Глава 24.

– Какая занимательная история, – подошедшая сзади, она облокотилась на плечо Нарда, заглядывая в зеркало, через которое бог войны наблюдал за группой, направлявшейся в змеиный замок, – не находишь?

– Ты что здесь делаешь? – не отрываясь от созерцания тройки путников, задал вопрос настырной богине.

– Зашла проведать тебя, – с деланным равнодушием она убрала руки и отпрянула от передёрнувшего плечами мужчины, – говорят, ты разнёс половину резиденции на днях.

– Пошла вон…

– Дорогой, она узнала уже достаточно о тебе, чтобы никогда тебя не принять даже в качестве коврика под своими ногами, – издевательски бросила Карма, тряхнув своей огненной шевелюрой и поправляя и так идеально сидящее алое платье.

– Карма, – угрожающе прорычал взбешённый Нард, поворачивая в её сторону злое лицо. – Пошла. Вон.

Не удосужившись даже попрощаться, лишь хохоча, тварь истаяла, оставляя за собой только отзвуки эха омерзительно довольного хохота.

– Мразь…

***

Мы приехали довольно быстро на место, останавливаться по пути не было желания, да и ехать верхом на скайхок было комфортно. Спина не уставала, попа не отваливалась. Ход коней был мягким и плавным.

Рассвет собирался только только предъявить свои права на небосвод, прогоняя последние оттенки ночного мрака. Пейзаж, с зелёного на каменисто-рыжий, сменился ещё час назад по ощущениям и сейчас редкие красные блики по стенам ущелья придавали этому месту загадочности и сказочной красоты.

– До замка осталось минут десять неспешной езды. – Предупредил змей, поравнявшись со мной и эльфом.

Собаки семенили впереди, а быки позади, практически нос к хвосту наших коней. Удивительно, как эти, казалось бы, неповоротливые животные удерживали наш темп передвижения. Ни единой остановки мы не сделали за ночь.

– Когда прибудем на место, я сразу провожу вас в свои покои, никому не доверяйте, – продолжил тем временем нааг, – Мерль, прошу, ни с кем не вступай в разговор. Я сам сначала всё обследую, чую, что-то случилось пока меня не было… Потом будем уже представлять тебя как моего побратима, а Алианну, как нашу жену и императрицу наагов и королеву Велориана.

Эльф лишь кивнул, соглашаясь и настороженно оглядываясь по сторонам. Он держал руку на эфесе меча, готовый в любой момент отразить нападение. Однако, этого не потребовалось. Мы спокойно дошли до замка, спешились и окольными путями отвели лошадей и быков в личное крыло Гора, где был свой закрытый дворик, по типу азиатских, из которого вёл узенький и низкий мостик к небольшой пагоде, пересекая систему водоёмов.

На мой немой вопрос, мол, а как же история с запустением и отсутствием зелени? Гор усмехнулся и, взяв за руку, шутливо произнёс:

– Так прошли годы, мы же не можем жить от набега до набега. У нас есть инженеры, которые изучают недра, мы нашли источники воды и пока только во дворце, но сделали островки зелени.

– Так это же замечательно!

– Я тоже так считаю. – Перехватил фразу змей и повёл нас дальше, оставляя скайхок и быков щипать травку на полянке. – Только, вот, есть у меня тут… несколько подколодных, которым такой расклад не нравится. Гадюки поганые… Им лишь бы убивать.

Слово за слово мы достигли массивных дверей в двухэтажный дом.

– Здесь мои покои, – не глядя на застывшую в изумлении охрану, он толкнул двери, распахивая их и пропуская вперёд сначала меня, затем Мерля. – Располагайтесь.

***

Оставил девушку и друга отдыхать, а сам направился в комнаты Таара, чтобы устроить нагоняй засранцу, который должен был нас встретить, но даже хвоста не показал на западных воротах. Однако, наага не оказалось в комнате, а на полу обнаружились засохшие капли крови и небольшой, но беспорядок в его вещах.

Чтобы Таар оставил беспорядок?

– Да, твою ж… ур Х`тал`ск`ан, поганое ты отродье подколодной змеюки! – выругался в сердцах, направляясь в тронный зал.

И опять то же чувство дежавю на входе. Этот старикашка на троне, совет коленопреклоненно стоит перед ним не поднимая глаз, Таара нет.

– Интересно, этот зал, вообще, отдыхает в моё отсутствие? – Не скрывая сарказма, чеканя каждый шаг, двигался к резко побледневшему старикашке.

