Глава 8 · Вызов

Погода в Дункельмитте по-прежнему стояла ненастная. Утро выдалось хмурым, моросил мелкий дождь, но хотя бы ветер немного поутих. Впрочем, Эрик уже начал привыкать и к смогу с дождем, и к недовольным лицам горожан, и даже к странным знакомствам. И особенно к тому, что ни день не обходится без приключений. Ясно одно: тихо отсидеться в Ингвольде у него не получится. Этот город словно бросал ему вызов, проверяя на прочность: сдюжит ли, выдержит, справится ли.

От Магды Фрайберг хотел было сразу отправиться к Ле’Ройсу, но все же решил заскочить домой и переодеться. Зашел в мастерскую и переговорил с рабочими, затем через черный ход, ведущий во двор, добрался до жилища. После горячего душа отправился на кухню чего-нибудь перехватить, и только достал из фризера кусок пирога, как раздался настойчивый стук. Эрик открыл дверь и на секунду замер. Не этого визитера он ожидал. Но гостя, вернее, гостью в дом все же впустил.

– Дорогой, ты только проснулся? – выгнула бровь посетительница, с интересом рассматривая низко сидящие на бедрах штаны, широкую грудь и мускулистые руки хозяина.

Фрайберг тоже был несколько удивлен внешним видом дамы. Он привык видеть Тесс в образе белокурой красотки в дорогих, элегантных нарядах, но не мог не признать, что мужской костюм ей тоже идет, а рыжие локоны делают сходство с ним слишком явным.

– Я же просил не приходить сюда! – Фрайберг схватил Тесс за руку и втянул в дом, захлопнув дверь.

– Ты вроде большой мальчик. Уверена, соседи не осудят тебя, – усмехнулась дама. Она прислонила к стене трость, наверняка снабженную тонким клинком, и игриво провела пальчиками по груди хозяина: – Боишься, что я тебя скомпрометирую?

Эрик дернулся от прикосновения и предпочел отойти. Странно, но он не почувствовал ни былого волнения, ни влечения. Ничего. И все благодаря Магде. Лишь о ней он теперь грезил, ее одну желал.

– Боюсь, что тебя узнают бывшие приятели из тайной службы вице-канцлера Ингвольда. А значит, докопаются и до меня, – ответил Фрайберг.

Он направился к шкафу, достал из стопки чистую, но застиранную теплую фуфайку и быстро натянул, не без удовольствия отметив, как Тесс поморщилась. Сама она была одета в отутюженные черные брюки, начищенные высокие сапоги и сюртук с нашивками на рукавах и медными пуговицами. Подобную одежду предпочитали носить наемники Гильдии, пряча в голенищах сапог ножи, а в обшлагах – лезвия. Хотя Тесс Клэр работала в Гильдии не детективом или ликвидатором, а штатным алхимиком, весь этот антураж явно доставлял ей удовольствие. Сказывалась прошлая деятельность шпионки – любовь к театральным эффектам и гриму. Вот и сейчас сестрица чуть подправила черты лица – глаза стали раскосыми, подбородок округлился, кораллового цвета помада подчеркивала слишком пухлые губы. Только цвет глаз остался прежним – пронзительно-синим, как у самого Фрайберга и всех наследников принца Агнуса и действующего императора Алитара.

– Раз за все это время не узнали и не схватили, не слишком-то я им и нужна, – подмигнула брату Тесс. – Да и нет у меня перед Ингвольдом долгов. Условия договора я выполнила, шпионскую сеть в академии и конструкторском бюро Шпица создала, все, что они хотели узнать о новых разработках Белавии, – узнали. А что агентов разоблачили, так те свое отработали. Ничто не вечно в этом мире.

Фрайберг вновь приблизился к гостье, заметив, что та достала из кармана желтый конверт с характерной печатью полиции Дункельмитта.

– Что это? – Эрик выхватил конверт из рук сестры и вскрыл.

– На пороге валялось. Из полицейского участка?! Ты во что-то вляпался, дорогой братец? Нужна помощь?

Эрик не ответил, а нетерпеливо вчитывался в строки, исписанные размашистым почерком Кроули. Шеф полиции не стал заморачиваться с алхимическими чернилами. Письмо было официальным. Кроули обращался к геру Клаусу через два «рр», как это принято у аристократов в Айзенмитте. Уважаемого «герра» срочно просили приехать в участок, ибо в деле Ле’Ройса появились подвижки.

– Мой милый, – произнесла с придыханием Тесс, посчитав письмо из полиции недобрым знаком. Она ближе придвинулась к брату. – Ты же знаешь, я всегда тебя выручу, как тогда в гостинице на западной границе Белавии. Я все для тебя сделаю.

– И что же ты хочешь взамен за свое «все сделаю»?

Фрайберг опустил взгляд на рыжеволосую красавицу, ластившуюся к нему, и невольно сравнивал сестру с Магдой. Женщины были одного возраста, обе красивые, решительные, с тем лишь различием, что Тесс манипулировала мужчинами, а Магда была вынуждена подчиняться чужим желаниям: мэра Грубера, брата и даже его, Эрика. Ведь он тоже не дал ей времени на раздумья.

– Ты знаешь, дорогой, чего я хочу. – Ладонь сестрицы неожиданно скользнула под фуфайку и легла на живот, а губы коснулись щеки. – Уверена, в той тетради, которую ты отдал мне в гостинице, было что-то еще. Я нашла описание уникальных антидотов, но нет рецептур. А еще отец пишет о каком-то артефакте нулевого стандарта. Ты понимаешь, о чем речь, Алан?

Эрик вздрогнул, услышав из ее уст свое родовое имя. Все происходящее здесь и сейчас было неправильным. Женщина стояла слишком близко, касалась его слишком откровенно, и от пропасти их отделял поцелуй.

– И как далеко ты готова зайти ради ответов на свои вопросы, Августа? – Фрайберг включился в игру и рывком прижал сестру к себе.

