ГЛАВА 14

Полинку я нашла довольно быстро, спасибо бесам. Эти мелкие услужливые создания, которых я довольно серьезно впечатлила днем, когда мы с подругой искали выход на улицу, смотрели на меня с обожанием и исполняли приказы практически еще до того, как я их озвучивала. Всего я насчитала семерых (четверых бесовок и трех бесов), но это не точно, потому что все были практически на одно лицо и одеты одинаково.

Наши с Полиной покои располагались рядом, но только сейчас, обойдя их без спешки, я поняла, насколько подругу снова ущемили в правах. Если мне, по словам словоохотливых бесов, выделили чуть ли не половину этажа со всеми сопутствующими благами в виде личной приемной, роскошного будуара-кабинета, массажного зала (с личным массажистом), комнаты для косметических процедур и до кучи релакс-апартаменты, то Полине отдали для личного пользования лишь три помещения, одним из которых была ванная.

И я вспомнила слова Присциллы, для которой все люди — питомцы и расходный материал.

Нехорошо. Очень нехорошо! Как бы Полинка, узнав это, не устроила тут погром с тяжкими телесными.

Когда я заглянула в спальню к Полине, разрываемая внутренними противоречиями (хотелось уже отдохнуть, но и поговорить не мешало бы), та еще не спала, коротая ночь с книгой. Как бы порой она меня ни бесила, глупой блондинка не была, и я ничуть не удивилась, увидев в ее руках «Свод законов империи Рух». Сама о такой Йохея просила.

— Привет, не спишь? — Глупый вопрос, но для начала разговора вполне сойдет.

— Нет. — Полина, одетая в довольно скромный непрозрачный голубой пеньюар длиной до щиколоток, отложила очень толстый фолиант на столик и махнула мне рукой, приглашая присоединиться и занять второе кресло-пуфик. — Уже голова от мыслей опухла, сна ни в одном глазу. Сама как?

— Как видишь. — Скривив губы, я развела руки, позволяя оценить свой готичный наряд. Даже покрутилась, чтобы Полина рассмотрела все. — Тебе еще повезло, просто не позвали, а я такого нагляделась, что закрывать глаза страшно.

Полинка звонко рассмеялась и отмахнулась.

— Брось, не такие уж они и страшные. У нас на Хеллоуин пожутче будет. Заглянула я в тот зал одним глазком, посмеялась и ушла. — Подруга смерила меня подозрительным прищуром. — Тебя, кстати, там не увидела.

Я пожала плечами и плюхнулась в кресло, с блаженным стоном снимая туфли. И сразу же стала счастливее на тринадцать сантиметров вниз!

— Неудивительно. Меня там либо еще не было, либо уже.

— Так-так… — Глаза Полины загорелись в предвкушении горячих подробностей. — И где же ты была?

— Меня Брасс похитил, — снова небрежно пожала плечами я, намеренно интригуя, но первая не выдержала округлившихся Полинкиных глаз и тихо рассмеялась. — Ладно, шучу. Кто кого похитил, это еще разобраться надо. Мы просто сбежали с этого бала монстров и неплохо пообщались за ужином. Что ты ему там про меня наговорила?

— Я? — Полина невинно захлопала ресничками. — Ничего такого, что не было бы правдой. Всего лишь предупредила, чтобы на многое не рассчитывал и берег самое ценное: нервы и яйца.

— Фу!

— Не фу, а доказанный факт. — Подруга тонко намекнула на инцидент полугодичной давности, когда мне пришлось применить кое-какие базовые навыки женской самообороны против особенно приставучего кавалера, распустившего руки. — Кстати, как он? Не пострадал?

— Ты о нем беспокоишься? — слегка удивилась я.

— Почему нет? Он показался мне вполне адекватным. Если тебя не заинтересует, так пусть хоть кому другому достанется не побитым. К тому же он близкий друг Саввушки. — Полинка прикрыла глаза и мечтательно вздохнула. — А его друзья — мои друзья.

— А твои друзья? — уточнила напряженно.

— Ди, я говорила, что ты дура? — поинтересовалась Полина все тем же мечтательным тоном. — Мы дружим уже больше двадцати лет, я хоть раз давала повод? Сколько еще ты будешь во мне сомневаться? Или это не лечится?

