Глава 13

Я с ужасом смотрела на Кирстена, не в силах стереть эмоции со своего лица. И он думал о моей смерти. С сожалением, но в то же время с твердой уверенностью в том, что случится она слишком скоро.

— Принцесса? — мужчина непонимающе посмотрел на меня.

— Все же ты прав, — я резко вскочила на ноги. — Лучше поужинать в комнате. Прикажи отнести еду ко мне.

Я развернулась спиной к наемнику и шагнула в сторону лестницы. Знала, что он не станет меня останавливать. И очень надеялась, что Кирстен не понял, что произошло.

Он не мог знать о королевском даре. О нем не рассказывают каждому встречному, такие вещи всегда держатся втайне. Шанс, что он знает о моей силе, слишком мал. Но все же есть. А значит, нужно принять решение как можно скорее.

Я влетела в свою комнату и захлопнула за собой дверь с таким грохотом, что со стен посыпалась побелка.

— Миледи? — вздрогнувшую от неожиданности Белию я заметила в самый последний момент. Девушка раскладывала на кровати мой вычищенный костюм для верховой езды. Рядом с одеждой лежала небольшая сумка из белой ткани.

— Ты выполнила мою просьбу? — я постаралась взять себя в руки, хотя бы перед ней.

— Все, что вы просили достать, в этой сумке, — кивнула служанка.

— Благодарю, — сдержанно произнесла я, внутренне радуясь приобретениям. — Ты можешь быть свободна.

Белия бросила в мою сторону подозрительный взгляд, поклонилась и поспешила покинуть комнату. Я осталась наедине с мыслями и догадками, которые жалили разъяренными пчелами.

Что значила подслушанная фраза? Кирстен желает мне смерти? Куда на самом деле он меня везет?

Но ведь все его поступки указывали на то, что наемник хочет мне добра. Или себе золота… Не важно! Все указывало на то, что мы по одну сторону. Но эта мысль. Единственная мысль, которую я смогла поймать… Она противоречила всему. Абсолютно всему.

Я села на край кровати и спрятала лицо в ладонях. Страх оказаться одной против всего мира опять с тяжестью рухнул на плечи. Если он враг, то почему столько помогал? Он… он как дядюшка Мортимер? Показывал одно, а делал другое?

— На кого ты работаешь наемник Кирстен? — прошипела я, проводя ногтями по щекам. — Что ты хочешь сделать?

Почему я раньше не задалась этим вопросом? Слишком странно, что какой-то наемник приедет в Алонн вместе со Святой делегацией, а потом так резко откажется от их задания. Хотели ли мне смерти Жрецы? Были ли подлинными те письма?

Ответов на все эти вопросы у меня не было. Как не было и уверенности. Уверенности ни во что. Ни в себя и свои силы, ни в Кирстена. Я больше ему не верила. И не собиралась поддаваться судьбе.

— Это последнее, что я увижу в своей жизни? — злобно прошипела я, резко вставая на ноги. — Ну уж нет!

Дернув за шнурки, я ослабила корсет. С трудом стянула с себя платье и переоделась в костюм для верховой езды.

Так просто я никому из них не дамся. Загнав даже самого безобидного зверька в угол внезапно можно обнаружить на его месте разъяренного хищника.

Хватит хвататься за соломинки и доверять тем, кто улыбается. Все могут вести игру за моей спиной. Жрецы хотят посадить на трон кузину, дядя хочет вернуть сына.

Кирстен сегодня сказал мне отличную фразу. Поучительную. Я должна окружить себя людьми, которым могу безоговорочно верить. Или тех, кто сможет продать мне свою верность.

Пока же я могла доверять только себе.

Одевшись, я сложила вещи в сумку, забросила ее на плечо и шагнула к выходу. За окнами цвела тьмой глубокая ночь. Приоткрыв дверь, я выглянула в коридор, не заметила угрозы и поспешила к лестнице, ведущей на первый этаж.

Свою жизнь и безопасность сейчас я могу доверить только себе.

Вот так неожиданно родовой дар смог открыть мне глаза на правду. Горькую правду, что верить нельзя никому.

— Миледи? — на первом этаже меня остановил дворецкий. — Что вы тут делаете?

— Прикажите оседлать мою лошадь, — кивнула я мужчине. — Я уезжаю сейчас.

— В ночь? — удивился он.

— Обстоятельства.

