Глава пятая. Лия и «дело близнецов»

Лия С самым благостным лицом, какое только могла изобразить, я наблюдала за тем, как Фаворски, напрягая мышцы, перетащили спящего ректора в светящееся марево портала. Тут же зашла следом и оглядела уже хорошо знакомый мне кабинет Нарски. – Так, тащите его на кресло, – тут же принялась командовать, – он проснётся минут через пятнадцать, будет помнить страстные поцелуи с Эзел и то, как решил пойти поработать и неожиданно закемарил после непривычных нагрузок. – Заке… что? – удивлённо повернулся ко мне Лейс и случайно отпустил руки Нарски. Или не случайно, судя по удовлетворённому взгляду Марса. Бедняга ректор глухо ударился головой и застонал. Но быстро затих. Я с неодобрением посмотрели на рыжего. Но неодобрение было напускным, за ним я постаралась скрыть злорадное удовлетворение. – Закемарил, – тем временем любезно повторила я, – задремал, то есть. – А-а-а, – понятливо покивал парень и снова подхватил Нарски, только теперь под мышки. Близнецы быстро затолкали тяжёлую тушку в кресло, Марс почти заботливо скрестил пухлые ручки ректора и опустил на них голову главы академии. Разве что пылинки не смахнул с лысеющей макушки, под насмешливым взглядом Лейса. – Если вы закончили развлекаться, мальчики, – хмыкнула я, – то, может быть, пойдём? – Лия, как не стыдно, – с осуждением покачала головой Лейс, – нужно как следует позаботиться о комфорте твоего дорогого жениха! – Перестань трепаться, – недовольно буркнул Марс, окатив братца ледяной водицей своего осуждения. – Тем более, у тебя будет возможность поболтать, – ответила я с намёком. Лейс тяжко вздохнул, кажется, не притворяясь. Парни переглянулись, очень многозначительно и невесело. Я незаметно для них поджала губы. Предвиделся очень непростой разговор, как для парней, так и для меня. И тут случилось то, чего никто из нас не ожидал, даже задорно всхрапнувший ректор. – Ректор Нарски, эти Фаворски совсем оборзели!.. – распахнул дверь ректорского кабинет без стука и ворвался внутрь Заварски. Ворвался и застыл, чуть не запнувшись о собственные ноги. Челюсть старичка отвисла, а глаза непривычно округлились. Мы замерли, во все глаза пялясь на сморчка. Мы на него, а он на нас. Меня захлестнула паника. Демоны драные! Что делать-то? Вестимо – выкручиваться. За доли секунд в голове пронёсся вихрь из возможных вариантов развития событий. И я, до конца не соображая, что говорю, так меня накрыло паникой, просто отпустила ситуацию и себя заодно. Сердце колотилось где-то в горле, но не помешало грозно проорать: – Стучаться надо! – П-простите! – икнул старичок и выбежал в коридор, хлопнув дверью. – Бегом в портал, – рявкнула на отмерших парней и создала светящееся марево перехода. Фаворски, не теряя времени, двумя молниями шмыгнули прочь, а я, щёлкнув пальцами, закрыла за ними портал. Я была бы полной дурой, если бы ушла вслед за ними, оставив эту проблему на произвол судьбы. Тем более, это был Заварски, а от вредного сморчка можно было ожидать всего, что угодно. – Минуточку! – вновь ворвался в кабинет оправившийся от моей наглости старичок, – вы ещё кто такая? И только я открыла рот, чтобы хоть что-то сказать, прежде чем бить несчастного ментальным заклинанием по голове, как в его блёклых глазах вспыхнула искра узнавания. Зрачки расширились, в их чёрных блюдцах промелькнули все эмоции, обуревавшие чёрствую душу Заварски: неверие, злая радость, ликование победителя. – Эзел! – торжественно возопил старичок, – так я и думал, имперская засланка! – Но-но, полегче в выражениях, – с лёгкой обидой ответила я, – я не засланка, а уполномоченный офицер. – Чего? – выпал в осадок от моего откровения Заварски. – Того, – пробормотала я и привычным щелчком пальцев отправила сморчка в страну сновидений. Он плавно осел, устроился на полу поудобнее, подложив под голову сухонькие ручки и сладко засопел. Я покачала головой и приступила к ментальным работам. Сначала проверила наличие всевозможных амулетов, потом почти нежно ощупала верхний слой и только после этого осторожно заглянула глубже. К счастью, никаких ментальных блоков у Заварски не было. Наоборот, его сознание отличалось крайней степенью упорядоченности и доступности информации. Каждая мысль словно лежала на своей полке. Я так увлеклась, в забавные мысли и воспоминания этого старого брюзги, что почти забыла, зачем вообще полезла в его голову. Зато узнала много интересного и полезного. Я провела короткие манипуляции, прочно запечатав