ГЛАВА 22

Спустя полгода

Ева

— Дорогая, может, уже расскажешь, кто он? С кем ты пропадаешь практически все вечера после работы? Я сгораю от любопытства… — Аннабель обиженно поджала нижнюю губу, многозначительно посматривая на меня.

— Да брось ты… Я уже полгода одна. И мне никто не нужен. Ты прекрасно это знаешь. — Хотелось увести разговор в другое русло, чтобы подруга больше не мучила своими расспросами. Пока я была не готова рассказать свой секрет. Еще не время.

Уже несколько месяцев я работала в маленьком книжном магазинчике в Бруклине. Продавцом. «Работа мечты для дочки олигарха» — скажете вы! Поразительно, но сейчас меня все устраивало. Было так спокойно и комфортно в этом уютном книжном оазисе, что о другой работе не хотелось и думать. А еще, совсем недавно у меня появилась отдушина, глоток свежего воздуха, разбавивший мое затхлое затворническое существование. Я записалась в драматический кружок. Небольшие актерские курсы при бруклинском театре драмы. Как-то вечером, прогуливаясь после работы, случайно забрела в театр, а после спектакля увидела объявление о новом наборе: пришла на пробы попытать счастье и меня взяли. Я и еще человек двадцать молодых ребят три раза в неделю оттачивали актерское мастерство под руководством Аманды Бойл, бессменного преподавателя театра «Миллениум».

За эти полгода я больше ничего не слышала об Антоне Симонсе. Не знаю, искал он меня или нет, но я ни разу не пожалела о своем решении. Уж лучше работать продавцом, чем ублажать похотливого старика, пусть и на резной кровати 19 века работы Сент-Годенса. Теперь меня вполне устраивал продавленный диван в съемной квартире Аннабель. И я мечтала разделить это незамысловатое ложе только лишь с одним мужчиной.

Алекс. Не проходило дня, чтобы я не думала о нем. Не проходило вечера, чтобы я не читала новости из мира российского фигурного катания. Я все еще мысленно находилась там, в нашем личном бункере, где мы провели столько удивительных ночей. Вскоре после моего отъезда представители Олимпийского комитета России назвали спортсменов, которые будут представлять страну на следующей зимней Олимпиаде.

Разумеется, Александр Климов вошел в их число, как и пара моей дорогой Алисы. Жаль, не могла с ними разделить эти счастливые моменты. Но знала, придет время, и я, не таясь, вернусь в Россию. Эта вера грела меня холодными одинокими ночами. Тем более до главного спортивного события 4-летия оставалось всего полгода. Я планировала отсидеться еще несколько месяцев в своем фантазийном книжном мире, а накануне Олимпиады вернуться в Москву, но судьба внесла серьезные коррективы в мои планы…

Алекс

— Вика, поехали! — с раздражением дернул свою подружку за руку, пока она трепалась с очередными знакомыми.

— Ну, Алекс, погоди… — но я не стал ждать. Развернулся и пошел к выходу. Уже около дверей брюнетка догнала меня, вцепившись в локоть.

— Малыш, ну, ты чего?

— Я же просил тебя так меня не называть! Какой я тебе малыш???

— Ну, тогда я имею ввиду другого малыша… — она игриво прикусила пухлую губу, обведенную красным карандашом.

Бросил на свою спутницу беглый взгляд, как будто впервые увидел.

Вика Лапина выросла практически на моих глазах. Помню миловидную девчушку, которая с малолетства ошивалась в ледовом дворце. Мы всегда прекрасно ладили, часто болтали, мне нравился ход ее мыслей, и я получал удовольствие от общения.

Вдруг в один момент что-то изменилось и девушка начала преследовать меня: караулить у раздевалки, поджидать у выхода из спорткомплекса, ходить на те же тусовки, общаться с моими друзьями и знакомыми… Я стал её навязчивой идеей. А потом совершил роковую ошибку, и до сих пор за нее расплачивался! Теперь все окружающие думали, что мы вместе. Но правда заключалась в том, что мы только и делали, что спали вместе. Вернее, совсем не спали.

Иногда мне казалось, что Лапиной самой нужно было идти в спортсменки — её рвению и воле к победе можно было только позавидовать. Маленький синеглазый танк, сметающий все на своем пути. Вот и я уже несколько месяцев никак не мог отделаться от её незримых оков. Брюнетка так решительно вклинилась в мою жизнь, что у меня не осталось выбора. Да и, положа руку на сердце, в глубине души я тешил свое эго. Она нравилась многим парням, и после всей этой омерзительной истории с Евой я не нашел лучшего способа забыться.

Наше общение с Викой стало ширмой, сделанной из фальши. С ней было удобно, и поэтому до поры до времени меня все устраивало.

