ГЛАВА 5

— И почему я не удивлен, что это оказалась ты? — Кара присел на корточки, подкидывая в тлеющий костер сухие поленья.

Вэл не ответила, молча разглядывая занявшееся пламя. Сухие и тонкие веточки сгорели, красные язычки поползли вверх, костер вспыхнул, довольно и утробно затрещав.

— Что же ты теперь… — Кара хмыкнул и продолжил: — Ты теперь убийца, что ли?

Вэл с неохотой глянула на него.

— Убийца, — согласилась она, пожимая плечами, — и что?

— Ничего. — Кара отряхнул ладони, выпрямляясь. — И что, много кого убила?

Ирония вкупе с ноткой презрения прозвучали в его голосе, не оставаясь незамеченными.

Вэл выдержала паузу, прежде чем ответить.

— Достаточно. Еще вопросы?

— Да пока нет, что-то в голову не идут, — зло усмехнулся Кара и повернул голову, искоса посматривая на Зеффа. — Ты там как? Оклемался?

Никс, стоявший рядом с Вэл, сглотнул, когда лежащий рядом с костром большой, покрытый темной бурой шерстью баргест чуть приподнял голову.

— Жить буду. — Тихий голос звучал не по-человечески, неестественно, но Вэл больше не пугал вид косматых зверолюдей.

Скорее наоборот — притягивал.

Виной тому были долгие полтора года, за которые она окончательно уверовала в то, что больше никогда не увидит никого из необычайно жестокого, сурового, но немного волшебного мира.

А теперь так близко от нее огромный оборотень с всклокоченной шерстью лежал по другую сторону костра, обыденно, как нечто непреложное.

Вэл ненадолго почувствовала себя так, словно ступила в горячую воду после долгой прогулки в ледяную стужу.

Никс, выпрямив спину, чуть придвинулся к ней, не отрывая серых глаз от оборотня. Пальцы коснулись руки Вэл, дрогнули, точно сомневаясь, а затем уверенно сжали ее кисть.

Рука парнишки была влажной, горячей, но хватка на удивление сильной, будто вовсе не испуганный подросток держал Вэл за руку.

— Все хорошо, — наклонив голову, чуть слышно шепнула она, — не волнуйся.

Никс не ответил, лишь повернул голову, заглядывая в голубые глаза, ища в них поддержки, хватаясь за ладонь как за свое спасение.

Вэл, конечно, соврала.

Хорошего было мало, да и поводов для волнения хватало.

Покинуть здание бывшего склада и ускользнуть незамеченными им удалось довольно просто. Шум и крики, возвещающие о погоне, раздались лишь в тот момент, когда, спрыгнув с покрытой гнилыми досками дворовой пристройки, Вэл, приобняв все сильнее хромающего Зеффа, потащила его в сторону двухколейки, ведущей в город.

Никс, бледный как полотно и непривычно молчаливый, увидев вдалеке всадников, успел подать знак, и Вэл в самый последний момент скрылась в тени деревьев, усаживая Зеффа на пожелтевшую вялую траву, напоминающую о скором приходе осени. Они выждали какое-то время, а затем, двигаясь в обход, лесом направились на запад, медленно, но верно продвигаясь к болотам.

Вэл сомневалась, что разбойникам Джанеки придет в голову искать ее в направлении к Гиблой топи. Только законченный глупец решил бы спасать свою шкуру в непроходимых болотах.

Верно. Именно такая дуреха почти четыре года назад, убегая от городской стражи, ступила в окружающие болото леса.

Смешно и грустно одновременно.

Сейчас, вероятнее всего, члены гильдии уже перевернули вверх дном ее мансарду и наверняка перекрыли два главных тракта, ведущих из города. Но Вэл была уверена, что никто из них даже в самых смелых догадках не мог представить, что убийца госпожи направляется совсем в другую сторону.

Так и случилось.

Ближе к вечеру уставшие, вспотевшие, мучающиеся жаждой путники вошли в неприветливый темный лес близ границы. Зефф, посеревший от потери крови, указал направление к месту стоянки, и они довольно скоро вышли к чуть тлеющему костру.

