Глава 15. Внеплановые учения для демонов.

В штабе служб безопасности коллеги Квазика наличествовали в полном составе, а вот его самого не было.

– Где? – подняла брови Вера и ее поняли с полуслова.

– Его по поводу Общегалактического Верховного Суда срочно вызвали. Вероятно, для дачи показаний.

– Разве свидетельские показания озвучиваются не во время суда? – немного удивилась Вера, припоминая отечественные фильмы и западный сериал про Перри Мейсона.

– Нет, конечно, что за нелепая идея? – пожали плечами хранители. – Эдак Суд очень долго тянуться будет.

– А-а-а, – безразлично протянула Вера, не имея ни малейшего желания расспрашивать о том, как именно ведутся расследования и проходят заседания суда у высших рас. Не до того ей сейчас было!

Горло Веры перехватывало судорожными спазмами, ощущение неотвратимой беды наваливалось на плечи, как стотонный мешок, и завязывалось в животе ледяным узлом. «Тяжелые предчувствия теснили грудь», как любили писать в сентиментальных романах земные литераторы. Впервые Вера в полной мере прочувствовала это теснение, вызывающее беспричинные слезы, порыв срочно куда-то бежать и спасаться, сменяющийся еще более опасным желанием сесть и смириться. Складывалось впечатление, что все ее эмоции просто выключают, щелкая невидимыми тумблерочками, оставляя лишь самые пассивные: тоску и удрученность.

Попросить хранителей связать ее с Квазиком? Зачем?

Присесть на освободившееся седьмое кресло? Зачем, если можно сползти на пол по стеночке прямо у двери? Так трудно сделать даже шаг, а до кресла еще... сколько шагов до кресла? А зачем считать? Это так утомительно и сложно...

– Что с вами? – раздался над ухом Веры незнакомый бас, она подняла голову и с воплем рванула в сторону от страшного монстра с клыками, рогами и жуткими черными шрамами через все лицо.

Сердце забилось, получив жизненно необходимую дозу сильных эмоций, а разум на миг прояснился, позволив осознать всю смертельную опасность своего состояния. К сожалению, тот же разум напомнил, что хранители совершенно безопасны, и успокоенный инстинкт самосохранения опять отправился на покой. Ну, нет, его срочно нужно взбодрить!

– А говорили, что демонов в истинном виде не боится, – разочарованно рыкнул склонившийся над Верой хранитель, отошел в сторону и пренебрежительно бросил: – Извините, что напугал.

Вера несколько растерялась: что делать? Сказать: это очень хорошо, что напугали, давайте так и будете попугивать через каждые пять минут? Я тут тихонько посижу, мешать не буду, только стращайте меня почаще и, желательно, поизобретательней? Вера нервно хихикнула, припомнив подруг Карелоноделы и их способность запугать кого угодно, продемонстрированную ей перед экскурсией на Землю, а ведь у них уровень всего лишь дел! Представив, какие американские горки ей могли бы устроить эти хранители, Вера еще разок нервно хихикнула. На нее покосились с опаской полосатые лица, и веселость Веры возросла. Кстати, а чего она зациклилась на страхе? Радость – тоже яркая эмоция, и гораздо более приятная в применении. Попробуем не напугаться, а развеселиться! Для начала отлепляемся от стенки, делаем шаг, еще шаг, отгоняем прочь навязанную извне тоску и делаем еще шаг!

На пяти шагах до кресла Веру осенила спасительная мысль: что, если можно бороться не с самим унынием, а с его проявлениями? Ушло желание двигаться – двигайся наперекор, напала неодолимая лень – срочно займись делом! Решив проверить эту рабочую гипотезу, Вера четко замаршировала обратно: от кресла к двери. Развернулась и опять пошла назад. О, бодрость тела и впрямь приводит к бодрости духа! Помнится, на плакате фитнесс клуба, который несколько лет посещала Вера, было написано, что физические упражнения приносят чувство радости и помогают в борьбе с депрессией лучше всяких стимуляторов, водки и шоколада. Не на тех сайтах демоницы совета спрашивали, ох, не на тех! Так, помашем руками, помашем ногами, наклоны вправо-влево и вперед-назад...