— Алекс, ну, может, еще немного потанцуем?

— Потанцуешь на мне через полчаса. Поехали!

— Как скажешь! — синие глаза вспыхнули. Девушка поправила свое удлиненное каре. Теперь её волосы доходили практически до плеч.

***

Вика изможденно откинулась на подушку. Через несколько минут её дыхание сделалось ровным, а я продолжил вертеться на влажных измятых простынях — сон как рукой сняло. Ещё раз посмотрел на спящую брюнетку, и поморщился. Её беззащитный облик не вызвал в душе ни единой эмоции. Ничего. Хотя кроме нее у меня уже несколько месяцев никого не было. Чувства как будто отморозились. Я закрыл глаза и тихонько застонал. Из омута памяти всплыло воспоминание. Изо всех сил старался загнать его обратно, но, к несчастью, оно уже успело вырваться, словно из ящика Пандоры.

Наш первый раз с Евой. Наш безумный первый раз с Евой. На языке вертелся поток бранных слов. В ту первую ночь она вела себя словно дикая рыжеволосая жрица любви. Опасная, отчаянная и неистовая. Ненасытная дрянь. Жестокая стерва. Омерзительная богатенькая обманщица. Лживая предательница, которая пронзила мое сердце остро заточенными шпильками своих «Лабутен». Уже прошло больше, чем полгода, а я до сих пор не мог её забыть. До сих пор где-то в глубине души иногда чувствовал ожег, оставленный прикосновениями рыжеволосой садистки.

***

На катке с самого утра тренировались спортсмены, отобранные для Олимпиады. Сегодня мы делили лед вместе с тремя одиночниками и парой Алисы и Дэна. Я раньше всех откатал необходимый набор элементов, и уже минут десять стоял около трибуны, оценивая других фигуристов.

Денис с Алисой все никак не могли синхронно выполнить проходку, и мой тренер спустил на них палкана. Блондинка расстроено всплеснула руками, и поехала в противоположную от них сторону, к раздевалке, а Дэн, наоборот, заскользил ко мне.

— Чёрт, опять не получаются простейшие элементы! Не понимаю, в чем дело! Мы с ней репетируем как проклятые, и все равно… Бред! — он выругался, и сплюнул на лед.

— Брат, успокойся, думаю, дело тут в другом. Вам надо сначала решить собственные проблемы.

— Какие еще проблемы?

— Ну, то, что творится между вами… По моему это всем очевидно, — я пожал плечами.

— Поясни. — высокий короткостриженный брюнет подбоченился, окидывая меня недовольным взглядом.

— Дэн, ты уже столько лет бегаешь за ней… Может, хватит во всем угождать маленькой снежной королеве? Думаю, у Алиски скачут гормоны. Недотрах на лицо. Просто возьми её уже силой и сделай из этого ребенка, наконец, женщину?! — лицо приятеля залилось румянцем.

— Возьму её силой, и мы окончательно разругаемся накануне Олимпиады! Крутое предложение! — он горько усмехнулся.

— Ну, значит приударь на её глазах за кем-нибудь другим. Обычно на таких недоступных снежных королев это действует безотказно! Повернись, на тебя Милана пялится, чуть с тулупа не приземлилась задницей на лед…

— Спасибо за совет, но вряд ли это растопит ледышку, которая уже давно образовалась на месте её сердца.

Даже не смотря на то, что Алиса являлась подругой Евы, я продолжал испытывать к этой упертой маленькой блондинке самые теплые чувства. Её упорству и работоспособности могли позавидовать даже роботы андроиды. Не помню дня, чтобы она пропустила тренировку. Девушка не отвлекалась ни на что, и каждый день упахивалась в хлам, посещая утренний и вечерний прогоны.

Но я слишком хорошо знал их пару, и понимал, что проблемы ребят носят не технический характер, а сердечный. Денис подыхал от чувств к своей партнерше, Алиса старательно делала вид, что ей все равно. Только вот я бы не был так в этом уверен.

Сделал шаг по направлению к уличным дверям — уже собирался покинуть свой второй дом, как вновь пришлось остановиться и выудить из кармана разрывающийся смартфон. Быстро глянул на дисплей телефона — звонила Виктория. Я подавил зевок.

— Привет! Что хотела?

— Я заеду вечером! — она тоненько захихикала.

— Нет, я сегодня буду занят.

— Но Алекс, я соскучилась… Я… (3303c)

— Слушай, сходи, развейся с подружками, я сегодня рано лягу спать, завтра важная тренировка!

— Алекс, я приеду! Ты меня не выставишь, ты… — но я уже нажал отбой.

В последнее время Вика на все реагировала истериками. От её бесконечного нытья уже голова шла кругом, и мое терпение понемногу заканчивалось…