Глава 23. Сексуальная.

Дважды просить не пришлось.

Словно ураган, мужчина обрушился на меня, с неистовой стремительностью впиваясь в губы в страстном поцелуе. Его руки, словно горячие уголья, прокладывали путь сквозь тонкую ткань одежды, нежно, но с напором, прижимая меня к себе.

Глубокий, обжигающий поцелуй искрился от каждого соприкосновения губ, запуская сноп электрических разрядов по всему телу. Каждое движение, каждый вздох, каждое мгновение были наполнены неистовой страстью. Пробираясь под одежду, обжигающие ладони, словно огненные бабочки, касались моей кожи, нежно, но властно, словно лаская.

Одежда казалась неуместным препятствием, беспомощно мешая полностью ощутить мощь и силу его тела. Он опрокинул нас на мягкую поверхность кровати, нависая сверху, любуясь видом, и в этом моменте время словно замерло, растворяясь в бурлящем водовороте ощущений.

Новый поцелуй был таким глубоким и страстным, что мне казалось, будто мы растворяемся друг в друге. Каждое прикосновение губ – это искра, вспышка, взрыв эмоций, взрывающие все мои пределы.

Будоражащее ощущение, как жаркое дыхание ласкает кожу лица, когда он покрывает поцелуями нос, щёки, скулы. Неистовая стремительность его движений в попытке нащупать маленькие пуговки, чтобы снять ночное платье, подчеркивала всю мощь и страсть его натуры, полностью растворяя меня в этом вихре чувств.

Всё вокруг меркло, оставалось лишь желание сейчас же оказаться перед ним нагой и беззащитной.

Открывшаяся дверь не смутила ни наага, ни меня. И даже тихие шаги, вошедшего и прикрывающего за собой дверь, эльфа, не могли в этот момент оторвать нас друг от друга.

Лишь лёгкие прикосновения прохладной ладони к голым икрам, заставилили вздрогнуть и попытаться отстраниться и встать. Однако, завладевший моими губами мужчина, не давал даже вздохнуть и шевельнуться, прижимая к себе всё крепче и углубляя поцелуй, будто пытался выпить меня досуха.

– Гор, – на секунду оторвавшись, простонала, – стой, пожалуйста.

Ответом стал осоловелый вопросительный взгляд на меня и лукавый полувзгляд в сторону эльфа.

– Да, – кивнула, подтверждая немой вопрос, – я не могу так.

– Присоединяйся, дружище, а то она не может ТАК, – всё, что сказал нааг, прежде чем снова завладеть моими губами, не давая возразить и унося в мир блаженства.

В уютной спальне, залитой мягким утренним светом, двое совершенно разных, как лёд и пламень, мужчин пытались наперебой, то пихаясь, то ругаясь друг на друга шёпотом, умудриться доставить мне одной удовольствие.

Однако, все их попытки единолично завладеть моим вниманием оканчивались взрывом хохота с моей стороны. Как мальчишки, которые не могут поделить одну машинку на двоих, честное слово.

Устав хохотать и уворачиваться от щекотных попыток поцеловать меня то тут, то там, выползла из-под гнёта двух варваров и скатилась с обратной стороны кровати на пол, держась за живот.

– Мальчики, пожалуйста, давайте договоримся, – сквозь всхлипы, пыталась воззвать к разуму двух возбуждённых самцов.

– О чём? – Одновременно и слаженно вопросили эльф и нааг.

Чтоб вы так слаженно в постели работали.

– Я не трофей, – поднимаясь, прошла к Мерлю, опуская ладонь на его плечо, – я не игрушка, за которую нужно сражаться. Я здесь, с вам двумя, не потому что так надо или из благодарности.

Послышался громкий звук сглатывания и звенящая тишина.

– Я с вами двумя сейчас потому что хочу этого, – слаженный выдох, – я хочу вас, обоих. Сейчас.

Однако, пришлось остановить вмиг подорвавшихся мужчин жестом руки.

– Я не договорила, – оборачиваясь к наагу, протянула к нему руку, – я не хочу и не буду выбирать между вами. Я – жадная и хочу вас обоих.

Перевела взгляд с одного на другого, сканируя их реакцию, и не найдя отторжения, продолжила:

– Вас устроит такой вариант отношений?