С удовлетворением отметил мелькнувший в ее глазах ужас и отпустил так же резко, как и притянул.

– Что ты хочешь?

– Ты неправильно задаешь вопрос. Не что я хочу, а что ты готова предложить, – криво усмехнулся Эрик.

Он натянул на ноги короткие сапоги из мягкой кожи, забрал сюртук и распахнул дверь.

– Прости, я тороплюсь. Поболтаем в следующий раз. Но лучше бы ты предупреждала о своих визитах. А еще лучше – вовсе не приходила в этот дом.

– Боишься, будут ревновать те танцовщицы, которые греют твою постель и сменяют друг друга, как день и ночь? – поддела его Тесс Клэр.

Фрайберга неприятно удивило то, насколько хорошо сестра осведомлена о его личной жизни. Значит, за ним и за домом кто-то следил. Недаром он уже несколько раз менял магические ловушки на замках, когда в его отсутствие их пытались вскрыть. Неужели Тесс прознала о книге в железной обложке, которую Райнер Морган нашел в тайной комнате в замке-академии и позже отдал Фрайбергу? Даже если и так, нужно держать удар.

– Завидуешь? Или желаешь скрасить мои ночи, Августа?

– Ну, знаешь ли! Я говорила о помощи и душевной близости!

– А я говорю об иной близости. Интересно, готова ли ты перейти черту, чтобы получить желаемое?

Эрик все правильно рассчитал. Сестра вспыхнула и залепила ему пощечину. Он надеялся, что ему удалось разозлить Тесс, и она больше не появится ни в его доме, ни в его жизни. А что она думала? Что он, как и прежде, размякнет от ее невинных поцелуев в щеку, двусмысленных намеков и призывных взглядов? Того наивного адепта Фрайберга больше нет.

Эрик не без удовольствия наблюдал, как алхимик Гильдии Эльхаса вихрем пронеслась мимо, нервно дернула дверцу мобиля и, запрыгнув в салон, укатила в клубах пара.

Он тоже не стал задерживаться и поспешил в полицейский участок.

В кабинете шефа полиции Эрик застал не только Кроули, но и старшего детектива Фриза. Судя по тому, что макинтош старик так и не снял, он пришел недавно.

– Эр, заходи, – махнул ему Кроули, приглашая присоединиться.

Фриз кивнул вместо приветствия и не стал язвить, как обычно. Значит, дело серьезное.

– Мы нашли ее, – произнес детектив, а Эрик с облегчением вздохнул. Но тут же шумно втянул воздух в легкие, услышав продолжение. – Труп был в реке, на границе Старого города и центральной площади. Одежда зацепилась за ветки кустарника, и это хорошо. Иначе бы течение отнесло тело к большому коллектору, и все наши усилия пропали бы даром, нашли бы «беглянку» через несколько недель.

– Так дамочку убили или несчастный случай? – поинтересовался Кроули.

– Похоже на убийство. Документов и денег при ней не было, опознали по описанию, которое предоставил муж. Кстати, сережки дорогие не сняли. Полагаю, задушили шарфом, на шее есть отметины. – Фриз достал из-за пазухи голубой шарф, расшитый мелкими жемчужинами. – Я просветил ткань тем прибором, что смастерил гер Клаус, – следов крови нет. Как и прочих, непотребных.

Эрик отметил, как осторожно Фриз подбирает слова. Обычно так было, когда он искренне сочувствовал жертве, что случалось крайне редко.

– Молодцы, быстро сработали, – похвалил сотрудника Кроули.

– Чистильщики начали поиски на рассвете, первым делом прошерстили территорию парка и овраг.

– А что муж? Не он ли придушил? – спросил шеф полиции.

Фрайберг хотел было защитить приятеля, но решил пока не вмешиваться. Фриз опытный сыщик и докопается до истины.

– Вряд ли. Свидетели подтвердили, что весь день гер Ле’Ройс находился на строительной площадке, – возразил детектив. – Другое дело, что мог кого-то нанять. Но пока не вижу причин для убийства жены ни как провидец, ни как сыщик. Нет мотива. Сами посудите: у него остался маленький ребенок, ради супруги он влез в долги и переехал в новый дом, хотя отнюдь не богач. Так на кой ему убивать жену?

– Вы сообщили Ле’Ройсу? – спросил Эрик.

– Отправили к нему инспектора Пошнера, он заканчивает осмотр дома и опрашивает соседей, – пояснил Фриз.

Эрик вновь задал вопрос:

– А что говорит гер Кремих?

– Патологоанатом займется фрау Ле’Ройс ближе к ночи или завтра утром. – Фриз недовольно поморщился.

– Почему так долго? Для чего затягивать расследование?! – возмутился Фрайберг. – Есть же ассистент, пусть он проведет осмотр и вскрытие.

– Тише, не бурли, – сделал замечание Кроули. – Ассистент никчемный, всяких бандюг он, конечно, вскроет и даст заключение, но серьезное дело ему доверять нельзя. А Кремиха я отпустил на несколько дней. Пришлось вызвать срочной телефонограммой. Должен вернуться из своей деревни ближе к ночи. – Шеф полиции перевел взгляд на детектива: – А убили дамочку там же, где и нашли?

– Пока неясно. Чистильщики из отдела урегулирования прочесывают местность. Вероятно, фрау Ле’Ройс возвращалась из храма после службы, на нее напали в парке, тело сбросили в речку. Думали, что течением отнесет к коллектору.

– Днем в парке многолюдно, да и пруд ближе, чего бы там не притопить? Ведь до оврага с речкой жертву еще нужно дотащить, – возразил шеф Кроули, а затем обернулся к Фрайбергу: – Эр, я чего тебя пригласил. Ты бы пообщался с этим Ле’Ройсом, раз уж вы сдружились. Расспроси его о жене: с кем шашни на стороне крутила, с кем ссора в прошлом была? А может, он сам с кем потяпался, вот ему и отомстили.