Вспомнился прочитанный в далеком детстве рассказ то ли про лису, то ли про койота, который съел подброшенное людьми отравленное мясо, слег на землю и умер бы, если б на него не выскочили охотничьи собаки. Испуганный зверь, ведомый инстинктом, бросился бежать из последних сил, подволакивая онемевшие задние лапы. Он бежал и бежал, и все легче и легче был его бег. Заработали все лапы, ровно забилось сердце, организм преодолел действие яда, и зверь остался жив. Жив благодаря движению...

Так, машем выше и интенсивней!!!

Хранители уровня эль скучковались у противоположной стены, все опасливей и настороженней посматривая на Веру. До нее доносились обрывки фраз:

«Неосознанная активность... низший разум... эти судороги конечностей – инстинктивная реакция на сильный испуг?... Может, эта темная человечка не знает, как выйти, ей надо дверь открыть, и она привлекает жестами наше внимание к своей проблеме?... Ты видел стереотрансляции с ее участием? Вот и я не видел, только слышал, что Амирелоноделисталиэль о расторжении договора хлопочет... А кто из нас видел? Жаль, что никто не видел – мало данных для выводов... А если самим протестировать?»

То ли физические упражнения себя оправдали, то ли рассуждения умнейших хранителей так позабавили, но к приседаниям Вера перешла, давясь от смеха. Группа великих ученых нейтральной расы смотрела на нее с неутоленной жаждой к познанию неизвестного, сдерживаемая только одним:

– Эх, с Амирелоноделисталиэлем связываться не охота! А можно было бы исследовать ее реакции на кластрен и ассимиряцию, ей это не повредило бы никоим образом.

– Вот и мне с ним ссориться не охота. Он за свою человечку три шкуры с нас спустит, и неважно – повредили мы ее или нет.

И демоны уровня эль смотрели на приседающую Веру, чуть ли не облизываясь на нее, как коты на хозяйскую сметану, которую на столе оставили, но есть строго-настрого запретили. Вере становилось все смешнее и смешнее. Один из хранителей, Боррелоноделисталиэль, окрещенный Верой просто Бором (не видела она смысла самой себе все его звания каждый раз проговаривать), заговорил в черную пластинку:

– Низшая человечка, идентификационный номер... Первый день эксперимента, поведение в отсутствие доверенного хранителя особи. Душевная теплота не излучается, мышечный тонус и активность повышены, присутствуют спонтанные нервные проявления – беспричинный смех. На представителей нашей расы заметной реакции нет, что весьма странно: либо от первоначального испуга она впала в ступор, либо мозг низшей темной человечки не способен производить несколько действий одновременно: контролировать сложный комплекс движений и параллельно с этим еще и нас бояться.

«Беспричинный» смех усилился, а Бор оторвался от пластинки, которую все гордо именовали «журнал эксперимента», и душераздирающе вздохнул:

– Хоть бы уровень физических возможностей организма оценить...

Хранители заговорщицки переглянулись, перемигнулись, и в сторону Веры полетел мячик. Наивная Вера от спортивного снаряда не отказалась, подхватила его на лету и тут же с визгом рухнула на пол вслед за мячиком, по счастью, не отдавив себе руки и ноги: весила эта игрушечка минимум полтонны.

– Мускульный уровень серьезно занижен, – забормотал в пластинку Бор.

Умные хвостатые дяденьки сделали запрос в свою общегалактическую сеть по низшим человечкам, и следующий мячик был вполне пригоден для гимнастических упражнений. Вере было весело, ощущать себя подопытной обезьянкой оказалось неожиданно потешно, и она не мешала ученым развлекаться, благо, что и они развлекали ее ничуть не меньше, а ей яркие эмоции и физические нагрузки были жизненно необходимы. Пронаблюдав, как Вера бегает по созданной для нее движущейся дорожке, скачет на скакалке и метает в мишень на стене тяжелые дротики, хранители пришли к печальному для них выводу, что ее физические показатели соответствуют среднестатистическим данным ее вида, так что удивительная способность одаривать демонов душевным теплом, скорее всего, связана не с ними.

