Глава 16

Слышу лишь выдох. Очередной взгляд Яниса ударяет в самое сердце, разрывает его на кусочки.

Такой любимый… Никогда не могла бы подумать, что когда-то назову его чужим. Но он такой и есть. Совсем другой… Это не тот Ян, с которым я познакомилась несколько лет назад. Не тот мужчина, в которого я влюбилась с первого взгляда. Мне кажется, он больше не мой. Да, смириться и принять этот факт очень тяжело, но иначе никак…

Он делает шаг вперёд. Заходит в квартиру, а я отхожу от двери. Только сейчас замечаю, что он держит в руке букет цветов вниз головой. Крепко сжимая за стебли.

Слезы тяжёлым грузом застревают в груди, а ком в горле. Дышать становится очень трудно. Меня достали эти сопли… Я не хочу плакать, но и держать эмоции под контролем не получается. Да, я стараюсь не подавать виду, как мне больно, однако получается паршиво.

— Лин, — шепчет он хрипло, едва слышно. — Послушай…

Замирает, когда я, глядя ему в глаза, качаю головой. На глазах уже стоят слезы. Никак не получается у меня быть равнодушной, бесчувственной стервой, которая может вести себя так, будто сильнее нее женщины на этом свете нет. Я слабачка… Правильно говорит свекровь — бездарь. Как я могла жить с Янисом и не почувствовать, что у него есть другая? Я же в нем никогда не сомневалась! Ни разу. Потому что не было на то повода.

Или я просто была слепой. Ничего, кроме его красивых слов и жестов не видела…

— Я обязательно тебя выслушаю, Янис, — Шмыгнув носом, иду в кухню и, прислонившись бедрами к подоконнику, складываю руки на груди.

И походка у Яниса усталая, и взгляд, и речь… Но мне совершенно все равно. Потому что перед глазами так и стоит та картина, где он с другой. В обнимку. В одной кровати.

— То видео…

— Это не то, о чем я подумала? — перебиваю, с горькой усмешкой, глядя на мужа в упор.

Повторяю мысленно:

«Родной, но настолько чужой…»

— Это не то, — говорит и сразу усмехается уголками губ. Да только в глазах боль, горечь… — Я могу доказать, Лин. Понимаю тебя… Потому что, да, на видео все выглядит так, будто там все по-настоящему. Но это не так, любимая. Поверь мне…

И взгляд такой… Умоляющий.

— Я тебе не верю, — признаюсь честно. — Там все выглядит именно так, как есть, Янис. Перестань упираться и врать. Ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу ложь! Твоя мать права: я тебе даром не нужна. Ведь за столько лет родить не смогла! Ты хочешь детей, а я их тебе дать не могу. И ты нашел себе другую, чтобы она тебе родила, да? Ты со мной из-за жалости, Янис? Не нужно жалиться! Поверь мне, я вполне смогу построить себе новую жизнь, где не будет тебя! Поэтому… Будь мужчиной! Скажи все как есть. Клянусь, молча подпишу документы о разводе и исчезну из твоей жизни, пожелав тебе огромного счастья!

Говорю безостановочно. Замолкаю и сразу же начинаю дышать. Тяжело и порывисто. Все ещё ощущая колючий ком. Горло дерет. Хочется услышать правду, но в то же время не хочу слышать, что он действительно влюбился в другую. Сколько бы я не говорила, что построю себе новую жизнь, в глубине души прекрасно знаю, что у меня ни черта не выйдет. Я не смогу без Яниса. Умру. Перестану жить, буду лишь существовать. Но ему это знать не нужно. Насколько бы горькой не была правда, пусть признается.

— Какой развод, Айлин? — Янис злится. Бросает розы на стол. Я бы даже сказала, что швыряет. Взгляд его становится жёстким, ледяным. Губы поджимаются, превращаясь в тонкую полоску. На скулах играют желваки, а венка на шее вздувается, бешено пульсирует. — Что за бред? Моя мать всегда хотела, чтобы мы разошлись. И ты сейчас поддаешься ее провокациям? Не надо, Лин…

— Знаешь, Ян… А она добилась своей цели. Но все благодаря тебе! Не она же тебя заставляла с той девушкой переспать, верно?

— Да не спал я ни с кем! — рычит Янис, наступая на меня. Останавливается напротив и, заключив мое лицо в ладони, смотрит в глаза. — Айлин, я всю жизнь любил только тебя. Я же тебе все рассказывал. До тебя не жил я… Не знал, что такое любовь. Не представлял, что это за чувство такое, — хрипит мне в рот. — У меня была лишь ты… Ни разу я налево не смотрел… Да, то видео… То гребаное видео… Это я. Я там лежу, но не имею ни малейшего представления, кто та девица. Позволь мне разобраться, найти доказательства… Клянусь, Айлин… Не трогал я ни одну женщину после тебя. Не смотрел, не прикасался…

Янис тяжело и шумно сглатывает. Облизывает свои пересохшие губы и опускает взгляд на мои. Снова сглатывает, поднимает глаза, сцепляется с моими.

— Я тебе не верю, — шепчу обречённо, сжимая его запястья. Впиваюсь ногтями в его кожу, специально причиняю боль. — Не верю, Янис.

Голос мой дрожит, как и губы. Теперь сглатываю я и отчётливо понимаю, что действительно ни черта не получится. Не забуду я его, не разлюблю.

Но и не прощу!