Эрик вспомнил заигрывания фрау Ле’Ройс, но рассказывать полицейским пока не стал. Кроули прав, сперва нужно переговорить с Ле’Ройсом, а еще лучше – с Косоглазым Тонни. Похоже, помощник Кирша о чем-то догадывался. А если убийство совершили на почве мести, тогда все гораздо хуже. Потому что только железнорукие могли подобным образом бросить вызов банде Тодда Кирша, жестоко убив одного из его людей.

– А еще сходил бы ты с детективом Фризом в ателье, где фрау Ле’Ройс заказывала одежду, – уж как-то слишком ласково произнес Кроули.

Эрик насторожился:

– Зачем?

– Произвели опись одежды, которая была на убитой. Платье, туфли, чулки и прочее куплено мужем. А вот этот шарфик, – шеф полиции покосился на голубую ткань с россыпью жемчужин, – его фрау Ле’Ройс приобрела сама. Муж сказал, что в Старом городе они заказывали одежду в ателье Лили Вайс. Вот и надобно навестить хозяйку. Вдруг она что вспомнит об этой вещице или о каких других?

– Я-то здесь при чем? – удивился Фрайберг.

У него еще в мастерской дел полно, да и с Магдой толком не попрощался с утра, как раз хотел в обед заскочить за поцелуем, а тут заставляют тратить личное время и подключаться к полицейскому расследованию, словно он сыщик какой.

– А кого мне еще просить?! – возмутился шеф Кроули, тут же сменив ласковый тон на ворчливый. И принялся загибать пальцы: – Ты наш консультант по техномагическим прибамбасам, в это расследование свой нос уже сунул, а главное – у тебя общение с дамочками хорошо выходит. Фриз, вместо того чтобы поговорить по душам, запугает мне свидетельницу!

– Но-но, я бы попросил… – попытался возразить старший детектив.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Кроули. – Следак ты отличный, провидец так себе, а переговорщик из тебя хреновый.

– Может, Липсиус сходит в ателье? – попытался перевести стрелки Фрайберг.

– Он в запое. Можно было бы Кристу привлечь, но она уехала в академию. Так что ты – самая подходящая кандидатура, Эр, как ни крути. Нам вроде как не чужой, да и бабы… в смысле фрау, тебя любят.

– Так мы будем о любви болтать или делом займемся? Едем, – пробурчал детектив Фриз, засунул шарф обратно за пазуху и направился к выходу.

– Эй, Клаус, знаешь, где находится ателье фрау Вайс? – уточнил Фриз, садясь в мобиль.

– Понятия не имею, – ответил Эрик.

Все его дамы одевались в дорогих магазинах, что на Новой площади. Старый город приличные фрау обходили стороной.

– Тогда садись на хвост и шурупь за мной.

Фрайберг едва успел завести мобиль, а старший детектив уже отъезжал со стоянки.

Минут через двадцать они подъехали к потемневшим от копоти домам. От новой части города старые улицы отделялись широкими кирпичными воротами. За крышами невысоких домов дымились трубы мануфактур, виднелся лес и скалы, разделявшие дружественные империи Эльхас и Ингвольд. Но так далеко Фрайберг с детективом забираться не планировали. Они проехали улицу Роз, миновали Аптекарский переулок, поплутав, повернули на улочку с магазинами. И остановились у кирпичного дома с серым навесом-маркизой, где розовыми завитушками было выведено: «Модное ателье Лили Вайс. Для милых дам». Эрик оставил транспорт на углу дома. Фриз церемониться не стал, втиснулся в небольшое пространство возле входа в магазин, подвинув бампером впереди стоящий мобиль и прижавшись к нему вплотную.

На звук колокольчика к посетителям вышла девушка с удивленным выражением на лице и пистолем в руке. Оно и понятно: милыми дамами новых посетителей никак не назовешь.

– Меня зовут Эр Клаус, а это старший детектив Фриз. Мы хотели бы переговорить с хозяйкой заведения Лили Вайс.

– Слушаю вас.

Приглядевшись, Фрайберг заметил сеточку морщин возле глаз и понял, что фрау Вайс уже давно не двадцать. Возможно, она выглядела моложе из-за наивного взгляда, тоненького голоска и стройной фигурки. Да и наряд – строгое платье с белым воротничком – напоминал форму адептки академии, несмотря на широкий кожаный пояс с закрепленными на нем кобурой, ножнами и миниатюрным баллоном с перцовым распылителем. Но это и понятно: без оружия в Старом городе одинокой даме не выжить. Правда, в проеме подсобного помещения с запозданием появился широкоплечий мужчина, но хозяйка подала ему знак, и работник к гостям приближаться не стал.

– Мы с детективом расследуем одно дело и очень рассчитываем на вашу помощь, – перешел к сути визита Фрайберг. – Надеюсь, вы умеете хранить молчание?

– Так вы тоже полицейский? – в голосе фрау Вайс сквозило разочарование.

– Нет, я не детектив, у меня собственная мастерская магической механики в новой части города. Я здесь, чтобы помочь другу, – сориентировался Фрайберг, меняя тактику.

Дама заинтересованно посмотрела на рыжеволосого красавца, а Фриз фыркнул.

– О чем же вы хотели со мной поговорить? – спросила Лили Вайс, убирая пистоль в поясную кобуру.

– Об одной из ваших клиенток – о фрау Ле’Ройс.

– Ох! – вскрикнула хозяйка, а затем торопливо подошла к двери и повесила табличку с надписью «перерыв». Обернувшись к мужчинам, она понизила голос: – Я уже слышала, что с ней случилась беда. Убийство? Насилие?

– Пока неясно, убийство это или несчастный случай, – ответил детектив, а Эрик поразился, насколько быстро по Старому городу растекаются слухи. – Нам нужно выяснить, была ли здесь фрау Ле’Ройс вчера днем и покупала ли у вас прежде этот шарф.

