Глава 25

Арианна

Наступал ранний вечер, когда мы наконец-то смогли увидеть деревню. Дни в темных кланах мира фей были короткими, всего треть каждого дня. По словам лепрекона, на стороне светлых кланов все было наоборот. Он много болтал со мной о мире фей во время нашей прогулки по лесу, пока Двейн молча и бесшумного шёл за нами. Один раз я обернулась, поймав его пристальный взгляд, яркий и сверкающий, как голубая луна этого мира. Его длинные, полуночные волосы двигались в такт его шагов. Сила, исходящая от него, заставила моё сердце затрепетать от нового странного чувства.

Фей был непривычно молчалив. Я испытывала смешанные эмоции по поводу него. Он защищал меня, спас от убийцы, и мне не хотелось, чтобы тёмный погибал. С другой стороны, он что-то хотел от меня. У меня была мысль, что он хочет мою силу… и что-то ещё, но я не могла понять что. Но после битвы, где его почти убили, я не была ни в чём уверена. Мне было страшно, и монотонная болтовня лепреконов была сейчас в самый раз, чтобы успокоить бешено мчащиеся мысли.

Откинув сомнения на время, я обратила внимание на маленькие хижины, точно такие же, как та, в которой мы остановились у выхода из портала. Они были сгруппированы вокруг центрального огненного кольца.

Партхлан шёл так быстро, как только позволяли его маленькие лепреконьи ножки. Он был так взволнован тем, что именно он привёл Двейна в деревню. Впрочем, ему не нужно было беспокоиться о том, чтобы идти достаточно быстро. Фей, прихрамывая, шёл рядом со мной. Он выглядел так, словно в любую секунду мог упасть лицом вниз. Его глаза заволокло туманом. Они действовали мне на нервы, как будто смотришь в глаза слепого, из которых выцвел весь цвет.

Он продолжал шагать, моё же тело было напряжено, не удивительно, ведь я каждую секунду ожидала того, чтобы поймать его, если он в конце концов упадёт. Я отвлеклась, что даже не заметила, как кентавры выбежали нам навстречу. На самом деле, вся деревня высыпала из своих хижин, но кентавры были первыми, кто добрался до нас. Очень крупная самка с серебристыми волосами и такой же серебристой шерстью направила лук в мою сторону, и я остановилась как вкопанная. Я не знала, что сказать, чтобы она не выстрелила. Кто ж знает, что на уме у волшебных существ?

– Сера, – быстро сказала Партхлан, – это Арианна. Она добрая фея. Я ей доверяю.

Кентавр посмотрела на меня и перевела взгляд на Двейна, а затем она, наконец, снова посмотрела на Партхлана, тихо фыркнула и сказала:

– Подруга Двейна и Партхлана желанная гостья в нашей деревне.

Она медленно отпустила тетиву, положила стрелу в колчан на боку и перекинула лук, который несла, через плечо.

– Великолепно! – голос лепрекона казался более нервным, чем я ожидала. – Серуся любит стрелять первой. Затем она задаёт вопросы. Особенно сейчас. Когда рядом дети. Он похлопал меня по ноге и улыбнулся мне. – Все остальные жители проще. Не волнуйся, феечка.

Сера направилась обратно в деревню, и её жеребята, то есть дети, последовали за ней, продолжая оглядываться на нас.

Я уже не чувствовала себя так уверенно, как до прихода сюда. В этот момент мои нервы были настолько измотаны, что мне не потребовалось много времени, чтобы потерять ту малую уверенность, которую я начала обретать. Удивительно, но первым не-кентавром, который добрался до нас, был ещё один лепрекон. Он совсем не был похож на двух других. Чисто выбритый, он был одет в относительно хорошее пальто и до блеска вычищенные ботинки. Он был таким же маленьким, как и Партхлан и Синавар, но в остальном он выглядел так же, как и любой другой мужчина. Под густыми бровями два темно-карих глаза, которые, казалось, улыбались, но смотрели на меня с затаённым огоньком.

– Арианна, это Ингрейв. Он мой второй брат.

Я удивлённо приподняла бровь.

– Ингрейв? Это… это же человеческое имя.