– Ваше величество! – Тут же вскочил он, отползая в сторону, опуская голову и пряча глаза.

– Где В`Х`Таар? – Задал единственный вопрос, глядя на пресмыкающегося старого змея.

Послышался звук, похожий на икоту и дальше тишина.

– Ещё раз: где В`Х`Таар?

– Он.. в… в ть-тем`нь-ниц… – заикаясь начал змей.

Договорить гадине я не дал, зыркнув в его сторону, тут же выпуская свою ауру, покрывая ею всё пространство зала и надавливая на подлого предателя, что каждый раз так и норовит занять мой трон.

Под давлением нааг кивнул страже и те мигом рванули, видимо, освобождать Таара. Интересно. Значит, моего присутствия и вопроса, где мой побратим, не достаточно, чтобы подорваться и освободить его?

Далеко же ты пустил свои уды… А я и не заметил. Я не хотел замечать.

Уже другим взглядом обвёл первый ряд советников, рассматривая каждого отдельно. Ведь у каждого из них в моём гареме есть хотя бы одна дочь. И каждый ждёт, что именно дочь его рода займёт место императрицы рядом со мной.

Надо придумать как ввести Алианну во дворец, чтобы не пришлось на следующее же утро хоронить девушку.

Предаваясь не самым радужным мыслям, не заметил, как в зал ввели едва передвигающегося, истерзанного белого наага, который рухнул бы, если бы его не вели под руки.

Вид друга вызвал не просто волну гнева, а волну ярости и бешенства, давая толчок к обороту. Вырываясь на свободу первородный Юань-Ти разнёс трон и две янтарные колонны в щепку, бросаясь на советников, но останавливаясь в миллиметре от их лиц, вглядываясь в каждое по очереди и пробуя языком их эмоции и читая как раскрытую книгу их мысли.

– Тва-р-р-ри-и-и, – шипел и рычал змей, едва сдерживаясь, чтобы не заглотить целиков всех, кто пах предательством.

Когда накал был уже на пределе, метнулся в сторону Таара, подхватывая его и удерживая уже своими руками, находясь в полу-трансформации. И не говоря больше ни слова, унёс его в свои покои.

По пути зацепил встреченного случайно лекаря и отправил его за всеми возможными лекарствами. Встретили нас на пороге стражи девушки, которых Алианна называла собаками. Они же оповестили девушку и Мерля, о моём прибытии.

– Боги! Гор! – Она подлетела к нам, сразу же начиная командовать, – давай его сюда, на кровать, клади. Кто же его так?

– Есть тут несколько мерзостей…

Договорить не смог, вошёл лекарь, с толпой помощников и кучей подносов, на которых дымились мази и снадобья.

– Чем я могу помочь? – Участливо заглядывая в лицо, она нежно гладила мою щёку.

– Просто… – ком сдавил горло, не давая говорить и я решил, что не буду пытаться, просто крепко обнял девушку, поднимая вверх и устраивая её ногами на ближайшем столике, пряча лицо на её груди.

Она гладила мои волосы, прижимая к себе и успокаивала, шёпотом обещая, что покарает тех, кто потрепал и истязал белого наага. Я же, не мог больше сдерживаться и беззвучно рыдал, задаваясь вопросом, за что мне ниспослан такой подарок Небес в виде неё и как мне защитить эту хрупкую драгоценность.

***

Белый нааг был явно дорог Гору и видя его плачевное состояние и мертвенную бледность, я понимала состояние любимого. Его трясло. Казалось, что этот сильный мужчина, что так храбро сражался, был готов отдать последний вздох за меня, надломился, видя, что не смог уберечь друга.

В том, что белый был другом Гора не было сомнений. Я видела его в ту ночь, нашего знакомства. И то, что сейчас лежало на кровати, совсем не походило на сильного и прекрасного луноликого наага.

Лекари возились с ним долго, промывая каждую ранку, зашивая глубокие разрывы и смазывая их лекарствами. Мерль вообще не отсвечивал, усевшись за письменный стол и быстро писал что-то, складывая в стопку листы.

Еле удалось уговорить Гора оставить лекарей делать их работу и отправиться немного отдохнуть. Пару часов потратила на то, чтобы нааг заснул. Выбралась из постели и поймав одного из помощников лекаря, попросила его помочь с тем, чтобы нас покормили.

