Глава 24. Секрет феномена Сайкора.

Вера рассматривала ящероподобного делегата от Союза Галактик и размышляла о том, что его предки (или он сам – неизвестно, сколько дядечке веков) наведывались в древний Китай – так сильно он был похож на изящного, гибкого, яркого китайского дракона. В Китае дракон был символом доброго начала (в отличие от своего собрата – дракона европейского), и эта культурная традиция вполне могла быть вызвана проживанием на Земле вблизи горы Тяньцзышань какого-нибудь драконистого высшего.

Делегация Союза Галактик была велика и весьма разнородна по составу, в нее входили представители всех тридцати разумных рас Вселенной. Большинство относились к гуманоидному типу, но были и исключения вроде баскхи, фатисеев и таких вот ящеров. С учётом полного комплекта хранителей уровня эль, в совещательный зал Элеора набилось более пятидесяти человек... э-э-э... существ. В честь такого нашествия из зала были убраны почти все приборы, захламлявшие ранее его просторы, были отправлены в вольеры вериколы, а в центре поставлен круглый стол с таинственно поблескивающими голографическими экранами – мониторами компьютеров, связанных в единую сеть.

Чинно усевшись рядом с Квазиком, Вера наблюдала за первой частью совещания: Си продемонстрировал обнаруженную у мира Сайкора стагнацию развития, затем – подтверждение текущего статуса мира: мир был высшим.

Делегаты загомонили. Как объяснил вчера Квазик, неразвивающийся высший мир был столь же странен для Вселенной, как неподвижное сердце для живого человека. «Этого не может быть, потому что не может быть никогда», – внушительно заявил Верин муж. Высшие реально были двигателем для всех рас, а отказ хоть одной шестеренки в отлаженном механизме мог привести к необратимым последствиям.

Перешли к просмотру архивных записей: мир после заселения людьми, плавное скольжение вниз кривой их развития, а спустя некоторое время – резкий скачок вверх, переход на уровень высшего мира: феномен Сайкора. И остановка. Остановка, которую заметили только спустя двести лет.

– Почему этот мир перестали проверять после смерти его творца? – шепотом спросила Вера у мужа и взвизгнула от неожиданности, когда ее голос гулко разнесся по всему залу, заглушив речи всех остальных. – Почему меня так громко слышно?!

«Слышно... слышно...» – эхом отдалось в коридорах Элеора.

– Ваши вопросы внесены в систему совещания как ключевые, – любезно пояснил глава делегации Союза Галактик, к слову молвить – самый обычный высший человек. – Их должны слышать все, поскольку именно ваш взгляд на проблему не замутнен традиционной наукой и привычкой слепо полагаться на всем известные аксиомы.

«Гм-м... устами глупца и неуча глаголет истина, так что ли? Ладно, мудрые люди на правду не обижаются, – решила Вера. – С точки зрения этих древних маститых ученых я и впрямь наивный птенец».

Тут ей в голову пришла еще одна неприятная мысль. Вера испуганно-вопросительно покосилась на Квазика, и муж понял ее без слов, подтвердив предположения:

– Да, трансляция заседания идет в прямом эфире во всех секторах Вселенной. – К счастью, его голос не разносился трубным гласом по всему зданию.

Ой-ёй-ёй! Вера выпрямила спину и постаралась создать на лице самое глубокомысленное выражение. Неизвестно, что в итоге создалось, так как тем временем продолжали отвечать на ее вопросы:

– Мы не проверяли мир Сайкора, так как его жители попросили их не тревожить и никак не вмешиваться в их жизнь.

– И этой просьбы оказалось достаточно?! – недоверчиво воскликнула Вера, забыв про трансляцию и глубокомысленное выражение лица. Все высшие удивленно посмотрели на нее и синхронно кивнули, будто она задала совсем уж пустой вопрос. – Ого, какая удобная привилегия у высших миров: попросил не проверять, не посещать, не наблюдать – и тебя никто не беспокоит! И много таких, уклоняющихся от всяческих контактов?

– Да, закуклившихся высших миров довольно много, но их полная автономия не мешает развитию – они, как и все, транслируют душевную энергию в просторы Универсума. А вот из мира Сайкора такого притока две сотни лет нет... Это давно следовало бы заметить.