воспоминания последних минут и заменив их качественным мороком ложных воспоминаний. Теперь Заварски будет помнить, как он, кипя негодованием, ворвался в кабинет Нарски без стука и споткнулся на пороге, растянувшись на полу. Никого, кроме дремлющего за столом ректора сморчок больше не застал. Я открыла портал и выпустила в кабинет маленький шарик. Как только портал закроется, оба вильерца начнут просыпаться. Я неторопливо вошла в светящееся марево и вышла в своём кабинете. Фаворски о чём-то переговаривались возле окна, но заметив мой приход, коротко кивнули друг другу и посмотрели на меня. Та-а-ак! О чём они там успели договориться, пока меня не было? Марс У меня волосы чуть не встали дыбом, когда в кабинет ворвался Заварски. Демоны, не стоило сбегать с пары этого мстительного вредного хрыча. Я послушно скользнул в портал, вслед за более расторопным Лейсом. Но портал за моей спиной схлопнулся, а Лия так и осталась в кабинете ректора. – Ну почему именно пара у Заварски, – простонал Лейс, тоже проследив причинно-следственную связь. – Самое гадкое, что опять со всем разбирается Лия, – сказал недовольно и потёр лицо ладонями. – Если бы могли сами, – печально вздохнул рыжий, – но мы два беспомощных котёнка в магических джунглях. – Кстати об этом, – я встрепенулся, кое-что припомнив, – тот случай, когда мы искупались в гроте силы Лии. Я попытался найти информацию, но в нашей библиотеке такого нет. Цензура. – И зачем ты мне тогда это говоришь? – прервал меня Лейс. Он никогда не отличался особой сдержанностью. – Заткнись и узнаешь, – огрызнулся, – я ничего не нашёл, но пока искал вспомнил, где читал о чём-то подобном. В нашей библиотеке в… в летнем доме. Я запнулся и зажмурился, как мальчишка. Перед глазами проносились страшные картины прошлого, наполненные огнём и дымом, удушающие даже сквозь время. Они вспыхивали так ярко, будто всё случилось совсем недавно. Демоны, мне до сих пор тяжело об этом вспоминать! На плечо рухнула тяжёлая горячая рука, крепко сжала, впиваясь в кожу сквозь рубашку, и встряхнула. Я распахнул глаза и уставился прямо в глаза брата напротив. Янтарные, с запертым в радужках пожаром. Но не тем яростным пламенем, желающим убить, обратить в горстку пепла. Скорее… это было что-то согревающее и успокаивающее. Такое знакомое и уже давно забытое чувство утешения от некогда самого близкого человека. А сейчас моего главного соперника, моего врага. Моего случайно неудавшегося убийцы, труса и предателя. Я жёстко вцепился в его запястье и отодрал от себя, небрежно отбросил руку. И стало как-то холодно и пусто. – Так что? – как ни в чём не бывало небрежно спросил Лейс. – Старые сказки забытой долины, – я тряхнул головой, окончательно приходя в себя, – потрёпанный томик, который мы нашли в старой части подвала в поместье, когда нам было девять. В одной из сказок говорилось о чём-то подобном. Сказка о хозяине озера. – Что-то знакомое, – братец нахмурился, а потом его лицо озарило, – там девица прыгнула в озеро с камнем на шее, чтобы утопиться и не выходить за выбранного отцом жениха. – А озеро не дало ей утонуть и подарило магию, – продолжил я, – в конце за девицей явился хозяин озера, объявил невестой, и они свалили за тридевять земель, на родину мага. А озеро куда-то исчезло. – Да уж, только ты мог в детской сказке выцепить крупицы реальной информации, – покачал головой Лейс, – это всё в общих чертах. А поконкретнее, чем нам грозит купание в силе Лии? – Если исходить из сказки, то для нас это как энергетический коктейль, – ответил задумчиво и не менее задумчиво продолжил, – взбодрило магический резерв. У той девицы, видимо, купание пробудило спящую магию. У нас просто напитало положительной силой. Ты не чувствуешь себя иначе? – Состояние тихой радости считается? – иронично приподнял медную бровь близнец и сверкнул глазами, – слушай, а вдруг мы стали женихами Лии? Я застыл, пронзённый этой мыслью, лёгкая улыбка Лейса растаяла, а глаза непроизвольно расширились. Такая мысль мне в голову не приходила. Нет, это решительно не возможно. Стоит отделять зёрна истины от сказочных плевел. – И наш спор, – очень тихо сказал Лейс, – я не могу отделаться от мысли, что это моя самая большая ошибка. – Ты спорил не один, – вынужден был признать я, – я допустил точно такую же оплошность. – Но вопрос в том, в чём состоит эта ошибка, – продолжил он. – Спор на чувства Лии, – сердце сковали льды, – мы допустили ошибку, впутав её в это. Я чувствую себя последней