— А ваш спутник?

Как для исполнительного слуги он задавал слишком много вопросов. И это мне было совершенно не на руку.

— Он отправится в путь завтра, — вскинув брови как можно небрежней произнесла я. — Мы едем в разных направлениях. Или есть какие-то причины, по которым вы не можете приказать оседлать мою лошадь?

— Вы оплатили лишь половину стоимости при въезде, — вежливо отозвался мужчина.

— Разве вы не обсудили с моим спутником, что оплачивает комнаты он? — хмыкнула я, перехватывая сумку поудобней.

— Это не было оговорено, миледи, — учтиво отозвался дворецкий.

— Странно, мне он сообщил, что вы знаете, — я натянуто улыбнулась.

— Да, весьма странно, — согласился со мной дворецкий.

— Мне стоит повторить мой приказ? — надавила я, шевельнув пальцами и одними губами проговорив нужное заклинание.

Теперь я знала, почему ошиблась в прошлый раз. Всего два лишних звука и вместо легкого ненавязчивого вмешательства получаешь ауру, раскрывающую разумы. Не сильную, работающую на близком расстоянии. Не фильтрующую прием чужих мыслей.

Сейчас же я сделала все верно.

“Прикажи оседлать мою лошадь”.

Дворецкий не был защищен от влияния. Не мог ожидать от меня подобной магии. Он лишь покачнулся, а я почувствовала, как из носа потекла кровь.

Мой дар был еще слишком слаб. Как и я. Столько раз использовать его за день было опасно для здоровья. Но лучше кровотечение из носа, чем кинжал наемника в сердце.

— Хорошо, миледи, — как-то неестественно поклонился слуга и распахнул передо мной двери.

Я юркнула в ночную прохладу, мечтая поскорее оказаться за стенами “Лунного флера”. Что я буду делать дальше без документов и золота даже думать не хотела. Выкручусь. Найду выход. Я смогу. Или я не де Руатье.

Спустя несколько минут, которые показались мне целой вечностью, рядом появился мальчишка и жестом предложил следовать за ним.

— Ваша лошадь готова к путешествию, миледи, — поклонился он и протянул руку, ожидая монетку.

“Иди”, — мысленно приказала я, злясь на себя за то, что не могу даже медяка выдать за его работу. Все деньги остались у Кирстена. А мне придется вновь искать ювелира или скупщика, чтобы не побираться!

Слуга поклонился и деревянно поплелся в сторону здания. Я же шагнула в конюшню, у выхода которой ждала моя рыжая лошадка. Надо бы дать ей имя.

— Будешь Искоркой, — прошептала я, погладив кобылу по морде. — Осветишь мне путь. Или я заблужусь во тьме.

Лошадь тихо заржала, мотнув головой. А я подтолкнула к ней скамью, прикрепила к седлу свою сумку и…

— Далеко ты собралась, принцесса?

Голос прозвучал настолько близко, что я вздрогнула и с трудом удержалась на скамье.

Резко обернувшись, я увидела мужской силуэт, прислонившийся плечом к воротам конюшни. Не пришлось и гадать, я знала, кто стоял передо мной. Этого стоило ожидать

— Уйди с дороги, — бросила я, оказавшись в седле.

Искра переступила с ноги на ногу, тряхнула гривой. Она была накормлена и напоена. Молодую кобылу не смущало то, что ехать придется в ночь.

— Принцесса, что случилось? — Кирстен сделал шаг вперед. Теперь свет звезд и убывающей луны выхватывал половину его лица. Вторая же часть оставалась во тьме.

Как и его помыслы. Я знала только то, что он хотел мне показать. Но лишь родовой дар помог увидеть и скрытую часть.

— Уйди с дороги, — прорычала я, прожигая наемника взглядом. — Думаешь, я не знаю, что ты решил меня убить?

Тишина. На его лице мелькает сожаление. Будто он жалеет, что я узнала.

— Прочь с дороги! — рявкаю я, пиная Искру пятками в бока.

Кобыла делает неуверенный шаг вперед, косится в сторону живой преграды.

— Ты неправильно поняла, — Кирстен и не думает отступать. — Кто тебе что сказал?

“Прочь!”

Я вкладываю в этот приказ все силы, которые у меня только есть. Голова взрывается острой болью, кровь из носа уже стекает по подбородку. Но мне плевать. Я знаю, что должна сбежать. Опять. Или его мысли исполнятся.