Вера прищурилась и глянула в сторону мрачного Сирелоноделисталиэля, сидевшего рядом с ней (напарник и коллега, как никак). Беззвучно шевеля губами, она выдала фразу, которую сама ненавидела в бытность бухгалтером на Земле: «Неинформативная статистика!», на что ее новый начальник раздраженно взмахнул хвостом и многообещающе погрозил когтистым пальцем.

Вслух же Вера заметила:

– То есть, если мир закрылся, как моллюск в раковине, то это не является трагедией. Собственно, примерно так же вели себя и хранители миров в последние века.

– Да, мы опасались подобного исхода с расой хранителей, – согласился глава делегации Союза Галактик.

– Больше не опасайтесь: вчера в Элеоре принято решение всячески развивать и углублять душевные связи с представителями высших рас, – нахально известила Вера, игнорируя возмущенные шипения коллег ее супруга. И хорошо, что ее слышат во всех уголках Вселенной! Хватит прятаться под собственный хвост!

Высшие расцвели добрыми улыбками и закивали, как китайские болванчики. Вот и договорились. Старики могут упрямиться, если таково их желание, но молодежи теперь дан зеленый свет. Один положительный результат у сегодняшней встречи уже есть!

– Я слышала, что вы долго изучали феномен Сайкора, – вернулась к прежней теме Вера. – Как же вы делали это, не посещая его мир?

– Изучая архивные записи перехода мира на принципиально новый уровень, собирая все косвенные данные, пытаясь смоделировать его эксперимент. Сам же новый мир на первый взгляд ничем не отличался от бесконечного множества других высших миров и особого научного интереса не вызывал, – объяснил седой эльф, сидящий по правую лапу от «китайского дракона». – Воссоздать успешный опыт Сайкора не удалось, так что он по сей день носит название «феномена».

– А можно объяснить мне, почему не удалось?

Эльф стал объяснять, что самым важным моментом в задумке Сайкора была идея наполнить мир душевной энергией, которую он похитил в Элеоре. И он в самом деле его наполнил, но до сих пор не ясно как, поскольку перекачивать мегаватты концентрированной энергии в низший мир – это все равно что пытаться перелить всю воду из большой бочки в маленькую кружку: излишки бесполезно перельются через край. Недоумение вызывало и отсутствие этих самых излишков в феномене Сайкора: его мир поглотил всё и полностью растратил дарованную энергию. На что растратил? На переход на новый уровень? Теоретически оценить такие затраты возможным не представлялось, поскольку сам такой переход не укладывался в рамки существующей науки.

– Совершенно верно, – пробубнил необъятных размеров баскхи, шушукавшийся с Вицрелоноделисталиэлем. Как пояснил Квазик – эти двое давно знакомы, так как оба являются крупнейшими учеными последнего столетия, и оба занимаются естественными науками.

Вороша скудные школьные познания в физике, Вера силилась вспомнить: что такое энергия и с чем ее едят, то есть – как ее можно потратить. Вроде как, энергию можно потратить на совершение работы... или наоборот: совершение работы ведет к накоплению энергии в системе? Мысли – ни умные, ни глупые – в голову не приходили совершенно. Физикой надо было заниматься в школе и математикой, а не гонять на мотоцикле с предателем Олегом! На нее вся Вселенная сейчас смотрит, а ей рот открыть стыдно из-за боязни посрамить все земное человечество своим невежеством!

Громко тренькнул звоночек на мониторе Си, и хранитель изумленно присвистнул, причем так, что и без специального усиления услышали все. Быстро пробежав пальцами по виртуальной сетке, Си удовлетворенно сказал:

– Есть результат, не бесплодно ночь прошла. Уважаемые коллеги, делегаты Союза, попрошу вашего внимания. Сейчас вы видите на мониторах места нападений кадавров неизвестного происхождения в нашем секторе.

На голографическом экране перед Верой зависла трехмерная картинка открытого космоса со спиралями галактик и одиночными звездами, пестрившая беспорядочным хаосом ярких красных точек. Си перешел к демонстрации следующего сектора и следующего – везде одна и та же беспорядочность точек атаки.

– Специально для Веры оговорюсь, – ехидно усмехнулся Си, косясь на свою соседку, – что видимая нами картина сильно зависит от заданного местоположения наблюдателя. В обычном трехмерном пространстве параллакс тоже искажает зрительный образ предметов и их взаимное расположение, но в релятивистском пространстве-времени это искажение еще глобальней. То есть, ключевой момент при рассмотрении статистических данных заключается в выборе фокуса наблюдения – выборе места, где стоит гипотетический наблюдатель. Если не задано иное, то системы автоматически смещают фокус в координаты Элеора. Вера, тебе пока все ясно?