мразью. – Постой-ка, – хмыкнул Лейс, – последняя мразь всё-таки я. Ты предпоследняя. Всё-таки это дурацкое пари и его условия предложил я. И возьму всю вину на себя. – С чего такое благородство? – я приподнял бровь. – Ты всё такой же непроходимый тупица, – вдруг широко ухмыльнулся Лейс, но глаза его не смеялись, – никогда не замечаешь очевидного и веришь только голым фактам. – Зато ты чересчур глазастый и языкастый, – огрызнулся на выпущенную шпильку. – И это ещё не все мои таланты, – усмехнулся братец и посерьёзнел, – что будем делать с этим пари? Ты же почувствовал ту искру магии? – Да, – я задумался, – у нас слишком мало знаний. Мы действительно котята в этом плане. Я даже не могу предположить, что тогда произошло. Расскажем всё Лие и попросим помощи. – И извинимся, – тяжело вздохнул Лейс, – поступили мы гадко. – Согласен, – признал я, – отменяем спор? – А как же наше желание убить друг друга? – насмешливо уточнил братец. Он будто для себя уже всё решил и просто забавлялся, ожидая, когда его светлая мысль посетит и меня. Чувствовать себя подмороженным идиотом было неприятно, но я понимал, что чего-то не понимаю. Я уже довольно долго испытывал смешанные чувства к близнецу. Как только появилась Лия и внесла сумбур в наши чёткие и понятные отношения, я запутался. Я ощущал, что злость и ненависть к Лейсу, нежно лелеемые долгие годы, идут трещинами. Всё чаще я ловил себя на мысли, что ненавижу брата скорее по привычке и куда приятнее мне наконец-то просто общаться с ним, как много лет назад. Но что делать с тем, что произошло пятнадцать лет назад? Он бросил меня в огненной ловушке, которую сам же и создал, и сбежал. Простить и забыть, оставив всю боль в прошлом? Но как такое простить? Как отпустить всё это? Я не знал, но почему-то очень хотел узнать. – Мы никогда с тобой не разговаривали о том, что случилось тогда, – я сглотнул и поднял глаза на Лейса, – были только эмоции и взаимные претензии. Всё навалилось. – Ты хочешь поговорить о том случае? – удивлённо переспросил Лейс, словно и не ожидал такого от меня, но был этим доволен, – поговорим. Он скосил глаза вбок, там как раз распахнулся портал, из которого вышла довольная Лия. – Поговорим, – повторил я и протянул ему ладонь, в знак… готовности к диалогу спустя столько лет? Лейс крепко пожал мою ладонь, а Лия подозрительно на нас посмотрела, чуть нахмурив тёмно-пшеничные брови. Серовато-голубые сейчас глаза выражали крайнюю степень озадаченности, а потом начали синеть. Та-а-ак. Она же была только что с Заварски и не могла не узнать про прогул. Вот же демоны! Лия Повернулась лицом к донельзя виноватым близнецам. Они смотрели куда угодно, только не на меня. Видимо, нашли новый сакральный смысл в интерьере моего кабинета. Я активировала контур вокруг своего кабинета и сложила руки на груди, смерив негодяев тяжёлым взглядом. – Вы сбежали с занятия Заварски! – зловеще сузила глаза я, надвигаясь на попятившихся Марса и Лейса, – он же мне теперь покоя не даст! И явился так не вовремя, гад такой. Нарски его, что ли, покусал… Забормотала возмущённо. Злость на Фаворски немного схлынула, и меня пробрал нервный смех. Боги, ну, это надо же было всему так случиться? А какое у него было лицо, ой не могу! А как он резво дунул за дверь от моего гневного рёва… Я захохотала, сложившись по полам и утирая неожиданно выступившие от смеха слёзы. – Мы сломали Лию, – печально сказал Лейс фразу, уже когда-то звучавшую. – Лия? – позвал осторожно Марс, делая ко мне нерешительный шаг, – с тобой всё хорошо? – Не переживайте, я не сошла с ума, – глотая смешки, наконец разогнулась я и добавила, – стресс. – Тогда отложим беседу, да? – ласково улыбаясь уточнил рыжий. – Ну уж нет! – я строго свела брови, – не выпущу, пока всё не узнаю. – Лия, давай потом? – со страданием в голосе взмолился Марс, – завтра, например? – Нет, – решительно отказалась, – перед смертью не надышитесь. Коли заварили кашу, имейте смелость её расхлебать. Тем более, что впутали в это ещё и меня. Я права? Повинно опущенные головы стали мне ответом. Я очень тяжело вздохнула, всем своим видом показывая, как я устала от их вражды и ненависти. Прошла к своему столу и запрыгнула на столешницу, снова сложила руки на груди и требовательно уставилась на провинившихся братьев. – Слушаю вас, – и милостиво кивнула. – Это я начал, – заговорил первым Лейс, – предложил Марсу спор на очень «выигрышных» условиях. И замолчал, разглядывая свои туфли. Его братец кинул на него косой