Фриз достал из кармана голубой шелковый шарф и протянул хозяйке. Та с любопытством взглянула на вещь и покачала головой:

– Фрау Ле’Ройс вчера сюда не заходила. И эту вещицу покупала не у меня.

– Эх, так и знал, что только время зря потеряю, – расстроился детектив и потянулся за шарфом.

Но Лили Вайс вещь не отдала, а поднесла к глазам, внимательно разглядывая вышивку.

– Его скорее всего приобрели в Айзенмитте. Ткань дорогая, тонкая, но прочная, искусная работа вышивальщиц, стоит как целое платье. У меня нет клиенток, готовых такое купить.

– Вы уверены, что это изготовлено в Айзенмитте? Жаль, – пуще прежнего расстроился Фриз.

Ехать в аристократическую часть столицы ему совершенно не хотелось. Это значит, нужно привлечь местных детективов и расписаться в собственной никчемности.

– Постойте! – воскликнула хозяйка магазина, кое-что обнаружив. – Вот здесь витиеватая буква «эм», видите?

– Что это значит? – оживился Эрик, припомнив, что совсем недавно видел подобную «М».

– Шарф сшили в ателье фрау Мёркель, что на Новой площади.

Фриз с облегчением вздохнул.

Убрав шарф в карман, он задал хозяйке последний вопрос:

– Фрау Ле’Ройс частенько у вас покупала вещи? Одна или с мужем?

– По-всякому бывало. С мужем они покупали повседневную одежду хорошего качества, но я другую и не делаю. А когда фрау Ле’Ройс приходила одна, то могла выбрать что-то более фривольное. Она просила не говорить супругу. Это и понятно. Многие дамы выкраивают деньги из семейного бюджета на то, что приглянулось, а мужчинам говорят, что приобрели во время распродажи.

– А можно поточнее о фривольном? – полюбопытствовал старик Фриз.

Хозяйка ателье смущенно отвела взгляд, а Эрик догадался:

– Наверное, что-то из нижнего белья – чулки, комбинации, бюстье.

Фрау Вайс закивала, а Фриз поторопился покинуть ателье. Он получил ответ на вопрос, а рассыпаться в любезностях – не его забота.

– Вы нам очень помогли, – искренне поблагодарил хозяйку Эрик и за себя, и за детектива.

– Заходите еще. – Лили Вайс кокетливо стрельнула глазами и проводила гостя до дверей.

Эрик нашел старшего детектива возле входа в магазин. Фриз в задумчивости курил трубку.

– Не нравятся мне эти тайные покупки, – буркнул он. – Особенно в ателье фрау Мёркель. Я ценю добротную одежду, но там подвязки стоят дороже моего костюма! Получается, что у этой Фионы водились деньжата. Или был богатый тайный воздыхатель. Или… Ладно, что гадать – едем!

Эрик не стал выяснять, откуда у старшего детектива подобные познания о ценах в ателье фрау Мёркель, лишь уточнил:

– Мне с вами?

– Давай, раз уж Кроули втянул тебя в это дело. Да и со старой перечницей Мёркель я не слишком лажу, а ты наверняка там покупал бельишко для своих танцорок. Может, удастся разговорить хозяйку.

Фрайберг хотел добавить, что детектив Фриз не ладит не только с фрау Мёркель, но и с половиной горожан. Но сейчас не время для неуместных замечаний. Все, что от него требовалось, – это расспросить владелицу дорого ателье о покупке шарфа и вернуться в Старый город, чтобы поддержать Ле’Ройса и выразить ему свои соболезнования.

 В отличие от простенького ателье Лили Вайс, заведение фрау Мёркель каждой деталью кричало о роскоши. Шелковые обои, светлые ковры, мягкие диваны, обитые бархатом, – все было рассчитано на богатых клиенток. Интерьер портили железные решетки на окнах, медные трубы на стенах и широкоплечие охранники у дверей.

Эрик сразу же попросил встречи с владелицей, Фриз на всякий случай повертел значком, но охранники и так прекрасно узнали старшего детектива. Гостей уважили и не заставили ждать, а может, не хотели пугать покупательниц. Мужчин провели в комнату, где их ожидала хозяйка – дама неопределенного возраста с серебристо-седыми волосами, собранными в элегантную прическу. Бархатное красное платье, расшитое золотыми птицами, безусловно, было шикарным, но больше подошло бы певице из нового театра мэра Грубера, а не почтенной матроне и владелице респектабельного ателье. Но Эрик не слишком разбирался в дамской моде, считая, что главное достоинство женских нарядов в том, чтобы их легко можно было снять.

– Рада вас видеть, гер Клаус, – улыбнулась фрау Мёркель и добавила уже без улыбки: – Вас тоже, детектив Фриз. Располагайтесь.

Она указала на диваны, что стояли в центре кабинета в окружении манекенов, облаченных в изысканные платья. На окнах вместо горшков с цветами красовались дамские шляпки причудливых форм, а на столе вместо бумаг в раскрытых шкатулках лежали тесьма и фурнитура. Гости уселись на диваны и дождались, пока помощник хозяйки, субтильный юноша в модном сюртуке и слишком узких брюках, поставит на стол напитки.

– Я правильно понимаю, что вы пришли ко мне не наряды заказывать, а допросить? – догадалась дама и одарила детектива насмешливым взглядом.

– Не допросить, а кое о чем спросить, – исправил ее Фриз.

– Слушаю вас.

Старший детектив достал из кармана злосчастный шарф:

– Ваша работа?

– Не то чтобы лично моя, но да, шарф пошит в нашем ателье, – подтвердила фрау Мёркель, едва скользнув взглядом по вещице.

– Мне нужно точно знать, кто и когда купил эту вещь.

– Этого я сказать не могу.

– Вы что, не ведете учет? – выгнул бровь Фриз.

– Разумеется, веду! – собеседница фыркнула в ответ, словно вопрос ее насмешил. Хотя могло быть и так. Фриз должен знать, что супруг фрау Мёркель занимает пост в торгово-промышленной палате Ингвольда, и уж наверняка его жена ведет бизнес по всем правилам. Выдержав паузу, хозяйка заметила: – Я должна соблюдать интересы своих клиентов. Вы же понимаете, не всегда стоит афишировать имя покупателя.

