Эпилог 1
Таисса приземлилась у пруда с утками. Небольшая полянка словно была создана для пикников и уединения с книгой. Наверняка днём больные с удовольствием проводили тут время. В прошлый раз окно палаты, где лежала Алиса, выходило именно сюда.
Она шагнула к боковому входу.
— На твоём месте я бы этого не делала.
Таисса обернулась.
От синяков на лице Лары не осталось и следа. Джинсы, футболка, лёгкая куртка — она успела и вымыться, и переодеться, и нацепить новый линк.
— Алиса здесь? — спросила Таисса.
— Здесь, — кивнула Лара. — Вот только когда ты к ней подойдёшь, она лишь недоумённо вскинет брови, потому что не будет иметь ни малейшего понятия о том, кто ты такая. В очередной раз.
— Если ты хотела сделать мне очень больно, — мёртвым голосом сказала Таисса, — у тебя получилось.
— Спасибо. Я старалась.
Таисса помолчала.
— Почему? Потому что она этого попросила? Или после твоих лёгких намёков?
— А вот этого ты не узнаешь, — хмыкнула Лара. — Но, так и быть, сообщу: на девчонке ни царапины. Те, кто напал на неё, сработали чётко по инструкции. Твоего друга, впрочем, они не пощадили.
— Я видела. Не ты ли отдавала эти инструкции?
Лара покачала головой:
— Я не знала, что это будет именно так. Александр говорил, что собирается сломать тебя на марше, но как, я могла лишь догадываться. И нет, мне многое не нравится из того, что делает он. Не то чтобы это тебя вообще касалось.
Она скрестила руки на груди.
— Зря ты мне помешала. Кирилл бы на весь мир объявил, что мы правы. А так он рухнул в обморок на сцене, успев сказать, что на него повлияли, и теперь нас ждёт тот ещё скандал.
— Сами виноваты, — невозмутимо сказала Таисса.
Лара посмотрела на неё в упор.
— Ладно, — после паузы сказала она. — Ты дура, но раз уж ты рискнула всем, спасая совершенно чужого тебе человека, ты, надо признать, почти уже наша дура. Возможно, я бы и впрямь пожалела, если бы убила тебя.
Таисса вскинула бровь:
— Хочешь сказать, что была неправа? Серьёзно?
— Я боевая Светлая, — устало сказала Лара. — В бою я убиваю. Когда мою операцию срывают — я убиваю. Когда я ненавижу кого-то всю жизнь, а она противостоит мне в бою и срывает мою операцию… догадайся.
— Замечательно, — обречённо сказала Таисса.
Они стояли и смотрели друг на друга. Почти сёстры, только разделяло их всё, что только можно.
Таисса попробовала представить, что было бы, если бы у неё была сестра, которую отец любил бы больше, чем её. Что было бы, если бы Таисса выросла, зная, что никогда не займёт в сердце отца особого места? Зная, что главной для него была та, другая? И, наконец, что случилось бы с Таиссой, если бы она влюбилась в того, кто был предназначен ей самой судьбой, а он выбрал бы её сестру? Ту, чьё существование делало каждую минуту её жизни кошмаром?
— Я сожалею, — тихо сказала Таисса вслух. — Правда. Но если ты меня убьёшь, ничего ведь не изменится.
— Мне стало бы легче, — невозмутимо сказала красавица Лара. — Я бы попробовала.
Она кивнула Таиссе.
— Можешь навестить свою бывшую подругу, мы не против. Когда будешь готова, свяжись с Александром. Я бы влепила тебе третье предупреждение, но он отговорил. Тронешь его — уничтожу.
Лара помолчала.
— Кстати, Александр только что проверял кровь твоего куратора на внеплановом осмотре. Никаких отклонений, но Александр был несколько удивлён срочностью. Ты ничего об этом не знаешь?
— Могу соврать, что нет, но не буду. У тебя же нейросканер.
Лара усмехнулась:
— Действительно. Что ж, храните ваши тайны. Пока что Дир выбрал тебя, но это ненадолго.
Бросив на Таиссу последний презрительный взгляд, Лара тряхнула длинными светлыми волосами и взвилась вверх.
«Это ненадолго». Таисса вздохнула. Знала бы Лара, насколько ненадолго, танцевала бы сейчас от радости.
Каково было Диру сейчас? Думал ли он о ней? Простит ли когда-нибудь?
Таисса немного постояла на лужайке. Потом тихо направилась к зданию.
Дверь в палату Алисы была приотворена.
Таисса бесшумно вошла и села в дальнем углу, прислонившись к стене.
Алиса крепко спала. Косички раскинулись по подушке, губы были расслаблены, и выглядела она совершенно беззащитно и по-детски.
— Не стоит больше её трогать, — сказала Таисса, повернув голову к объективу. — Я знаю, что не смогу её от вас защитить. Пусть просто живёт своей жизнью.
Она не сразу поняла, что плачет.
Марш должен был стать днём триумфа. Вместо этого Павлу и её отцу предстояло долгое восстановление после страшной схватки. А интриган, который так жестоко обошёлся с её жизнью, оказался отцом её отца, и хватит ли сил у неё выступить против него хоть когда-нибудь, Таисса не знала.