– Я знаю, что все вы, чистокровные феи, судите о существах только по их фейской стороне, но некоторые из нас приняли человеческую сторону. После того, как моя мать вырастила двух моих братьев, дав им обоим настоящие лепреконьи имена, она решила дать мне человеческое имя. И человеческое воспитание, – затем он улыбнулся. – Мои братья чистокровные лепреконы приняли свою сторону фей. Я решил сделать более сложный шаг и принять человеческую сторону.

Он поклонился мне и сказал:

– Рад познакомиться с тобой, Арианна. Друг Двейна и Партхлана – мой друг.

– И любой брат Партхлана – мой друг, – ответила я с улыбкой. Он был таким красноречивым по сравнению со своими братьями. И, именно это, заставило меня усомниться во многих предположениях, которые я уже сделала. До сих пор я встречала фей и существ, которые использовали свои природные дарования и делали то, для чего их раса лучше всего подходила. Я подумала, что, возможно, в волшебных существах было нечто большее, чем я предполагала. Ингрейв неспеша направился обратно в деревню. Остальные жители деревни, как только заметили Двейна мгновенно расступились, освобождая ему пространство, чтобы он смог беспрепятственно пройти через центр деревни.

Партхлан подвёл нас к маленькой хижине. На двери не было замка, но, когда лепрекон открыл её, я почувствовала слабый запах Двейна повсюду. Это был его дом в деревне, и никто сюда не заходил без него. Несмотря на то, что он отсутствовал уже долгое время, ничто и никто не тревожил это место, и поэтому его запах все ещё оставался здесь.

Двейн немедленно переместился на маленькую кровать, которая стояла у стены. Для деревни, столь удалённой от обоих миров, хижина казалась роскошной. Кровать была сделана из цельного дерева с пуховым матрасом. В углу стоял камин с нарубленными дровами. На стенах даже висели красочные картины леса. Его здесь любили. Этот фей, который рычал на всех и на вся. Этот убийца. Существо, воплощавшее тьму и тени, был их героем. Их спасителем.

Лепрекон ушёл, не сказав ни слова, закрыв за собой дверь. Двейн попытался снять плащ, но не смог этого сделать. Я придвинулась, чтобы помочь ему снять его. Наконец, когда плащ упал бесформенной кучей на стул, он облегчённо вздохнул.

– Спасибо, – тихо сказал он.

– Чем я могу тебе помочь? – спросила я. – Ты ведь ранен?

– Я в порядке, Арианна. Мне просто нужно отдохнуть. И съесть что-нибудь. Пожалуйста, принеси мне тарелку с едой, когда найдёшь что-нибудь.

Фей стянул с себя шёлковую рубашку. Его тело было покрыто ожогами; грудь и живот все ещё были розовыми там, где новая кожа выросла поверх обожжённой плоти. Его регенерация невероятно быстрая, но все же недостаточно. Как он мог добраться до деревни, ведь каждый шаг приносил ему адскую боль? Мне было тяжело смотреть на его раны, знать, как сильна его боль.

Он потянулся, чтобы развязать ботинки, но, не смог, поморщившись от боли.

Я присела перед ним на корточки и развязала шнурки.

– Сядь на кровать. Я сниму с тебя сапоги.

Он покорно кивнул и откинулся на кровать.

Я стащила с него тяжёлые ботинки вместе с носками.

Он, казалось, колебался прежде, чем сказал:

– Спасибо, Арианна. Пожалуйста, дай мне отдохнуть. Разбуди, как только вернёшься с едой.

– Я так и сделаю. И я скажу Партхлану, чтобы тебя не беспокоили. Уверена он передаст твоё пожелание всем жителям деревни.

– Зная этого лепрекона, думаю, что он уже сделал это, – Двейн кивнул и с трудом забрался под одеяло.

Я бросила последний взгляд на фея, подумав, что человек не выжил бы с такими ожогами. А ему всего лишь нужен отдых и еда. Интересно, а у меня будет так же?

Я вышла из хижины.

Лепрекон стоял за дверью и странно смотрел на меня, его густые брови сошлись вместе. Всего лишь на секунду, но я успела это заметить. И он снова стал самим собой.

– Феечка. Ты можешь помочь нам с ужином. Не в том, что касается приготовления пищи.

– Хорошо, Партхлан. Покажи мне, что делать, но не мог бы ты сначала сделать одолжение? Двейн хочет, чтобы его оставили в покое. Ты можешь сообщить всем об этом?

