Глава 19

Мне страшно за него больше, чем за себя. Ходить больно, но я потихоньку спускаюсь. Не могу просто стоять и ждать.

Но Некрасов поднимается навстречу, переступая через две ступеньки. Подлетает и осматривает меня с ног до головы.

— Ты в порядке? Что болит?

— Колено.

— Я отнесу тебя к медсестре.

— Пройдёт.

— Даша! — сердится он.

— Ты догнал его?

— Нет. Этот гад перевернул коробки, стоящие на лестничной клетке. Пока я пробирался между ними, он скрылся. Ты видела его лицо?

— Нет, он толкнул меня в спину.

— Ты могла серьёзно пострадать.

— Могла, но обошлось. Похоже нападавший воплотил свою вчерашнюю угрозу.

— Вчерашнюю?

Чёрт! Проговорилась. Ну кто меня тянул за язык?

— Даша-а-а-а!

Я не хочу ему рассказывать, спешу уйти, но он загораживает мне дорогу. У него это похоже входит в привычку.

— Что произошло?

Молчу. Не знаю, как он отреагирует.

— Пока ты не скажешь, не отпущу.

— Он пробрался в женскую душевую, когда я принимала душ.

Некрасова перекашивает от ярости.

— Чтобы запугать меня, разбил зеркало и забрал вещи.

— Как ты… — не договаривает, его всего выкручивает от гнева и бессилия.

— Лана заметила, что меня очень долго нет и пришла проверить.

— Найду гада, чего бы мне это не стоило. Что ему нужно?

— Требует, чтобы мы с тобой расстались. И он действует не один. Когда меня затаскивали в подвал, их было двое.

— Почему его так бесят наши отношения?

— Говорит, что нищая не достойная пара для принца.

— Как же меня раздражает это прозвище. — бьёт кулаком по стене. — Никакой я не принц.

— Мы действительно не подходим друг другу.

— Не согласен. Неважно насколько мы разные. Важно, что мы чувствуем. — его руки ложатся на мои плечи. — Сильно испугалась?

— Я, по-моему, начинаю привыкать.

Некрасов обхватывает мои щёки ладонями.

— Я договорюсь с директором об отдельной комнате для тебя. Не придётся выходить из комнаты, чтобы принять душ.

— Нет, не смей. Не хочу. Да и с Ланой безопаснее. Будь я одна, он мог бы и в спальню пробраться. И тогда ему было бы легче воплотить свои угрозы в реальность.

Брови Некрасова сходятся на переносице.

— Ты говоришь о том, о чём я подумал? — его начинает трясти от злости. Вена на шее Кирилла пульсирует. — Пусть только посмеет, я убью его!

— Я полагаю, просто хотел припугнуть меня. Он лишь намекал, а не говорил прямым текстом. — кладу руку на его предплечье. — Успокойся, ладно.

— Не могу. — вдруг притягивает меня к себе.

Так непривычно, что кто-то, кроме родителей, беспокоится за меня. Я немного отстраняюсь от парня и заглядываю ему в глаза. Изнутри грызёт червячок сомнения. А вдруг это всё им и спланировано?

Но заглядывая в чёрные бездонные омуты, понимаю, что он не притворяется. Некрасов прикладывает свой лоб к моему.

— Прости!

— За что?

— Этот беспредел из-за меня. Не будь я подонком, в нашем колледже не было бы такого. Всё началось из-за моего тщеславия. "Его величество" не хотел делить элитное учебное заведение с бедными. Я считал, что подобное недопустимо и ниже моего достоинства. — он с шумом выдыхает. — Как же это мерзко сейчас звучит. Мне больше не весело.

— В том, что происходит, ты не виноват.

— Всё вышло из-под контроля. Я должен их остановить. Пойдём.

Переплетает наши пальцы и ведёт за собой. Мы приходим в кафетерий. Он подводит меня к своему столику. Там сидят Лиза, Влад и естественно группа поддержки, в лице подружек Ждановой. Они все смеются и беззаботно о чём-то болтают.

— Не знаю, кто терроризирует мою девушку, но если я узнаю, что кто-то из вас, пеняйте на себя. Вы сразу же вылетите из колледжа. И не посмотрю, что мы друзья детства.

— О чём ты говоришь, Кирилл? — спрашивает Лиза.