Кара, встретивший их, внимательно выслушал сбивчивый рассказ рухнувшего на землю в изнеможении Зеффа, долго молчал, сверля Вэл недобрым взглядом, а потом, не сдерживаясь в выражениях, делая вид, что не замечает ее, обрушил на голову бородача потоки брани.

Когда слова иссякли, бритоголовый надолго замолчал, а затем, точно с неохотой, занялся Зеффом. Из недр большого дорожного мешка он выудил кривую иглу, прокалил ее в пламени, а потом, грубовато выругавшись на возражающего бородача, плеснул из металлической фляжки на рану. Вэл отвела взгляд, когда игла вошла в кожу, стягивая края раны.

Никс, присевший у костра, нервно гладил уставшего, вывалившего язык Раша. Пес, мгновенно почувствовавший присутствие еще одного оборотня, был на удивление спокоен. Даже вильнул хвостом в качестве приветствия. Узнал, конечно.

Уже много позже Вэл, не скрывая нежелания, все же рассказала довольно усеченную версию своей нынешней жизни. Зефф, не знавший подробностей, слушал с интересом, но помалкивал. Разве что хмыкнул, когда она открыла все карты, признавшись в том, чем на самом деле занималась в городе.

А потом Зефф, покосившись на Никса, не проронившего ни слова с момента появления у костра, тяжело поднялся на ноги, бросил быстрый непонятный взгляд на свою покалеченную руку и принялся раздеваться.

Вэл, догадавшись, что произойдет дальше, поманила парнишку к себе и ободряюще улыбнулась ему скупой улыбкой.

Говорить было нечего. Нужных слов не существовало.

Когда змеи заскользили под кожей бородача, она дотронулась до плеча Никса, разворачивая его к себе и встречая запавшие, сумасшедшие глаза.

— Не бойся, слышишь? — Руки легли на худые плечи, крепко прижимая к себе.

Никс прикрыл веки, податливо вжимаясь лицом ей в шею. Теплое дыхание мальчишки обожгло голую кожу в вырезе темного плаща.

— Я рядом, — проговорила Вэл, поверх головы Никса рассматривая бурого баргеста, стоявшего на задних лапах.

Те же треугольные уши, длинная морда, но совсем иное тело, более приземистое и коренастое, но не менее устрашающее, чем у черного зверя, образ которого навсегда отпечатался перед глазами.

Почувствовав неприятное, тянуще-болезненное чувство в груди, Вэл опустила взгляд и, не отдавая отчета, сильнее притянула Никса к себе.

Презрительный взгляд Кара скользнул мимо, отмечая все детали.

Не имело значения. Безразличие окутало, будто холодным саваном.

Теперь же, когда Зефф постепенно залечивал свои раны, а Никс, стараясь не поднимать глаз, замкнувшись в себе, был рядом, не отпуская руки Вэл, и повисшая вокруг костра тишина стала казаться осязаемой, Кара внезапно нарушил негласное, удобное всем молчание.

— Интересно, — раздался неприятный уху смешок, — получается, ты своего лидера убила.

— Что? — Вэл нахмурилась, меряя его тяжелым взглядом.

— Говорю, ты лидера своего убила. Предала своего вожака. Так понятно изъясняюсь?

Вэл ощерилась, смотря прямо ему в глаза.

— Говори как есть, Кара. Если ты намекаешь на Раза, то это разные вещи. Я не давала Джанеке никаких клятв.

— А Раза давала, что ли? — надменно фыркнул Кара.

Зефф приподнял длинную морду, обнажая острые клыки.

— Отстань от нее, Кара. Она мне жизнь спасла, если ты не заметил.

— Убив при этом своего вожака. — Кара сплюнул в костер, не отводя холодного взгляда от Вэл.

Она стиснула челюсти, с трудом контролируя волну гнева, заливающую ее ледяное спокойствие огненной лавой.

— Джанека не была моим вожаком. Не надо мерить все по своим законам.

