.

— Она уже мертва, можешь вытащить клинок-хауса, поверь, он убивает наверняка, — услышала я через гулкий стук моего сердца слова темного бога.

Я так и не могла отвести глаз от мертвой некогда прекрасной высшей. В моей душе назревала буря из эмоций. Я чувствовала их приближение, они были совсем близко. Боль, злость, жалость, ненависть — они сплетались в клубок и шипели, как разъяренные змеи. Они шипели на меня, за то, что я впервые лишила жизни, за то, что жизнь была так несправедлива к этой девушке, за то, что она настолько озлобилась, что мне пришлось ее убить.

Я почувствовала, как комок из чувств подкатывается к моему горлу, а в глазах щипает.

— Это, правда…, - прошептали мои губы, так как говорить сил не было совершенно, а прогнать назревающую истерику очень хотелось.

Логикой я понимала, что сейчас не время и не место, чтобы начать плакать и истерить. Серьезный голос брата так и звучал в моей голове:

«Запомни Оли, в любой ситуации ты должна понимать, что истерика твой худший враг, чтобы не случилось, твой разум должен быть холоден, только лишь когда ты окажешься в безопасности, только лишь тогда ты можешь себе позволить расслабиться и поплакать, но пока ты чувствуешь, что твоей жизни и жизни твоих близких, что-то угрожает, ты должна быть на чеку и мыслить здраво и холодно»

Именно поэтому я и решила заговорить с Сэбисом, чтобы отвлечь себя и его заодно. Я ведь не знаю, какие у него планы, на абсолютно беззащитных моих мужчины. Моих….

— Что, правда? — вырвал меня холодный голос темного бога из размышлений.

Я прочистила горло и, разжав пальцы, начала медленно убирать руку с кинжала.

— Я бы на твоем месте, этого не делал, — остановил меня голос Сэбиса.

Я замерла, внимательно смотря на девушку, ожидая, что она может… очнуться?

— Вытащи из нее кинжал и держи его в своих руках, это мой тебе подарок, дитя.

Я взглянула на темного бога.

— Подарок? — и горький смешок вырвался из моего горла, — и как же он оказался у Ирмы?

— Она смогла его украсть, но мы знали, что он все равно найдет своего истинного хозяина, такова его суть, ведь он был создан в тот же момент, что и Темный Артефакт Желаний, для него, как его верный защитник. Мы тогда решили, что раз Ирма смогла его украсть, значит она и есть его хозяйка. Но мы предполагали, а Хапи все решил иначе. Этот клинок теперь только твой, вытащи его и забери себе, он способен убить любое существо, живущее в этом мире, и никакие магические артефакты ему не помешают. В твоих руках абсолютное оружие дитя, береги его. Он не только убивает, но и защищает тебя. Ты ведь почувствовала, как он зарастил все твои раны? И самое главное не допусти, чтобы этот клинок попал в руки твоих врагов, сейчас ты слишком слаба, он и тебя может уничтожить, но это пока, когда ты станешь сильной, тебя уже ничто не сможет убить.

Я еще раз посмотрела на мертвую девушку и все же решила последовать совету темного бога — вытянула с силой клинок.

— Тебе достаточно мысленно ему приказать и он исчезнет, спрячется от тебя, а когда он тебе понадобиться, то ты мысленно можешь его позвать и он очутиться вновь в твоих руках, не забудь только его имя — клинок хаоса.

Я посмотрела на клинок и мысленно попросила его спрятаться, и он мгновенно исчез. Мысленно позвала, и он опять появился. Затем опять попросила исчезнуть. Убить Сэбиса, все равно не получиться, а вот убить Эжена, или даже нечаянно поранить, могу, поэтому лучше было клинок пока убрать.

Сидеть рядом с мертвым телом девушки мне больше не хотелось, и на негнущихся ногах я поднялась и отошла от нее до самого края платформы. Истерика отошла на задний план, темному богу удалось меня отвлечь. Но я не могла забыть об истории Ирмы, слишком жестокой судьбы ее матери и самой девушки. Знаю, она пыталась меня убить, и она не была олицетворением богини Астраэа, но то, что с ней случилось… это было так не справедливо и ее последние слова «прости меня мамочка», слишком сильно запали мне в душу. И я не удержалась и спросила у темного бога:

— Это правда, что Архус так жестоко поступил с матерью Ирмы?