— Прости. Наверное, нет. — Я отвела взгляд в сторону. — Просто твоя мечта уже почти сбылась, и ты…

— Резко скурвилась? — Полинка неприязненно скривилась. — Давай уже говори как есть. Что ты думаешь на самом деле, Ди? Я иногда смотрю на тебя и не понимаю элементарного: как такая умная и успешная женщина может так ненавидеть мужчин? Что они с тобой сделали? Когда? Ты пойми, я просто хочу, чтобы ты была так же счастлива, как и я. Просто так, без повода. Чтобы имела нормальную мечту и цели, а не какой-то бред.

— Быть независимой — не бред.

Я раздраженно поджала губы, и мы уперлись друг в друга взглядами, как два упрямых барана. Секунда, пять, десять… И я сдалась, уже давным-давно глубоко в душе признав, что Полинка имеет право знать правду.

— Хорошо! Хочешь меня узнать? Слушай!

Я огляделась, увидела в районе дверей чей-то бесячий хвост и прикрикнула погромче:

— Вина и закусок нам! Быстро!

Минута — и все принесено, словно слуги только этого и ждали.

— Ну что, госпожа личный психотерапевт? Готова нырнуть в глубину моего грязного прошлого и вытащить на свет неприглядные факты?

— Валяй.

Полинка храбро дала отмашку, и мы, не пользуясь ни граммом магии (если честно, я просто опасалась ею заниматься, находясь в полном душевном раздрае), ручками открыли бутылку, разлили по бокалам, чокнулись… И я приступила к рассказу, не скрывая и не приукрашивая.

Закончила ближе к утру, когда заря уже золотила горизонт, а мы прикончили третью бутылку крепленого вина. Как водится в таких случаях, поругались, порыдали, помирились, не сошлись во мнении, сошлись… Полинка поставила мне окончательный диагноз «дура клиническая», я обозвала ее «блаженной мажоркой, не нюхавшей пороху», мы выпили еще и помирились окончательно.

— Были б мы дома, я б тебя принудительно к своему психологу записала. Милейший Давид Абрамович быстро бы тебе мозги на место поставил, — сонно пригрозила подруга, обнимая подушку. Мы перебрались на ее кровать еще час назад и уже на ней заканчивали сеанс импровизированной психотерапии. — Это ж надо было из-за одного козла испортить себе всю жизнь… Не все такие, понимаешь? Далеко не все. И даже если многие, то это не повод опускать руки. Ищи и обязательно найдешь того самого.

— Да не хочу я искать, как ты не понимаешь, — отмахнулась я, отбирая у Полинки вторую подушку, чтобы тоже устроиться поудобнее. Благо размеры кровати позволяли даже не касаться друг друга. — Тратить на них время и нервы, когда можно просто пожить в свое удовольствие. Ни от кого не завися и ни перед кем не отчитываясь.

— Сомнительное какое-то удовольствие, — пробормотала она уже сквозь сон. — Поверь мне, Самойлова: просыпаться в объятиях любимого мужчины, носить под сердцем его ребенка, встречать рассветы, провожать закаты, понимать друг друга без слов, устраивать романтические вечера и милые сюрпризы, быть с ним в горе и радости на протяжении всей жизни, встретить вместе с ним уютную старость — вот высшее счастье. Я знаю, я читала.

— Читала она, — фыркнула, прогоняя из сердца неуместную щемящую грусть. — А я это прожила. И поверь, все совсем не так.

Новым аргументом в защиту мифического идеального мужчины стало мелодичное похрапывание уснувшей подруги, и я, вздохнув, ушла к себе. Может, и права Полинка, может, и существуют такие экземпляры. Верные, честные, надежные, порядочные.

Но я таких не встречала.

Утро для нас обеих началось поздно, далеко после полудня, но похмелье, к счастью, не мучило. То ли в силу новообретенных способностей, то ли из-за высокого качества вина — не знаю. Полинка, кстати, проснулась первой и пришла будить меня, проигнорировав многочисленные увещевания бесовок, что принцесса еще изволит почивать и к ней нельзя.

— Самойлова, подъем!

— Изыди, — буркнула я из-под одеяла, вяло дернув ногой в ее направлении. — Инквизиции на тебя нет… Нельзя быть настолько бодрой с утра!

