Глава 34. Скелеты, из шкафа — вперёд! Ать-два!

Есть у любого, что скрывать —

И левого и правого,

А вот в стремлении всё знать

Есть что-то от лукавого.

Вячеслав Щедрин

Мы вернулись в комнату, где проходила трапеза, в полном молчании. Все переваривали произошедшее. Кажется, даже жрица не ожидала такого результата. Интересно, мой ангел-хранитель приложил к этому руки, или местные боги вели какую-то свою игру?

Наконец великий мастер нарушил тишину, предварительно залпом выпив полный бокал вина.

— Что ж, Эльсина и Берис, добро пожаловать в семью. В этой суматохе мы упустили очень важное — не представились. Прошу прощения за досадную оплошность. Моё имя Да́львист Пятый из рода Сирриасвиль — владыка Ласконии, великий мастер, — наклонил голову правитель, — а эта прекрасная женщина рядом — Луки́ния: моя Половина Сердца и супруга, владычица и мать народа асков. Думаю, вы уже поняли, что обращение «великий мастер» и «владыка», «мать народа» и «владычица» соответствует принятому в Эрсолизии именованию «ваше величество» или «повелитель», но вам теперь позволительно называть нас по именам, как и принято у родственников. Миведия, — обратился Дальвист к жрице, — вероятно, Великая Богиня указала степень родственной связи для Эльсины и Бериса?

— Богиня явила волю принять их в семью правителей Ласконии, а в этом случае Эльсина и Берис уже стали для вас духовными дочерью и сыном.

— Я понял тебя, старейшая. Народ Ласконии должен узнать о воле Великой Диритремис.

После произнесённой склеротичным ихшиством речи, матушка Русколя неожиданно для нас с Берисом встала и по очереди обняла, поцеловав в обе щеки и лоб.

— Я счастлива, что Великая Мать послала мне дочку, — шепнула женщина, а у меня сердце сжалось — на секунду показалось, что это мама, оставшаяся в прошлом мире, прижала меня к груди.

Берис после обнимашек с владычицей выглядел растерянным. Он с младенчества не знал материнской ласки, а тут вдруг такое случилось. Дальвист повторил за супругой церемонию и величественным жестом предложил всем присесть.

— Завтра я издам указ, закрепляющий права и обязанности наших духовных детей, но это не отменяет просмотра воспоминаний, Эльсина. Не потому, что не доверяем тебе. Это позволит больше узнать о будущих союзниках.

— Союзниках?

— Ты удивлена? Думаешь, что может нам предложить Эрсолизия, если технически мы вас превосходим в разы? Думаю, мы найдём, что обсудить.

— А почему сразу не предложить союз самому асору?

— Дойдёт очередь и до асора, — загадочно улыбнулся правитель. — Ты готова сейчас к тому, чтобы Миведия просмотрела твои воспоминания?

— Готова. Только у меня есть вопросы по поводу вашей Великой Матери. Почему в Храме две статуи? Они совсем не похожи друг на друга. Почему вторая не видна всем? Это потому, что она такая… ммм… необычная? — еле нашла нейтральное слово, чтобы не обидеть ненароком аборигенов, ведь я пока не имела представления о их верованиях и пантеоне небожителей, если таковые имелись, кроме Диритремис.

— Спрятанное изображение божества — очень древнее. Оно стояло в Первом Храме ещё до общего исхода с… исконных земель. А большую статую изваяли уже здесь, когда начали появляться разделённые. Поэтому фигура Великой Матери скрыта одеждами. Несколько веков назад произошли бурные споры между жрецами и богословами, которые чуть не закончились восстанием, но им в итоге удалось договориться. Древнюю статую скрыли за другим изваянием, изменили некоторые общие правила проведения церемоний для не жреческого сословия. Более подробно из того, что можно открыть непосвящённым, тебе поведает Миведия.

— Разделённые? Кто они?

Новые родственники переглянулись, вероятно, решая, можно ли мне открыть доступ к информации. Наконец глава семьи легонько кивнул Русколю, и тот принялся объяснять.