— Но она тебе доверяла, верно? — язвительно, не сдерживая свое неприятие, громко спросил Кара. — А ты ее предала. Ну да, спасла Зеффа, который, к слову, пил бы меньше, и спасать бы его не пришлось. — Колкий взгляд метнулся в сторону лежавшего на земле баргеста.

Вэл тряхнула головой, пальцы невольно сжали ладонь Никса.

— Кара, я переступлю через любого, кто попробует причинить вред кому-либо… из вас, — твердо произнесла она, краем глаза улавливая, как парнишка вскидывает на нее бледное лицо.

Кара хрипло засмеялся, ударяя себя по бедру, затянутому в серые узкие штаны. Жесткий взгляд не отрывался от Вэл.

— О! Какие громкие слова, — бритоголовый с издевкой вскинул руки вверх, — но это ничего не меняет. Ты вновь предала тех, кто тебе верил, Валлери.

Вэл сжала губы, заставляя себя благоразумно молчать. Не стоило спорить с разъяренным зверем, особенно когда на его стороне была не только сила, но и правда.

Кара был прав.

Вэл предала Джанеку, принявшую ее к себе под крыло и открыто доверившуюся ей без весомых на то причин. Она поверила Вэл, а та убила ее.

Наверное, это должно было вызывать чувство вины, но Вэл не было жаль. Совершенно. Ни Джанеку, ни тех, кто совершенно случайно попал под ее карающую руку.

Стоило признать, что она даже чувствовала некоторое необъяснимое облегчение, будто сделала что-то достойное, покончив с главой гильдии и ее первыми лицами.

Забавно, учитывая, что ей несказанно повезло застать их врасплох. Повезло, что они, презирая ее, верили ей, не заподозрив в ней ту, кто безжалостно, быстро и легко может лишить их жизни при первой возможности.

Ну, за исключением Змея, да упокоится в пекле его черная душа.

Вэл хмыкнула, вспоминая нож у своего горла.

Поцарапал же ублюдок.

— Валлери? Это твое полное имя? — прошептал Никс, заставляя Вэл повернуть к нему голову. — Ты никогда не говорила. А меня на самом деле зовут Николас.

Вэл сглотнула, смотря в серые, потерянные глаза парнишки. Сердце сжалось от необъяснимой жалости.

«Прости, — хотелось сказать ей, — прости, что втянула тебя в это».

Ему теперь придется несладко. Его покровительница оказалась не такой благородной, как он предполагал. Убив Джанеку, Вэл не только себя подставила под удар гильдии — кто, как не привязавшийся к Тени бездомный паренек, первым попадет под раздачу?

В груди предательски заныло. Вэл на мгновение прикрыла веки, набирая полные легкие воздуха.

Пальцы в ее руке дрогнули, мягко высвобождаясь.

Она отпустила руку парнишки, и легкая теплая улыбка тронула ее губы:

— Почему Никс, а не Ник?

— Не знаю, — все так же тихо ответил Никс, смотря в голубые глаза, — называй, как тебе больше нравится.

Вэл промолчала, поднимая руку и касаясь его волос. Пальцы аккуратно отвели светлые пряди с бледного лба.

— Так что там с доверием, Валлери? Тебя совесть-то не мучает? — Резкий голос Кара заставил ее поморщиться и с неохотой отвести взгляд от мальчишки, придающего ей сил одним своим присутствием.

Неудивительно. Нельзя быть слабой, когда кто-то в тебе нуждается.

Нет, неверно.

Скорее, когда чья-то жизнь теперь зависит от тебя.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала тебе, Кара? — ровным тоном проговорила Вэл. — Я должна была оставить Зеффа умирать? Ты бы предпочел это?

— Я бы предпочел, чтобы вы с Зеффом не встречались и не пили вместе, — жестко огрызнулся бритоголовый, желваки заходили на его скулах.

— Извини, это уже не исправить, — грубовато отозвалась Вэл, уводя взгляд.

Раздражение поднялось, требуя выхода. Разум подсказывал успокоиться и помалкивать, но эмоции медленно, но верно овладевали девушкой, распаляя.