– Змейка, – подходя вплотную и обнимая за талию, тихо и проникновенно шепчет на ушко Гор, – меня устроит даже вариант, где я лишь один из многих в твоём гареме.

Рычащие нотки в его тихом голосе поднимают волоски на всём теле и запускают толпы мурашек бегать вдоль позвоночника. Его дыхание щекочет шею, перемежаясь с поцелуями и укусами. Его руки обследуют каждый миллиметр тела, сжимая и оглаживая, доставляя удовольствие только этим.

– Хотел бы я возразить, – сзади подходит эльф и наклоняясь, целует оголившееся плечо, беря правую руку в свою и поднимая её к своим губам. – Да нечего…

Поворачиваю голову в его сторону, встречаясь взглядом и, не разрывая контакта, глаза в глаза наслаждаюсь его неторопливыми движениями, лёгкими поцелуями вдоль кисти. Завораживающий коктейль чувств захлёстывает меня с головой от понимания, что я сейчас здесь с двумя потрясающими мужчинами, которые хотят меня так же как и я их.

На стенах и полу играли приглушённые оттенки оранжевого рассвета, придавая атмосферу интимности и нежности происходящему. Запах свежих цветов, доносящийся с улицы через приоткрытые окна, витал в воздухе, дополняя чувственное настроение.

В мимолётном отблеске солнечных лучей, прорывающихся сквозь трепещущие занавеси, взгляды моих любовников наполнялись ярким желанием и моим волнением.

Мужчины обменивались, потемневшими от возбуждения, взглядами, смотрели друг на друга, кивая, будто могли общаться ментально, и в их взглядах читалось взаимопонимание.

Я же чувствовала, как с каждым мгновением, с каждым поцелуем и новым прикосновением их рук, пылаю всё сильнее, ощущая себя центром вселенной.

Медленно стягивая платье вместе с бельём, оставляя абсолютно нагой, они в четыре руки освободили меня от одежды, но не спешили сами разоблачаться. Лишь отвели под руки к кровати, опуская на её поверхность как величайшую драгоценность, располагаясь с двух сторон.

Шелковистые волосы рассыпались по подушкам, создавая ещё больше чувственности. В воздухе витал терпкий аромат страсти. Трепетные прикосновения, полные нежности и вожделения, подчеркивали глубину переживаемых эмоций.

Нежные поцелуи, переходящие в страстные ласки, заставляющие выгибаться и стонать, сыпались с двух сторон.

– Да, – срывающимся стоном прозвучал лишь шёпот, жалобно и просяще.

Запуская пальцы в шелковистые волосы мужчин, пыталась притянуть хоть одного для поцелуя, но лишь оказалась с зафиксированными руками над головой. Пока эльф выцеловывал каждый миллиметр груди, нааг спускался по животу вниз, к бёдрам и средоточию желания, заставляя втягивать живот и вздрагивать от каждого прикосновения горячего языка.

***

Разведя ноги в стороны, он любовался и покрывал поцелуями внутреннюю сторону бедра, мимолётно пробуя на вкус истекающую желанием девушку. Мерль наслаждался её поцелуями и вкусом острых вершинок налитых грудей и алых губ стонущей девушки.

Нежно коснувшись языком центра женственности, он углубил изысканный поцелуй, вызывая гортанные стоны, что нарастали с каждой секундой. Словно по велению самой жизни, его движения становились всё увереннее.

Теряя терпение, он быстро освободился, срывая одежду, отстранившись лишь на мгновение, обнажая свою мужскую силу, и, поднявшись и подтягивая её к себе ближе, вошёл в девушку одним слитным движением.

Тело её напряглось, выгибаясь в восхитительной волне, а вздох, вырвавшийся из её груди, был словно сладкий, тягучий нектар. Ощущение было глубоким и сильным, каждое прикосновение – электрическим разрядом. Каждое движение, каждый стон – подтверждение глубокой связи, которая возникала между ними в это мгновение, накаляя до остроты чувства.

Горячие губы эльфа, скользя по чувствительным местам, будили новые и новые чувства, дополняя движения наага. Взмахи и прикосновения усиливали наслаждение, вызывая невероятные ощущения.

Он чувствовал пульсирующее тепло, а его руки, словно лаская скульптуру, двигались по её телу, вызывая всё более громкие стоны. Его прикосновения были словно искры, разжигающие пламя в её душе. Каждая волна ощущений была новым этапом в этом таинственном путешествии.