Женщина многозначительно посмотрела на Фрайберга, явно намекая на его недавние покупки.

– А если речь идет об убийстве? – не сдавался прилипчивый Фриз.

– У вас есть постановление от судьи на допрос и обыск ателье? – парировала фрау Мёркель.

– Пока это дружеская беседа, – успокоил хозяйку детектив.

– Раз это беседа, то мой ответ – «нет». Я всегда на стороне клиентов.

Эрик с интересом следил за пикировкой. Похоже, эти двое прекрасно друг друга знали.

– На стороне клиентов она! – взорвался Фриз, но тут же исправился: – Речь идет об убийстве, а шарф, возможно, улика и ниточка к убийце!

Увы, фрау Мёркель хранила стойкое молчание. Она оказалась крепким орешком и сдавать покупателей не собиралась. Эрик ее понимал и сам поддерживал подобную политику. Но не в этот раз. Он достал из кармана купюры, чтобы разговорить хозяйку, но в дверях мелькнул мужской силуэт. Фрау Мёркель тут же поднялась с дивана.

– Простите, вынуждена ненадолго вас оставить. Дела. А вы пока угощайтесь.

Фриз с раздражением отвернулся к окну, а Эрик потянулся к чашке с горячим чаем.

– Мне жаль, что ничего не вышло.

В ответ послышалось ругательство. Старший детектив был не в духе.

Следующие четверть часа Фрайберг наслаждался ароматным напитком и разглядывал дамские журналы, а его спутник угрюмо молчал.

– Я уточнила у мастерицы – таких изделий было три, – с порога сообщила фрау Мёркель, вернувшись в комнату.

– И это все? – насупился Фриз.

– Если хотите знать больше, прошу принести постановление судьи, – громко произнесла хозяйка.

Пожилой мужчина, появившийся в дверях, кивнул и удалился, так и не поприветствовав гостей. Фрайберг припомнил, что как-то видел его в ресторации, но официально их друг другу не представили. Гер Мёркель являлся председателем местного подразделения торгово-промышленной палаты. Все предприятия Дункельмитта – от мелких лавок до крупных магазинов – получали разрешение на торговлю именно у него. Разумеется, после разрешения мэра Грубера. Поговаривали, что гер Мёркель очень любит жену, коренную жительницу Дункельмитта, и всячески потакает ее капризам, поэтому аристократ и богатый вельможа в свое время осел в Городе темных улиц и приобрел для супруги это ателье.

Фриз переглянулся с Эриком: похоже, гер Мёркель появился на пороге кабинета неслучайно. Он словно проверял, не скажет ли жена чего лишнего.

– Будет вам постановление, – проворчал детектив и направился к выходу.

Эрик последовал за ним, но хозяйка салона его остановила и вложила в руку бутоньерку:

– Скромный подарок от заведения. В прошлый раз вы изрядно потратились в моем салоне, я это ценю.

– Благодарю.

Эрик забрал искусственный цветок и догнал детектива уже на улице. Тот покосился на подарок.

– Что за хрень тебе всучили? Даже в бумагу не завернули! А еще лучшее дамское ателье города! То ли дело салон мужской одежды гера Штрулле. В прошлый раз купил у него костюм, так мне в подарок предложили роскошный шелковый жилет и рубашку с жабо! Да еще в шикарной упаковке…

Эрик поморщился. Ему тоже в прошлый визит Штрулле навязал аляповатый шелковый жилет и розовую рубашку с жабо. Вот было бы весело, если бы они с Фризом одновременно облачились в одинаковые наряды.

Фрайберг покрутил в руках белый цветок, намереваясь выбросить: таким разве что надгробие украшать.

– Стой! – Фриз вдруг перехватил бутоньерку.

Внимательно исследовав тканевые лепестки, он радостно крякнул и достал записку, скрученную в маленькую трубочку.

– Не думал, что перечница все же согласится помочь. – Старший детектив развернул записку и нахмурился: – Жаль, не смогу использовать эти данные официально. Но что мне мешает нанести неофициальные, так сказать, дружеские визиты счастливым покупателям шарфиков?

– Кому? – полюбопытствовал Эрик.

– Здесь числятся мамаша Гебек, железнорукий Фроль и банкир Брунквист. Твоего Ле’Ройса, впрочем, как и его супруги, в списке нет.

Старший детектив заметил, что с мамашей Гебек, владеющей доходными домами, ресторацией и содержащей элитный бордель, ему легко удастся переговорить. С Фролем, входящим в банду Однорукого Джо, встретиться тоже можно, хотя общение предстоит не из легких. А вот к известному в Дункельмитте банкиру Брунквисту без разрешения судьи не сунешься.

– Что ж, начнем с первых двух, а там посмотрим. – Фриз убрал цветок вместе с запиской в карман и буркнул: – Ладно, гер Клаус, спасибо за компанию, но я бы и сам справился. Не знаю, с чего шеф Кроули решил, что я нуждаюсь в чьей-то помощи? К мамаше Гебек и железнорукому Фролю поеду один. Там будет разговор по душам, как пить дать замешан кто-то из них. Смекаешь, почему?

Эрик не стал отвечать на вопрос, потому что ответ ему не нравился. Если в деле замешана мамаша Гебек, значит, Фиона на нее работала. А если железнорукий Фроль – получается, у жены Ле’Ройса была с ним связь. По-любому выходит некрасивая история.

– И вот еще что, гер Клаус, – произнес напоследок Фриз. – Ты пока не спрашивай ни о чем Ле’Ройса, да и его приятелей тоже. Предоставь это мне. Чую, что в этом деле все не так, как кажется.