— Дашу столкнули с лестницы, она успела ухватиться за перила и только потому не пострадала. Так же и убить можно. — он с трудом сдерживает себя.

— А с чего ты взял, что это кто-то из нас? — Жданова обиженно надувает и без того пухлые губки.

— Я просто предупреждаю. Не смейте даже на неё косо смотреть.

Тяну его за рукав, чтобы немного поумерил пыл. Они ведь могут быть не причём.

— Куда ты скатился, Некрасов? Как ты вообще можешь стоять рядом с ней.

— Закрой свой поганый рот, Лиза! — рычит на неё.

— Она же тебя использует.

Девушка пододвигает к нам газету. На первой полосе наша совместная фотка с мэром.

— Ты оплатил лечение. Задумайся. — она переворачивает страницу.

И там фото, как Кирилл дерётся с Игнатьевым.

— Не удивлюсь, что она и с ним шуры-муры крутит. Надо же иметь запасной вариант на случай, если ты её бросишь.

Какой ужас! Теперь Некрасову достанется от отца.

— А ты змея, Жданова. Думал мы с тобой друзья.

— Именно поэтому себя так и веду. Я докажу тебе, что эта тихоня ещё та тварюшка.

Некрасов не выдерживает и хватает её за волосы.

— Стерва!

Влад подскакивает и отталкивает его.

— Совсем мозги поплыли из-за этой девчонки? — злится лучший друг Некрасова.

— Я последний раз предупреждаю, не трогайте её.

Кирилл снова берёт меня за руку, и мы уходим.

— Впредь будь очень осторожна. Поняла?

— Хорошо. — киваю.

— А я попрошу отца, чтобы он заставил директора усилить охрану.

— Кирилл! — останавливаюсь я.

— Что?

— Я не хочу, чтобы из-за меня ты ругался с близкими друзьями.

— По этому поводу не переживай. — проводит рукой по моим волосам.

— Как же могу не волноваться, вы столько лет дружите. — смотрю на него серьёзно.

— Ты нравишься мне, Елисеева!

Не верю в услышанное. Думаю, слух сыграл со мной злую шутку.

— Очень нравишься! — повторяет в подтверждение.

Теперь понимаю выражение — “я в нокауте”. Именно это сейчас со мной и происходит. Меня будто чем-то шандарахнули по голове. Причём чем-то тяжёлым. Вместо мыслей, повторяющаяся бегущая строка — “Ты нравишься мне, Елисеева!”, “Ты нравишься мне, Елисеева!”.

— Обычно после признания следует ответ! — улыбается он.

Но я не знаю, что ему сказать. Признаться в симпатии, значит подтвердить, что всё же поддалась его очарованию. Проиграла и влюбилась. А это доказывает, что ничем не отличаюсь от других девушек.

— Некрасов… — начинаю я.

— Лучше молчи. — останавливает меня. — Боюсь сейчас выдашь что-то такое из-за чего мы вновь поругаемся.

Похоже он хорошо изучил меня за столь короткое время.

— Ну прости! — улыбаюсь.

— Как же тебе нравится бесить меня.

— На это мы с тобой и главные враги.

Он хватает меня и начинает щекотать. Только вот я щекоток не боюсь. На лице Некрасова замирает выражение крайнего удивления. Он поглядывает на меня, склонив голову набок.

— Мало, что ты бесящая, так ещё и скучная.

— Иди к чёрту, Некрасов! — смеюсь в голос.

Мой хохот разносится по всему коридору.

— Пошли уже, вредина!

А Кирилл может быть милым, насколько это возможно в его случае.

— Сегодня у меня первое занятие с моим учеником. Пора собираться, а то опоздаю.

— Я отвезу. Мне как раз нужно увидеться с отцом.

— Может, вечером поедем вместе?

На сердце неспокойно.

— Всё нормально, не переживай. Мне не впервой.

— А вдруг он снова… — поворачиваюсь к нему и касаюсь щеки парня.

— Не забивай свою красивую головку.

— Кто-то недавно называл меня уродиной. — упрекаю его.

— Я прозрел!

Мне нравится, что с ним так легко и просто. Он прямой, и это заставляет его уважать. Не боится признавать свои ошибки.

— Видимо линзы нужны были не мне, а тебе.