– Все уже знают, что сейчас нужно оставить его в покое. У него мало энергии. Он часто приходит сюда в таком виде. Кара иногда помогает ему в этом. Она хорошая швея и подруга Двейна. Он торопливо направился к центру деревни.

– Давай же, фея.

Он все ещё отказывался называть меня по имени, но думаю, что смогу это пережить. По крайней мере, он больше не хмурился на меня. Я последовала за ним делая маленькие шажки. Он подвёл меня к костру, где неизвестный мужчина разделывал мясо.

– Вкуснятина! Посмотри, на всю эту картошку с огорода Хелены, – сказал он, указывая на корзину выше его ростом, которая была переполнена картошкой разного цвета.

Мне требовалось некоторое время, чтобы привыкнуть ко всем этим странно окрашенным растениям. Я искренне надеялась, что этот разноцветный картофель будет таким же вкусным, как картофель в моём мире.

– Вот тут ты мне и поможешь, фея. Эту корзину с картошкой нужно почистить. Ирин собирается готовить. Ты должна почистить. Хорошо для всех. Чистокровные феи, чистящие картошку – это странно. Странная фея, возможно, может быть обычной. Значит, есть вероятность что ты хорошая фея. Сделай это! Почисти картофель! Тогда, ты стала бы обычной феей. Нормальные феи плохие. Не будь нормальной. Будь обычной!

С такой логикой я не могла поспорить. Чистка картофеля была самым обычным делом, и думаю злые феи не будут чистить его. Он протянул мне маленький нож, и я уставилась на гору картошки, которую мне нужно почистить, чтобы быть достаточно странной для него. Для жителей деревни.

Я несколько раз моргнула, когда Партхлан просто развернулся и покинул нас. Красивый мужчина, разделывающий мясо, сказал:

– Если хочешь, можешь использовать немного магии, чтобы помочь себе. Я обещаю, что никому не скажу.

Он подмигнул мне, и на миг я засмотрелась. Обычно Двейн был грубым, мрачным и задумчивым, это же существо казалось его полной противоположностью. Он был прекрасен. Золотисто-светлые волосы были растрёпанными. Лицо и глаза притягивали к себе очарованием. Его тело совсем не походило на тело Двейна. Этот мужчина был худощавым с напряженными мышцами. Его движения были грациозны. На нем была темно-зелёная туника без рукавов с золотой вышивкой по краям. Его штаны были сделаны из кожи, выкрашенной в ещё более глубокий коричневый цвет, чем натуральный цвет.

– Я ещё не знаю, как использовать магию, – призналась я. Я предположила, что честность была лучшим решением в данной ситуации, особенно когда все жители деревни довольно скептически относилось ко мне и моим намерениям.

– Твои крылья все ещё блестят, – сказал он, как будто это что-то значило для меня. – Как долго ты находишься в нашем мире?

Я попыталась вспомнить все, что произошло. Все странные смены дня и ночи.

– Два дня? Может быть. Я не совсем уверена. За этим трудно уследить.

Он улыбнулся мне и сказал:

– Ну, если ты не можешь использовать магию, тогда тебе лучше приступить к работе. Слишком много картофеля, – он посмотрел на ведро поменьше и сказал: – Вот туда кидай кожуру. Картофель можно сразу же положить в кастрюлю с супом. Разрежь его на дольки, прежде чем бросить в воду.

– Думаю, что справлюсь с этим обычным делом.

– Я буду на это надеяться. Если ты не можешь чистить картошку, то что ты можешь делать?

Он явно хотел пошутить, но это заставило меня задуматься. Что я могла сделать, чтобы помочь этим людям? Чем я была им полезна? Я ничего не знала ни о сельском хозяйстве, ни о шитье, ни о строительстве, ни даже о магии. Вероятно, чистка картофеля была одной из немногих вещей, которые я действительно могла сделать, чтобы помочь жителям деревни. Я стиснула зубы. Я собиралась жить в этом мире? Мне нужно подружиться с ними, понять этих существ. Я не позволю своему человеческому воспитанию помешать мне добиться успеха в этом мире магии и убийц. Снова посмотрела на огромный мешок с картошкой. Там было много – много картошки, которую нужно почистить.

Сегодня я буду чистить картошку, но может быть завтра я научусь делать что-то большее. Что-то более ценное. Для меня. Для всех.