Мини спортзал с оборудованием исчез, и Вере кинули странную штуку, четко сказав: «Это коловрот».

– И что? – нарушила свое длительное молчание землянка, удивившись непонятному переводу лингвы и крутя в руках тяжелую несимметричную болванку.

– Коловращай, – нетерпеливо «подсказали» хранители.

– Как? – недоуменно спросила Вера.

Штуковина в ее руках вдруг раскалилась, зажужжала, и девушка с истошным воплем бросила ее назад в рогатых:

– Ай!

– Интеллектуальный уровень тоже занижен, – забормотал в пластинку Бор, а Вера всерьез обиделась.

Ах, так?! Значит, так у вас эксперименты проводят? Интеллектуальный уровень занижен?! Вы даже не представляете, как сильно он занижен, господа! Она же решила: попробуем не напугаться, а развеселиться? Вот и повеселимся! Главное, чтобы хранители уровня эль действительно оказались всемогущими и уберегли народ от последствий ее развлечений...

Затаив обиду, но тщательно лелея ее в своей душе (обида – тоже сильная эмоция, а Вера готова была и за соломинку уцепиться), землянка покорно уселась перед большим голографическим голубым экраном, с которого убрали вид гоняющихся вокруг черной дыры скартов, и запустили взамен программу тестирования умственных способностей разумного индивида.

– Ты читать умеешь? – спросили Веру, и та подавила желание отрицательно покачать головой: вдруг, тогда они окончательно в ней разочаруются и перестанут так уморительно ее изучать? А ей жить хочется!

В общем, Вера согласно кивнула.

– Это хорошо, – с удовлетворением заметил Сирелоноделисталиэль, бывший тут за большого специалиста по программированию (Вера вспомнила, что о нем рассказывал Старейший, и что Си требуется помощник для работы со статистическими программами), – не совсем темная, значит, текст на универсальном будешь понимать. Смотри: вот тут будет вопрос, тут поясняющая его схема или картинка, а здесь ты должна выбрать ответ. Выбрать легко – просто ткни пальчиком в вариант, кажущийся тебе верным, или в пустую белую клетку, если выбрать затрудняешься. Не переживай, если вопросы покажутся сначала слишком простыми – программа сама перейдет на более сложный уровень при наличии верных ответов. Тебе все понятно или объяснить еще раз?

– Еще раз, – Вера состроила личико недалекой блондиночки и поморгала ресничками. Как удачно, что она омолодилась, – на родном, почти сорокалетнем лице такое выражение сотворить было бы невозможно.

Ей объяснили еще раз, потом еще раз, а Вера, якобы для лучшего понимания, старательно тыкала в экран пальчиком, выключая программу (вроде как случайно) и рассматривая, что еще в этом местном компьютере найти можно. А найти можно было многое! Елки-палки, похоже, это головной компьютер их служб безопасности! Ух, ты, они и базу своей службы не запаролили! Еще тут прямой доступ к изначальной материи открыт, и ее трансгрессия не заблокирована, и вообще «защита от дурака» по большому счету отсутствует... Нет, ясно, что среди высших дураков и хулиганов нет, но возникает резонный вопрос:

А они хорошо подумали, когда посадили ее за этот суперагрегат???

– Теперь-то все ясно?! – раздраженно спросил Си, и Вера поспешила согласиться, что да – теперь все ясно. Вот совсем-совсем все ясно, господа!

  Перед ней возникло объемное изображение какой-то разноцветной спирали, похожей на нить ДНК, и вопрос: «Выберите симметричное тензорное поле, соответствующее данному гладкому многообразию».