Темный бог изогнул губы в подобии улыбки, и в его лице я совершенно не увидела Эжена. У меня создалось такое ощущение, что это его брат близнец, слишком разнились их эмоции, и повадки, даже поза тела, была иной. Слишком холодный и какой-то без эмоциональный взгляд был у темного бога. Это казалось очень странным, ведь нам всегда говорили, что он очень злой бог, ненавидящий всех вокруг, завидующий своему брату, но это существо было другим, не было в его взгляде ни злости, ни зависти, или он так качественно умел скрывать свои эмоции?

Все эти мысли пронеслись в моей голове за одно мгновение, и я услышала ответ Сэбиса:

— Спроси у него сама, он уже давно не спит, и все прекрасно слышал и видел.

И Сэбис посмотрел в сторону плиты, на которой лежал сурд, а я последовала за его взглядом, с удивлением увидев, что плита уже не лежала, а стояла вертикально, а Архус прикованный к ней невидимыми магическими путами по рукам и ногам, во все глаза буравил темного бога яростным взглядом. Я тут же перевела взгляд на других мужчин и поняла, что все они уже давно не спали, их плиты стояли вертикально, а мужчины, так же как и Архус были прикованы магическими путами к ним и с сомкнутыми губами наблюдали за мной и Сэбисом.

И как же я не заметила? Наверное, слишком сильно была поглощена смертью девушки, к тому же никто из них не издал ни звука, они все молчали, и только лишь их глаза и мимика на лице выдавала напряжение и понимание ситуации. А так же злость на собственную беспомощность.

— Если же он захочет вообще с тобой говорить, — усмехнулся темный бог, и я впервые увидела проскользнувшие еле уловимые эмоции на его лице, и это было — раздражение.

Я попыталась поймать взгляд Архуса, но почему-то он совсем на меня не смотрел.

— Архус, — окликнула я его, но его взгляд был словно приклеен к темному богу.

А я в этот момент ничего не могла понять.

— Он меня не слышит? — спросила я у Сэбиса.

— Он прекрасно тебя слышит, и даже говорить может, я ему позволил в отличие от остальных. Просто он не хочет. Я прав? — и опять на лице вампира проявились эмоции, но это были эмоции темного бога — какая-то злорадная усмешка?

— Но почему? — прошептала я, опять ничего не понимая, — почему он не хочет со мной говорить?

— Быть может, ты все же сам ответишь, на вопросы своей единственной, а сурд?

И опять в его голосе послышались саркастические нотки, особенно он выделил слово «единственная». А затем я услышала голос Архуса, какой-то отстранённый и холодный:

— Я не собираюсь отвечать на ваши вопросы, темные отродья!

Он даже не смотрел на меня, он смотрел только на Сэбиса. А у меня создалось ощущение нереальности всего происходящего. Потому как поверить в его слова было не возможно. Ведь это же не меня он называл «темным отродьем»? Не меня… или…

— Архус? — окликнула я его, он дернул плечом, словно желая стряхнуть надоедливое насекомое, и даже не повернулся на мой голос, все еще продолжая прожигать злым взглядом Сэбиса в теле вампира.

— Не утруждай себя дитя, он не будет с тобой разговаривать, ты же слышала, как он тебя назвал — «темное отродье», да сурд, именно так? Или мы неверно тебя поняли? — слова Сэбиса, словно ядовитые змеи медленно заползали в мою душу, а его саркастический злой насмешливый тон придавливал мои плечи к земле.

— Кстаааати, — наигранно веселым голосом продолжил темный бог, — можешь спросить и остальных, думаю, что их слова от слов сурда мало чем будут отличаться. Вот, к примеру, взять оборотня…

И я перевела взгляд на Эйра, стараясь не думать о словах Архуса, было слишком сложно поверить в то, что он сказал, ведь наверняка этому есть какое-то объяснение? Вот например, сейчас Эйр наверняка мне все объяснит, и я попыталась поймать взгляд оборотня, мысленно ища у него поддержки, ведь в его глазах всегда я видела лишь тепло, любовь и нежность, но он тоже не смотрел на меня, он смотрел себе под ноги и молчал, на его лице играли злые желваки, а руки его были сжаты в кулаки с такой силой, что с них капала кровь, но он даже не замечал этого.

