Глава 36

Кулаки Бейда сжимались и разжимались от бессильной ярости.

Она не хотела видеть его. Была полностью раздавлена произошедшим.

— Стой! — он догнал врача своей пары и остановил его. — Наверняка можно что-то сделать! Не может быть, чтобы не было хоть мизерного шанса…

Он был готов заплатить любые деньги, лишь бы не видеть страданий на лице Даны. Они смогут всё исправить.

— Я не смогу ничего сделать, — сглотнул мужчина, выглядя испуганным таким напором. — Пробуждение животной части девушки — чудо само по себе. Я склонен полагать… — он оглянулся вокруг, понижая голос, — что уничтожение второй ипостаси сохранило ей жизнь. Она была слишком слаба, чтобы пережить воздействие того яда.

Вот как. Бейд отшатнулся и перевёл взгляд в сторону комнаты Даны.

— А вот если бы животная сущность не пробудилась… Или она попала в наше отдаление слишком поздно… — мужчина покачал головой.

— Я понял, — резко остановил его Бейд. Он не желал слушать о других вариантах. Глубоко вздохнув, он вытянул бумажник из заднего кармана брюк. — Вы помогли ей.

— Нет-нет, — тут же поднял руки врач его пары. — Это моя работа, а альфа всегда был добр к нашей семье.

Бейд мысленно закатил глаза и впихнул деньги в руки всё ещё отпирающегося доктора. Ему всегда было легче «сказать спасибо» материально, чем выражать благодарность в словах. Или извинения. Так у его матери появилась новая машина, когда Бейд нечаянно заставил всех думать, что погиб вместе с отцом. И, кажется, эту привычку он перенял от Блэквилла старшего.

По безделушке за каждый эпизод «разбитого сердца» его матери. Она выручила огромные деньги в ломбарде, когда сбежала от Калеба в первый раз. До конца жизни хватило бы. Не сложилось — от оборотня бесполезно сбегать, тогда она этого ещё не знала.

Бейд нахмурился, подходя к комнате Даны. Оттуда доносился надрывный плач его пары. Женскую истерику он ненавидел больше всего. Просто потому что не знал, что с этим делать. В детстве мама часто плакала, прижимая его к груди, а теперь он просто не переносил слез.

— Черт! — тихо выругался Бейд, дергая дверь на себя.

Дана сидела там же, где он ее оставил и прижимала к себе вторую подушку. Первая валялась на полу.

Мужчина сглотнул и подошёл ближе, пока Дана не услышала его и не подняла заплаканное лицо вверх. Темные ресницы слиплись, а кончик носа покраснел, но она все равно оставалась для него самой желанной из всех. Как это работает? Бейд не знал. Но почувствовал непреодолимое желание привлечь девушку к себе и успокоить, перебирая светлые волосы пальцами.

Вместо этого он дал себе мысленную пощечину за мысли о телячьих нежностях и опустился перед девушкой на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— Почему ты плачешь? Ты жива и здорова. И зачем выгнала меня?

На миг Дана стушевалась от вопросов. Она всхлипнула ещё раз и утёрла глаза кончиком простыни.

— Ты издеваешься? Хочешь знать, почему я плачу? Серьёзно?!

Бейд выгнул бровь, пока она язвила. Лучше уж она будет кричать на него, чем истерить здесь в одиночестве.

— Я никогда не была «здорова» для остальных оборотней, — наконец ответила она, отводя взгляд.

— Для меня ты здорова, — наклонил голову Бейд. — Чьё ещё одобрение тебе нужно?

— Я не хочу сейчас об этом говорить, — помотала головой Дана. — Мне очень плохо, правда. Оставь меня.

— Я не оставлю тебя, — вздохнул мужчина, беря ее маленькую руку в свою. Она ощутимо дрожала, что заставило его нахмуриться опять. — Я хочу, чтобы ты перестала плакать. И принижать себя. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Дана вырвала руку и процедила:

— Чтобы ты…

— Я не уйду. Что кроме этого?

Девушка запнулась, когда он опередил ее слова. Она опустила глаза и поникла.

— Я ничего не хочу, — прошептали ее губы едва слышно. — Я больше совсем-совсем ничего не хочу, понимаешь?

Он понимал. Потерять частицу себя, так и не успев ее в полной мере приобрести? Недосягаемая мечта помаячила перед этой слабой девушкой, чтобы тут же исчезнуть. Даже его бы это сломило.

— Дана…

— Я в-видела, что папа гордится мной, — продолжила она, всхлипнув. — Он всегда этого хотел, я знаю. А что сделала я? — она истерически хихикнула, ещё больше наклоняясь и закрывая лицо волосами. — Я потеряла всё!

— Ты знаешь, что он любит тебя, — мужчина вновь попытался взять ее за руки.

— Он будет разочарован, когда узнает, — ее губа дрожала. — Как был и ты…

— Я? — нахмурился Бейд. — Ты подставилась под отравленный нож ради меня, а я должен быть разочарован?

Он покачал головой и попытался заглянуть под стену из волос, но Дана вновь дёрнулась, закрываясь и ограждаясь. Он нутром чувствовал ее боль как свою собственную. И это пугало.

— Посмотри на меня.

— Нет…

Бейд стиснул челюсти, когда послышался новый всхлип.

— Посмотри, — твёрдо повторил он и не дожидаясь, пока Дана вновь не послушается, крепко обхватил ее лицо ладонями, заставляя посмотреть на себя. — Я никогда не разочаруюсь в тебе, что бы ты ни сделала. Или кем бы ты ни стала, — его голос стал тише, словно мужчине с трудом давались откровения даже со своей парой. — Будь ты хоть на сто процентов человеком.

Дана во все глаза смотрела на Бейда, затаив дыхание. Он слышал, как быстро бьется сердце девушки, и смутился, осознав, как далеко зашёл в желании ее успокоить. А самое пугающее было в том, что он не сказал ни слова неискренне.

— П-правда?

Бейд пригнул голову ниже, пытаясь держать равновесие в таком неудобном положении. И встал с корточек, решив просто поднять Дану вместе с собой. И с белой простыней, в которую так крепко вцепилась девушка.

— Я и мечтать не мог о такой паре, как ты, — проговорил он, немного замявшись. — Я тебя…

Его голос был тих и неразборчив.

— Ты меня?.. — Дана ухватилась за мужские плечи и заинтересованно посмотрела в его лицо. Истерика как-то постепенно отошла на второй план.

— Да, — рявкнул оборотень, отводя взгляд и хмуря широкие брови. — Так чего ты хочешь, Дана?

Девушка разочарованно вздохнула и потянулась к губам Бейда. Это был неожиданный и солёный после ее слез поцелуй.

— Увези меня. Увези меня отсюда. Я не выдержу, когда папа обо всем узнает. Не выдержу его разочарования.

Слезы отчаяния и страха снова собрались в глазах девушки.