– Математический аппарат теста только на семьдесят восемь процентов соответствует Земному, но больший уровень корреляции задать не удалось, – извиняющимся тоном сообщил Си, а Бор добавил: – Но общий принцип сохранен, если что-то нужно пояснить – спрашивай.

«Они издеваются? – еще больше обиделась Вера. – Нет, ну хуже Квазика, честное слово! Даже представить боюсь их «пояснения»! Интеллект определяется не только и не столько математическими познаниями человека, сколько умением изучать новое!»

И пусть ее обида была детской и совсем неподобающей взрослой, разумной, рассудительной женщине! Это была очень полезная обида, поскольку добавляла ей много яркий эмоций, а главное – планов на еще более интенсивные переживания. Она обязательно искренне извинится потом перед коллегами Квазика, но сейчас ее первостепенная задача – выжить.

Хмуро смотря на объемную картинку, Вера ткнула пальчиком в белую клетку, и программа противно пропищала, что уровень опроса снижен. Обида возросла, а апатия и уныние отступили еще дальше. Вот и замечательно!

– Вы мне мешаете сосредоточиться, – заявила она маячащим за ее спиной демонам. – Пожалуйста, отойдите дальше и не подсматривайте! Да, и звук из этой штуки уберите, – ткнула она пальцем в голографический экран.

Хранители миров огорченно вернулись на свои места, Бор небрежным движением хвоста задвинул тестирующуюся Веру в дальний угол, программа перестала пищать, а стала сообщать о понижении уровня опроса письменно. Продолжая с перерывами на «обдумывание» нажимать на белую клетку, не вглядываясь и не вчитываясь в вопросы на экране, Вера осторожно выглянула из-за голубого монитора и увидела, как повернувшийся к ней спиной Си заглядывает через плечо Бора в его большой планшет, на котором некая кривая стремительно ползёт вниз.

– Возможно, ее способность душевно привязываться берет свое начало именно из низкого интеллектуального уровня? – зашептал этим двоим третий хранитель. – Повышенной душевностью в низших мирах часто обладают юродивые, сущеглупые, блаженные, а еще – маленькие дети.

– Очень правдоподобная гипотеза, – дружно согласились все, а Вера скрипнула зубами, снова нажала на белую кнопку и свернула окно программы, быстро выгружая на экран схему безопасности Айчерного Центра.

Как удачно, что она закачала лингву и что в ее двадцати одном проценте есть все необходимые знания для работы на местных продвинутых аналогах компьютеров и баз данных. Ее скромные познания в компьютерных программах лингва хорошо развила и расширила, она теперь о-ч-чень продвинутый пользователь! Стоит признать, что хранители хорошо постарались, создавая защиту Центра, много интересного придумали, но почему так плохо предохранили свои разработки от чужого вторжения?! Они свято веруют в бытующие тут повсеместно догмы, что ни один высший не позволит себе испортить результаты чужого труда, что кадавры недостаточно разумны, чтобы внедриться в головной компьютер и напортачить в нем, а низшие особи и вовсе сущеглупые, как они выразились, и без присмотра хранителей ни на миг не остаются?

Время от времени открывая окно теста и щелкая, не глядя, на белый квадратик внизу, Вера спешно вела свою подрывную деятельность. План был прост, как все гениальное. Основных эмоций у человека не так много, причем главные из них – любовь и счастье – придется отложить до возвращения Квазика, в текущих условиях их слишком трудно перевести в бурную фазу. Что остается? Страх и смех, удивление, гнев и печаль. Печаль в ее случае опасна, гнев уже заменили на обиду, значит – сосредоточимся на оставшихся вариантах. Со страхом важно не переборщить – убегая от жуткого чудовища, рискуешь догнать собственный инфаркт. Удивить ее тоже ныне шибко сложно – если бы глаза могли двигаться вверх, то они б уже неделю вольготно жили на затылке. Ничего, ей главное час продержаться...