И Алиса… Алиса.
Вдобавок сегодня Таисса всё-таки переступила грань, и остановить дальнейший процесс её превращения в Светлую не сможет уже ничто.
И Дир. Который для неё был навсегда потерян, потому что она сама, своими руками убила его любовь.
Почему-то это было страшнее всего. Что бы ни происходило с ней, Таисса могла уткнуться в его плечо, и ей становилось легче. Как бы ни было плохо ему, он смотрел на неё и улыбался. Возможно, между ними не вышло бы любви, но они сохранили бы близкую дружбу и пронесли бы её через годы. Через всю жизнь, возможно.
Но теперь всё было кончено.
Таисса глянула на линк и без удивления заметила, что в списке появились новостные каналы, которых там раньше не было. Что ж, теперь она одна из избранных.
Таисса открыла головную запись. Потом вторую. Потом третью.
Потом стала читать одни заголовки:
…От пятидесяти до двухсот тысяч вышли на улицы в крупных городах…
…Просят разрешения у Совета на то, чтобы вмешательства в сознание происходили исключительно с согласия людей…
…Энтузиасты во всём мире создали уже более пятисот любительских списков жертв внушений, и ведутся разговоры о создании единой общемировой базы данных…
…Петиция, созданная с целью расследовать вмешательство в сознание Кирилла Носова на марше и наказать виновных, набрала уже более двухсот тысяч подписей…
…Трафик официального канала, по которому шла трансляция марша, превысил предсказанные экспертами пиковые значения в четырнадцать раз…
Они победили.
Всё, что они сделали сегодня, всё, чем они пожертвовали, было не зря.
Ради такого, пожалуй, стоило стать Светлой.
Таисса вздрогнула. Год назад она не подумала бы такого никогда.
Она встала и распахнула окно. Алиса по-прежнему мирно спала.
— Прощай, — шепнула ей Таисса. — Если ты когда-нибудь вспомнишь меня, я дам тебе другую клятву.
Ничто не потеряно. Ничто и не было потеряно. Потому что теперь, в мире, где свобода воли выйдет на первый план, Светлые не удержатся у власти.
Её отец, как всегда, был дальновиден. Куда более дальновиден, чем сама Таисса, зачем-то отдавшая сердце Светлому.
…Часть своего сердца. Потому что другая часть…
…Была совершенной дурой. Таисса мрачно посмотрела на счётчик непрочитанных сообщений на линке.
Одно-единственное сообщение.
Таисса потёрла лоб. Нет. Не сейчас.
Но любопытство победило.
«Поговори со мной, Т.»
Таисса моргнула. Серьёзно?
«Не сейчас, — написала она. — Я хочу побыть одна. Я не знаю, чего я хочу. Слишком много всего свалилось сразу, Л. Я не сержусь и не обижаюсь, просто я растеряна. Мне нужно собраться с мыслями».
«Ну, если ты напишешь об этом сюда, возможно, мне станет настолько скучно, что я это выслушаю. Может быть, даже совру, что весь вечер думал о тебе».
Таисса невольно улыбнулась:
«Правда?»
«Нет, конечно. Разбирайся со своими делами, Т. Автоматический бот подождёт».
«Ты мог бы просто сказать: «Я здесь».
«Я здесь, Таисса-зануда. А теперь иди, будь одна и дуйся, но недолго. Нам нужно поговорить, и речь не о том, кто кого пригласит на выпускной бал».
Таисса на миг накрыла линк пальцами. Почти нежно.
И отключила связь.
Она чудовищно устала и готова была отключиться прямо в палате Алисы, несмотря на стимулятор. Но вряд ли та обрадуется, когда проснётся.
Пора было лететь домой. Впрочем, где сейчас был её дом?
Таисса запрокинула голову, глядя на звёзды над прудом.
И вздрогнула, когда запищал сигнал голосового вызова на запястье. В последний раз за сегодня, наверное.
— Я знала, что вы позвоните, — бесцветным голосом сказала она.
Негромкий смех.
— Нам есть что сказать друг другу, не так ли?
В этот раз голос не был искажён фильтром. Зачем? Александр звонил ей со своего собственного линка.
— Майлз Лютер, — без предисловий сказал он. — Сильный Тёмный. Он на свободе, он вне закона, он не лишён способностей, и его видели во Франкфурте, где…
— Происходят убийства Светлых и Тёмных. Я знаю про Франкфурт.
Смешок.
— Я догадываюсь, кто тебе сказал.
Они замолчали, думая об одном и том же.
О её отце.
— Вы сказали сегодня, — нарушила молчание Таисса, — что лучше потерять близких, чем иметь таких, которые не хотят вас ни слышать, ни понимать.
— А ты сказала, что, если бы у тебя была семья среди Светлых, ты бы любила их, несмотря ни на что. Мы оба ошиблись, не так ли?
— Я… — Таисса запнулась.
