Глава 4
Арабелла
До конца нашего перелёта отказываюсь реагировать на окружающих, а особенно на шлюшку- стюардессу.
Да срать я хотела на них обоих! Пусть хоть обтрахаются и обкончаются вконец. Мне же только лучше, если Троянов будет занят трудоустройством своего члена, а не моим местонахождением. Тем более на эту поездку у меня действительно строились такие смелые планы, а если этот придурок будет везде за мной таскаться как ручная собачонка, канули в небытие все мои желания.
- Принцесса, хорош дуться, а то преждевременные морщины между бровями тебе обеспечены, - пристаёт ко мне Игнат, но я намеренно отворачиваю голову от него и бездумно изучаю полосы света от мощных фонарей аэродрома в иллюминаторе. – И, между прочим, мы прилетели, но если её высочество желает вернуться обратно, то…
Резко поднимаюсь со своего кресла, не успевая заметить, что Троянов ко мне наклонился. Моя голова со скоростью врезается в его подбородок, что я слышу клацанье его закрывающейся челюсти и хриплый мат.
- Ой! Больно что ли? – прячу изумление и первые ростки паники за наглостью. – Ну, ничего! Сейчас позовём Инну, и она всё тебе залижет.
Взгляд мужчины горит огнём мщения, но больше звуков никаких не издаёт, наверное, ещё и язык прикусил. Вон даже слёзы проступили.
Стюардессу звать не пришлось, так как эта шлюшка появилась через секунду после моей «жалостливой» речи.
- Вот видишь, Троян, и скорая помощь подоспела. Жить будешь! – лихо ему подмигнула и дала дёру из салона самолёта, чувствуя даже затылком тяжёлый мужской взгляд.
Мало ли Игнатушка резко очухается и вместо Инночки меня к ответственности привлечет.
Едва вышла на небольшую посадочную площадку, в лицо прилетели хлопья снега, вызывая мурашки по спине. Поскорее запахнула пальто и огляделась.
Карпаты.
Я, конечно, собиралась в этом году с отцом в Альпы, но у него резко изменились планы. В итоге, чтобы не остаться дома в одиночестве, решилась на поездку с моими ребятами по универу.
Буковель по отзывам моих сокурсников, кто уже здесь бывал, тоже неплох. Современный горнолыжный курорт с собственными минеральными источниками. Надо будет через недельку туда моего телохранителя сплавить, пусть свой гастрит и язву подлечит, которые я ему к тому моменту постараюсь обеспечить.
- Арабелла, ты … - всё ещё злой голос упомянутого и противного раздался за моей спиной.
- О! А Инночка творит чудеса! Уже и речь вернулась, только чувство юмора пострадало вдребезги, наверное.
Троянов с прищуром изучает меня, но хлопья снега, оседающие на его по-девичьи длинных ресницах, мешают ему строить злую мину. Он начинает быстро моргать, а потом как-то безнадёжно машет на меня рукой. Начинает застёгивать пальто и заодно натягивать на голову капюшон с меховой опушкой.
Вот и славно! Отворачиваюсь от него, снова вглядываясь в величественные склоны гор с рядами заснеженных могучих елей на фоне тёмного неба, что даже сложно определить время суток.
- Надо торопиться, Арабелла. По метеосводке скоро начнётся метель. Видимость на дорогах станет плохой.
Игнат уже рядом со мной – собранный и холодный, как этот снег на его одежде.
Вот всегда он так! Только кажется, что человек, и снова этот безжизненный робот.
- И хватит без шапки ходить, а то последние мозги выдует ветром, - добавляет абсолютно серьезно, натягивая на голову капюшон моего пальто.
- Нынче мозги не в тренде, папик! – отталкиваю его руку и снова пытаюсь сбросить капюшон.
- Ара, твою мать, мне ещё твоих розовых соплей и температуры не хватало, - бормочет мужчина, перехватывая мои руки. – Угомонись, ребёнок.
Это его «ребёнок» режет без ножа. Так обидно, что в носу щиплет от невыносимого желания зареветь и поорать. Вот всегда так с ним, а ведь сама себе обещала больше не реагировать на его подколы.
- Троянов, оставь меня в покое, пожалуйста. Иди работай, - как можно сдержаннее посылаю мужчину, пряча лицо за меховой опушкой капюшона.
- Как скажете, Арабелла Леонидовна.
Он уходит, а я непроизвольно смотрю ему в спину – широкая, сильная и шаг уверенный, и всё в этом грёбанном Троянском меня всегда привлекало. В пятнадцать так в него влюбилась, думала, чокнусь. Была готова на всё, лишь бы посмотрел в мою сторону, прикоснулся. Он и смотрел глазами взрослого дяди на несмышлёную девочку, а трогал всегда других.