Кара был зол на нее.

На его месте Вэл тоже бы злилась. С одной стороны, она прекрасно понимала бритоголового, в чем-то даже оправдывая его. У Кара были все основания ненавидеть ее — кто, как не он, сильнее многих переживал за Раза. Его воспитанник, мальчишка, преданно смотревший ему в рот, вырос на его глазах, возмужал, превратившись в мужчину, непревзойденного лидера, которого боялись и уважали. А потом какая-то жалкая человеческая девчонка пришла и втоптала имя Раза в грязь.

Вэл глубоко сомневалась, что Кара верил в ее истинное предательство — его близкие отношения с капитаном стражи предполагали, что он был в курсе сговора волков и в курсе всего того, что Вэл не скрывала от Вемира.

Просто в его глазах глупая девчонка… все испортила.

Так некстати вспомнился приход Кара в город и его просьба вернуться к Ра.

«Ты поставил не на ту лошадку, — с печалью подумала Вэл, — я не оправдала твоих ожиданий».

Да, Вэл прекрасно понимала Кара.

— И что теперь? Вернешься к своим? — насмешливо поинтересовался бритоголовый, подбрасывая в прожорливый огонь небольшие полешки. — Не боишься, что они тебя порвут за то, что ты сделала?

Она промолчала, меряя его взглядом. Ей нечего было ответить. Кара с легкостью прочитал ее мысли, озвучив то, что волей-неволей все более занимало голову.

Конечно, ее порвут.

А перед этим выколют глаза, или выпустят кишки, или придумают еще массу забавного.

Вэл убила Джанеку. Сомнений в ее причастности ни у кого не возникнет, даже если отбросить очевидное — желающих пойти на убийство, кроме нее, просто не было, да и оставленные ею метательные ножи скажут сами за себя.

Костер громко треснул, выпуская вверх сноп искр.

— Она пойдет с нами. Ей нельзя возвращаться. — Голос с рычащими нотками был на удивление тверд и несгибаем.

Вэл моргнула, переводя взгляд на Зеффа.

— Шутишь, Зефф? Совсем мозги пропил? — фыркнул Кара, оборачиваясь к медленно встающему на задние лапы зверю.

Никс судорожно вздохнул, делая маленький, почти незаметный шаг назад. Вэл молчаливо, не глядя, приобняла его за плечи, ощущая под пальцами жесткую ткань короткой легкой куртки.

— Кара, она мне жизнь спасла, — прорычал баргест, опуская длинную морду и задумчиво рассматривая правую лапу, лишившуюся двух пальцев, — да и она же рассказала, что там с Шейном вышло. Чего ты на нее набрасываешься?

— Как по мне, так нечего ей верить. Она предпочла любовника своему Первому, она предала Раза, в конце концов! — повысив голос, воскликнул Кара, раздраженно сжимая кулаки. — Кто ей мешает всадить в нас свой нож, пока мы спим! Вон убивать-то она уже научилась. Дело нехитрое!

Лицо полыхнуло жаром. Несправедливые обвинения с силой ударили по Вэл, оставляя глубокие следы. Она до боли закусила губу, заставляя себя молчать.

Не стоило обострять и без того сложную, едва выносимую ситуацию.

— Сам-то понимаешь, какую чушь несешь? Это же Вэл, Кара! — укоризненно, покачивая мохнатой головой, сказал Зефф.

Кара дернул щекой, снова сплевывая в костер. Взгляд его скользнул по раненой лапе баргеста, остановился на культях пальцев, и он тут же отвернулся, скрывая боль за друга под маской презрения.

Вэл вдруг почувствовала себя опустошенной и усталой. Она отпустила Никса, подняла руки, приглаживая растрепанные волосы, собранные в хвост, и наконец, пытаясь, чтобы голос ее звучал спокойно, сказала:

— Все нормально, Зефф. Утром мы уйдем.

Никс резко повернулся к ней, вмиг сбрасывая свое оцепенение:

— Куда мы уйдем, Тень? Нас же убьют, только мы в город войдем.