***

– Иди ко мне, – протянув руку вниз, ухватилась за край брюк эльфа, заставляя его подняться и встать на коленях у моего лица.

Сбиваясь, судорожно развязывала тесёмки, сетуя на того, кто так затянул их туго. Издав восхищённый смешок, Мерль отвёл мои руки и встал, снимая одежду, гипнотизируя взглядом, обещая самое лакомое.

Он вернулся ко мне, пригладив растрёпанные волосы, а его вздыбленное достоинство уже дразнило, налитой головкой и выступившей капелькой, моё желание.

Вырывая из него вздох сквозь зубы, взялась рукой за ствол, пробуя на вкус изнывающий член эльфа. Каждое прикосновение к нему вызывало дрожь в мужчине, эхом откликающуюся в моём теле. Накал страсти ощущался физически, как волна, которая готова была захлестнуть, оставляя после себя глубокий след желания.

Его взгляд был сосредоточен на моих движениях, устремлён прямиком в мои глаза, изучающий, буквально проникающий в сущность этого действа. В нём отражалась глубина страсти, глубокое желание обладать ещё глубже и полнее и неописуемое возбуждение горело в разноцветных глазах правителя Велориана. Терпкий запах его возбуждения, словно эликсир, пропитывал всё вокруг, вдохновляя доставить ему удовольствие.

Вздохнув поглубже, прильнула к нему, проталкивая его глубже в горло, утоляя страстное желание, что уже давно пылало внутри. Ощущение единения с обоими мужчинами было волшебно, переполняло каждую клеточку моего существа энергией.

Казалось, мы растворились в моменте, теряясь в потоке взрывных чувств. Каждое прикосновение, каждый стон мужчин были ключами к новым открытиям, в которых я обладаю двумя самыми исключительными и потрясающими мужчинами этого мира…

Я наслаждалась каждым движением, каждым стоном и тем, как они закрывали глаза, чтобы насладиться этим завораживающим танцем душ.

***

Свобода чувств и искреннее желание объединили любовников в едином потоке эмоций. Каждый из них получал удовольствие от этой близости, от этой полноты чувств.

Это было больше, чем просто секс. Это было единение жизней, обмен эмоциями и глубокое слияние судеб. В этом моменте чувства переливались, словно радуга, раскрашивая жизнь трёх существ, предназначенных друг другу судьбой, яркими красками.

Долгое ожидание и напряжение сменились глубоким удовлетворением. Слияние тел и чувств создало новый мир наслаждения и откровений.

– Судьба неотвратима, – Нард подглядывал за тем, что происходило в спальне реинкарнации Нейи, через зеркало богов.

Мгновением ранее он разнёс в щепки всю мебель, крича и метая сгустки первозданной разрушительной силы в стены своей обители, обрушивая и уродуя их.

– Судьба неотвратима, – повторил он, опускаясь на пол и приваливаясь спиной к оставшейся кучке камней. – Ты никогда не будешь моей?

Жалобный всхлип отчаявшегося бога потонул в кульминационном стоне наслаждения любовников, чей образ показывало коварное и совершенно безвинное зеркало.

Ведь это лишь зеркало…

*****

Утро наступило как-то очень внезапно. Хоть я и не успела отвыкнуть от вездесущего пернатого будильника, но крик настырного петуха, будто бы под самым ухом, заставил подорваться мгновенно, хватая ртом воздух и давясь затёкшей слюнкой.

– Зараза, – глухо откашливаясь и потирая глаза, пыталась проморгаться, подавляя сосущее чувство, которое возникает, когда тебя вырывают из глубокого сна. – А мне снилось море, чуть не захлебнулась…

Осмотревшись, поняла, что рассвет только планирует своё пробуждение, а в постели, кроме меня, никого больше нет.

– Оп-па, куда делись?

Подползла поближе к краю кровати, что был ближе к выходу из комнаты и, спустив ноги вниз, зависла. Как говорится: поднять – подняли, а разбудить забыли…

– Мерль, нам нужно ехать, – из-за приоткрытой двери доносились голоса, говорившие очень напряжённо.

– Не понимаю, причём тут мы с Алианной, – как категорично.

– Нужно представить её как будущую императрицу Ю`ань-Ти.

Я, конечно, догадывалась, что змей не так прост, как пытается казаться, но чтобы целый император? Ещё один правитель?

