Глава 13

В комнате Фира не оказалось. И как он, спрашивается, из закрытого помещения удрал? Может, тут магия причастна? Надо бы раздобыть информацию об этой разновидности драконов.

До последнего на сегодня факультатива было еще полтора часа, и я решила найти Анору. Составить ей компанию в наблюдении за чужим занятием. Оставив пакет с угощением на своей тумбочке, выложила ненужные уже учебники из сумки и пошла к выходу из башни. По пути меня окликнул господин Сныйть.

– Мисс Мерзе, зайдите-ть ко мне.

И скрылся у себя на складе. Я удивленно уставилась на то место, где только что был гоблин. Теперь он ко мне на «вы», да еще и «мисс»… Что-то неладное творится.

Морально готовясь к худшему, вошла в обитель завхоза.

– Здравствуйте, господин Сныйть.

Его зеленая макушка едва торчала над стойкой. Судя по шороху, что-то он там искал в ворохе бумаг. Я приблизилась, осторожно облокачиваясь на столешницу. Как бы ни хотелось заглянуть внутрь, подавила свое любопытство.

Наконец он поднялся на табуретку и грохнул передо мной объемным картонным ящиком. Сверху опустился конверт. Я отошла на шаг, отмахиваясь от пыли, поднятой этими манипуляциями, и закашлялась.

– Получите-йть, – крякнул он. Выудил из-под стойки знакомый журнал учета, положил его рядом с коробкой в раскрытом виде и протянул мне ручку. – И распишитесь!

– Что это?

– Посылка. И письмо, – тут он взглянул на меня, как на дурочку. – Из вашего мира. Странно, что вы не узнаете-ть эти предметы, мисс.

Понятно, теперь завхоз решил играть учтивого до зубовного скрежета, попутно меня унижая.

– Но от кого? – я искренне недоумевала.

Ведь домой письмо отправила только вчера вечером. Как оно могло так быстро достигнуть адресата? Да и передач из дворца я не ждала. Совсем это на отца не похоже.

Господин Сныйть подвинул указательным пальцем конверт в мою сторону.

– Тут все написано-йть, очевидно.

Скрипнув зубами, я схватила ручку. Нашла свое имя в записях приема почтовых отправлений и поставила размашистую подпись.

– Спасибо, – сухо поблагодарила гоблина, решив не вестись на его провокации.

Коробка оказалась тяжелой. Но помощи просить я не хотела, а завхоз и не собирался ее предлагать. Лишь наблюдал за моими стараниями с маниакальным блеском в лиловых глазах. Вдруг дверь с грохотом распахнулась. Я вздрогнула, едва не выронив с трудом поднятую посылку.

– Господин Сныйть, ну где там мантия, о которой предупреждал вас магистр Вильгросса?.. Ой, Габи, брось тяжесть, а то уронишь!

Какое счастье, это явился мой куратор.

– Кристиан! – выдохнула я, привалившись плечом к стенке. – Помоги, а?

Он знакомым жестом заставил коробку выскочить из моих рук и повиснуть прямо в воздухе. Как стопку учебников вчера.

– Вот ваша мантия, – недовольно проскрипел гоблин из-за моей спины.

– О, бла-а-агодарю!

Подхватив сверток, Крис вновь обратился ко мне:

– Посылка из дома?

– Наверное, – решила не вдаваться в подробности. – Спасибо тебе, сама б не дотащила. Пойду разберу, пока окно в расписании.

– Давай, – улыбнулся старшекурсник. – Выучи это заклинание, оно несложное. «Чары левитации» называется.

– Да-да, сегодня проходили, – мои щеки потеплели. – Я чуть вентиляцию в потолке учебником не проломила…

Парень рассмеялся, открывая передо мной двери.

– Не все сразу, принцесса. Еще научишься.

– Непременно. До свидания, господин Сныйть.

Тот ничего не ответил, уткнувшись носом в свою тетрадь. Кристиану еще нужно было расписаться за получение мантии, а я поторопилась обратно в комнату. Пока шла, распечатала письмо. Оно действительно было от папы! Но лишь первый абзац… Судя по почерку, далее писал наш дворецкий.