— Ты тоже будешь, когда узнаешь то, что уже знаю я, — загадочно похвасталась Полинка, с размаху плюхаясь рядом. — Только сначала скажи мне… Какого хрена, Самойлова?!

Тон подруги не предвещал ничего хорошего, и я даже сфокусировала на ней взгляд.

— Какого хрена что?

— Это! — Полинка сунула мне под нос какой-то кожаный ремешок. Черный, сантиметра три в ширину и с блестящими металлическими шипами.

— И что это? — Я откровенно не понимала подругу, все еще не проснувшись до конца.

— Бесы передали презент от твоей «мамо», — скривила губы Полина и растянула ремешок в руках, показывая, что он довольно короткий. Как ошейник. — А теперь скажи мне, что это не то, о чем я думаю.

— Это… — Я прикусила губу и поморщилась. А ведь вчера я так и не сказала Полинке главного. — Ты только не кричи сильно, пожалуйста. Но это именно то. Когда я вчера попросила ее оказать содействие в защите, она назвала тебя… — Я шумно выдохнула и на всякий случай натянула одеяло повыше. Если уж меня и будут бить, то поверх одеяла — так менее больно. — Моим питомцем.

— Меня? — мрачно уточнила Полинка.

Я кивнула.

— Твоим питомцем?

С опаской кивнула снова.

— Так это же замечательно!

Я на всякий случай отодвинулась подальше. Зная энтузиазм Полины и свойственную только ей логику, можно ожидать чего угодно.

— Поясни.

— Погоди. — Полинка подскочила и начала бегать по комнате — ей всегда так лучше думалось. Наконец она остановилась напротив меня и начала вполне внятно излагать собственные мысли, подкрепленные выясненными фактами. — Пока ты вчера прохлаждалась по всяким там салонам красоты и балам, я хорошенько потрясла умницу Йохея, и он выдал мне кучу умных книжек. Так вот! Для большинства местных демонов я и правда существо второго сорта: мало того что человек, так еще и женщина. Не маг, не воин и даже не принцесса. — Подруга окинула меня многозначительным взглядом. — Так что любой идиот может меня обидеть или чего похуже. Но! — Она наставила на меня палец. — Когда я обзаведусь покровителем из высших демонов, все моментально изменится! Меня будут приглашать во всякие интересные места, выделят слуг, содержание и всякое такое прочее. А теперь о главном! — Подруга снова запрыгнула ко мне на кровать и проникновенно заглянула в глаза. — О возможных статусах. С Саввушкой мы вчера очень мило поболтали, преимущественно о тебе, кстати, а вот о нас с ним разговора так толком и не зашло, хотя интерес определенного рода я в нем заметила. — Полинка многозначительно улыбнулась воспоминаниям. — Ты не думай, что я жалуюсь, с этим я сама справлюсь. Просто не будет, но в этом-то и весь сок! Он такой душка! А какие у него изумительные зубы!!!

Подруга мечтательно вздохнула, давая понять, что окончательно вышла на тропу охоты за принцем, и совсем не важно, что он уже Владыка. Тем слаще будет приз.

Вот и отлично!

— А со статусом-то что? — вырвала я ее из розовых грез о приближающемся свадебном марше.

— А? Ах да! — Подруга встрепенулась и снова обрела деловой вид, уже все обдумав и просчитав. — Думаю, невестой он меня объявит только через недельку-другую, когда мы узнаем друг друга получше и он поймет, что я его судьба, а пока я чересчур беззащитна перед остальными демонами. И вот тут-то ты мне и нужна!

Хищному оскалу Полинки позавидовала бы любая акула, но я лишь взмахнула рукой, поторапливая.

— Объяви всем, что я твоя официальная фаворитка!

И если Полинку можно было сравнить с акулой, то я в этот момент наверняка напоминала сову. Преимущественно круглыми от изумления глазами.

— Слушай, Романцова, я, конечно, все понимаю… Но я как-то больше по мужчинам. Даже несмотря на все сказанное ночью.

— Абрамыча на тебя нет, Самойлова. — Полинка закатила глаза. — Я ж не прошу это делом доказывать! Мне просто нужен официальный статус, который поднимет меня на приемлемый уровень. Сейчас я где-то между бесами и незаконными эмигрантами, которых здесь могут даже безнаказанно убивать. А так формально буду принадлежать тебе, и никто не посмеет даже взглянуть косо.