Пытаясь проморгаться и подобрать с пола упавшую челюсть, сидела на краю кровати и слушала дальнейшие пререкательства мужчин. Когда услышала тяжёлый вздох и шаги, приближающиеся к двери, быстро перемахнула на другую сторону постели и зарылась с головой в одеяло, замирая.

– Спит, – шёпотом констатировал эльф и, улёгшись рядом, обнял прямо так, закутанную в одеяло.

– Я всё подготовлю к отъезду, – судя по шороху, Гор одевался, – вы отдыхайте.

– Ладно, – в голосе эльфа слышалась улыбка.

Забавно, как эти двое, такие разные, показавшиеся мне изначально врагами, вот так запросто общаются и договариваются. Надо будет узнать, что с этими двумя за история.

За мыслями о мужчинах и их жизни до меня, не заметила как провалилась обратно в сон. А проснулась от щекотных поцелуев и ласк. Потягиваясь и пытаясь втянуть максимально живот, задала вопрос очень сонным голосом:

– Ты чего делаешь?

– Пора вставать, змейка, – томно произнёс нааг, продолжая прокладывать дорожку поцелуев по животу вниз, возбуждая и и заполняя всё тело ощущением предвкушения, но остановился на самом интересном и, вставая, дёрнул меня за руки, поднимая на ноги прямо в постели.

– Гор! – Только и успела взвизгнуть, как меня подхватили и закинули на плечо.

Очень, скажу я, удобное и широкое плечо. Вдогонку хлопнул по попе, выбивая визг от неожиданности. Думаю, мой хохот было слышно даже на улице, ведь этот образец брутальности и жара так и вынес меня на улицу, и направился на задний двор.

А я только и успела увидеть пару ошарашенных лиц, мимо проходящих девушек. А с другой стороны улицы раздались одобрительные возгласы и свист от парней.

– Я тебя покусаю! – Попыталась я угрожать, хлопнув наглеца по его круглой и крепкой заднице, но в ответ получила лишь более крепкое пожатие на своей и грудной вибрирующий смех.

Боже, от одного этого звука, мурашки пустились галопировать по телу, скандируя имя мужчины в лучших традициях черлидинга.

– Я приготовил ванну, – поставил меня на помост, разворачивая за плечи лицом к огромной деревянной бочке, больше напоминающей бассейн.

– Ох, – от восторга я и забыла как дышать, ведь вокруг этой импровизированной ванны очень тщательно были расставлены кадки со шпалерами и вьющимися на них розами и клематисами, образующими живой заслон для бассейна. – Красота…

Развернувшись мигом, просто бросилась на шею мужчине, обхватывая его и руками, и ногами, целуя в податливые губы. А он в долгу не остался и, отвечая на поцелуй, направился прямиком в воду. Как был, в одежде.

Раздевались мы уже сидя по плечи в воде, смеясь и пытаясь отодрать от кожи прилипшую мокрую одежду. Так нас и застал Мерль. Однако, эльф оказался благоразумнее и разделся вне бассейна.

Когда оба мужчины уже занялись обмыливанием моего тела и волос, я вспомнила, что не видела собак, о чём собиралась сказать, когда получила в лицо целый сноп брызг от влетевшей в воду Тучи.

– Тучка! – отплёвываясь и смеясь, поймала, плывущую и явно наслаждающуюся учинённым безобразием, собаку.

А следом прыгнули в воду и Дэни с Ми, накручивая круги вдоль бортиков.

Лукавые взгляды мужчин и сдвинутые брови, поджатые губы говорили о том, что они рассчитывали на продолжение немного в другом ключе, но девчонки немного подпортили планы. Но я была довольна. Наконец, мои любимые рядом, те, кого я люблю, и которые любят меня.

Умудрилась даже отмыть шкурки собак с помощью эльфа. Он подсказал, что вода обновляется здесь, ведь их маги выдумали какую-то целую систему фильтрации и циркулирования воды. Потому ни шерстинки, ни грязинки в бассейне не осталось к моменту как мы выбрались из воды.

Одеться, позавтракать обедом, и отправляться в путь – краткий вердикт от наага. Оставалось лишь смириться и плыть по течению.

Выезжали мы ближе к вечеру, провожаемые чуть ли не всеми жителями деревни и замка.

