Глава 6
Игнат
Господи, она точно не умрёт своей смертью. Придушу заразу мелкую.
Ага-ага, или затрахаешь до смерти. Шлю на все четыре стороны внутренний голос, но он как никогда близок к правде.
В крови ещё не упал уровень адреналина после аварийного спуска с дороги и крови девчонки на моих пальцах, а теперь Ара, решив доконать мою нервную систему, предлагает заняться сексом.
- Вот плед. Грейся, - тяну покрывало с заднего сиденья, и так как девчонка отказывается, то сам обматываю её, превращая в куколку будущей бабочки.
- Эй, совсем озверел что ли? – бунтует соплячка, пытаясь вытащить руки.
Совсем. Её запах, её голос и её тело поверх меня – это как охрененно мощный сексуальный допинг. Чтоб, бля, её отцу трижды икалось.
Спасает меня от разрыва сердца и члена писк рации.
Приехали спасатели во ВСЕХ смыслах этого слова.
Вытащили тачку быстро, отскребли от снега, и оказалось, что с ней всё действительно в порядке. Усадил недовольную Гронскую на заднее сиденье, пристегнул и для компании взял с собой одного из своих парней.
Мало ли у меня башку совсем сорвёт.
- Эй, а почему мы едем не в отель?
А потому что я, придурок, переоценил свои способности евнуха и снял нам отдельный дом, чтобы легче было с охраной разбираться. Облегчил, сука, себе жизнь.
- Алло, меня вообще кто-нибудь слышит? – заводится Гронская на моё молчание.
Но я молчу, неуверенный сейчас в силе своего голоса и тона. Нестерпимо хочется… хотя бы матом поорать.
- Троянов, тебе там что ли снегом уши заложило?! Или вся кровь отхлынула от головы к более мелкому органу твоего тела?
Стискиваю челюсти до зубного скрежета.
- Арабелла Леонидовна, вы будете проживать в частном коттедже. Это приказ вашего отца, - косясь на меня, вступает в беседу Владимир, мой напарник.
Коротко киваю ему, мол разрешаю и дальше вести переговоры с этой «террористкой».
- У меня же была бронь на шикарный люкс с видом на горы, и вообще… там мой, - она резко осекается, как если бы сказала что-то лишнее.
Бросаю короткий взгляд в зеркало заднего вида и успеваю поймать бешеный взгляд девчонки. Злится как тысяча чертей!
- Мне жаль, - пытаясь загладить свои слова, Владимир добавляет мягкость в голос. Это он зря, потом Принцесса именно из него будет верёвки пытаться вить.
Люкс я тоже оставил для отвода чужих глаз. Чем дольше ищут, тем нам вольготнее.
Сбрасываю скорость и быстренько паркуюсь. На улице темно, холодно и ветрено, что вообще меня не радует.
- А мне чего-то не жаль! Троянов, ты редкая сволочь! Да ты просто гондон ушлёпанный. Специально меня в эту тьму тараканью затащил, чтобы окончательно испоганить каникулы.
Не выдержала тонкая психика её высочества.
Владимир в одно мгновение ретируется из машины, а я решаю, что пора воспользоваться широкими полномочиями, выделенными Гронским в отношении своей малютки.
- Принцесса, за речью следи. Иначе рот с мылом вымою.
Моё предупреждение только, кажется, добавило напалма в этот костёр безумства.
Молча выхожу и иду к девчонке.
- Нихрена, Игнатушка! Хрен я выйду тебе из тачки, - «приветствует» меня Гронская, едва я открываю заднюю дверцу. - Вези меня в отель, сраный наёмник.
В голове словно щелчок, и я забываю, что она меня младше и я действительно, по сути говоря, только её работник. Вижу перед собой только психованную куклу, которую всё равно хочу, а заодно решаю привить парочку манер.
- Ну всё, коза, допрыгалась, - обхватываю руками и, выдернув из салона, закидываю себе на плечо как кулек.
Арабелла истошно вопит, обещая мне кары небесные. Да только плед, в который до сих пор замотана девчонка, облегчает мне задачу в транспортировке.
- Уймись, ребёнок! – и от души хлопаю ладошкой по елозящей около моего лица пятой точке.
- Ай! Больно, козел! Отпусти немедленно. Я сейчас отцу позвоню.
Мы проходим мимо моих парней, которые сцеживают ухмылки в кулак, но получают от меня строгий взгляд и тут же спешат по своим делам. Издеваться и смеяться над девчонкой могу только я.
- Давай-давай, звони. Малыш, тебе номерок набрать? А то тебе самой-то несподручно.