Парнишка, понятливо кивнув, уполз быстро выполнять просьбу и вернулся уже с толпой служанок, что несли подносы с едой.

Будто попала в змеиную Азию. Красивые прозрачные наряды, которые больше открывали, чем скрывали, тонкие разноцветные хвосты, замысловатые украшения, длинные волосы прелестных змеек и чарующе прекрасные лица.

– Госпожа! – Одна поклонилась в пояс, обращаясь ко мне. – Мы принесли вам небольшой перекус, Госпожа.

– Спасибо, – улыбнулась девушке, ловя в ответ от неё восхищённый взгляд и ответную улыбку.

– Мы оставим всё на столиках, Госпожа, – она махнула девушкам, безмолвно призывая исполнить её слова.

– Да, конечно, – я отвлеклась на стон, донёсшийся со стороны белого наага и рванула туда, заметив краем глаза, как побледнела девушка и схватилась за сердце.

Остановилась, вглядываясь в обеспокоенное лицо наагини и мурашки прошили тело пониманием, что так не смотрят на рядового незнакомца и даже знакомца. Так всматриваются в лицо любимого. Таар был дорог этой красавице.

Занятая своими мыслями, роняя горькие молчаливые слёзы, девушка не заметила как я я подошла к ней и тронула за руку, а потому шарахнулась в сторону.

– Ох, простите, Госпожа! – Она упала на пол, пряча лицо и простирая руки к моим ногам, – я не хотела вас оскорбить!

– Прекрати, милая, – нагнулась, поднимая её, – ты ничуть не оскорбила меня, я сама виновата, напугала тебя.

Кивнула в сторону притихших служанок:

– Отпусти девушек, а сама оставайся здесь, – подмигнула, ошарашенно смотревшей на меня, девушке, – мне нужна твоя помощь.

***

Молодую змейку звали Элапида, она была наложницей Гора, но ни разу не была в его покоях, потому что каждый вызов сказывалась больной и совершенно не хотела быть разменной монетой своего рода и отца, что бредил троном и властью, как и большинство старейшин, состоявших в совете.

– Ты любишь белого наага? – видя смущение девушки, задала тихий вопрос.

– Да, – так же тихо ответила она и потупила взгляд.

– Мерль, разбуди, пожалуйста, Гора, – обратилась к эльфу, который так же что-то строчил и сразу же отложил свои письмена.

Он кивнул, бросив удивлённый взгляд на меня и девушку, что сидела рядом, свернув свой красно-чёрный хвостик кольцами и устроившись на нём как на стуле.

– Госпожа, – она обратилась ко мне, – вы сказали Мерль? Король Велориана здесь?

– Думаю, тебе можно доверять, – не ответила напрямую, – никому об этом пока знать нельзя.

– Конечно, Госпожа!

За трапезой и знакомством с прекрасной змейкой прошло ещё несколько часов, за которые лекарь таки закончил приводить в божеский вид белого наага. Гор и Мерль перекусили в полнейшем молчании и лишь я щебетала, пытаясь разрядить обстановку. Однако, выходило, судя по наэлектризованности воздуха, не очень.

Было решено, оставить Элу рядом с Тааром. Там же остались собаки, устроившиеся на топчане после сытного то ли обеда, то ли ужина, присматривать, а мы же отправились в спальню Гора.

Настроения на интим не было никакого, да и мужчины, едва коснулись подушек, сразу отрубились. А я лежала и думала, что же ещё нас ждёт в ближайшем, и не очень, будущем.

Глядя в красиво расписанный потолок, решила, что надо попытаться уснуть и возможно выйти на связь с богиней, что назвалась моей мамой. Аэлинор. Так она сказала, что её зовут.

– Аэлинор, – тихо позвала, прикрывая глаза и вызывая в памяти образ мамы, которую я помнила и знала, – мама…

***

– Доченька? – Раздался голос, а затем появилась и сама богиня, выходя из искрящейся дымки.

– Мам, – протягивая руки к ней, просканировала пространство, затянутое молочным туманом, – я сплю?

– Да, милая, – кивнув, подтвердила Аэлинор, – ты звала меня. Что-то случилось?

– Мам, ты рассказывала сказку о богах, – помедлив, пожевала губу, собираясь с мыслями, – я не знаю как начать, – улыбнувшись, призналась ей и вздохнула.

– Начни с начала, – предложила она и, взяв за руку, отвела меня сквозь туман к появившимся будто из ниоткуда диванчику и столику с угощениями.