За старшего Мерль оставил кого-то из своих советников, я не вникала. Не прельщает меня влезать в управление государством. А потому сидела себе тихонечко на спине осёдланного Альтаира и помалкивала, улыбаясь на все пожелания людей и эльфов.

Собаки лежали у ног коня, ожидая отбытия. Мерль и Гор, верхом на родителях Альтика, раздавали последние распоряжения магам и старостам ближайших деревень.

С нами вместе отправлялись ещё и несколько ездовых буйволов, которые были настроены явно последовать за нами, даже если бы их связали и закрыли в сарае. Возражать не стали, а Гор даже был крайне доволен, объясняя своё настроение тем, что их боятся даже ден`р`амы.

Ехали не спеша, то разговаривая о пустяках, то молча. И, вот, задумавшись об утренних своих вопросах, не заметила как задала их вслух, бубня под нос:

– И почему они сначала так враждебно друг к другу относились, а теперь шутят, вспоминают прошлое?

– Мы дружили, – поравнявшись со мной, Гор, ответил, заставляя вздрогнуть. И он это заметил, – прости, не хотел напугать.

С другой стороны ближе подъехал Мерль и на мой немой вопрос лишь вздохнул, поджимая губы и отворачиваясь.

– Расскажешь? – Нагнувшись к нему, тронула его руку, привлекая к себе внимание.

– Пусть Гор расскажет… – вырывая руку из моих пальцев, эльф пустил в галоп кобылу, оставляя меня в недоумении.

Странные какие-то у него перемены настроения. Больно резкие и неприятные.

– Мерль…

– Оставь его, я расскажу. – Нааг замедляет шаг коня и притормаживает и нас с Альтаиром, начиная свой рассказ.

– Мы родились с ним почти в одно время. Наши отцы были друзьями детства. Матери не были знакомы, но благодаря частым поездкам правителей в гости друг к другу, тоже подружились.

Младенчество провели то с одной кормилицей, то другой. Вместе чудили, вместе получали нагоняй. Отцы не делали различий “мой-чужой”. По хребтине получали от того, на чьей территории засветились. – Он рассмеялся, вспоминая забавный момент, – как-то раз нас высекли на колодезной площади прямо в одной из деревень. Староста лично порол обоих.

– За что?

– А, мы, два дурака, украли только что выкрашенные дорогущие полотна ткани у местной мастерицы и сделали себе шалаш в лесу.

– Ого..

– Не жалею ни о чём, шалаш был чудо как хорош! – Смеясь, продолжал рассказ нааг, заражая своим весельем. – За такой и получить не стыдно!

– Думаю, ты прав.

– Наши ущелья всегда были и остаются богаты минералами, драгоценными камнями, металлами, и мы всегда успешно торговали с Велорианом. Они продавали нам продукты, зелень, растили для нас животных, а мы расплачивались добытыми ресурсами.

Но потом что-то случилось с моим отцом. Он закрылся ото всех, пропадал постоянно в своём кабинете. Потом разорвал все торговые и дружеские отношения с отцом Мерля, запретив и нам общаться.

С каждым днём он становился всё более злобным, повторяя одно и то же, словно заведённый, что поганые эльфы и поганые людишки не достойны иметь больше нас и жить на плодородных землях, оттесняя нас в ущелья и под горы, как подколодных змей.

Мать пыталась вразумить его, но в итоге лишь была сослана в дальний дворец, из которого уже не вернулась, заболев и скончавшись в одиночестве. – В голосе наага слышался гнев и ярость.

Я слушала рассказ мужчины, затаив дыхание и словно наяву видя бедную женщину, оставшуюся в одиночестве, всеми забытую и покинутую, красивую брюнетку, которая постепенно угасала.

– Уже спустя многие годы я узнал причину резкой перемены в поведении отца. – Он взглянул прямиком на меня, сомкнув челюсти и глубоко дыша, пытаясь успокоиться.

На руках и щеках наага проступили чешуйки и стали вырастать шипы.

– Гор, – направила коня ближе, соприкасаясь с ним ногами и трогая за руку, – ты не знал, не мог знать.

– Должен был… – горько произнёс он, но руки не вырвал, сплетая наши пальцы, и поднёс их к губам, оставляя нежные поцелуи на тыльной стороне моей ладони.