- Урод!
- И привет папе от меня передать не забудь! Пламенный.
Мы уже на втором этаже, делаю ещё пару шагов и стою посредине её спальни. Пацаны тащат по лестнице чемоданы, лишая меня возможности уединиться с не умеющей вовремя закрыть рот девочкой.
- Своему члену привет передавай и тоже пламенный, - продолжает девчонка, но, судя по осиплому голосу и уменьшению возни на моём плече, она устала.
Иду в ванную комнату и выкручиваю кран в душевой кабине на тёплую воду.
Арабелла притихает на эти мгновения, осматриваясь, но, как только смысл моих действий становится ей понятен, снова начинает орать.
- Не смей, козлина! Убью! – и, изловчившись, когда начинаю опускать её на плитку, она со всей дури кусает меня за шею.
Это, вашу мать, больно, так как с чувствительностью у меня всё в порядке.
И если до этого хотел лишь попугать несчастную, то теперь просто вытряхнул из пледа под водопад, льющийся сверху.
- Ааа... я захлебнусь!
- А ты рот, поганка мелкая, закрой и будет тебе счастье, - тёмные, почти без фиалковой радужки глаза убивают меня всеми способами, но я срать хотел. – А если услышу ещё хотя бы один мат из твоего чудного ротика, то реально залью туда мыло. Ты меня поняла, Арабелла?! И отец не поможет, так как обменял на моё согласие поехать сюда право распоряжаться тобой так, как сочту нужным. Усекла, истеричка?!
Она перестаёт сопротивляться, замирая в моих руках. Ручейки льются по её лицу, заставляя часто моргать. Немного дёргаю на себя, оставляя основной поток воды за её спиной.
- И в следующий раз вода будет холодной, - неожиданно хрипло добавляю, зависая на мокрых глазах в чёрных потеках туши и прилипших к её щекам прядям волос, и этот нелепый кусок пластыря на виске…
Почему она даже сейчас не вызывает у меня неприязни?!
Мы оба часто и тяжело дышим, и если с ней всё понятно – сопротивлялась бедняжка – то объяснить причину моего состояния можно только одним.
Пора нахрен валить!
Собираюсь отпустить Принцессу, но её до этого инертные руки пролетают между нами и тут же вцепляются в мой затылок. Я охреневаю от этой неожиданной смелости, но девочка не знает слова «стоп».
Мокрые губы тут же прижимаются к моим, кусая и требуя ответа. И если мысленно я послал её трижды нахрен и ушёл, то в реальности засунул свой язык чуть ли не в горло, желая насладиться сладостью этого ротика.
Она хрипло стонет прямо мне в рот, вжимаясь в моё тело, тем самым заставляя сжимать её водолазку в кулаки, чтобы не порвать эти тряпки и не взять предложенное.
А в следующее мгновение Арабелла дёргает меня на себя, и теперь мы оба стоим под водой. Маленькая вредная сучка, но если она думает, что я сахарный, то зря.
Не отрываясь от её охрененно вкусных губ, продолжаю крепко держать одной рукой, а второй врубаю холодную воду.
Ледяной поток сверху мне только на пользу, хоть немного остужает мозги и заодно член, что теперь я могу контролировать наши объятия. Арабелла истошно вопит, но я перекрываю её визги поцелуями, продолжая исследовать рот этой негодницы.
Когда истерика завершается, я выключаю воду и убираюсь вместе с ней из душевой.
- Троян, ты козёл, - совсем спокойно выдыхает Гронская, пока я сдёргиваю с неё водолазку, ботинки с носками и брючки.
Кафельный пол безбожно залит водой, так что переставляю девчонку на более-менее сухой коврик у широкой раковины.
- Я тебе это давно говорил. А ты пытаешься играть со мной во взрослые игры, забывая, что я в состоянии трижды тебя обыграть. Прекращай, Принцесса, а то допрыгаешься и реально будешь сидеть в заточении этого дома, - активно растираю холодную кожу и сразу же заматываю в большое махровое полотенце. Ибо сил нет!
Стараюсь не думать, что она стоит передо мной в одном нижнем белье из сплошного белого кружева, а ещё щёки - это сплошной смущённый розовый румянец. Не думаю, что это персональная реакция на моё присутствие.
- Ты же никогда не была с мужчиной, - мягко укоряю её.
Арабелла тут же вскидывается, но при этом закутывается в полотенце ещё сильнее.
- А тебе-то откуда знать?! Может, я трахаюсь с каждым встречным и при этом феерично кончаю.