— О, похоже, оборотень не желает тебе простить одной маленькой шалости двухтысячелетней давности, детка, — насмешливо протянул Сэбис.

И я, наконец, поймала взгляд Эйра, от которого в ужасе отшатнулась. Ведь его глаза полыхнули лютой ненавистью, а из его горла раздалось злобное рычание…

А в моей голове мгновенно вспыхнуло воспоминание — стоящий передо мной оборотень в этой самой пещере, он смотрит на меня и загадывает желание, он хочет быть бессмертным. И мое холодное, выверенное и на тот момент казавшееся единственно правильным решением — взамен лишить его мужской силы. Ведь я не могла поступить иначе, ведь я в тот момент пыталась сдержать такое хрупкое равновесие и удержать бога Хапи в этом мире, пока я не смогу вернуться обратно, но и отказать оборотню я тоже была не в силах, ведь такова была моя суть — исполнять любые желания….

— Не волнуйся дитя, он не причинит тебе вреда, он ведь даже обратиться не сможет, — сквозь громкое рычание оборотня послышался успокаивающий голос темного бога, — магические путы надежно связывают его вторую ипостась.

— О, наш маг, может что-то скажет?

Я перевела бездумный взгляд на Савву, он смотрел на меня, и я видела в его глазах напряженность.

— Братья эльфы?… Дроу? — продолжал Сэбис.

Но все они смотрели куда угодно, только не на меня, даже Лизар….

Я сглотнула несколько раз, стараясь подавить болезненные спазмы в груди, мысленно упорно твердя себе, что это все не правда, что все это сон, я сплю сейчас дома у себя в комнате. Вот сейчас ущипну себя и все закончиться, я не буду даже помнить всего этого кошмара. Я забуду всех их, я забуду о том, как плавилась в их объятиях, как каждый из них оставлял след в моей душе. И я не буду помнить о том, как эти теплые и любящие взгляды стали полыхать ненавистью, ненавистью и злостью ко мне….

Я тронула себя за руку и, зажмурившись, ущипнула, но ничего не изменилось, открыв глаза, я все еще была в этой жуткой пещере, стояла на круглой каменной плите, как на пьедестале, рядом с плитой стоял темный бог в теле владыки вампиров, внимательно следя за мной.

Я вернулась взглядом к Савве, ведь он единственный все же смотрел на меня и дрогнувшим голосом спросила:

— Что происходит?

— Ты Темный Артефакт Желаний Оли, вот, что происходит, даже не его частичка, ты и есть его воплощение… живое воплощение, — ровным голосом произнес маг, и мне почудилось, что в этой фразе прозвучал мой приговор.

Мой взгляд заметался, я искала поддержку у всех своих мужчин, но так и не находила ее, ни в одном взгляде. А в душе медленно начало что-то обрываться.

— Оли, — услышала я голос Сэбиса, прямо над своей головой и попыталась дернуться, но его руки обхватили меня за плечи и притянули к своей груди.

Я опять дернулась уже с силой, но хватка мужчины стала на много сильнее.

«Как и когда он оказался так близко ко мне, и магического купола над плитой разве больше нет?» — лихорадочно заметались мои мысли от страха.

— Шшшшш, тише, я не причиню вреда собственному ребенку, — тихо, но уверенно проговорил темный бог, над моей головой.

Странно, но я тут же поверила ему и действительно ощутила наше родство и громадную обволакивающую силу бога. А нарастающая боль в груди начала притупляться, хоть и не исчезать до конца. Но сила темного бога была словно не здесь, не в теле Эжена, она была где-то там по ту сторону мира, на его изнанке. Там была его сущность, которая сейчас, как марионеткой управляла телом вампира. Я чувствовала его мощь его сильную ауру, он мог одним лишь взглядом убить, но меня он бы действительно никогда не тронул, ведь я его единственный ребенок…. причем только его?