Я же грезила им во сне и наяву. Плакатами с его изображениями завешала всю свою спальню, а потом Игнат уволился и в один миг исчез из моей жизни.
Мой мир рухнул, а потом отец ещё месяц читал мне нотации, закармливая вкусняшками. Не помню, что именно он мне тогда говорил, но для себя извлекла единственное полезное – надо вырасти, и уж потом Троянов будет мой.
С этой новой идеей фикс я вернулась к прежней жизни, но, как известно, время лечит, и через годик- другой воспоминания о моей первой любви местами угасли и позабылись. Единственный побочный эффект – никак не могла начать встречаться с парнями. Флирт, встречи в универе, даже парочка свиданий и потом кандидат не проходил проверку. Не то, не так, не воодушевлял.
- Какой мужчина. Не правда ли?!
Оказывается, не я одна любовалась профилем Игната.
- Инночка, слюнки утрите. Он с вами уже закончил. Повторный забег состоится с вероятностью ноль целой одной миллиардной.
Стюардесса не отвечает, поэтому приходится обернуться. Она как-то ядовито улыбается, а во взгляде горит раздражение. Замечая моё внимание к её персоне, медленно и эротично облизнула губы.
- Утёрлась. Сочувствую вам.
Хмурюсь, но продолжать разборки с этой сучкой уже нет желания. Тем более из-за усиливающегося снегопада и ветра стоять становится совсем не комильфо.
- Не стоит. До свидания, - выпускаю оружие в виде вежливости, на что стюардессе остаётся только давиться собственным ядом.
В метре от меня останавливается два больших белых джипа, и из одного выпрыгивает Троянов.
- Арабелла, бегом в машину, - и, неудовлетворённый скоростью моего передвижения, подхватывает меня за талию и закидывает в салон на заднее сиденье. – Сними пальто и закутайся в плед.
Рычащий приказ и захлопывание дверцы. Дальше не слышу, но вижу, как Инна делает решительный шаг в его сторону. Её губы сладко улыбаются и что-то там щебечут, но в ответ она получает лишь холодный взгляд Игната, отрицательный кивок, после чего мужчина её покидает.
Стюардесса на пару секунд замирает с растерянным выражением лица, а я чувствую, как кайф удовлетворения растекается по моему обиженному эго.
Отворачиваюсь от окна, торопливо раздеваясь, а то сейчас вернётся моя грозная нянька и будет снова брюзжать.
Через пятнадцать минут, когда два помощника Троянова и наши вещи погружены во вторую машину, мы отбываем.
Игнат садится за руль и торопливо выруливает с аэродрома. Снег хлещет в лобовое стекло с такой силой, что дворники едва справляются.
Несколько минут молча любуюсь непогодой, но, когда видимость приравнивается к минимальной, начинаю волнительно поглядывать на очень серьёзного водителя.
- Смотрю, с погодкой нам не повезло, - осторожно начинаю беседу и, скидывая с плеч плед, просовываюсь вперёд между кресел.
- Ага. Из-за некоторых истеричных копуш мы вылетели с опозданием от графика на полчаса, и вот он результат.
Закатила глаза, так как у Троянова я априори всегда виновата.
- Можно было просто переждать непогоду в каком-нибудь отеле неподалёку от аэропорта.
- Не можно, Принцесса. У нас разработан план, и хотелось бы его придержаться.
- Игнат Викторович, а почему вы такой противный педант? Никакого экспромта – это же скучно.
- Зато безопасно, Арабелла.
Сказал- как отрезал, вновь сосредоточившись на дороге.
Мне же сзади сидеть скучно, и тонировка задних стёкол лишает обзора, хотя видимость в принципе так себе.
Сдергиваю сапожки и активно пытаюсь перелезть на пассажирское. Хотя бы буду лицом Игната любоваться, а не его затылком.
Но едва успеваю, ухватившись за обе спинки кресел, заползти на разделительный бардачок, Троянов с громким матом резко выкручивает руль вправо и бьёт по тормозам.
Меня швыряет в бок, ударяя в висок подголовником, а потом вперёд, и, наверное, если бы не всемогущая рука Игната, я бы влепилась в лобовое стекло как летняя мушка.
- Твою мать, Арабелла! – яростно рычит мужчина, а у меня в ушах звон и перед глазами белые точки.
Но оказывается, это ещё не конец. Машина по-прежнему двигается под глухое рычание зверя, что прижимает меня к своему боку. Только направление у нас какое-то неправильное – вниз и снова набок.
И наконец-то тишина, такая звенящая, или это у меня до сих пор в голове колокольчики после удара.
- Игнат, что случилось? – разлепляю пересохшие губы.