— Дело в том, что у нас сейчас три пола. В незапамятные времена аски совмещали в себе признаки мужчины и женщины. Не существовало понятия «муж» и «жена», а было — «супруги». Зачать дитя могли оба, ибо во время любовного соединения входили друг в друга и как мужчина, и как женщина. Но по какой-то причине, уже после того, как наш народ нашёл пристанище в этих горах, стали рождаться дети, у которых имелись признаки только одного пола, а у изначальных постепенно исчезла возможность рожать детей, хотя строение тел осталось почти прежним. Теперь они больше мужчины, чем женщины. Изначальные могут произвести потомство, соединившись с истинной женщиной, поэтому у нас женщины — драгоценность. Их только треть населения.

— Так супруги становились во время любовного соединения дающей и принимающей семя стороной по очереди? — решила уточнить, наплевав на условности и не щадя тонкую душевную организацию присутствующих дам.

У бабушки Миведии после моих слов дёрнулись вверх брови, владычица сидела, что-то увлечённо рассматривая на полу, Берис возмущённо сверлил меня взглядом. Лишь великий мастер с невозмутимым выражением наблюдал за разговором.

— И даже одновременно. Такое соединение даёт более сильные ощущения, — слегка запнувшись, произнёс Русколь, видимо, удивившись прямоте и отсутствию у меня смущения при обсуждении весьма пикантных подробностей интимной жизни этой части расы.

Ничего себе! Земные легенды об андрогинах в этом мире являлись реальностью. Я непроизвольно попыталась представить позу их соединения. «Камасутра» какая-то получилась. Акробатический этюд.

— Извини за бестактность, а вы все разделённые или изначальные?

— Первое, — губы Русколя тронула улыбка. — Владыки всегда берут в жёны истинных женщин. У разделённых чаще встречаются сильные магические способности, поэтому уже очень давно в правящей династии устраивают отборы невест. В виде исключения. Но, Эльсина, ты совсем смутила матушку. У нас с тобой ещё будет много времени, чтобы удовлетворить твоё любопытство, — ловко закруглил разговор новоявленный родственник.

— Да, нас ждут государственные дела, — прервал молчание Дальвист Пятый, встав и подав руку супруге. — Русколь, помоги Берису освоиться, а ты, Эльсина, с Миведией пройдёте в другую комнату, чтобы ничто не мешало сосредоточению.

***

Миведия села на диванчик с вычурно изогнутой спинкой и жестом пригласила сделать то же самое. Она взяла меня за руки, чтобы усилить контакт.

— Не бойся Эльсина. Это не больно и не приведёт к обмороку, как прошлый раз, если ты расслабишься и добровольно откроешь сознание. Прости меня за грубое вторжение, больше такого не повторится.

— Я буду в сознании и смогу ограничивать вас, если что-то не захочу показывать личное? Сильно личное? — уточнила на всякий случай.

— Ты думаешь, что я буду подробно просматривать каждое воспоминание? Нет, это займёт слишком много времени, да и магический запас вытянет. Лишь беглый просмотр, чтобы выявить самые яркие воспоминания. Если меня что-то заинтересует, то сообщу, а ты решишь — позволить лезть глубже или нет. Готова? Тогда смотри мне в глаза и не напрягайся.

Я окунулась в бледную сирень её глаз, и тут перед внутренним взором замелькали события жизни Сины.

Редкие встречи с отцом, добрая улыбка няни, сообщение о её болезни и новые лица воспитательниц. Одна особенно не нравилась тогда — глаза бездушные, как у змеи. Бррр… Затем она неожиданно исчезла из моей жизни.

— У тебя здесь стоит запрет. Так бывает, что сознание ставит его на какое-то событие. Потрясение, которое ты перенесла приблизительно в возрасте между тремя и четырьмя годами. Ты ведь не помнишь о нём?

— Не знаю. Наверное, не помню. Моя жизнь до некоторых пор была сплошным потрясением, — хмыкнула я.

— Хочешь его вскрыть? Ты уже взрослая. Может, это что-то прояснит для тебя самой. Но если не хочешь, то не стану.