На том собеседники и порешили. Детектив отправился на встречу с подозреваемыми, а Эрик поехал в мастерскую. Доделал хронометры с защитой и магической иллюзией, и люди Щербатого Курца погрузили в мобили коробки с техномагическими новинками и пистолями, чтобы отвезти в лес, где находился схрон, – тайник банды скупщиков и перевозчиков.

Распределив срочные заказы между мастеровыми, Фрайберг поехал в Старый город, чтобы выразить соболезнования Ле’Ройсу.

Эрик нашел хозяина дома в спальне. Он сидел на краешке супружеской постели, тихонько раскачиваясь и глядя в одну точку. Здесь же находились Косоглазый Тонни и Тодд Кирш. Эрик поприветствовал главу «Червей» и положил руку на плечо Ле’Ройса.

– Тебе уже сказали? – обернулся тот. – Мою Фи нашли в реке. Наверняка она возвращалась парком после службы, там ее и подкараулили. Кто мог совершить подобное злодейство?

Ле’Ройс вонзился взглядом в собеседника в ожидании ответа.

– Старший детектив Фриз расследует это дело. Он опытный сыщик, обязательно докопается, – постарался успокоить приятеля Фрайберг.

Ле’Ройс поставил локти на колени и, сгорбившись, обхватил голову руками:

– Моя бедная девочка. Нежная, наивная. Как знал, что нельзя отпускать одну…

Тонни хотел что-то сказать, но в этот момент дверь отворилась, и в комнату вошла женщина лет тридцати пяти с приятным миловидным лицом, ее русые волосы были убраны в пучок. Она присела рядом с хозяином дома и протянула ему кружку с дымящимся напитком:

– Выпейте, гер Ле’Ройс, вам нужно успокоиться. Орли сегодня побудет у нас, он сейчас с моей дочкой. Но завтра вы должны его забрать, мальчишка скучает. Так что берите себя в руки и думайте о сыне.

Ле’Ройс послушно выпил напиток. А затем, прикрыв ладонью глаза, беззвучно заплакал. Женщина положила руку хозяину на спину, поглаживая и успокаивая. А Кирш указал взглядом Тонни и Эрику на выход.

Мужчины прошли в кабинет, Косоглазый разлил в рюмки горькую. Все выпили, не чокаясь.

– Инспектор Пошнер говорит, что Фиону задушили. Это правда, Эр? – спросил Кирш.

– Похоже на то, – кивнул Фрайберг.

– Доигралась, – пробормотал Тонни.

– Ты что-то знаешь? – насторожился Тодд Кирш. – Говори!

– Особо ничего не знаю, – замялся Косоглазый. – Просто кажется мне, что она не та, за кого себя выдает. Выдавала.

– Вроде бы мы ее проверяли, когда Ле’Ройс собрался жениться. Пошнер утверждал, что все чисто: сирота, жила при храме, даже какие-то целительские способности были. – Тодд Кирш нахмурился: – Или она изменяла Ле’Ройсу?

– Про измены ничего не знаю, но она подкатывала ко мне. А может, еще к кому-то, – признался Тонни.

– Давно? – Кирш сверлил подчиненного недобрым взглядом.

– Где-то с год назад. Я даже перестал в гости к Ле’Ройсу частить, не хотел с его женой пересекаться.

– С чего бы ей к тебе подкатывать? – засомневался глава банды «Червей». – Ты что, красавец какой? Или она влюбилась и хотела с мужем развестись?

– Тьфу ты, как знал, что не стоит про это рассказывать! – Тонни занервничал, левый косой глаз задергался.

– Да говори уже, – поторопил его Кирш. – Как она тебя охмуряла? Напрямую предлагала чего?

– Намекала, что не хватает денег на наряды, завлекала: то улыбнется, то прижмется. Да и гер Клаус может подтвердить. В прошлый раз, когда мы здесь ужинали, Фиона с него глаз не сводила, тоже все терлась, как кошка.

– Эр, было у тебя что с Фионой?

– Глазки девчонка строила, только и всего, – нехотя подтвердил Фрайберг, но вспомнил слова самого Ле’Ройса и добавил: – Думаю, молодая еще, глупая. С ребенком дома сидела, вот и скучно стало.

– Вот видишь, Тонни! А ты сразу – «завлекала», – с облегчением вздохнул Тодд Кирш. – Ты что, не в курсе, что дамочкам приятно, когда на них мужчины внимание обращают? Я по своей Жу-Жу знаю.

Косоглазый опустил глаза в пол: он явно уже пожалел, что поднял эту тему. А Эрик не стал отвечать, что по Жу-Жу судить не стоит – прежний опыт, полученный в борделе мамаши Гебек, не прошел для нее даром. С Фионой дело обстояло иначе. Эрик пока не понимал, подыскивала ли она себе нового ухажера или всего лишь была кокеткой. Но одно знал точно: никто не вправе лишать человека жизни, тем более женщину, молодую мать.

За спором они не заметили, как в кабинет подтянулись остальные помощники Кирша. Вскоре подошел и Ле’Ройс. Успокоительный отвар, приготовленный заботливой соседкой, явно пошел на пользу. Хозяин дома держал себя в руках, взгляд был спокойным, глаза, хоть и покраснели, оставались сухими. А вслед за «Червями» появился и инспектор Пошнер. Он тяжело дышал – очевидно, торопился с докладом. Инспектор отвел главу банды в сторонку и что-то зашептал.

– Уверен? – переспросил Тодд, а в комнате все разом затихли.

– Сам видел. Из участка сразу к вам, – сообщил Пошнер.

– Ближе к делу, – потребовал Кирш.

Пошнер вновь зашептал, а глава банды «Земляные черви» посмурнел:

– Взяли? Признался?

– Взяли. Но на этом и все. О том, как да почему, молчит, не колется. Теперича ждут заключения потолок… Тьфу, как его? Анатома. Короче, гера Кремиха.

– Благодарю. – Кирш вложил пачку купюр в руку доносчика, и Пошнер попятился к выходу.

– Гер Кирш, вы пока ничего не предпринимайте. Дождитесь официального заключения и признаний обидчика. Мало ли какие детали всплывут.