Собравшись с мыслями, поведала богине, выглядящей как моя родная мама, о своих мыслях относительно того, что я всё-таки реинкарнация местной богини жизни – Нейи, чем вызвала у неё улыбку и облегчённый вздох.

– Так это правда…

– Да, милая.

– И что же мне со всем этим делать? – Растерянно задала вопрос в пространство.

– А что подсказывает тебе сердце?

– Получается, и Мерль, и Гор знали меня раньше? – подняв глаза, прямо взглянула в глаза богини.

– Только эльф, родная. Змей не был с тобой лично знаком.

– И у меня есть брат, который меня ненавидит и… с ним – Карма, богиня, которая меня убила? – Задала главный вопрос, ожидая ответа, затая дыхание.

Я видела, как тяжело ответить Аэлинор на поставленный вопрос. Она, как и любая мать, любит своего ребёнка, даже если он творит несусветную дичь. Нард – её сын, сбившийся с истинного пути.

– Мам, зачем я здесь? – Новый вопрос сорвался с губ раньше, чем я успела его осмыслить.

– Чтобы вернуть в этот мир жизнь, – грустно улыбнувшись одними уголками губ, мама сгорбилась и на глазах постарела. – Аэтерния умирает. Новых существ не рождается практически, старые доживают и умирают, исчезая, не отправляясь на перерождение. Некому молиться, и мы, Боги, тоже умираем. А ты – наша последняя надежда на спасение.

– Но я же смертна, мам.

– Отец, – она запнулась, сканируя мою реакцию, – Адикх готов провести ритуал введение в пантеон. Ты станешь богиней жизни. Тем более…

– Что?

Она так странно скосила глаза в сторону моего живота, произнося последние слова. А затем, поджав губы, она замолчала и отвела взгляд, не глядя больше в моё лицо.

Это движение было не просто жестом, оно было наполнено страхом. Её губы, плотно сжатые, свидетельствовали о том, что внутри неё кипят эмоции, которые она не хочет или не может выразить словами.

В этот момент в воздухе повисло ощущение неловкости, словно время замерло. Я заметила, как её глаза чаще искали чего-то вдали, будто она смотрела мимо меня.

Эта внезапная тишина была пронизана напряжением, и мне стало интересно, какие мысли так настойчиво терзали её душу. Каждый миг, когда она избегала встречи взглядами, казался вечностью, а я чувствовала, как между нами образуется невидимая преграда, которая препятствовала только что образовавшемуся пониманию и близости.

– Мама! – Надавливая голосом, произнесла чётко по слогам. – Что “тем более”?

– Ты ждёшь малышей. – Он проговорила это настолько быстро, что мне показалось, будто я ослышалась.

– Ч-что? – решила переспросить, но всё было написано на её лице.

Шок отразился теперь уже на моём лице, вызывая мгновенное изменение в его выражении, будто мир вдруг раскололся на две части – ту, где я жила в полном сознании своей беспомощности, и ту, где накрыла эмоциональная волна, полная необходимости жить, бороться и лелеять надежды на будущее.

Внутри меня поднялась буря: страх переплетался с восторгом, создавая эмоциональный коктейль, который я не могла понять. Мысли метались, как птицы в клетке, беспорядочно и неукротимо, а сердце бешено колотилось, словно хотело выпрыгнуть из груди, гоняя кровь по венам, не позволяя ни на мгновение сосредоточиться на реальности.

Я беременна! Эта мысль расцветала внутри меня, как весенний цветок, пробивающийся сквозь снег. Я, которая отчаялась родить в своём мире, со страшным диагнозом “бесплодие”, теперь стою на пороге нового, неизведанного пути в новом мире.

– Ладно, я поняла, – инстинктивно накрывая ладонью живот, вновь заговорила я. – Что за ритуал и как его провести? Что для этого нужно от меня?

– Я поговорю с Верховным и… – начала было она и задумалась.

– Хорошо, когда будете готовы, просто свяжемся через сон? – С улыбкой предложила, накрывая мамину руку своей, – Мамочка, не переживай, всё будет хорошо.

Блеснувшие в её глазах слёзы отозвались щемящей болью в сердце, но я решила не показывать ей этого. Не стоит ещё больше расстраивать бедную женщину. Ей и так пришлось не сладко. Делать выбор всегда сложно, но делать выбор между родными детьми…