«Я знал, что когда-нибудь этот день наступит», – без каких-либо приветствий начал отец.

У меня моментально в горле встал ком. Я ждала хотя бы «Здравствуй, доченька» или «Какое облегчение, что ты написала, а то мы обыскались».

Понимая, что радость весточка из дома мне вряд ли принесет, я опустила руку с зажатым в пальцах письмом и не заглядывала в него, пока не оказалась за дверью комнаты.

Направив посылку на стол, чуть надавила сверху, и та послушно встала. Чары опали. И откуда я знала, как их снять? Кристиан вчера говорил, как стопку книг «приземлить», а вот о коробке забыл. Интуитивно как-то получилось.

Выдвинув стул, села и снова развернула белый лист, исписанный двумя разными почерками.

«Я знал, что когда-нибудь этот день наступит. Как ни пытался задушить в тебе дьявольский огонь, все равно он нашел способ пробиться наружу».

Подняв глаза от поплывших строчек, уставилась в пустоту перед собой. Дьявольский?.. Я бы удивилась, если бы услышала это от человека, который о волшебстве ничего не знал, но папа ведь сам чародей! И сестра. И мама наверняка. Мы живем в пропитанном магией мире, откуда столько неприятия?

«Магов огня в нашей семье никогда не было, Габриэлла. Тот день, когда дар проявился, стал самым страшным и трагичным в моей жизни. Возможно, я несправедлив, но иначе не получается. Ты всегда будешь напоминанием смерти своей матери, дочка. Все попытки спасти тебя оказались тщетны.

Но если вдруг учиться в той академии не понравится, напиши. Я устрою тебя в одну из наших».

Он думает, что после такого письма мне захочется вообще возвращаться?

Как он мог такое написать?!

Напоминание смерти матери…

Бездушный и черствый король!

Выронив бумагу, вдруг ставшую невыносимо тяжелой, я скрыла лицо в ладонях и расплакалась. Было так горько и обидно! К чему все эти слова? Я ведь тоже жертва. И нисколько не виновата, что магия во мне именно такая.

Память услужливо подкинула картинки с испытания. Охваченная пламенем комната, детские крики с кроватки, женщина на полу…

В бедро что-то ткнулось, и я сквозь слезы взглянула вниз.

Сапфировый дракончик встал на задние лапы, уперся в мою ногу передними и смотрел, склонив голову набок.

– Ф-фир… откуда ты з-здесь? – всхлипнула я и разревелась еще горше. Прямо в раж вошла. Аж сама восхитилась, что так могу.

Дракон фыркнул клубочками дыма и уложил морду мне на колени. Поглаживая шершавые теплые чешуйки на его спине и капая соленой водой, сама не заметила, как успокоилась. Горечь постепенно сошла на нет. Осталась лишь тягучая опустошенность, среди которой кружила обида.

Но ведь изменить все равно ничего нельзя.

Мне даже стало чуточку стыдно за свой концерт. Спасибо, никто этого не видел.

Шмыгнув носом и тщательно стерев влагу со щек, подобрала письмо.

«Доброго здравия вам, принцесса! Его Величество приказал отправить это письмо, но я не смог остаться лишь молчаливым курьером. Ведь знаю вас с самого рождения.

Не печальтесь и не вините себя. Ваша матушка ни за что не одобрила бы такое поведение Его Величества… Он скоро отойдет, поймет, что неправ, и раскается. У вашего отца каменное сердце, но он любит вас.

Я позволил себе войти в ваши покои, дабы собрать небольшую посылку. Не гневайтесь, принцесса, мне лишь хотелось помочь. Знаю, как тяжко бывает одному на чужбине без родных сердцу вещей.

Учитесь, постигайте магию и берите над ней верх. Вам не досталась бы такая сила, не будь вы способны ее обуздать.

Если что-то нужно, пишите, я отправлю. Да и батюшка ваш наверняка скоро смягчится. Он много лет бежал от того, что должен был принять уже очень давно.