взгляд. – И что дальше? – подтолкнула их, ибо продолжать рассказ никто не собирался, – в чём суть спора? – Мы оба совершили ошибку, когда заключили пари, – угрюмо сказал Марс, – мы поспорили, кто первый тебя добьётся. – Вариант, что никто, вы не рассматривали, как я полагаю? – спросила холодно, надменно вздёрнув бровь, – или, наоборот, думали, что отвечу взаимностью обоим, но выиграет тот, у кого будет первенство. Я правильно вас поняла? – Нет, послушай, – вскинулся Лейс, посмотрел на Марса и словно в прорубь прыгнул: – Дело не в формулировке, я явно накосячил в её составлении. Дело в другом – победивший поехал бы с тобой в Союз, а проигравший загнулся тут, сойдя с ума. Так бы мы наконец смогли сделать то, к чему стремились многие годы – разорвать связь и уничтожить соперника. Мы уже и сами поняли, что крупно налажали и поступили как два кретина. Но это не всё. Вокруг него сгущалась сила, Лейс торопился сказать мне всё, чуть не захлёбываясь словами, словно боялся, что я не позволю ему договорить и выставлю его вместе с братом прочь, навсегда разорвав все связи между нами. Он остановился только на мгновение, чтобы глотнуть воздуха. – Мы почувствовали вмешательство магии, – убито сказал Марс, не дав брату продолжить, – когда мы заключили пари рукопожатием, наши ладони окутала искра силы. Не знаю, как это произошло. И замолчал. Молчал Лейс, сверля пол, молчала и я, как-то отстранённо обдумывая ситуацию. Поспорить на меня… чтобы разрешить свою давнюю вражду. Подло, низко, недостойно! Похоже, их ненависть друг к другу тогда совсем сорвала им крышу и наложилась на симпатию ко мне. Или не было у них ко мне никаких романтических чувств? Всё только для того, чтобы очаровать меня и, фактически моими руками, убить второго из Фаворски? Но разве можно было сыграть столь искреннюю симпатию? И этот вопрос обеспокоил меня куда больше самого факта спора на мои чувства. Споря на меня, близнецы хоть испытывали ко мне что-то кроме простой симпатии и азарта? Почему-то мне безумно хотелось, чтобы ответ на этот вопрос был «Да, испытывали». – Лия? – осторожно позвал Лейс, и я встряхнулась. Так, сейчас надо разобраться в проблеме, потом буду рефлексировать и страдать. Даже если я почти не злилась на парней за сам факт спора на меня, то проучить их всё равно стоило, чтобы неповадно было. И, дабы ощутили в полной мере, как они были не правы, я решила сыграть в холодную королеву. – Расскажите подробнее про всё, что говорили до заключения пари, – сказала ровно, глядя ничего не выражающим взглядом на виноватые одинаковые морды со странной болью в глазах. Казалось, мой тон только усугубил, потому что Фаворски ещё больше стали похожи на побитых собак, даже щенят. А я, такая жестокая, снова занесла над ними свой беспощадный сапог. Стало их даже немного жалко, но я волевым усилием задавила эту жалость, продолжая экзекуцию. – Лия, – начал Марс и дёрнулся было подойти ко мне, но остановился, – позволь объяснить, милая, пожалуйста… – Я всё поняла, – ответила сдержанно, прерывая готовый политься поток объяснений, – пари. Подробнее. Быстро. Безапелляционный жёсткий тон подействовал лучше плети. Оставив попытки чем-то объяснить свой отвратительный поступок, близнецы постарались в точности воспроизвести свой диалог и последующие магические последствия рукопожатия. – Я всё поняла, – снова повторила эту фразу, дослушав их рассказ, – протяните ладони, по связи посмотрю, что это было. С полным безразличием и холодностью вложила пальцы в торопливо протянутые ладони и прикрыла глаза, настраиваясь. Так как их манипуляции со спором произошли до установки плетения леди Татлер, то пришлось изрядно покопаться в нитях ауры, чтобы отыскать хоть какие-то следы произошедшего. – Это случилось после того, как вы упали в мой источник магии? – уточнила ровным голосом, не открывая глаз. – Да, – Лейс. Его горячие пальцы сильнее сжали мои, безразличные и безвольные. Я ощущала, как от близнецов идут волны сильных эмоций. Раскаяние, желание прощения, досада, боль, всполохи отчаяния… Так, главное, не перестараться в воспитании этих великовозрастных оболтусов. – Я всё поняла, – повторила в третий раз, и близнецы едва заметно дёрнулись. – Что?.. – снова Лейс. Марс лишь покрепче вцепился в мою ладонь, почти утонувшую в его – большой и прохладной. Я немного помолчала, собираясь с мыслями и одновременно испытывая терпение Фаворски. Думаю, будь здесь сейчас Мелвин, он бы похлопал их по плечам и посочувствовал. Ибо