Хранители дружно вздрогнули, когда в вестибюле внезапно завыла сирена, а механический голос равнодушно сообщил:

– Просьба всем покинуть здание Айчерного Центра в связи с плановыми учениями служб безопасности.

И снова сирена, и снова требование покинуть Центр.

На выведенных на монитор камерах обзора Вера увидела, как все посетители спокойно и без единого вопроса исчезают из поля зрения всех камер, переносясь в другое место у черной дыры, где никто не проводит учений. Да, высшие расы и впрямь исключительно дисциплинированный народ! А еще – чересчур доверчивый. Итак, эвакуация прошла без паники, во всем здании кроме шести хранителей остался только один старый ушастый эльф, с недовольным выражением лица отправляющий кому-то золотистый шарик.

– Плановые учения?! – оглянулся на коллег Бор. – Это что за чепуха?!

– Никогда не слышал такого сочетания понятий, – развел руками Си.

– Проблема не в понятиях, коллеги! Почему НАША система безопасности сообщает о чем-то без нашего ведома?!

Вера одним движением закрыла всё, кроме программы теста, снова щелкнула на белую кнопку и в последний момент заметила исчезнувший вопрос. Мамочки, она дошла до таблицы умножения?! Пожалуй, стоило хоть где-то ответить правильно.

Но было поздно. Хранители окружили ее радужной сферой, трое из них выбежали в дверь из штаба, еще два исчезли, а оставшийся окутался объемной сеткой изображения Центра и заскользил по ней разноцветными лучами.

«Так я все веселье пропущу!» – возмутилась Вера и, как белка в колесе, покатилась в своем шаре прочь из комнаты, стараясь не шуметь и не отвлекать на свою особу оставшегося хранителя.

По вестибюлю носилась мелкая нежить: круглые зубастики, бросавшиеся на все движущиеся объекты. Что примечательно: они взрывались при любом прикосновении к ним. Вот старый эльф отбрасывает зубастика воздушной волной, и тот лопается, забрызгивая зеленой вонючей жижей большой экран с видом на несущиеся скарты, и эльф горестно бормочет:

– Такой беспорядок в Айчерном Центре! Кому понадобились эти несвоевременные учения? И что за учения вообще?!

Вылетевшие в вестибюль хранители закидывали мелких зубастиков сетями, из-за чего взрывов и вонючей жижи становилось кратно больше, а Си при виде выкатившейся из дверей Веры закричал:

– Замри, человечка! Они реагируют на движение!

– Знаю, знаю, у тебя это в описании указано, – тихонько пропыхтела себе под нос Вера, быстрей раскручивая свою радужную сферу. – Я же догадывалась, что без защиты вы меня не оставите, а эти шарики запрограммированы на уничтожение любых защит, для того они и созданы, чтобы набрасываться на все движущееся и прогрызать (в прямом смысле слова) все охранные пленки. Я только их взрывоопасность на двадцать уровней подняла и жижу в них добавила. Ну... чтобы повеселее было.

Сферу Веры атаковали сразу три зубастика, и она со знакомым звоном лопнула, освободив землянку.

– Замри, человечка! – заорали все хранители.

– Ага, счас, – Вера ловко уклонилась от новой защитной радужной пленки, брошенной в ее сторону, и спряталась за спиной эльфа.

– В Айчерном Центре, в Айчерном Центре! – гневно продолжал причитать тот, и его длинные уши ажно тряслись от возмущения.

– Что ж ты такая глупая, человечка! – заголосили хранители и дружно попытались дематериализовать зубастые шарики.

Не тут-то было! Как только заклинания дематериализации разнеслись по вестибюлю, зубастой нежити стало в десятки раз больше!

– Что за ерунда?! – взвыли хранители. – Они не распылились на кванты, а размножились!

– Это не ерунда, это моя новейшая разработка: реверсивное обращение заклинаний! – откликнулся один их демонов уровня эль. – Срабатывает в случае внешних угроз и приводит в замешательство врагов, меняя действие их заклинаний на противоположное!

– Тинрелоноделисталиэль, отмени действие своей разработки!