С преданностью и уважением, Ваш покорный слуга»

Сказать, что я была удивлена, – слукавить. Мартино и правда служил во дворце с незапамятных времен. А еще очень терпеливо принимал мой отвратительный характер. Порой казалось, что в этом старике вообще нет того необходимого, отвечающего за чувство раздражения и злости.

Его слова пролились бальзамом на душу. Толика поддержки, которую я бы хотела принять от папы, но…

Аккуратно сложив письмо, отложила его на стол. Встала, сбрасывая с колен тяжелую морду Фира, и распечатала коробку.

Первое, что бросилось в глаза, – любимый арбалет!

– Ты гляди, и колчан со стрелами не забыл положить! – восхитилась я, доставая тяжелый агрегат.

Приняв правильную позу, подняла оружие и прицелилась в мирно лежащую на соседской кровати улитку. Приятная тяжесть арбалета несказанно радовала. Неважно, что, скорее всего, мне он не шибко здесь пригодится. Немного освоюсь и буду похаживать в заповедник, белок стрелять! Или кто там вместо них водится.

Пройдя к своей кровати, уложила инструмент на покрывало и с любовным трепетом погладила рукоять. Примостила рядом колчан, только после этого снова ныряя носом в коробку.

Мартино аккуратно сложил стопку одежды: черный кожаный костюм вместе с ботинками, в которых я ходила на охоту чаще всего, пару ночных рубашек, пахнущих знакомым порошком, тунику, еще один «лесной» костюм, два осенних платья и теплую мантию из тяжелого коричневого материала с золотыми застежками и глубоким капюшоном. Последний не был из моего гардероба. Такие носили в академии, где училась сестра. Сначала подумалось, что дворецкий нагло спер мантию из шкафа Санни, но потом разглядела, что вещица абсолютно новая. Надеюсь, он не покупал ее из своего кармана.

На дне посылки обнаружилась узкая картонная коробка. В ней оказались некоторые мои украшения, мешочек с золотыми монетами и волшебная палочка из красного дерева. Ее рукоятка, обозначенная четырьмя рубинами, была обернута тонким клочком пергамента.

Дернув за край, вытянула сперва его. Это оказалась записка.

«Волшебная палочка вашей матушки. Хоть в нынешних академиях обходятся без этих инструментов, она может сослужить добрую службу на первых этапах обучения».

Внутри что-то дрогнуло и ухнуло вниз.

Прикусив губу, я осторожно взяла палочку и сжала ее в пальцах. Древко приятно потеплело, а с кончика сорвалось несколько искорок. Это отозвалось в душе легким трепетом. Такого я не почувствовала, когда взяла предложенный магистром Вильгроссой стилус. Учиться колдовать с помощью маминой волшебной палочки мне будет гораздо приятнее, а может, даже легче.

Осмотрев переданные из дома вещи, прошептала:

– Спасибо тебе, Мартино.

Судя по времени, на последний факультатив я уже бесстыдно опаздывала. Но меня охватило такое умиротворение, что я даже не попыталась поторопиться, дабы успеть.

Вместо этого разложила свои вещи, что утром затаскивали из коридора вместе с девчонками, опустошила и убрала под кровать коробку. Водрузила арбалет на прикроватную тумбочку, отошла и оценивающе осмотрела. Выглядело очень даже стильно. Гораздо круче всяких вазочек и цветочков.

Затем неторопливо приняла душ, оделась в домашнее.

Пришло время проверять, ест ли Фир сырое мясо. Дракончик с сомнением посмотрел на развернутый перед ним бумажный пакет с угощением. Потом поднял на меня желтые глаза, словно спрашивая, уверена ли я в своих действиях.

Я даже слегка засомневалась…

Но в следующую секунду дракон выдохнул пламенем прямо на эти косточки с обрезками мяса!

Хорошо, что догадалась на пол положить! А если б с рук кормила?

Хорошенько подпалив еду, Фир принялся ее жрать. Сочно чавкая, хрустя костями и брызжа слюной во все стороны.

– Фу! Ну ты и поросенок! В следующий раз будешь питаться в коридоре.

Он даже не обратил внимания.

И стоило менять куриные крылышки с котлетой на сырое? Ничего миссис Грант в драконах не понимает.