наказывать я всегда умела. Но так же умела и прощать. – Ну, я бы не сказала, что я всё поняла, – открыла глаза и вполне миролюбиво ответила я, – я как-то особо эту сферу магии не изучала, она вообще довольно узконаправленная, а мои специальности даже не пересекаются с ней. Поэтому я немного озадачена и не уверена, что поняла всё правильно. – Всё плохо? – тихо спросил Марс. – Да ты, я смотрю, оптимист, – ответила с лёгким ехидством. Братья даже как-то слегка расслабились и еле заметно выдохнули. Буря миновала, моя немилость сошла на нет, но поизвиняться им ещё придётся. Так просто они не отделаются. – Весь оптимизм достался мне, – подмигнул Лейс. – Ну да, ну да, – покивала с умным видом и тихо рассмеялась, – да расслабьтесь. Спор свой вы магией не заключили, так что официально объявляю – он расторгнут. – А почему не заключили? – заинтересовался рыжий. – Потому что не была чётко сформулирована фраза с условиями и последствиями, – охотно ответила я. – И всё-таки, что значит та искра? – уцепился за эту тему Марс. – Полагаю, что эта искра просто усилила вашу связь друг с другом, – я закусила губу, – благотворное влияние моей силы. Судя по всему вы чуть ли не с самого начала были к ней весьма чувствительны. – И всё? – продолжал дотошный Марс, посмотрев на меня с подозрением. – Нет, не всё, – я качнула головой, – но точно никаких негативных последствий. А сейчас выметайтесь, у вас пара, прогульщики. – Да какой прок от этих занятий, – досадливо поморщился Лейс. – Чем быстрее найдёте якоря, тем быстрее начну учить вас, – забросила удочку и продолжила, – разберитесь в себе и между собой, мальчики. Вы столько раз оступались, ослеплённые своей мнимой ненавистью. Вы дошли до того, что втянули в это меня. Что дальше? Поубиваете друг друга и оставите меня совсем одну? Почему-то от этой мысли стало невыносимо горько, я часто заморгала, чтобы, не дайте боги, предательская солёная влага ручьями не побежала вниз по щекам. В этот момент я даже забыла, что совсем недавно громогласно возвестила близнецам о том, что не выберу ни одного из них. Ну и что? Мне всё равно будет очень больно потерять их. Мои ладони отпустили и обняли меня с двух сторон, заключая в кольцо из двух пар рук. Такого я снести не могла, поэтому тихо всхлипнула и уткнулась в первое попавшееся плечо. Судя по мятному запаху – это был Марс. Головы коснулись чутки пальцы, ласково поглаживая. Это уже был Лейс. Прохладная ладонь Марса поглаживала спину в районе лопаток. Я чувствовала себя в тёплом коконе в полной защите. Неожиданные слёзы быстро высохли от чувств заботы и тревоги, исходящих от обоих. Я пригрелась, уже не вспоминая о том, что Фаворски надо бы на пару. А то Заварски с меня потом шкуру сдерёт или, что ещё хуже, выесть мозг десертной ложечкой из своих придирок и возмущений. – Лия, прости меня за этот дурацкий спор, – горячее дыхание Лейса коснулось моего уха. – И меня, – выдохнул мне в макушку Марс, – я не знаю, что на меня нашло. – Вот как сможете мне внятно и подробно объяснить мотивы, сподвигшие вас на это, тогда и прощу, – ответила ехидно и подняла голову, – готовьтесь к мучительному допросу с пристрастием, Фаворски. – Профессор, а сейчас сдать зачёт можно? – невинно уточнил Лейс, – я уже готов за всё ответить, честно. Я расхохоталась. Ко мне присоединился хохот Лейса и смех Марса. Отсмеявшись, я строго напомнила парням о необходимости посещать занятия. Нехотя Фаворски согласились. Я расцепила контур, выпуская близнецов на свободу. Жаль, что туда они не стремились, моя компания была им милее общества Заварски и остальных. Это льстило, но обязательства есть обязательства. Даже если в скором будущем парни покинут Вильеру, возможно, навсегда. Выпроводив близнецов, я уселась в своё кресло и устремила задумчивый взгляд в окно. Покопаться в голове Нарски мне было не суждено, а вот разум Заварски принял меня с неестественным для этого склочного старичка радушием и щедро показал всё, что мне было интересно. Я посмотрела на часы и прикинула, что минут через пятнадцать должна была закончиться вторая пара, а у Ратовски сейчас занятие с его обожаемыми енотами. Здравомыслие в моей голове боролось с авантюрной жилкой. Последняя победила. Я открыла портал и нагло заявилась в аудиторию, где вёл занятие Роберт, а семь енотов упоённо ему внимали, едва не раскрыв рот и строча в тетрадях так, что те давно уже должны были задымиться. Но моё появление внесло свои коррективы. – Здравствуйте! – лучезарно