– Не могу, сделано всё на совесть, так просто не отменишь! Но вы просто учитывайте это: если хотите раскалить предмет, то посылайте замораживающее заклинание и наоборот.

– Пока так и действуйте! – откликнулся Си. – А я попробую перезагрузить защитную систему: она почему-то считает врагами и кадаврами нас!

Сирелоноделисталиэль исчез, но его место заняли два других демона, вернувшихся с облета территорий.

– На периметре все чисто, дым коромыслом только здесь, – отрапортовали они. – Очень многие недовольны временным закрытием Центра на учения, в Элеор поступает куча жалоб. – И прибывшие послали в нежить ловчие сети и заклинания аннигиляции.

Боженьки, сколько прибавилось вонючей жижи и новых зубастиков! Бор и Тин растолковывали вновь прибывшим суть проблемы, а старый эльф уныло взирал на заляпанную от постамента до вершины голографическую проекцию черной дыры и стенал, взмахивая руками и очищая это украшение вестибюля:

– В Айчерном Центре, в Айчерном Центре!

– Чисто Аркадий Райкин на сцене, – весело хмыкнула Вера и с подражанием оригиналу процитировала: – «В греческом зале, в греческом зале!» Ну и что, что в Айчерном Центре? Диверсии могут происходить где угодно и когда угодно, а это и не диверсия вовсе, а самые настоящие учения, только что внеплановые. Так, мне уже весело, пора переходить к ужасу: где мой главный монстрик?! Сейчас хвостатый перезагрузит систему, уберет все мои нововведения – и все, никакого страха! Покойся с миром, Вера Ивановна!

– У-у-Рррр, – басовито разнеслось по вестибюлю и в него вползло ЭТО.

– Мамочки! – ахнула Вера и шарахнулась за постамент с проекцией. – Ой, зря я попросила изначальную материю воссоздать мой самый жуткий подсознательный кошмар! Хоть бы глянула для начала, что там получилось, но нет, мне же хотелось неожиданности!

М-да, по полу угрожающе неторопливо в сторону Веры перемещался двухголовый дракон, причем обе головы у него были женские: одна невероятно похожая на директора школы, в которой работала Вера, а вторая – на ее постоянного гинеколога.

– Где отчет по списанию матер-р-риальных активов? – рычала первая голова. – Р-р-расчет субсидии на выполнение госзадания?

– Когда ты последний раз была на приеме, Вер-р-ра? Ты не молождееш-ш-шь, надо следить за гормональным ф-ф-фоном, – шипела вторая.

Да, бойтесь своего подсознания – настоящие монстры водятся именно там. Монстры, способные мигом выклевать ваш мозг.

Бабах!

В вестибюле материализовался Квазик в боевой трансформации и взорвал жуткое порождение Вериных бессознательных страхов. О, ему точно сообщили об «учениях» и он мигом поспешил на помощь, даже Верховный Суд его не удержал! И, похоже, Сирелоноделисталиэль все-таки перезагрузил систему, заклинания действуют как надо. Вот и зубастики исчезли, и вестибюль отмылся, и эльф причитать перестал.

– Квазик! – радостно завопила Вера, бросаясь на шею своему ненаглядному. Довольно с нее негативных эмоций страха и ужаса, да здравствуют любовь и счастье!

Огромный, покрытый броней огненноволосый демон подхватил хрупкую фигурку и прижал к себе. Шесть хранителей уровня эль в великом изумлении взирали на то, как не убоявшаяся жуткого вида своего монстра человечка зацеловывает его страшное лицо.

Бор универсальным движением хвоста убрал с пола последние зеленые потеки, утер холодный пот со лба и записал в журнал эксперимента:

– Разума в ней нет ни капли, но Амирелоноделисталиэля она обожает до безумия!

Его коллеги полностью с этим выводом согласились и посмотрели на своего товарища с редко встречающейся смесью глубокого сочувствия и одновременно – отчаянной зависти к его судьбе.