— То есть тебя саму ни капли не смущает, что мы обе женщины?

— Ди, ты окружающих вчера недостаточно хорошо рассмотрела? — сочувственно поцокала Полинка. — Тут же форменные Содом и Гоморра! Я Йохея вчера по этому вопросу с полчаса пытала, у демонов такие нравы царят, что наше классическое эм плюс жэ для них нечто вроде извращения. Ну и для продолжения рода, но это уже отдельная история. Так что давай не кобенись, побудь с пару месяцев моей госпожой. Ну подержимся пару раз за руки, как в детстве. От тебя убудет, что ли? — Полинка шутливо стукнула меня кулачком в плечо и с подозрением прищурилась. — Или у тебя есть аргументы против?

— Да как бы… нет. — В условиях, приближенных в экстремальным, думалось туго, но вроде и правда не было ни одной внятной причины для отказа. А так и Полинка цела, и у меня репутация порядочной демоницы. — А что для этого надо, ты уже выяснила?

— Обижаешь! — Обрадованно хлопнув в ладоши, подруга в очередной раз вскочила с кровати и помчалась к дверям. — Давай поднимайся-умывайся-одевайся, а я пока книженцию с инструкциями принесу! Оформим все в лучшем виде, комар носа не подточит!

Как подруга и пообещала, я успела лишь подняться, накинуть поданный бесовкой черный пеньюар и смыть сверхстойкий макияж, который поленилась удалить перед сном, а она уже вернулась с кипой книг и свитков.

— Вот! Изучи это, это и вот это. — Покидав в меня нужными документами, Полинка распорядилась подать поздний завтрак прямо в спальню, чтобы лишний раз не прерываться.

Бесы слушались ее не так охотно, как меня, но, судя по всему, уже о чем-то догадывались, так как откровенно не саботировали.

— Так, а это что? — Я развернула один из свитков пошире. — Клеймо раба? Серьезно? Ты готова на это пойти?

— Читай дальше. — Полинка ткнула пальцем в нужный абзац. — Вот тут. Особо ценным и любимым фаворитам ставят не клеймо, а временную татуировку с помощью собственной ауры, закрепляя ее магией рода. Ритуал настолько древний и мощный, что содержит в себе защиту от всего, в том числе и от остальных завидующих фаворитов. А так как ты принцесса правящего рода и магия у тебя самая-пресамая, то и защита должна получиться идеальной.

— Ну да… — Я вдумчиво вчитывалась в заковыристые формулировки, которым позавидовали бы и наши крючкотворы. — Вроде так.

— Так, так, я все по три раза изучила. А вот тут написано, как это делается. — Полинка подсунула мне самую толстую книгу, немного смущенно добавляя: — Но для этого нам с тобой придется раздеться донага и переплестись телами.

— Испугала ежа голой попой, — пробормотала задумчиво, сосредоточив все внимание на тексте. — Поцеловать тебя, кстати, тоже придется. Не расплатишься, Романцова… ой не расплатишься!

— А вот и расплачусь! — Сообразив, что я не изменила своего решения и сделаю все, как надо, даже несмотря на некоторые щекотливые нюансы, Полинка расслабилась и снова заулыбалась. — Догадайся, послы какого государства прибыли к нам с самого утра?

Я углубилась в текст, неопределенно качнув головой.

— Драконы! — не выдержала Полинка.

— Мм… Макс или кто-то другой? — уточнила без особого интереса, в третий раз перечитывая порядок действий магического клеймения фаворитов.

— Рей!

— Мм…

Стоп.

— Рей? — Я резко вскинула голову, впиваясь в Полинку недоверчивым взглядом. — Рей здесь?

— Так и я о чем! — Подруга возбужденно всплеснула руками. — Своими глазами видела!

— Когда успела? — прищурилась с подозрением.

— Ну… Не важно. — Полинка слегка смутилась и поторопилась переключить мое внимание. — Теперь-то ты понимаешь, насколько сильно его зацепила? Мужик ради тебя в стан врага явился! А он даже ни разу не посол!