— Скорее хороший пинок под зад.

— Такой? — слегка пинаю его.

— Ах ты!

Сразу приникает ко мне, вдавливая всем телом в дверь моей комнаты. И не давая сказать хоть слово, мгновенно и жадно впивается в губы.

Всё нутро откликается на него. По коже пробегают сотни приятных мурашек. Но и я в этот раз не мешкаю и отвечаю на поцелуй с первого прикосновения наших губ.

Одна его рука лежит на моей спине, а вторая на затылке. Так он сильнее прижимает меня к себе. И мои ладони больше не на его груди, как бывало раньше, а медленно переползают на широкую спину. Обхватить её, конечно, невозможно, но именно из-за этого и приходится льнуть к нему сильнее.

В нос проникает терпкий аромат мужских духов.

— Даша! — шепчет в губы.

Ох, моё бедное сердечко! Оно сейчас остановится.

Но тут открывается дверь, и мы с Некрасовым вваливаемся в комнату. Лана в шоке пучит глаза.

— Эй, если хотите побыть наедине, валите к Некрасову. Он один у нас с привилегиями. Там вам никто не помешает.

От смущения у меня уши краснеют. Лана замечает и поджимает губы, чтобы не заржать.

— Ладно. Я пойду переоденусь. Через полчаса буду ждать тебя внизу, у главного входа. — целует меня в щёку, не стесняясь проявлять эмоции на людях.

— Хорошо. — только и успеваю прохрипеть.

Боже, что с моим голосом?

— Подруга, похоже ты в него конкретно втрескалась.

Не отвечаю. А спешу переодеться. Сердце жаждет поскорее увидеть Некрасова снова.

— Ты такая милая. И он очень изменился. Весь светится. Я рада за вас.

— Я ему ещё ни разу не сказала, что он мне нравится.

— Правда? — она поражена.

— Это же Некрасов. Сегодня я ему интересна, а завтра могу стать безразлична.

— Тут я спорить не стану.

Она подходит ко мне.

— Что с твоей ногой?

Я сняла брюки, и потому она увидела синяк.

— Чуть не покатилась с лестниц, но всё обошлось.

— За тобой точно глаз да глаз нужен.

— Угу!

Быстро надеваю на себя майку, сверху обычный вязаный жакет, а снизу джинсовую юбку.

— На тебе эти вещи сидят лучше. — улыбается соседка.

Она перебрала всю свою одежду несколько дней назад и много чего отдала мне. Её мама прикупила ей столько шмоток, что Лане некуда их было девать. И отдала она то, что никогда не надевала. Эти вещи у неё залежались. Либо подруга, просто обманула меня, чтобы заставить их взять.

— На мне они в обтяжку. Размер впритык.

— В этом то и весь кайф. Смотрится аппетитно. Как можно было прятать такую фигуру. — я смотрю на неё как на ненормальную, а она продолжает меня рассматривать. — По твоему взгляду вижу, что ты мне не веришь. Ты очень симпатичная: большие серые глаза, маленький носик, пухлые, с чётким контуром, губки. По-детски округлое личико и блестящие длинные волосы. Они такие густые и переливаются на свету. — смеётся. — Я столько масок сделала, а такого эффекта не добилась.

Кроме родителей комплименты мне никто и никогда не говорил. А за последнее время уже не в первый раз слышу.

— Спасибо!

— Не за что благодарить, говорю, что есть.

Вот! Наконец готова. Подруга меня выпроваживает, понимая, что я вся в нетерпении. Спешу к Некрасову, словно на первое свидание.

Я сажусь в машину уже настоящего, а не фейкового, парня. На лице широкая улыбка.

— Чему ты так рада? — спрашивает он.

— Лана умеет порадовать.

— Она классная девчонка.

Мы с Кириллом договариваемся, что после занятий с учеником, встретимся и вместе повидаем моих родных. Он хочет с ними познакомиться. Моё сердце всю дорогу до дома школьника поёт. Некрасов, и правда, решил перевести наши отношения из липовых в реальные.

Он уезжает к отцу, а я узнаю, что ребёнок внезапно заболел и занятия отменяются. Еду к родителям, но меня там ожидает сюрприз. На лавочке у больницы сидит Игнатьев.

Увидев меня, он спешит навстречу.