– Богиня тления и смерти, Карма, нашептала ему о том, что наагам Ю`ань-Ти не пристало якшаться с никчемными людишками и эльфами. Я был подростком, когда риторика и политика государства в отношении соседей поменялась и воспринял слова о предательстве со стороны Велориана за чистую монету.

Меня не удивило, что появились бездушные слуги, ден`р`амы, – на мой немой вопрос нааг пояснил, – те твари, что напали ночью.

Для меня слово отца было непререкаемым. Даже когда Мерль тайно появился в замке и пытался выяснить, почему нааги совершают набеги на долины, разоряя поселение за поселением, я лишь подставил его, сдавая отцу…

– А тот, в свою очередь, оставил меня сиротой, – слева раздался бесстрастный голос эльфа, заставив вздрогнуть и обернуться.

– Что?

– Он отправил гонца отцу, что его единственный наследник в плену и если он не явится к нему, то моя голова отправится в Велориан в мешке.

– Мерль…

– Я считал, что это нормально. Велориан, по словам отца, наживался на нас, они получали сундуки с каменьями, монеты, а взамен лишь горстки провизии отправляли назад… – Эльф на эти слова отвернулся, играя желваками, но промолчал. – Лишь проведя тщательное расследование спустя многие десятилетия, я узнал, что большая часть провизии уничтожалась намеренно, чтобы накалить обстановку.

Но было уже поздно, контракт, что заключил отец с Кармой уже вступил в силу и разорвать его я не могу до сих пор, хоть и стараюсь сдерживать атаки, – он обернулся к другу детства и ныне побратиму – Мерль, поверь мне, я ищу способ разорвать чёртов контракт!

Сердце разрывалось от боли в голосе наага и глазах эльфа. Но что я могла сделать? Это их прошлое…

– Но что имеет сама Карма? – Задала вопрос, что мучил меня с самого первого упоминания этой проклятой богини.

– Души.

– Ей нужны души разумных существ.

Одновременно раздался ответ с двух сторон.

– В первую войну было уничтожено множество разумных животных, таких как зол`гарры и скайхок… Помогал тогда Карме бог войны Нард. Он питался эманациями, которые исходили от воинов во время сражения, – с ненавистью сплюнул Мерль.

– А он то чего влез? – Я хотела понять, что знают мужчины, ведь примерно помнила, что рассказывала мама во сне.

– Он мстил нам, – поднимая на меня глаза, прошептал эльф.

– За что? – Затаив дыхание едва слышно задала вопрос.

– За любовь.

Понятнее не стало. Но я догадывалась, что всё не так просто, как может показаться. Прокашлявшись и выдерживая достаточно долгую паузу, Мерль Таэрон продолжил.

– Богиня жизни, Нейя, спустилась к нам с небес, когда начались набеги тварей Кармы, чтобы помочь восстанавливать уничтоженные ими деревни и природу. – Отвернувшись, тихо продолжал рассказ блондин.

Ветер едва шевелил его распущенные волосы, придавая трагичности. Но вокруг было абсолютно не слышно звуков, даже топот копыт и дыхание ушли на второй план, настолько атмосфера вокруг нас сгустилась. Эльф замолчал на время.

– Мы полюбили друг друга, – он вернул мне своё внимание, продолжая повествование, – Нард желал сестру, но Нейя отдала своё сердце мне.

Признание мужчины больно резануло по сердцу, хоть я и помнила слова матери, что я, вроде как, реинкарнация этой самой Нейи.

Я молчала и эльф снова вернулся к воспоминаниям.

– Она погибла, спасая своих родителей в последней битве. Карма убила её, – слёзы выступили на разноцветных глазах мужчины, придавая им вид драгоценных камней, – и нашего сына…

От последних слов сердце защемило, заставляя скривиться и внизу живота пульсануло, будто кто-то пытался толкнуться, что заставило меня накрыть обеими руками живот в защитном жесте и это не осталось незамеченным.

Взгляд притихшего наага выражал лучезарное счастье, а брови эльфа взлетели в изумлении на лоб, однако, что один, что второй просто промолчали и лишь слегка улыбнулись.

– Спасибо, что поделились, – перехватывая поводья, приостановила Альтаира, – для меня очень ценно, что вы рассказали мне всё без утайки. – Меняя тему, слегка сдавила бока коня, понукая его двигаться дальше, – нам ещё далеко?

– Нет, змейка, – ответил Гор, – к утру будем на месте.