Вспомнила злорадное предвкушение Присциллы и с досадой поморщилась. Что же ты делаешь, Рей? Тебя же банально используют!

И ладно бы это касалось только тебя! Я-то почему сейчас переживаю?!

— Так, ладно. — Резче, чем следовало, я поднялась на ноги, жестом выгоняя из спальни бесовок, заканчивающих накрывать на стол. — Раздевайся, Романцова. Будем прелюбодействовать!

Уверена, Полинка нервничала ничуть не меньше меня, но мы обе перебороли стеснение и сделали все, как предписывалось: разделись, обнялись, я воззвала к магии рода, произнесла ритуальную фразу, сосредотачиваясь на желании защитить подругу от всего мыслимого и немыслимого, после чего мы скрепили намерение крепким поцелуем (бэ!), во время которого из меня в Полинку перетек вязкий сгусток магии (через рот, само собой), и все закончилось.

Для меня безболезненно — легкая слабость и небольшое покалывание под так и не проснувшимся браслетом-драконом не в счет, а вот Полине досталось куда сильнее: мало того что татуировка проявилась не на плече или шее, как она хотела, а на левом виске, зацепив половину лба и щеки, так еще и процесс ее появления сопровождался ощутимым жжением и болью, о чем и сообщила моя заклейменная фаворитка, обхватив голову руками и зашипев сквозь зубы. На мгновение всю фигуру Полины окутало черной паутиной энергетических нитей, практически сразу впитавшихся в кожу, после чего подругу согнуло от боли, и она, застонав, рухнула на колени, лишь в самый последний момент успев подставить руки.

Я не спешила на помощь, понимая, что магии необходимо время, чтобы освоиться на новом месте, и с этим ничего не поделать. Только накинула на плечи подруги ее пеньюар, да и сама закуталась в свой, следующим нервным движением вливая в себя уже остывший чай. Поцелуй с Полинкой не вызвал брезгливости, я предпочла думать о нем как о врачебной манипуляции, но все равно было немного неуютно.

В отличие от меня Полина пришла в себя лишь минут через пять и, поднявшись на непослушные ноги, первым делом направилась к зеркалу.

— Ачешуеть! — донеслось до меня ее растерянное бормотание, когда она дотошно рассмотрела татуировку. — Самойлова, ты что наделала?!

— Все четко по инструкции, — ответила напряженно, уже догадываясь, что что-то пошло не так. Иначе бы Полинка просто порадовалась за результат. — А что?

— А вот! — Стремительно приблизившись, подруга наклонила голову и обличительно ткнула себя в лоб. — Вот!

— Вот, — повторила я за ней слегка заторможенно, разглядев в пышных распущенных волосах небольшие беленькие рожки. — Но как?!

— И вот! — Нервничая все сильнее, Полина предъявила мне… хвост.

Длинный, гибкий, покрытый золотистым пушком и с блондинистой кисточкой на конце, он нервно подрагивал в руке Полины, лучше любых слов выдавая ее состояние, далекое от спокойствия.

— Это не я! — открестилась на всякий случай, лихорадочно соображая, как такое вообще могло случиться.

Соображалка ничего внятного не выдавала.

— А кто?! — хмуро буркнула блондинка, обессиленно плюхаясь на соседний пуфик и хватая ближайшую булку. — Кроме нас с тобой тут никого не было.

И возразить-то нечего… Разве только все отрицать до последнего. Понятно, что это глупо, но ничего умнее в голову просто не шло.

— Ладно, разберусь и с этим. — После сытного то ли завтрака, то ли обеда Полинка подобрела и уже иначе взглянула на ситуацию. — Хвост — это прикольно! Зато теперь я однозначно не человек, а это в нашей ситуации может быть только плюсом.

— Думаешь?

— Уверена!

— А тату?

— А что тату? — Полинка повертела головой, выбирая выгодный ракурс, словно ее снимал невидимый фотограф. — Ну подумаешь, вместо классических демонических рун стилизация под драконью чешую! Пф! Зато такой точно больше ни у кого нет!

— Не забывай, между этими двумя расами довольно напряженные отношения, — не постеснялась я напомнить немаловажный факт. — Как бы хуже не стало. Нам тебя надо защитить, а не ставить в центр мишени.