– Да, – надменно кивнула Вера, скрестив за спиной пальцы. Ну, не так уж сильно она и приврала, что-то в самом деле было ясно.

– Перенос фокуса наблюдения в другую точку Вселенной требует сложных математических расчетов и быстро выполнить его невозможно. Тем более невозможно пересмотреть картинки со всех точек необъятной Вселенной. Вчера я задал координаты мира Сайкора. Вот что получилось...

И картинка на мониторах разительно переменилась: никакого хаоса в расположении точек не было и в помине, все красные огонёчки расположились вокруг синей планетки ровными концентрическими сферами, уходящими все дальше и дальше в просторы Вселенной.

Зал Элеора взорвался возгласами. Слова: «правило Эйсмера», «орбитали трансгрессии», «центр переходов» и прочие – совершенно ни о чем не говорили Вере. Пришлось дернуть за хвост возмущенно пыхтящего мужа, который точно всё-всё понял.

– Вера, на твоей планете известно правило Тициуса-Боде, тут примерно то же самое с оптимальными орбитами трансгрессионных переходов, – ответил Квазик. Вера зло прищурилась, не желая громогласно оповещать всю Вселенную, что ей неизвестны достижения даже родной земной науки, и Квазик продолжил объяснять: – Про электроны в атоме слышала? – Рядом весело хмыкнул Си, и Вера мысленно пообещала припомнить ему этот хмык. – Так вот, электроны могут располагаться только на определенных расстояниях вокруг атома, между уровнями они «зависать» не могут. Когда совершаются самые простейшие трансгрессионные переходы, то они тоже ограничены этим правилом: перенестись можно только на определенное расстояние от точки старта и далее смещаться строго с орбиты на орбиту. Все дети с этого начинают.

– Объяснить подробнее? – медовым голоском осведомился Си, а Вера еле подавила желание дернуть и его за хвост. Он до скончания веков будет мелко мстить ей за Айчерный Центр?!

Рыкнул Квазик, и новоявленный высокоучёный начальник Веры отвернулся к своему монитору с видом ребенка, у которого отобрали любимую игрушку.

– Можно считать доказанным, что новые виды агрессивной нежити плодятся в мире Сайкора? – спросила Вера.

Ее голос опять рокотом раскатился по залу, и все одновременно кивнули.

– А убийства молодых высших укладываются в эту схему? – обернулась Вера к Си. Он, конечно, та еще ехидна, но дело знает не в пример лучше ее.

Сирелоноделисталиэль торопливо защелкал по монитору и к красным точкам добавились ярко-оранжевые, покорно улегшись на те же сферы.

– Один ум хорошо, а полтора лучше! – протянул Си, насмешливо посмотрев на Веру.

Не может он без подколки! Гад! И ведь уволиться нельзя, перевестись некуда – Элеор создан в единственном экземпляре. И устраивать прилюдное состязание в язвительности не солидно.

Ограничившись раздраженным взглядом, Вера вернулась к обсуждению насущных вопросов:

– Раз мир Сайкора виновен в убийствах и специальном создании вредоносных кадавров, то его никак нельзя причислять к высшим мирам, так? – спросила она.

– Вы совершенно правы, – тяжело вздохнул глава делегации Союза Галактик. – Не могу понять, почему все системы упорно подтверждают у этой планеты статус высшего мира. Сирелоноделисталиэль, это может быть программным сбоем?

– Просто сбоем – нет. Тут что-то более серьезное, но никак не разберусь – что.

Над залом повисло молчание, слышалось только потрескивание мониторов: большинство присутствовавших что-то писали, считали, проверяли, выводили формулы и раздраженно стирали их. Кто-то чертил схемы и алгоритмы, кто-то рисовал абстракции (во всяком случае, так это виделось Вере), кто-то задумчиво созерцал некие компьютерные программы, сильно смахивающие на расчет статистик.

– Нет, это по всем параметрам не высший мир, – сказал «китайский дракон», – я все пересчитал. Но в момент времени сразу после феномена Сайкора он был высшим!

– Регресс?