Вэл растерянно пожала плечами:

— Значит, пойдем в обход. Уйдем дальше, в другой город.

Мальчишка саркастически хмыкнул, взгляд его серых глаз, блестящих живым огнем, опалил Вэл, удивляя напором и силой.

— Без денег? Без оружия? По лесу? Уверен, они нас на всех дорогах из города поджидают.

Вэл недоуменно тряхнула головой и беспомощно, ощущая себя странным образом куда младше стоявшего перед ней парнишки, пробормотала:

— Никс, что ты предлагаешь? Я не знаю, что нам делать!

— Это твои друзья. Пойдем с ними, — непоколебимо сказал Никс, не замечая возмущенного вздоха Кара.

Вэл подняла голубые глаза, смотря на побагровевшего мужчину, а затем облизнула губы и хмуро произнесла:

— Шутишь? Ты же видишь… кто они.

— Вижу, — кивнул Никс, — и я не понимаю, что вижу. Но я верю тебе. Ты убила Джанеку ради этой… — мальчишка нахмурился, подбирая верные слова, — нелюди. Значит, это чего-то стоит, правда?

Сердце учащенно забилось, внимая простым, понятным, уверенным словам. В который раз Вэл задумалась, кто вырастет из этого невысокого мальчика с пшеничными волосами. Наверное, кто-то куда более умный, чем она.

— Нелюди? Сопляк, ты не зарываешься? — гневно рявкнул Кара, делая шаг в сторону парнишки.

Вэл тут же оттеснила Никса плечом, закрывая его собой. Шутки шутками, но не стоило забывать, кто здесь кто.

— Даже не смотри в его сторону, Кара, — жестко произнесла Вэл, встречая яростный взгляд бритоголового.

— А это твой любовничек, что ли? Очередной? Дешево продаешь себя после Раза-то. Сначала волк, теперь сопливый человечек.

Вэл проглотила оскорбление, сжав губы.

Пусть говорит, что хочет. Ничего, и не такое переживала.

— Не трогай Никса, понял, Кара? — сдержанно, но не скрывая угрозу, процедила Вэл сквозь стиснутые зубы.

Ладонь сама собой легла на рукоять кинжала.

— Серьезно? Ты угрожаешь? Мне? Глупая баба, заткнись!

— Эй, спокойно! Вы чего — из ума выжили? — громко рыкнул Зефф, делая шаг к трещавшему сухим хворостом костру. — Валлери, ты кого слушаешь? Кара же хороший мужик, не тронет он твоего мальчишку.

Кара кинул гневный взгляд на Вэл, отвернулся и, уперев руки в бока, тяжело выдохнул:

— Больно надо с сопляками связываться.

Вэл молчала, не сводя с него глаз.

— Тень, пойдем с ними. У нас нет другого выхода. — Никс, опасливо покосившись на приблизившегося баргеста, настойчиво дернул ее за рукав плаща.

— Никс, не глупи, — отмахнулась она, опуская взгляд.

Кара, похоже, взял себя в руки. Одной проблемой меньше — и на том спасибо.

— Да кто вас с собой зовет вообще? Возвращайся в свой город, Валлери, и, надеюсь, мы больше никогда не услышим твое имя, — хмуро, но явно овладев собой, пробормотал Кара.

— Кара, мы должны взять их с собой. Убьют же ее. — Зефф тяжело опустился близ костра, садясь на землю совершенно по-человечески.

Раш, опасливо державшийся на расстоянии, тихо заскулил, опуская хвост между ног.

— И дальше что? Плевать на предательницу! Пусть сдохнет. Она все равно должна была умереть за то, что сделала, — порывисто воскликнул Кара, нахмуривая брови.

Вэл устало вздохнула. Безразличие к происходящему опутало как плотным туманом. Не было у нее никаких сил спорить и доказывать что-то. Предательница так предательница.

Впрочем, ведь отчасти Кара был прав.

Вэл не хотела об этом думать. Она чувствовала себя вымотанной до полусмерти, изможденной сегодняшним днем.

Сумерки сгустились, окутывая лес. Стремительно холодало, ночь занимала свое место, ступая мягкими лапами.