— Обломаются, — злорадно ухмыльнулась будущая Владычица империи Рух, явно основывая свою уверенность не на одном голом энтузиазме.

И тут нас посетила с визитом наша мать… Чтоб ее!

Присцилла вошла в мою спальню с таким независимым видом, даже и не подумав предварительно постучать, словно имела на это полное право. В целом так оно и было, ведь даже я в ее глазах средство для достижения цели, а не личность, что уж говорить о Полинке.

Но раздражение вызвала.

— Прохлаждаемся? — Ведьма зловеще оскалилась, явно пребывая в прекрасном расположении духа.

Об этом говорили и ее многозначительно кривящиеся губы, и сверкающий предвкушением взгляд, и асимметричное лиловое платье с блестками, оставляющее открытой правую руку и левую ногу, и даже агрессивно начесанные на макушке волосы.

— Да, — ответила я как можно беспечнее, даже и не думая оправдываться за поздний подъем. Это демоницу совершенно не касалось. — А что такое?

— У нас гости. — Присцилла улыбнулась так сладко, что сахар в моей крови моментально подскочил на десяток пунктов. — И какие! Скажи, радость моя чешуйчатая, когда ты успела зацепить за живое самого Каттархайна?

Мысленно чертыхнулась, злясь на дракона, который каким-то образом вручил ведьме целый ворох козырей, но лишь беспечно пожала плечами, надеясь, что «мамо» не заметит моих истинных эмоций.

— Понятия не имею. О чем ты вообще? Мы с Полиной просто завтракаем и болтаем о своем, о девичьем…

— С кем? С Полиной? — Присцилла мазнула по блондинке равнодушным взглядом, словно уже давно позабыла, как ее зовут, но тут ее внимание зацепилось за тату.

На мгновение демоница недоверчиво замерла, прищурилась, шагнула ближе… Бесцеремонно вздернула пискнувшую Полинку на ноги, с хмыканьем покрутила ее во все стороны, подергала за хвост, пощупала рога, царапнула ногтем татуировку и небрежным толчком отправила обратно в кресло.

Обратила свое царственное внимание на меня и недовольно подбоченилась, начав злобно порыкивать:

— Я говорила: никакой самодеятельности? Ты — бездарь чешуйчатая! Понимаешь вообще, что ты наделала? Ритуалы подобного рода относятся к шестому уровню сложности, тогда как тебе с твоими нулевыми знаниями можно интуитивно пользоваться от силы третьим! Да вас обеих от точечной концентрации магии должно было попросту разорвать!

Полинка глухо ойкнула и побледнела, начав медленно сползать с пуфика на пол, а я покрепче сжала зубы, понимая, что нельзя давать слабину перед этой дамочкой. Потом, наедине с Полинкой я обязательно выскажу подружке все, что о ней думаю, но это будет наедине. Сейчас же я сильная и независимая! Что бы ни думала об этом сама Присцилла!

— Но не разорвало… — уже спокойнее произнесла демоница, задумчиво прикусывая ноготь и осматривая меня снова и снова. — Странно. Наверное, сказалось влияние Хаоса. С ним вообще ни в чем нельзя быть уверенным. Есть какие-нибудь нестандартные ощущения? Желания? Мысли?

— Нет, — напряженно мотнула головой.

— Хм. Наверное, просто повезло, — решила наконец дамочка и снова прищурилась, но теперь уже окидывая критичным взглядом нас обеих.

А затем на ее лице начала расцветать широченная предвкушающая ухмылка.

— Зайки мои, так это же просто отлично! — Расхохотавшись как профессиональная злодейка (впрочем, так оно и было в моем понимании), Присцилла радостно захлопала в ладоши. — Да он теперь свой хвост сожрет от ревности!

Повеселившись еще немного, демоница в приказном порядке повелела нам одеться, лично выбрав наряды в моей гардеробной (у меня есть гардеробная?! В ней есть одежда?!), после чего царственно сообщила о десятиминутной готовности и оставила нас одних.

— Ты хоть что-нибудь поняла? — растерянно пробормотала Полинка, еще не пришедшая в себя от возможности быть разорванной.

— Даже больше, чем хотелось бы, — скрипнула зубами я и взяла в руки выбранный «мамо» наряд. — Не расплатишься ты со мной, Романцова. Ох не расплатишься!