— Что это? — наемник прижимает пальцы к вискам и делает шаг назад. — Ты?…

“Прочь!” — повторяю я приказ и подстегиваю лошадь.

Кирстен сопротивляется. Не поддается моей магии так просто, как другие. Он ее будто чувствует. Ощущает кожей и кончиками пальцев, старается дать отпор. Но мое желание жить сильнее.

Искра срывается с места и проносится мимо мужчины, которого скрутила моя магия. Мир перед глазами расплывается яркими пятнами, я с трудом удерживаюсь в седле. Но сейчас все зависит только от меня. Нельзя поддаться этой слабости. Нельзя сдаваться!

Я направляю лошадь в сторону выезда из Нарха. В сторону Страны Вольных городов. Мне еще нужна сила, чтобы заставить их открыть ворота. Потом можно отпустить чары. Позволить организму отдохнуть. Но не сейчас.

Искра летит по плохо освещенной мостовой города, а я впервые чувствую себя свободной и сильной. Как и пристало королям.

***

Кирстен схватился за стену конюшни, чувствуя, как ноги его не слушаются. Не желают держать ровно. Он всего несколькими минутами ранее занес ужин принцессе в комнату. Но вместо благодарной девушки его там ждала пустота.

Он понял, что произошло в тот самый момент, как не заметил ее вещей. Ничего из того, что могла бы оставить девушка, собирающаяся вернуться в комнату.

Наемнику потребовалось несколько минут, чтобы выяснить, куда исчезла принцесса Алоннская. Еще несколько на то, чтобы забрать свои вещи и расплатиться за постой. Слуга, принимающий деньги, вел себя как-то странно. Неестественно. Но причину этого наемник понял только сейчас.

Тогда же Кирстена больше удивили дополнительные услуги “Лунного флера”, которыми воспользовалась Алиссия. Но он оплатил и их, после чего поспешил в конюшню, где и застал беглянку.

Принцесса выглядела так, будто за ней гнался мифический дракон. Она не объяснила ничего, даже слушать не стала своего спутника. И сейчас уже покидала территорию борделя.

— Что за магию ты применила? — прошипел мужчина, сползая на землю и все еще держась руками за раскалывающуюся от боли голову.

Он видел удаляющийся силуэт всадницы. Принцесса направлялась в сторону ворот. Она собиралась покинуть Нарх. Но разве ее выпустят ночью? Нет. Ни один стражник не откроет ворота ради одной путницы. Только если…

— Внушение, — наконец понял он, с трудом поднимаясь с земли. — Откуда у тебя такие способности, принцесса?

Но ответить ему никто на этот вопрос не смог.

Кирстен торопился, седлал лошадь сам. Руки слушались плохо после чужого проникновения в сознание. Грубого и резкого, ломающего саму суть человека.

Он торопился, но понимал, что опаздывает. Шрам нес наемника по следам принцессы. Ржание и топот копыт будили недавно уснувших жителей Нарха. Но Кирстен все же опоздал.

При его приближении ворота медленно закрывались за удаляющейся наездницей. Возможно, ему показалось, но принцесса медленно съезжала по боку лошади, с трудом удерживаясь в седле.

— Кто такой? — дорогу Кирстену преградил зевающий стражник. — Ворота открываются на рассвете.

— Сколько? — не стал ходить кругами колдун.

— Матери своей деньги предлагай, пес шелудивый, — сплюнул стражник. — Мы тут люди честные.

— Назови цену! — рыкнул Кирстен, злясь на все и всех.

— Пошел вон отсюда. Или утра будешь дожидаться в темнице!

Наемник натянул поводья Шрама, собираясь выбить ворота магией. Но головная боль с такой силой пронзила голову, что он застонал и уперся ладонями в луку седла, чтобы не свалиться с лошади.

— Нездоров, что ли? — нахмурился стражник.

— Боишься заразиться? — криво усмехнулся Кирстен и опасно сверкнул синими глазами. — Открой ворота. И никто не пострадает.

Сейчас наемник уже ни на что не надеялся. Он упустил принцессу. Не выполнил приказ. Хотя ее дядя клялся, что родовой дар ей неподвластен.

— Никто не должен знать, — голос стражника вернул колдуна в реальность. А ворота начали медленно подниматься, открывая ему дорогу за беглянкой.