– Ты иди, гер Пошнер, и ни о чем не беспокойся. Мы сами разберемся. – Кирш одарил инспектора тяжелым взглядом, и тот предпочел поскорее удалиться.

– Кто? – нетерпеливо спросил Ле’Ройс, догадавшись, о чем шла речь.

– Давай наедине перетрем.

– Мне нечего скрывать, здесь все свои, – отмахнулся Ле Ройс. – Рассказывай!

– Выдержишь? – спросил Кирш, а вдовец кивнул.

– Помнишь шарф, о котором утром детектив спрашивал? – начал издалека Тодд Кирш. – Эту вещицу твоя Фиона купила не сама. Подарили ей. Возможно, обманули, подложили.

По комнате прокатился гул. Косоглазый Тонни горько усмехнулся, он явно остался при своем мнении. Эрик же почувствовал приближение бури.

– Кто подарил? Не томи! – словно раненый зверь, прорычал Ле’Ройс.

– Фроль купил, один из железноруких, что контролирует лавки в центральной части города, – произнес Кирш, а его помощники одновременно закричали.

– Да какой «подарил»?! Жена Ле’Ройса ни в жизни не взяла бы от железнорукого подарок!

– Подстава это!

– Фроль по указке главы банды убил Фиону, шарф подбросил! Тут и думать нечего!

– Неужели стерпим?!

– Гер Фроль признался? – перекричал голоса Эрик.

– Пошнер говорит, что да, – ответил Тодд Кирш. – Полицаи взяли его под арест, но о причинах убийства он пока молчит.

– Причины ясны. Убийство Фи – вызов нам от железноруких! – категорично заявил Ле’Ройс.

– Я согласен. Это война! – поддержал приятеля коренастый мужик, один из помощников Кирша.

– Вызов! – выкрикнул еще один приближенный к главе банды.

– А ты что думаешь, Тонни? – спросил Кирш помощника. – Могли люди Джо все это специально подстроить?

– Не знаю, что и думать, – пожал тот плечами. – Но сомневаюсь, что Фиона по собственной воле снюхалась с железноруким, она же знала, что у нас с ними терки.

– Что значит «снюхалась»?! Ах ты… – взорвался Ле’Ройс и пошел на друга.

Его кулак врезался в челюсть Тонни, но Косоглазый в долгу не остался и мощным ударом сбил хозяина дома с ног.

– Разнимите их! – приказал Кирш, и двое помощников растащили дерущихся по разным углам. – Не хватало еще, чтобы мы меж собой перетявкались! Во всем виноваты «Железные кулаки», и они за это ответят!

– Может, подождем окончания расследования? – предложил Фрайберг.

– А чего ждать? И так все ясно! Сперва железнорукие напали на тебя, до этого вредили Курцу с перевозками нелегалов, теперь бросили вызов «Червям», убив нашу женщину. Или ты хочешь свинтить? Решай сейчас, Эр. Но помни, что на этом мы распрощаемся навсегда.

– Свинтить не хочу. Просто считаю, что прежде чем делать резкие движения, нужно переговорить с детективом и дождаться заключения гера Кремиха, – не сдавался Эрик.

– Ждать я не буду, мне все ясно. И вопрос ставлю так: или ты с нами, или нет! – Кирш сверлил взглядом партнера в ожидании ответа.

– С вами, – обреченно вздохнул Эрик, понимая, что выбора у него особо и нет.

– Тогда идем к Однорукому Джо. Пора покончить с произволом, – процедил Кирш и направился к выходу. – Тонни, собери людей, едем в логово железноруких!

Перекрикивая друг друга, люди Тодда Кирша покинули дом и выбрались в Верхний город.

Ле’Ройс предпочел поехать с Эриком. Они бросили мобиль неподалеку от входа в полуразрушенное здание бывшей мануфактуры Питера и Магды Ленц, которую мэр Грубер отдал Однорукому Джо. Еще шесть мобилей с «Земляными червями» затормозили у ворот.

Здание фабрики выглядело обманчиво заброшенным, словно здесь давно никто не появлялся. Но как только незваные гости подошли к дверям, словно из-под земли выросли двое громил.

– Черви выползли из нор? Чего надо? – гаркнул один из них.

– Позови Джо, у меня к нему разговор! – выступил вперед Кирш.

– Обождите. – Здоровяк с железной рукой обернулся и что-то крикнул в темноту, а Эрик заметил, как в окнах здания появились члены банды, наставив на гостей пистоли и «фонари».

Вскоре из дома вышли железнорукие, облаченные в клетчатые брюки и длинные сюртуки, которые доходили им до лодыжек. Подошва ботинок сверкала медными подковами, на мысах и пятках поблескивали острые шипы. Почти у каждого второго были протезы – следствие полученных на производстве травм. Но теперь, вступившие в банду рабочие считали бывшие увечья своим главным достоинством. Железные кулаки с легкостью могли пробить череп, а уж сломать противнику ребра или нос – плевое дело. Именно поэтому большинство банд выходило на битву с бойцами Однорукого Джо в железных масках, а некоторые вшивали в котелки медные пластины. Забыть кастет или дубинку значило подписать себе смертный приговор. По словам того же Молота, который прошел с железнорукими не один бой, все их мастерство – это повыше поднять кулак и потяжелее опустить на голову противника. Люди Кирша внешне проигрывали высоким, широкоплечим бойцам Однорукого, поэтому в драке им приходилось быть быстрее, проворнее и хитрее.

Эрик узнал знакомую фигуру Клешни. Он, прихрамывая, приближался к гостям. За ним следовал Однорукий Джо. На фоне своих людей глава банды выглядел бледно – тщедушный мужчина средних лет и невыразительной наружности. Лысый череп обрамляли медные скобы, на месте левой руки был не железный кулак, как у многих приспешников, а острый крюк. Ходили слухи, что этим крюком Джо за секунду распарывал противнику брюхо или перерезал горло. У Эрика при виде главаря банды сложилось ощущение, что их вышел встречать не человек, а механическая кукла производства мануфактуры брата и сестры Ленц.