Она действительно это сказала. И верила в это. Но теперь…
Александр негромко засмеялся:
— Ну конечно же. Пока кто-то угрожает миллиону беззащитных людей ради тебя, он прекрасен, но стоит кому-то другому покуситься на благополучие твоих близких, ему нет прощения.
— К слову о миллионе людей, ваши вирусологи не исследовали капсулу, которую передали им люди моего отца? — полюбопытствовала Таисса. — Потому что вирус, о котором мы говорим, оказался вполне безобиден.
Её дед вздохнул:
— Он и это тебе рассказал, да?
— Понятия не имею, о чём вы.
Короткий смешок.
— Ну конечно же.
Таисса понимала теперь, почему её таинственный Светлый мстил её матери: Мелисса Пирс посмела бросить его сына после того, как тот пожертвовал ради неё всем. Стоило бы догадаться раньше: ведь Александр единственный знал, почему Эйвен Пирс отказался от способностей.
— Я бы хотела, — тихо сказала Таисса, — чтобы никто ни на кого не покушался. Особенно на тех, кто не может себя защитить.
— И именно в этом деле я и предлагаю тебе нам помочь. Моя оперативная группа охотилась за Майзлом Лютером много лет, и я собираюсь возглавить тактический штаб операции.
— Оперативная группа?
— Вспомню молодость. — В его голос прокралась насмешка. — Как я тебе говорил во время нашей первой встречи, Элен Пирс сотрудничала с нами вполне успешно. Думаю, тебе тоже понравится.
— Это тогда вам изуродовали руку?
— Я закрыл Элен собой, — невозмутимо сказал Светлый. — Тёмный бы так не поступил, но у нас же, сама понимаешь, полностью отсутствуют мозги.
— Понимаю, — глухо сказала Таисса.
— Мы были совсем детьми, когда встретились. Мечтали изучать генетику вместе, думали, что… — Александр оборвал себя. — Неважно. Мне нужно подготовиться и собрать данные перед поездкой. Можешь использовать это время, чтобы завершить свои дела здесь.
У Таиссы не осталось дел. Алиса её не помнила, Павел находился в руках хирургов, отцу пришлось её покинуть. А Дир…
Дир.
Когда-нибудь, возможно, она вернёт его. Коснётся губами щеки, честно и искренне скажет, как ей его не хватало, и он поверит своей бывшей принцессе. Впрочем, бывают ли принцессы бывшими? И забывают ли когда-нибудь своих принцев?
…И простит ли Дир её когда-нибудь? Или их сказка и впрямь закончилась?
— Я буду ждать нашей поездки, — спокойно сказала Таисса. — Мы найдём убийцу.
— Встретимся в аэропорту. Данные рейса я сброшу тебе на линк. Будем надеяться, что этот «Боинг» никто не уронит.
— Очень смешно.
— До встречи.
Таисса завершила вызов и встала на подоконник.
Она пришла в стан Светлых и получила союзников: Ник Горски, Дир, Александр и даже Елена считали её теперь за свою. Она помогла бывшим Тёмным сделать огромный, сумасшедший, немыслимый первый шаг к созданию общества, где не промывали мозги налево и направо, не спрашивая ничьего согласия. Где правда Тёмных и правда Светлых могли существовать бок о бок.
А ещё её отец был жив, и это была лучшая новость на свете.5d776b
Таисса ещё не заплатила полную цену, она знала. Превращение в Светлую грядёт.
Но она будет готова.
Хватит ныть. Таисса решительно спрыгнула с подоконника в мягкую траву. Время принимать вызов. Время действовать.
Таисса уселась на берегу пруда, скрестив ноги, активировала виртуальный экран и клавиатуру и быстро набрала сообщение:
«Франкфурт. Убийства Тёмных и Светлых. Майлз Лютер. Я отправляюсь туда, Л. Тебе есть что сказать по этому поводу?»
Пауза перед ответом была совсем короткой.
«Готова поговорить о скучных вещах, как я посмотрю?»
«Нет, просто хочу бесцельно пофлиртовать».
«Годится. Что ж, пока ты снимаешь маечку, напомню: мой блестящий план касается как раз Майлза Лютера, о чём я, впрочем, и говорил. И тебе в нём отведена главная роль».
«Надеюсь, не роковой соблазнительницы».
«Зря надеешься, Таисса-заговорщица. Соблазнять тебя буду я, причём очень успешно. Опомниться не успеешь, как весь Совет даст благословение на нашу краткую и очень порочную связь».
«Вижу, ты в своём репертуаре».
«Просто тяну время. Я очень скромный и застенчивый парень, знаешь ли. Так вот, мой план очень прост: я хочу обезвредить очень плохого парня и хочу, чтобы ты мне помогла».
«Как?»
Молчание. Пустой экран.
«Не тяни, Л.»
«Я не тяну, Т. Просто думаю, как тебе сказать, чтобы ты не упала в обморок от счастья».
«Поверь, я не так легко падаю в обморок».
«Ну вот ещё, чтобы я преуменьшал воздействие своей божественной харизмы! Не дождёшься, детка. Не упадёшь в обморок — я тебя уроню. А потом ещё раз, прямо в ванну с шампанским».
«Просто скажи мне».
«Мы скоро увидимся».