— Да, ты все верно поняла, ты только мой ребенок, твоим создателем был только я, остальные, лишь помогли мне переправить тебя в этот мир.

— Ты читаешь мои мысли?

— Только самые громкие, дитя мое…

— Но у меня есть родители? — прошептала я, все еще пытаясь отгородиться от жуткой правды.

— Да, есть, и именно они помогли тебе стать живым существом, а не камнем, — он развернул меня к себе и пальцем приподнял мой подбородок, ведь Эжен был выше меня больше чем на голову, но сейчас я смотрела не в глаза вампира, а в глаза собственного…. отца, — ты богиня желаний Оли! — громко с гордостью в голосе произнес он.

Темный бог сделал паузу, всматриваясь в мои глаза, видимо, чтобы я ощутила миг чего… триумфа? Вот только того самого ощущения не было, быть мировым злом… разве можно радоваться этому?

Сэбис явно не нашел в моих глазах того, чего ожидал и даже немного нахмурился, но все же продолжил объяснять мне, усиливая голос, пытаясь заставить меня проникнуться моментом божественного откровения:

— Богиня, живущая в мире Азран, в том мире, к которому доступа богам нет, и никогда не было. А ты здесь, ты дышишь, чувствуешь и набираешь силу, медленно, постепенно, но набираешь. Правда, сейчас твоя сила ограничена теми, кто когда-то тебя уничтожил. Это проделки бога равновесия, я уверен, — в его взгляде на песчинку мелькнуло раздражение, — он специально соединил тебя с этими смертными, и именно от них и будет зависеть твоя сила. Тебе нужно закончить ритуал дитя, взять кровь у сурда и эльфов, заняться сексом с эльфами, и ты вернешь свое величие, а затем ты их всех просто убьешь, и все эти жалкие смертные не будут тебе мешать и ограничивать твою силу, — с воодушевлением произнес темный бог.

Я в растерянности смотрела ему в глаза. Темный, он и есть темный, значит и правда, он является злом, и это существо мой отец? Но что будет, если я ему сейчас начну перечить? Я не стала дальше развивать свои мысли, помня о том, что Сэбис слышит меня.

— А если, я просто не буду заканчивать этот ритуал, если я просто сейчас уйду, а ты всех отпустишь? Если я просто не хочу быть богиней желаний? — прошептала я темному богу.

Он погладил меня второй рукой по щеке, и как глупому младенцу начал объяснять, хотя по сравнению с ним, я вообще была не младенцем, а песчинкой, мгновением в его жизни.

— Оли, бог равновесия так просто все не оставит, это даже не нам и не тебе решать. Хапи все уже давно решил, а он решил сделать именно тебя богиней желаний в этом мире. Ведь именно он создавал все твои встречи с твоими так называемыми «суженными». И он будет это делать до тех пор, пока ритуал не завершиться. Я лишь решил ускорить завершение ритуала, а затем помочь тебе освободится от этих оков. Ты убьешь их всех, и путы будут сброшены.

«Путы будут сброшены…» — проговорила я сама себе и начала медленно высвобождаться из объятий темного бога. Он нехотя, но все же отпустил меня.

— А как же Лизар? Ведь если умрет он, то умру и я?

— Не забывай, что клинок хауса не даст тебе погибнуть, он защитит тебя. Только владыку вампиров убивать не стоит, я легко подчинил его тело, и могу приходить к тебе, чтобы быть рядом, помогать направлять советом. Но если не захочешь, то можешь убить и его. Я найду другое тело, мне все равно.

Я сглотнула вязкую слюну и замерла глядя на своего родителя, пытаясь переварить все его слова. А так же лихорадочно ища в голове еще какие-то отговорки.

— А если эльфы не захотят сейчас заниматься со мной сексом?

— О, мы погрузим их в транс, а там они очень даже захотят тебя, мне это не сложно, тело вампира очень сильно здесь в этом месте, его магия безгранична. Ну же дитя, решайся. Они все равно уже отказались все от тебя, как только узнали кто ты такая, ты ведь это поняла?