Потому что это выше моих сил. Даже если буду умирать и единственным моим спасением будет Янис, все равно не подпущу к себе. Предательство — это конец отношений. Какими бы сильными ни были чувства…

— Дай мне время, Лин… Обещаю, не прикоснусь к тебе за то время, что буду искать доказательства своей непричастности к этой ситуации… Докажу, что я тебя ни на кого не променял. Что ты единственная в моей жизни и всегда ею останешься. Айлин, мне не нужна другая, понимаешь? И о какой жалости идёт речь? Ты действительно считаешь, что я стал бы играть на два фронта? Что я стал бы пользоваться тобой, имея отношения и какие-то планы на будущее с другой? Лин, неужели я настолько низкий человек в твоих глазах? Ладно, я бы понял, если бы косячил до этого… Предавал, давал повод считать меня ублюдком, но… — его голос превращается в хрип. — Но я ничего подобного не делал, Лин. Только тебя люблю, слышишь? И не променяю. Никогда…

Он не отпускает мою голову, не убирает свои руки с моего лица. А я не прекращаю втыкать ногти ему в кожу. Янис никак не реагирует. Будто вообще не чувствует ничего.

— Ты разве не проснулся с ней?

Он сглатывает, но отвечает ровно, пусть и совсем тихо:

— Проснулся, — на секунду глаза прикрывает и выдыхает.

— И после этого ты хочешь, чтобы я тебя поняла? — усмехаюсь, отталкивая от себя все ещё мужа. — Не подходи! Не трогай!

— Лин, пожалуйста…

— Ты проснулся в ее объятиях! Сколько времени прошло, а? Отвечай! — кричу, теряя контроль над эмоциями. — Янис, я тебя спрашиваю, сколько времени прошло с тех пор, как ты с ней переспал?

— Месяца три. Но я с ней не спал, Айлин! — Янис тоже повышает голос. Отстраняется от меня и, протерев лицо ладонью, резко поворачивается к стене и бьёт в неё кулаком. С такой силой, что весь дом начинает трястись. — Не спал я с ней!

Удар за ударом. До тех пор, пока я не вижу несколько трещин, похожих на паутину и следы крови на стене.

— Не спал, понимаешь?! Никогда такого не было, чтобы я добровольно ложился с кем-то в постель! Кроме тебя! И не будет такого! Не в этой жизни! Пойми уже, Айлин! — кричит, не прекращая бить в стену, которая становится красной от его крови.

— Прекрати! — реву. — Янис, хватит!

— Я. ТЕБЕ. НЕ ИЗМЕНЯЛ! — дышит тяжело. Разворачивается ко мне. Не могу оторвать взгляда от его окровавленной руки. — Не изменял я тебе, Айлин! Не изменял!

Сделав шаг ко мне, падает на колени. Смотрит снизу вверх.

— Понимаю, что не веришь. Есть на то причины, — хрипло произносит. Глаза сверкают. Янис сжимает мою ладонь раненой рукой и подносит к своим губам. Целует тыльную сторону, в то время, как я плачу. Слезы катятся по щекам ручьем. — Но позволь мне доказать, что все не так, как кажется, Лин. Дай мне время. Если не смогу… Если не справлюсь… То окей. Я дам тебе развод и, клянусь, больше в твоей жизни никогда не появлюсь.

Его последнее предложение так сильно бьёт в грудь. Весь воздух вышибает. Я всхлипываю, опуская взгляд на его руку. Сжимаю ее ладонью и киваю несколько раз.

— В этой жизни, — шепчу сквозь слезы. — Ты стал мне самым дорогим человеком. Который сделал меня такой счастливой… Но в то же время ты причинил мне такую адскую боль, какую я не испытывала никогда.

— Я никогда не причинил бы тебе боль, Лин. Никогда специально на такое не пошел бы, — хмурится, качает головой. — Никогда, слышишь? Я в тот день поехал к брату. Точнее, в ресторан, куда он меня позвал. Они день рождения Ульяны отмечали. Богдана тоже там была. Надо было документы передать. Пригласили они остаться с ними. А я отказывался. В итоге не стал идти против Богдана и сел с ними за стол. Лина, я всего лишь хотел провести там пять минут и свалить домой, потому что был такой уставший, что на ногах еле держался. А ты беременная… Меня ждала. Помнишь тот день, когда я сказал, что совещание поздно закончилось и я вырубился на рабочем месте? — Я киваю, в очередной раз шмыгнув носом. Да, я помню ту ночь… До глубокой ночи ждала, но так и не дождалась. — Вот все произошло в тот день. Я проснулся в ВИП-комнате того ресторана. А там никого, кроме нас и той девицы. Айлин, клянусь, не понимаю, как все случилось… И о видео ничего не знал. Послал ту девицу, вцепился в брата. Он поклялся, что ничего не знает. Что я вырубился, и они не стали меня будить, ушли, оставив меня там одного… Сослался на алкоголь. Типа сам пьян был и ничего не помнит.

— Бред, — шепчу онемевшими губами. — Это бред, Янис…

— Знаю, — Ян так и стоит передо мной на коленях. — Лин, дай мне неделю. Пожалуйста… Я во всем разберусь. Не вникал я. Думал, все забылось. Прошло. Попытался, но потом… Отпустил ситуацию, потому что ничего толкового не нашел. Я соглашусь на все, что ты захочешь. Слово даю. Просто дай время во всем разобраться… Дай нам шанс, любимая.