улыбнулась студентам и повернулась к Роберту, – прости, что отвлекаю, но это срочно. Очень. – Ребята, я отойду на несколько минут, – сказал мужчина, обращаясь к студентам, – до конца пары сидите тихо. Если что-то опять выкинете – накажу. – Конечно, мы поняли, профессор Ратовски, – невинно захлопала длиннющими ресничками Мьестина и очаровательно улыбнулась. Роберт лишь хмыкнул, я открыла новый портал и почти затащила его внутрь. Не скажу, что мужчина был доволен, его тёмные брови были чуть нахмурены, а карие глаза выражали некоторую озабоченность. Я почти устыдилась, что не сдержала своего порыва и не подождала более удобного момента. Но, с другой стороны, неизвестно ещё, когда этот удобный момент настанет. Потому что за обедом мне точно не дадут покоя ни Заварски, ни Нарски, потом у меня будет свободное время, но его не будет у Роберта, а до вечера ещё столько всего может случиться! Дождавшись, когда я опущу контур вокруг кабинета, мужчина посмотрел на меня с ожиданием. Невольно кинул взгляд вниз, на мои ноги, и недоумённо приподнял брови. – Ты настолько спешила сообщить мне эту неведомую новость, что даже забыла надеть туфли? – озвучил причину своего недоумения он. – А? – я посмотрела на свои голые ступни и досадливо прикусила губу, – каблук сломался. Но я действительно спешила, потому что случайно кое-что узнала. Присаживайся. Я указала на стул возле своего стола и села на соседний. Роберт последовал моему приглашению и опустился рядом. Я переплела пальцы, перебирая в голове увиденное в памяти Заварски, и решила начать с самого начала. – Я покопалась в голове Заварски, – брови Роберта улетели ввысь лба, – не спрашивай, что меня сподвигло. Но суть в том, что его сознание очень радостно приняло моё присутствие и почти само подкинуло всё то, что я хотела знать. – Ты словно оправдываешься, – хмыкнул мужчина, – если честно, то я сам не мог лезть в головы окружающих, нельзя было кинуть даже тень подозрений. Но если его сознание само желало сотрудничества… Это уже совсем другое дело. Что ты узнала? – Как минимум имя лося-предателя, – криво улыбнулась я, – а как максимум узнала, что Заварски не только вредный сморчок, но и весьма наблюдательный и достаточно умный, чтобы это скрывать, тип. Давай я тебе передам мыслеобразы из его головы, так будет быстрее. Все лица, имена, места… Он многое подметил и затолкал в глубины памяти, не подавая виду, что его волнуют все эти интриги и связисты. Роберт молча протянул мне руку, в которую я вложила свою ладонь. Перед глазами замелькали лица и фразы, места и имена. Всё, что собрал Заварски, всё, что я узнала, я передавала Роберту. Главное для себя я узнала – кто доносит на меня сморчку. Остальное было не моим делом – этим должен был заняться Ратовски. Всё, что я должна была сделать – я сделала. Поделилась полученной информацией. – Кто бы мог подумать, – ошарашенно откинулся на спинку стула мужчина, когда я закончила, – Заварски играючи узнал больше, чем я. – Он меня поражает, – хмыкнула я, – гремучий старикан, прямо кладезь всесторонних талантов. – Ещё и любящий муж и заботливый отец и дедушка, – покачал головой Роберт, – не ожидал. – Да уж, у них с Лузовски очень необычные отношения, – я широко улыбнулась, проникнувшись некоторым уважением к сморчку, – развлекаются как могут. – Мне нужно обдумать всё это, – Ратовски поднялся, а потом поморщился, – демоны, надо вернуться к енотам. До конца пары ещё минут семь. – Давай я посижу с ними? – я тоже встала, – заодно кое о чём побеседую. Чувствую, если не сделаю этого, то убью Нарски за обедом. – Всё так плохо? – сочувственно спросил он. – Он отчаянно желал получить мой поцелуй и немного сверх этого, – я помолчала и ухмыльнулась, – и думает, что получил. Пришлось немного покопаться в его голове, когда в кабинет ворвались Фаворски и вырубили его к демонам. – О, – только и сказал потрясённый вываленной информацией Роберт. – Вот такие вот у меня лоси, боевые, – коротко рассмеялась я и сняла контур, – тебя подбросить куда-нибудь порталом? – Я сам, спасибо, – и направился к дверям, – осторожнее с енотами, они те ещё проказники. – Не переживай. Я усмехнулась, бросила короткий хитрый взгляд на коллегу и вошла в портал, снова возвращаясь в аудиторию к енотам. Тихий гул голосов мгновенно стих, и на меня с любопытством уставилось семь пар глаз. Я обворожительно улыбнулась, присела на край стола, скрестив ноги в лодыжках и не вспомнив про свои босые ступни, и заговорщически