Вэл бессильно опустилась вниз, присаживаясь на мощные корни какого-то дерева, и уставилась взглядом себе под ноги, рассматривая сухие иголки, плотным слоем покрывающие землю. Каштановые пряди, выбившиеся из затянутых в хвост волос, упали на лицо, обрамляя острые скулы.

Она слышала, как Зефф и Кара продолжали спорить, но их голоса казались далекими, а слова сливались в неразличимую мешанину звуков.

— Кара, я же тебе объяснял… Не так все было. Не хотела она. Да и… Это же Вэл, ты что! Наша Вэл.

— Откуда ты знаешь, как все было? Тебя там не было!

— Вемир рассказывал, да и Раза… не убил же ее! Она наша, Кара. Нельзя так. Она меня спасла не раздумывая. Она же все разрушила там, понимаешь? Всю свою жизнь. А ты хочешь ее бросить. Ты сам учил Раза, что своих нельзя оставлять.

— Зефф, очнись! Да Раза первый и прибьет ее, если она вернется. И нас заодно за то, что привели ее назад.

— Может, и не прибьет. Я поговорю с ним. Может, простит. Она же спасла меня…

— Да что ты все заладил — спасла-спасла! Ты как человек прямо! Еще скажи, что ей твоя жизнь принадлежит! Тьфу!

Вэл закрыла глаза, чувствуя половиной лица жар от костра. Где-то далеко раздавались гулкие глухие удары — дятел долбил дерево; треснула, сгорая в огне, сухая ветвь.

«Это последний шанс, Валлери».

Ее жизнь среди людей подошла к своему концу, и как бы ей ни хотелось думать иначе, обратного пути действительно не было. Там, позади, в оставленном за спиной городе с высокими шпилями и колокольным звоном церквей ее поджидала смерть.

Она убила Джанеку, а значит, обрушила на свою голову не только гнев ее гильдии, но и всех остальных разбойничьих гильдий в округе. Никто не простит ей гибель госпожи — ни ее люди, ни ее враги.

Убить Джанеку значило подписать себе смертный приговор. Не только себе.

Ведь каждый знал, кого приютила у себя необщительная молчаливая девушка по имени Тень.

Никса было искренне жалко, он не был виноват в случившемся, но невольно стал мишенью наравне с Вэл.

Был и другой путь.

Вэл не была настолько глупа, чтобы не понимать, что там, за горами, ее тоже не ждало ничего хорошего. Скорее всего, там ее поджидала смерть, и, возможно, куда более суровая, чем та, которую придумали бы ей разбойники.

Теперь, зная, к чему привел ее необдуманный поступок, зная, что это стоило Раза, Вэл не сомневалась — возмездие неминуемо.

Привязанность, любовь, доверие — она все разрушила. Этих слов больше не существовало между ними, и думать иначе значило быть полной дурой.

Таковой Вэл не была.

Впереди ее ждала только смерть.

Полтора года назад за свой поступок она должна была умереть на площади: изнасилованная, растерзанная толпой, кричащая от боли и страха. Раза же пощадил ее, оставив жить, дав очередной шанс, отпустив с любовником.

Смешно, ведь Вэл до вчерашнего дня даже не понимала, какой подарок получила напоследок от Ра. Слишком щедрый подарок для той, кто подвел его.

Сердце сжалось, боль прошила грудную клетку, будто стрела навылет.

Смерть позади и смерть впереди. Ни единого шанса на помилование. Ни малейшей надежды — она слишком хорошо понимала насмешку богов, чтобы даже в закоулках своей души верить, что возмездие минует ее.

Отбросив все лишнее, посмотрев на себя со стороны, Вэл вдруг отчетливо поняла, что в ее руках только один выбор — какую смерть и от чьей руки она предпочтет.

Страшно не было. Совершенно.

Она распахнула голубые глаза и подняла голову, встречая обеспокоенный взгляд Никса.

В городе за горами у мальчишки был шанс. Его никоим образом не касалось прошлое Вэл.

Это решило все.