Я посмотрела в глаза Сэбису стараясь подавить в себе растерянность и боль, и запинающимся от нервозности голосом, попыталась все же объяснить своему божественному отцу, надеясь на его понимание:

— Подожди, но ведь Хапи, он же за равновесие, а артефакт желаний, это же…, это же сила против равновесия, ведь желания могут быть очень опасными, может вернуться хаос в этот мир, и возможно весь мир погибнет, ведь так же нельзя!

— А тебе какая разница? — удивление в глазах Сэбиса было неподдельным, — даже если мир погибнет, я верну тебя назад в мой мир, ты бессмертна, и мое дитя, будешь жить со мной.

Я даже воздухом поперхнулась от такого заявления темного бога.

— Но как же… а мои родные?! — этот довод единственный, что так быстро пришел мне на ум в данный момент.

— А что твои родные? Твой отец от тебя отказался, как только начертил тот магический портал на полу.

Я отчаянно замотала головой:

— Нет-нет-нет, он не отказывался! Не было никакого портала! Это было заклинание, чтобы вернуть всех — маму, братьев, сестер, малышей….

В глазах темного бога отразилась жалость.

— А портал, наверное, нечаянно получился… — уже тише добавила я, видя, как Сэбис медленно качает головой.

— Нет, глупая, — темный бог вздохнул, отводя взгляд, и сделал паузу, словно говорить следующие слова ему будет очень сложно.

— Он отказался от тебя ради всех остальных твоих родных, мы дали ему выбор — спасти и вернуть к жизни всю семью, но в замен начертить портал и отправить тебя, как одного из потенциальных носителей Темного Артефакта Желания, и он согласился, он знал, что отправляет тебя возможно на смерть, он выбрал их, а не тебя.

Я замотала головой, не веря в эти ужасные слова и даже улыбнулась, ведь как в такое можно поверить? Отец никогда бы такого не сделал, он бы обязательно, что-нибудь придумал. Ведь это же папа! Он всегда находил выход из самых сложных решений, он не стал бы отдавать меня даже взамен жизней других! Не стал бы! Он всегда твердил, что семья это самое главное, что есть в нашей жизни. И даже неприязнь и ненависть в глазах всех моих мужчин, даже это я могла бы пережить, ведь я знала, что у меня есть островок безопасности — мои родные. Они никогда не придадут, они примут меня любой. Даже зная, что я могу быть самим злом, они все равно бы не отвернулись от меня.

Но следующие действия Сэбиса, выбили почву у меня из под ног, а весь мой мир рухнул.

Темный бог вытащил из кармана артефакт абсолютной правды. А в моей голове опять возникла вспышка-воспоминание, как я сама создаю его, и я на сто процентов знаю, что это именно он. Тот самый прозрачный камень с куриное яйцо, такой же гладкий, и с мутным пятном внутри — сосредоточием магии… самой магии правды….

— Артефакт правды подтвердил сделку, — в оглушающей тишине прозвучали слова вампира, — ведь именно добровольное согласие твоего отца помогло тебя вытянуть из неприступного замка вампира и отправить сюда в пещеры жриц дроу, где когда-то было твое место.

И словно добивая меня жестокой правдой, сиреневая вспышка света озарила прозрачный артефакт, подтвердив тем самым слова темного бога.

Хапи — бог равновесия или бог судьбы. Не имеет оболочки или какого-либо воплощения. Даже демиург Азран, создатель богов и мира Азран, никогда его не видел. Хапи приходит сам в любой созданный мир для поддержания равновесия. Считается, что Хапи и является создателем всего сущего — миров, вселенных, демиургов. И даже самые древние боги, не знают, как поступит бог равновесия. Говорят, что если Хапи покинет мир, то он погрязнет в хаосе и погибнет. Почему Хапи покидает миры, никто не знает. (Имя бога «Хапи» взято из материала о Египетских богах, египтяне считали «Хапи» богом Нила, а так же богом равновесия, он поддерживал порядок не только на Земле но и во всей вселенной)

Астраэа — одна из полубогинь эльфийского пантеона, олицетворение чистой любви и невинности. (Имя богини взято из греческой мифологии — Астраэа, богиня невинности и чистоты, и дочь Темис (Темиды), богини правосудия. Говорят, что после ухода с Земли она поселилась среди звезд, где стала созвездием непорочной Девы)