произнесла: – Кто желает хорошенько развлечься и не получить нагоняй? Зажегшиеся факелами неистового желания глаза енотов были мне ответом. Улыбка стала ещё шире. За обедом всё прошло на удивление гладко, Заварски молча и злобно жевал свою еду, Нарски о чём-то думал и дежурно ухаживал за мной. Я, скрывая удивление, активно строила ему глазки и призывно улыбалась. Но в душе зрели некоторые подозрения. Увы, они оправдались, когда в конце трапезы Нарски пригласил меня пройти к нему в кабинет. Заварски проводил нас хмурым взглядом и поспешил покинуть стол. Лузовски проводила его обеспокоенным взглядом, неспешно поднялась из-за стола и направилась следом за мужем. Я насторожилась. – Джулиано, о чём ты хотел поговорить? – перешла в наступление сразу, как только мы оказались в кабинете ректора. – Сегодня у меня состоялся пренеприятнейший разговор с одним из моих профессоров, – Нарски грузно плюхнулся в своё кресло и взглядом указал мне на сидение напротив, для посетителей. – И о чём же? – подтолкнула его, присаживаясь. – Дорогая, вынужден просить у тебя прощения, – неожиданно для меня повинился Колобок, – я взвалил на тебя слишком много. Очевидно, что ты совсем не справляешься с этими гадкими боевыми магами. Сегодня Фаворски в наглую пропустили занятие. Я вынужден принять меры и решить эту проблему. – Как ты будешь действовать? – я еле сдержала злость в голосе, – назначишь им наказание? – И не только, – свёл брови Нарски, – совсем распоясались, гадёныши. Ты их разбаловала. В душе ядовитым цветком вспыхнуло раздражение, приправленное щедрой долей завитков отвращения. Да как этот мерзкий негодяй смеет принимать какие-то меры против моих лосей? И, куда хуже, как смеет он отзываться о них так нелестно? Я чуть не подавилась безотчётной яростью при мысли, что он имеет в виду и Фаворски. Козёл! Но вместо того, чтобы рассвирепеть окончательно, чтобы Нарски увидел, как я зла, я лишь мило ему улыбнулась, надёжно пряча ураган злых эмоций глубоко в душе, чтобы даже тень его не легла на лицо или не притаилась в глубине глаз. – Ах, ты так заботливый, – титаническим усилием я не позволила прорваться в голос ехидным ноткам, – думаю, ты совершенно прав, дорогой. Ты освобождаешь меня от тренировок с боевыми магами? Или ты уже забыл, что я их куратор? – Мг, – выдал что-то невразумительно ректор, – точно, куратор. Полагаю, я сам займусь их тренировками. Не могу же я позволить моей обожаемой невесте так волноваться. Я помню о твоём здоровье, дорогая Корнелия. – Спасибо, – растроганно всхлипнула я, – если ты не против, мой Джулиано, то я хотела бы провести с ними последнее занятие сегодня. – Ты такая ответственная, – покачал головой Нарски, – но не думаю, что это нужно. Достаточно будет, если ты просто в начале занятия сообщишь им об изменениях и их причинах. – Я настаиваю, – мои губы скукожились в обидчивую гульку, – или ты совсем не дорожишь моим мнением? – Что ты, что ты! – замахал руками ректор и нехотя выдал, – хорошо, будь по-твоему. – Спасибо, мой сладкий! Я очаровательно улыбнулась и поднялась. Прежде, чем Нарски успел бы мне что-то сказать или полезть с поцелуями, я послала ему воздушный поцелуй и спешно скрылась в портале. Быстро обвела комнату контуром и очень медленно села в кресло возле стола в рабочей зоне апартаментов. Я не позволила себе громко заорать, но отчётливо скрипнула зубами и со злостью сжала пальцами подлокотники затрещавшего от такого надругательства над собой кресла. Спокойно, Лия. Этот никчёмный человек не стоит того, чтобы ты тратила на него своё негодование. Скоро он уже ничего не сделает ни тебе, ни близнецам, ни лосям, никому. Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, успокаиваясь от неожиданной яростной вспышки – реакции на оскорбление Марса и Лейса и других моих боевых лосей. Лучше воспользуюсь свободным временем и поработаю. Я вдруг вспомнила, что не прочитала самую долгожданную часть посылки из Союза – бумаги по делу Амаль Тенмар, которое теперь перешло ко мне, по «наследству», так сказать. Но замешкалась. Интуиция подсказывала мне, что если я сейчас прочитаю дело Амаль, то внятного разговора с Зейном по делу у меня уже не выйдет. Потому что голова моя будет забита мыслями об этом очень секретном деле, которое мне назначили довести до конца. Я расцепила контур и, воспользовавшись особенностью тени, кинула призыв, чтобы он дошёл до Мелвина, и тот пришёл ко мне. Я поднялась с места и заходила по рабочей зоне апартаментов, ожидая