Вот бы отшлёпать эту невыносимую задницу!
- Принцесса, в твоём возрасте надо не трахаться, а заниматься любовью с самым потрясным принцем на планете. Эх… а говоришь, что выросла.
Оставляю девчонку с изумлёнными глазами в ванной и шлепаю в спальню. С меня, кстати, тоже прилично капает, но вот холода не чувствую совсем. Это всё Гронская виновата с её «трахаюсь и кончаю». Доведёт меня до инсульта.
Стягиваю на ходу ботинки, которые теперь, скорее всего, проще выкинуть или поселить там рыбок, следом такой же непригодный свитер.
Когда руки ложатся на пряжку ремня, слышу позади себя сдавленный вдох.
Арабелла, вцепившись на груди в края полотенца, обмотанного вокруг неё, стоит в проёме ванной комнаты. И смотрит она на меня так, что мои яйца распирает от желания показать себя во всей красе и обрушить на неё весь свой богатый сексуальный опыт.
Незаметно для неё сглатываю ком в горле и продолжаю стриптиз, точно зная, что сделаю дальше. Принцесса после вонзит в меня все острозаточенные пики.
Медленно расстегиваю ремень и ширинку джинсов, следя за тем, как резко вздымается грудь девчонки, а аккуратные пальчики впиваются в полотенце до побеления в суставах. И сказать, что меня её возбуждение оставляет равнодушным, никак не могу. Так что, когда доходит очередь до штанов, мой член рьяно рвётся на свободу сквозь ткань мокрых боксеров.
Отбрасываю в сторону джинсы, следом носки и походкой самоуверенного самца приближаюсь к ней.
Арабелла перестаёт дышать и нервно закусывает нижнюю губку, но потемневший взгляд ни разу не отводит. И это рвёт меня на части, будто я готов кончить, едва её пальцы соприкоснутся с моей кожей.
Торможу на безопасном расстоянии от моей персональной «гранаты» и дёргаю плед с кровати.
- Ну как, малышка, посмотрела на взрослого дядю, - и по самую шею кутаюсь в мягкую ткань. – А теперь слюнки утри, ротик закрой и на время отпуска про секс со своим недопарнем благополучно забудь. Поймаю, а я поймаю, тебя посажу под домашний арест, а твоему недоумку член с головой местами поменяю. Пусть уже мир видит, какой он в реальности членодум.
Меня убили, воскресили и наживую расчленили, а потом сожгли и развеяли по ветру.
- Ублюдок! Убила бы! – теряя все признаки вожделения, Гронская цедит сквозь зубы, явно не в силах передать в словах, что я и так вижу в фиалковых глазах.
- Мала ещё, Арабелла. Боюсь, такого, как я, не потянешь, - вбиваю следующий гвоздь в крышку гроба, где мы сейчас захороним её детскую влюбленность в меня.
- И действительно, нахрен мне такая старая сволочь сдалась!
- И раз мы пришли к общему понимаю ситуации, то теперь прошу вести себя соответствующе. А именно, ты как приличная девушка слушаешь меня и исполняешь всё в точности. Список мероприятий подаёшь письменно и желательно за сутки, чтобы мы с парнями смогли проработать маршрут и твою безопасность на нём. Как только ловлю на вранье и нарушениях моих правил – домашний арест на сутки с возможным продлением хоть до самого окончания каникул.
- Да пошёл ты…
Выразительно смотрю на ванную комнату.
- Мыло, Принцесса. Много противного жидкого мыла.
- Да пошёл бы ты в свою спальню и там разбрасывался вещами, - сдерживает себя, но я вижу, как девчонку колбасит от гнева по мою душу.
Лучше так, чем сплошной секс в тумане её глаз.
- Я бы и пошёл, если бы всякие малолетки на меня не кидались.
Гронская хватает маленькую подушку с кресла и кидает в меня.
- Так я, может, просто проверяла, а ты повёлся и своим языком мне едва гланды не погладил.
Было дело, но для неё равнодушно пожал плечом, выражая свою незаинтересованность.
Подхватываю свой гардероб и двигаю на выход.
- И ты, действительно, ублюдок! Взял и снова всё обгадил!
Как ни дико, но её злость и обида оставляют в душе болезненный след, что по моим меркам совсем хреново! Я, конечно, как-то в двадцать лет, будучи пьяным в хлам, загадал желание дедушке морозу о прекрасной деве, что поразит моё холодное сердце, но, блять, не сейчас же! Мне-то уже давно не двадцать, чтобы моему подарку было столько же!