Глава 23

Ухожу от греха подальше, чтобы опять выбешивать не начала. Но вдруг слышу глухой стон, прошибающий меня огненной пулей, бьющей в позвоночник.

Каменею весь и оглядываюсь. Девчонка в траву вцепилась тонкими пальцами, голову склонила и медные волосы волной по худым плечикам рассыпались.

Слабая, нежная… Больно ей…

Шит! Молодец я, прям мужик, блядь…

Подхожу и на корточки сажусь. Не мог ей ничего повредить, знаю. Но мало ли… страх и сомнение в сердце колют, а пальцы уже во всю ощупывают стройную ножку, обтянутую грязными бежевыми лосинами, или как эта херня называется.

Ведет меня от нее. Тормоза слетают и задаю вопрос, который давно назрел:

– Язва рыжая. Допрыгаешься, что завалю прямо на этой траве и оттрахаю хорошенько. Этого хочешь? Чего добиваешься, маленькая, ммм?

Смотрит на меня, а в глазах страх вперемешку с жадным блеском. Чуток похоти, но и этого мне хватает, чтобы понять, что принцесса не настолько ко мне равнодушна, как хочет показать.

Облизывает нижнюю губу в нетерпении. Ее тело мне подает конкретные сигналы. Не могу удержаться и провожу пальцем по красивому личику лисички. Бархатная кожа, которую хочется попробовать.

Предупреждаю свою маленькую стервозину, чтобы знала все наперед.

– Я не железный, девочка. И конкретно на тебя реагирую очень неоднозначно. Не провоцируй. Совет избалованной девочке. Не базарь со взрослыми опасными дядями. Я спускаю тебе твои закидоны, пока. Но уверяю, тебе не понравится то, каким я могу быть.

Очерчивает линию губ и понимаю, что не остановлюсь, пока снова не попробую ее.

– Хватит… – шепчут ее губы, но в глазах я вижу совсем другое. Хочет меня. Чувствую. Вижу.

Говорю об этом прямо, без утайки. Не нравится правда. Хватаю руку, которую поднимает на меня. Рефлексы. Останавливаю себя, чтобы не сломать хрупкое запястье, подношу к губам и целую, прикусив кожу, хотя хочется вгрызться, кусать ее, завалить на спину.

Легкий стон становится последней каплей. Подаюсь вперед и целую свой шипастый цветок, рвет на части от ощущений хрупкой нежности в руках. Мягкая, тонкая, отвечающая на поцелуй.

Отнимаю у нее дыхание. В рот имею, трахаю языком, заставляю стонать и раздвигать ноги шире, прижимается ко мне, голову откидывает и стонет. Член наливается кровью и болит нещадно, завожусь, пытаюсь вернуть контроль, но не могу.

– Фак, какая ты, а…

Шепчу в красные истраханные мной припухлые губы, а сам под тряпками нащупываю маленькую упругую грудь с торчащими сосками.

Всхлипывает, когда прокручиваю и тяну. Опять нападаю на ее рот. Жру ее сейчас, поглощаю, проталкиваю язык в самую глубину и дурею от ее сладости.

Руки сами тянутся к ней под трусы. Хочу пощупать, какая она там. Ощутить ее готовность для меня, двинуть пальцами и сорвать все ненужное, оставив Машу голой на траве подо мной…

Я тормоза потерял и не сразу понимаю, что девчонка отчаянно сопротивляется, отдергиваю руку, но ее отпустить не могу, зарываюсь руками в рыжие пряди. Опять целую глубоко, чувствуя, как простреливает поясницу и скручивает от желания.

Понимаю, что еще секунда и не остановлюсь. Возьму ее прямо тут, на траве. Отшатываюсь. Хватаю ртом воздух и прихожу в себя.

Маша сейчас кажется мне королевой порока. Разгоряченная, с пылающими щеками, растерзанными мной губами и шоком в глазах.

Сжимаю руки в кулаки и упираю в землю. Держись, Фил.

Девчонка немного пытается отползти от меня и сдвинуть ноги, которые так приветливо обвились вокруг меня.

Вскрикивает опять болезненно.

Сжимается вся.

– Дай посмотреть, – отдаю приказ, а сам дыхание задерживаю, когда немного штанину задираю и по гладкой бархатной коже подушечками пальцев провожу.

Прощупываю ногу, осматриваю лодыжку, немного вдавливаю пальцы, а сам хочу ласкать, провести вдоль голени, к бедру, подняться и стащить грязную тряпку. Хочу широко раскинуть длинные ноги и посмотреть, что прячется в самом центре.

Нервы натягиваются жгутами. Без вариантов – еще чуть-чуть и прямо здесь разложу и вгоню до предела.

Отдергиваю руку и встаю.

Выдыхаю, когда понимаю, что нормально все, повреждений нет, ушиб только.

Беру на руки и чувствую, как напрягается, а меня от реакции ее тела уносит и с размаху прикладывает.

Хочу ее. Вот такую взлохмаченную, разгоряченную, пропахшую лошадиным потом. Любую. С личиком заплаканным и в грязных пыльных разводах. Нет в ней ничего от стервы. Самозащиту включает. Защищается, как может. На раз ее вижу, чую все.

Бросаю косой взгляд на свою принцессу.

– Не кипишуй, – единственное, что могу из сухой глотки вытолкнуть.

Все тело кричит, что МОЯ, но башка работают и раны еще свежи. Аккуратно рыжика в тень деревьев сажаю. Не могу рядом с ней долго находиться. Опасно. Я себя не всегда контролировать могу. Буйный нрав часто жизнь спасал, а сейчас медвежью услугу может сослужить.

Смотрю на кобылу, что мирно щипает траву, куда угодно смотрю, только не на ведьму рыжую. Красивую, как смертный грех. От взгляда на нее у меня все внутри огнем горит и ведет с силой. Завалить хочется прямо здесь, на траве этой, точь-в-точь как колдовские глаза ее малахитовые. Пара движений, одно мгновение и я в раю.

Спокойно, Фил, тебе с принцессой не по пути.

Не мой уровень. Не моя лига. Только покалечу.

Дышу через нос. Стою просто. Хоть и уйти должен. Дел по горло и задания есть, а я к ней, как пришпиленный.

Замечаю, что на меня смотрит. Девчонка отчаянно косит под сучку. Но нет в ней от стервы шлюхастой ничего и надменности нет. Роль какую-то играет. То ли для меня, то ли защищаться привыкла в своем элитном гадюшнике.

Нежная девочка, взгляд чистый. Жду, что опять маску стервозины напялит и приказывать начнет, а я не по приказам. Я вообще не подчиняюсь.

Нет там высокомерия элитной бля*и, но есть упорное желание задираться и казаться матерой стервой. С чего бы, интересно?

Готовлюсь к очередному укусу, но получаю удар такой основательный, когда слышу тихое:

– Спасибо, Фил… – голос тягучий, искренний. Слова слетают с алых искусанных губ, и маска спадает.

Внутри все пылает и душа в клочья. Потому что не могу преградить путь чувству, которое горит яростью и полыхает искрами желания.

Зубы сжимаю и ухожу от греха подальше.

Я только ломать и умею, а ее калечить не хочу…