напарника. Пальцы подрагивали от еле сдерживаемого нетерпения. Чем быстрее я выполню данное Зейну обещание, тем скорее приступлю к изучению бумаг по своему новому сверхсекретному заданию. – Звала? – незаметно просочился в комнату напарник. Я вздрогнула от неожиданности, повернулась к нему и молча кивнула. Контур снова окружил апартаменты, не позволяя никому ни подслушать нас, ни вломиться внутрь. Я невзначай бросила взгляд на несчастную дверь, ведущую из коридора в мои покои. Замок и ручка держались на честном слове после нескольких взломов. – Звала, – я достала вскрытые конверты и протянула их Мелвину, – ознакомься. Напарник кивнула и углубился в чтение по нашим дальнейшим делам. Он, как и я, не особо удивился общей информации из конверта с подписью «Студенты», почти скучающе он принялся скользить взглядом по строчкам из второго конверта, «Задание», пока не добрался до второй его части. Тёмные брови парня устремились вверх. – Дело Тенмар теперь твоё? – вопросил он, – ещё и артефакт искать… Просто замечательно. Что ты можешь рассказать мне сверх написанного? Он вернул мне бумаги и выгнул бровь, сложив руки на груди. Я убрала конверты под магическую защиту в ящик стола и неопределённо пожала плечами. Что я могла ему сказать? Только свои догадки и предположения, ибо стоически не заглядывала в конверт «Тенмар» и никаких особых подсказок по артефакту не получала. – Да, мне наказали закончить начатое Тенмар несколько лет назад, – наконец заговорила, – я пока не читала документы. А на счёт артефакта у меня есть догадки. Если это книга, то где бы ей ещё быть, как не в тайной секции? «В точку, дитя», – хмыкнул Тиль, как всегда ворвавшись без спросу. Я даже бровью не повела, лишь удовлетворённо чуть заметно кивнула самой себе. Хорошо, по крайней мере тут уже есть направление, в котором стоит двигаться. Всяко лучше, чем шнырять по всей академии в поисках артефакта. – Ну, предположение не лишено смысла, – согласился со мной Зейн, – кстати, когда ты планируешь убрать Нарски? – Чем раньше, тем лучше, – я поморщилась, – он решил основательно вмешаться в мои дела и убрать меня подальше от лосей. Или только от Фаворски? – К-хм, – кашлянул Зейн. – Что ты узнал? – тут же жадно накинулась на него с вопросами я. – Совершенно случайно я подслушал диалог Нарски с Заварски, а потом не менее случайно задержался подольше и услышал кое-что ещё… – загадочно начал он. – Ну? – я нетерпеливо подалась вперёд. – Я не очень хорошо разобрал, мешало мелкое заклинание помех, – досадливо поморщился напарник, – но главное я уловил. Нарски был очень удивлён, когда ему «позвонили». Слов некоего господина с той стороны я вовсе не расслышал, но ответы ректора смог более-менее разобрать. Я впилась ногтями в ладони и закусила губу, заставляя себя замереть на месте и не трясти Мелвина как яблоню в саду, чтобы он не медлил. Ведь с Нарски, совершенно точно, связался господин Эн, тот самый, которому он строчил доклады про Фаворски и про меня. – Нарски доложил ему обстановку и сказал, что ты у него на крючке, потому что вы помолвлены, и ты просто без ума от него, – Зейн криво улыбнулся, – судя по всему, он получил одобрение своим действиям. Дальше было довольно смутно, но судя по всему, он получил приказ увеличить расстояние между тобой и Фаворски. Кажется, некий господин был очень недоволен. Вроде бы Нарски лопотал что-то о стремительных и стихийных изменениях в силе, но я не уверен. – Что-то ещё было? – хрипло спросила я, когда Мелвин ненадолго замолчал. – М-м-м, – он над чем-то задумался, – было кое-что странное в конце. Я расслышал, как Нарски при прощании сказал, что будет рад скорой встрече. Будет какой-то праздник или мероприятие в академии, я не понял. – Будет традиционный день родителей, когда родители, опекуны и ещё какие близкие родственники смогут приехать в Вильерскую Академию, якобы навестить студентов, а на деле это мероприятие по подпитке магов от единственного на всю страну источника, – проинформировала его. – Когда? – насторожился Зейн. – Узнаем, – я отмахнулась, – куда важнее к этому времени разобраться с Фаворски и с большинством наших заданий. Может случиться всё, что угодно. От невинной проверки дел господином Эн до экстренной телепортации назад в Союз. – … – Мелвин очень грубо выругался, – начнём с похода к местному источнику? – Пожалуй, – я кивнула, – сегодня ночью? – Почему нет? – ответил Зейн, хотя вопрос был задан не ему. «Жду вас», – отозвался истинный адресат.