– Ого, черви сами приползли, – проскрипел Джо. – Какими судьбами?

– Ты знаешь, где сейчас твой ублюдок Фроль? – сразу перешел к делу Кирш, не тратя время на любезности.

– Полицаи за что-то сцапали, – нахмурился глава железноруких. – Уж не по твоей ли наводке?

– Если бы по моей, то полицаев Фроль не дождался бы.

– Чего так? – заинтересовался Джо, а его люди уже обступили гостей.

– Не нужно со мной играть, – ощетинился Тодд Кирш. – Это по твоей указке Фроль убил жену Ле’Ройса! Что, хотел нас запугать? Но мы не из пугливых!

Кирш достал из кармана обожженную монету и бросил под ноги главе банды «Железных кулаков». Таков был обычай Вызова, жестокой игры, где вместо фигур – люди, а цена победы – человеческая жизнь.

– Не знаю, Тодд, о каком убийстве ты вякаешь, но в одном ты прав: нам давно пора разобраться. – Джо указал своему человеку на монету. Тот поднял ее с земли и передал хозяину. Однорукий сжал в здоровой руке черный кругляш и крикнул: – Вызов!

– Принимаем! – эхом отозвались голоса его людей.

– Принимаем! – вторили люди Кирша.

Железнорукие взяли их в кольцо, а «Черви» выставили дубинки и пистоли. Но никто не нападал, ожидая указания главарей.

– Что ж, о месте и времени встречи мой человечек шепнет тебе ближе к вечеру, – процедил Джо Киршу.

Эрик догадался, что о битве будет известно лишь в последний момент, чтобы информаторы загодя не натравили на бунтовщиков полицаев. Хотя пустырь за кладбищем единственный мог вместить такое количество бойцов, да и находился на окраине города.

– Биться будем на кулаках до последнего вздоха. Пусть победит сильнейший, – добавил Джо.

– Принято. – Кирш отвернулся и отправился к воротам.

Больше обсуждать было нечего.

– А что, мастер Клаус и Щербатый Курц тоже с тобой? – выкрикнул Джо, когда «Черви» уже подходили к мобилям.

– Мы вместе, – подтвердил Кирш.

– Отлично! Убью их первыми и заберу контроль над кварталом. Да и перевозками давно хотел заняться.

На небе сверкнула молния, а возле Однорукого образовался столб пыли. Но Ле’Ройс предупреждающе схватил Эрика за руку:

– Не нужно, Эр, не сейчас. Он специально тебя провоцирует. Я тоже с удовольствием воткнул бы нож в его горло, но тогда мы проиграем, нас всех здесь же и перебьют. А мы хотим победить.

Фрайберг нехотя согласился с доводами и утихомирил невольно вырвавшуюся стихийную магию. А затем прокричал, обращаясь к главе железноруких:

– Хорошенько проведи остаток дня, Джо, поешь, выспись. Потому что больше у тебя такой возможности не будет.

Однорукий довольно оскалился, и стало ясно, что Рыжий Эр будет первым, с кем бандит сведет счеты.

– Постарайся в эти дни быть в мастерской, держись вместе с горожанами и людьми Курца, поставь на жилище дополнительную защиту, – предупредил Эрика Ле’Ройс, когда тот довез его до дома.

– Думаешь, Джо попытается нас подкараулить и перебить по одному?

– Мог бы, если бы Кирш не бросил Вызов. Но каждый уважающий себя бандит в Дункельмитте знает: откажешься от драки на пустыре – никто с тобой больше дела иметь не будет. Свои же и пришьют за трусость. Так что битве быть, просто береженого и боги берегут, – подытожил Ле’Ройс и, тяжело вздохнув, отвернулся, видимо, вновь вспомнив о Фионе.

После разговора с железнорукими Фрайберг отправился к Курцу. Он оставил мобиль на опушке леса и свистнул, как было заведено. Кусты раздвинулись, обнажая вход в землянку. Эрик спустился по ступеням и застал в просторном, обложенном бревнами помещении Курца с помощниками и кое-кого из горожан – сапожника, мебельщика и двоих крепких мужиков, державших лавки в их квартале. Фрайберг сообщил собравшимся о разговоре Кирша и Однорукого, опустив детали.

– Значит, ждем весточки от «Червей». Мы тут пока делим мужиков на бригады по совету гера Кирша, – пояснил Курц.

– На бригады? – удивился Фрайберг.

– Так легче бой вести и людей контролировать. От горожан будет четыре бригады, в каждой по сорок с лишним человек наберется, а авторитетные мужики командирами вызвались.

Авторитетные мужики – мебельщик, сапожник и двое их приятелей – согласно закивали, а Эрик лишний раз восхитился деловой хваткой Кирша. Глава «Земляных червей» четко распределил обязанности и жестко все контролировал. Сам он на пару с Курцем занимался созданием отрядов-бригад и их дислокацией, Молот вместе с опытными бойцами из «Червей» обучал горожан боевым приемам, а Фрайберг с Тонни и Тиллем отвечали за техномагическое оснащение, а попросту говоря – за оружие.

– Значит, драка возможна в любое время? – нахмурился сапожник гер Коблер. – Что ж, мы готовы хоть сейчас выступить.

– Людей предупредите, что можем выдвинуться в любую минуту, – посоветовал мастер механики. – А ты, Курц, как что узнаешь, – сразу ко мне. Я в эти дни в мастерской буду.

– Желательно бы и ночью, – непрозрачно намекнул Щербатый.

Фрайберг кивнул и покинул «штаб». Он прямиком направился к Магде Ленц – предупредить, что какое-то время им придется побыть в разлуке. Но зато потом, когда он с Киршем и Курцем одолеют железноруких и ослабят в городе влияние мэра Грубера, они с Магдой могут больше не таиться.