– Почему кинастарция регресса не показывает? При обратном переходе должно было сработать множество сигналок-оповещений! Мир не может незаметно перейти на другой уровень бытия!

Опять повисла напряженная тишина. Вера лихорадочно обдумывала все факты: низший мир, потом противоестественный скачок – и без труда, без хлопот люди переходят на новый виток эволюции. Так не бывает, ничто в мире не даётся даром, даже родившиеся в высших мирах дети проходят тяжелый путь развития, она это точно знает, собственными глазами видела. Тут какой-то хитрый фокус, обманный трюк, приведший к губительным последствиям... А затеял этот трюк Сайкор – творец миров.

«Сайкор точно умер?» – написала Вера сообщение мужу.

Вопрос высветился на мониторе Квазика, и он ответил уверенным кивком, написав в ответ: «Точно. В этом вопросе ошибиться невозможно: смерть своего собрата высшие расы ощущают всем миром».

Всем миром – это как? Что вообще она знает о творцах, кроме того, что они – вершина развития любого высшего? Кстати, а если высший, стремящийся стать творцом, так им и не станет, не получит нужных разрешений, он что – без профессии останется? А вообще, творец – это профессия?

– Творец миров – это профессия? – озвучила Вера свой вопрос.

– Нет, это скорее призвание, – ответили ей.

– А по профессии кем был Сайкор?

– Крупным ученым-физиком, как и все творцы, – ответил хранитель миров Вицрелоноделисталиэль, попросту окрещенный Верой Вицем. – Невозможно творить миры, не зная законов физики.

Он был физиком! Это уже ближе к теме. Вера чувствовала, что это чертовски важно – Сайкор был физиком. Чего только эти физики не изобретают! Итак, имеем: низшая раса, которая должна плавно развиваться в высшую. Постепенно, с течением времени, развиваться... Через несколько столетий (или тысячелетий, кто знает) раса должна была бы стать высшей, но она становится высшей сразу... сразу, словно перескакивая весь долгий путь... перескакивая через столетия... Полный бред или озарение?

– А в какой области физики специализировался Сайкор? – спросила Вера замирающим голосом.

Некоторое время никто не реагировал. Глава делегации крутил в пальцах штуковину, сильно похожую на памятный коловрот, приятель Вица баскхи бессмысленно вращал фасеточными глазами, а сам Виц пристально смотрел на Веру. Потом глаза его расширились.

– Четвертое измерение, временной скачок! – хриплым шепотом сказал он.

Зал Элеора взорвался криками. На мониторах побежали формулы, на которые землянке и смотреть-то было страшно. А другие ничего – смотрели, еще и считали что-то, и кричали, невежливо перебивая друг друга. Вера поняла одно: ее гипотеза оказалась верной – Сайкор был специалистом по теории времени. И всеобщая идея сейчас сводилась к тому, что группа спасенных им людей имела все шансы со временем переродиться в высшую расу, но Сайкор ждать не пожелал, он направил всю мощь энергии Элеора на то, чтобы сразу перенести их в светлое будущее, в самом прямом смысле этого слова. Хитрый фокус с четвертым измерением, море энергии, затраченной на временной скачок (вот куда она ушла!), – и родилась высшая раса. Вроде наркоза при операции: никаких негативных ощущений на тернистом пути к качественной эволюции, открыл глаза – а время прошло незаметно, и ты уже высший. Исполнение мечты неразумного ребенка: не хочу учиться, хочу сразу стать взрослым и жениться! (3303c)

Надо отдать должное гениальности Сайкора: до текущего момента перемещения во времени считались невозможными. А сейчас бурно писались новые тезисы и постулаты, опровергающие древнюю аксиому. Перескок в будущее обосновывался теоретически...

– Должен быть откат. Должна идти обратная волна, – толковал возбужденный баскхи, размахивая виртуальным блокнотом. – Вначале бросок – потом откат назад, движение вспять во времени. Но мы-то живем в прямом режиме хода времени, для нас и всех систем уход в прошлое будет выглядеть, как замершая на месте точка! Не развивающаяся точка! Точка, остановившаяся во времени! Как скарт на горизонте событий черной дыры. Поэтому программа учета позиционирует мир, как высший, и не видит его регресса – с точки зрения программ этот регресс был в прошедшем времени, а не в текущем!

Вера мало что поняла, но главное – все другие поняли. Второй положительный результат у сегодняшней встречи тоже есть!