— Вскрывайте. Мне самой интересно — что такого страшного захотела забыть когда-то, — решилась, подумав, что может быть, это рождение Риси на Сину так подействовало.

Вспышка! Резкая боль в висках, но она тут же прошла. Я-Сина сидела в ванной, наполненной так, что вода доставала аж до подбородка. Тётка со змеиным взглядом начала намыливать мне голову, а затем попросила откинуть её назад, чтобы смыть пену. Я капризничала и хныкала — пена попала в глаза и щипала. Чувствовала к этой Нагайне лишь неприязнь — ведь она заняла место моей любимой нянюшки, но страха перед водой не испытывала. Устав уговаривать, служанка рукой сама начала насильно запрокидывать мне голову, надавливая на лоб. Я вертелась, вырывалась и вдруг вся полностью ушла под воду. Специально ли она меня притопила, либо это вышло случайно — непонятно, но я так испугалась, что непроизвольно сделала вдох, и вода заполнила лёгкие. Сознание погасло, но через мгновение перед глазами просветлело. Я дышала. Видимо, тётка успела реанимировать. Нагайна смотрела в упор, гипнотизируя взглядом, и с нажимом повторяла: «Забудь, всё забудь!»

Вот где таилась причина водобоязни Сины! Далее снова замелькали картинки жизни, где вместо злой тётки снова появилась моя нянюшка. Потом её не стало. Промелькнула сцена ухода и пробуждения, а затем картинки замелькали ещё быстрее, притормаживая на эпохальном разговоре с отцом, а затем и с мачехой.

Миведия хмыкнула на том месте, где я общалась с яйцом, и ещё нескольких событиях. Просмотр жрица остановила на моменте, где мы с Берисом находились в домике его пассии, когда та перекрашивала мои волосы. Видимо, силы старушки иссякли. Она прервала контакт глаз и отпустила мои руки.

— После того ритуала твоё поведение изменилось. Отец это заметил, но не понял причину, решив, что ты просто повзрослела, — снова пристально посмотрев в глаза, сказала Миведия. — Ты произносила непонятные слова во время привязки к зубельхори-синь, я не могу понять языка твоих мыслей, и это — не одно из межплеменных наречий ресов. Я допускаю, что твоя няня обучила тебя, но думать можно лишь на своём родном языке. И этот язык — не олийский.

— И что из всего сказанного следует? — спокойно произнесла, понимая, что эта умная женщина уже сделала правильный вывод.

Почему я так спокойна? По нескольким причинам. Во-первых, жрица — дама весьма любознательная и не упустит случая узнать ещё больше. Во-вторых, их богиня не просто так ввела меня в правящую семью, поэтому против её воли никто не пойдёт. В-третьих, я уловила во время контакта её мысль о каком-то пророчестве, связанном со мной. Кстати, надо о нём расспросить при случае подробнее. Можно назвать ещё несколько причин, но хватит и этих.

— Ты — душа иного мира, но по какой-то причине помнишь своё прошлое воплощение. Ведь так?

— Я не стану этого отрицать.

— Ты там была женщиной или мужчиной? Может быть, у вас тоже больше двух разделений, как у нас?

— Я была женщиной. И у нас два пола.

Остальное энное количество гендеров от Лукавого.

В её взгляде явно читалось нетерпеливое любопытство. Ага. Столько можно у меня интересного узнать о жизни в ином мире!

— Вот почему ты такая странная.

— Только никто об этом не знает, кроме вас и Лулу. Даже Берис. Я ему чуть позже скажу, как только подходящий случай подвернётся.

— Хорошо. Я тоже пока никому не скажу. Откроешься остальным членам новой семьи, когда будешь к этому готова, Эльсина. Магии разума начну обучать тебя сама, а для освоения магии образов подыщу хорошего мастера. А теперь тебе надо отдохнуть. Да и мне не мешало бы.

Она дёрнула рычажок на стене, и через минуту на пороге появилась служанка, чтобы сопроводить меня в личную комнату.