Глава 18

– Потеряшка вернулась! – Дина встречает меня визгами и бросается на шею, словно мы с ней не виделись несколько месяцев. – Проходи.

– Спасибо, что дверь открыла, – улыбаюсь, скидывая вещи в прихожей. – И что положила всё необходимое, – указываю на сумку. – Пригодилось.

– А твой где? – смотрит куда-то за спину.

– Кто?

– Ну тот, кого мы нашли, – шепчет, оглядываясь на дверь, за которой находится мама. – Ты же с ним была всё это время?

– С ним. Уехал, – произношу сухо, не желая вдаваться в подробности и не зная, чем поделился с ней Женя. – Совсем уехал. Больше не увидимся.

– Жаль, – вздыхает подруга, подталкивая меня на кухню и закрывая дверь. – Я думала, всё серьёзно.

– С чего ты взяла?

– Женя сказал, что ты была в доме его шефа. А он, то есть шеф, отец того, кого мы нашли. И вроде как тебя принимали как родную и приглашали остаться.

Ну Женя… Болтливее, чем девчонка. Радует одно: Дина не называет имена, значит, её мужчина поведал историю в общих чертах.

– Приглашали, но иногда нужно уходить даже оттуда, где тебе хорошо.

И вроде говорю об Игнатове, но думаю о Льве, и о том, что могло бы с нами случиться… А могло ли? Когда человек тебе нужен, можно сменить города, страны, принципы и приоритеты. Гриша ради Таси бросил всё. И хотя он не раз повторял, что и оставлять, по сути, было нечего, но я понимаю, о чём он говорит. Ему откровенно не нравилось жить в стране, порядков которой он не ведает, а слабое знание языка усугубляло ситуацию. Но Ярый через всё прошёл – со скрипом и без улыбки – ради Таси и семьи, которая теперь у него есть.

– Женя звонил, – наливает кофе, выставляя тарелки и предлагая обед. А мне кусок в горло не лезет. – Приедет через час, чтобы отвезти тебя в аэропорт. Почему такая спешка? Три недели ещё не прошли.

– Так надо, Дин. Прости, пожалуйста, что неделю я провела чёрт знает где и с кем, – сжимаю ладонь подруги, понимая, что увлеклась Львом и проблемами семьи Игнатовых, совсем забыв, с какой целью прилетела в Россию.

– Не за что извиняться. По сути, я виновата. Не обрати я внимания на эту машину, тебе не пришлось бы столкнуться с проблемами. Одно меня радует – ты спасла нашего незнакомца. Не знаю, выжил бы он без посторонней помощи, но хочу верить, что мы сделали что-то хорошее.

– Не выжил бы, – говорю честно, и глаза подруги округляются. – Через пару часов истёк бы кровью, и утром кто-нибудь нашёл бы два трупа.

– Два?!

Чёрт, я совсем забыла, что содержимое багажника осталось для Дины тайной. Так нелепо вывалила на неё информацию.

– Да. Багажник оказался непустым. Но поздно сожалеть, вздыхать и расстраиваться.

– А ты тогда совсем не испугалась… – шепчет подруга, не сводя с меня взгляда.

– Не испугалась. Понимаешь, – подбираю слова, – у меня немного необычная семья. С твоей точки зрения.

– Я помню, что муж сестры с проблемами.

– Нет, Дин, он не с проблемами – он прекрасно вписывается. Гриша именно с тем послужным списком, который является своего рода пропуском в клан Островских. Много лет назад мой папа был в соседней области значительным человеком. С точки зрения криминала. – Дина сглатывает, затаив дыхание слушает мой рассказ. – С мамой они встретились при неоднозначных обстоятельствах. То есть обычно люди так не знакомятся. А Тася ради Гриши застрелила мэра большого города и спасла двух дорогих людей.

– Ого… – Дина с опаской посматривает на меня, кажется, готовая соскочить и бежать без оглядки.

– Если после полученной информации ты не захочешь больше со мной общаться, я пойму.

– Нет-нет, – хватает меня за руку, – просто ты кажешься такой хрупкой, нежной, а на самом деле не струсила тогда на стройке. А я хвост поджала, сбежала позорно, оставив тебя одну. А Женя ездил к тебе, чтобы… ну это…

– От трупа избавиться, – произношу то, на что Дина не решается. – И помочь раненого перенести в другую машину. Кстати, наш спасённый – киллер.

– Киллер… Это тот, кто людей за деньги убивает?

– Он самый, – жую эклеры, запивая чаем и понимая, чего мне не хватало в лесу помимо нормального душа. – Сразу скажу: несмотря на его занятие, он не самый плохой человек на этой земле. А о тех, кто хуже, тебе лучше не знать.

– Хочу знать, – удивляет подруга, и я перестаю жевать, не веря в то, что слышу из уст девушки. – Мне Женя предложение сделал, – тихо произносит.

– Поздравляю! – бросаюсь обниматься, но останавливаюсь, не наблюдая вселенского счастья на лице, покрытом веснушками. – Или нет? Согласна, очень быстро всё, но…

– Небыстро. Женя признался, что влюблён в меня несколько лет. Всё ждал, когда я вернусь домой и подам какой-нибудь знак, что и он, возможно, мне интересен. Он даже маме своей сказал, что женится только на мне. Но… Он ведь работает на такого человека… Как твой отец, понимаешь?

– Дин, если твой мужчина работает на кого-то… серьёзного, – наконец, подбираю нужное определение, чтобы не пугать, – это совсем не означает, что и он такой. Иногда работа – это просто работа. Ничего большего.

– Но есть нюансы, да? Я хочу быть готова. Не хочу стыдливо сбежать, испугаться или оставить его в сложной ситуации. Желаю понять, как себя вести в случае чего-то непривычного для меня.

На секунду задумавшись, не представляю Дину в ситуации подобной той, что познакомила меня с Глоком. Вряд ли она смогла рационально мыслить.

– Первое: не задавать лишних вопросов. Если ему поступают звонки с левых номеров, приходят непонятные сообщения или он срывается в три часа ночи неизвестно куда, промолчи. Он едет не к женщине, а по очень важным мальчуковским делам. – Подруга кивает, словно в голове у неё блокнотик, в котором прямо сейчас появляются пометки. – Второе: если вдруг, – поднимаю палец, и Дина контролирует моё движение, – твоего мужчину привезли ночью с ранением, скинули на порог и сказали, что ни в коем случае нельзя его везти в больницу, ты справляешься своими силами. Поэтому всегда в запасе должен быть походный набор хирурга.

– Набор кого?..

– Я тебе список напишу. И третье: если он пришёл, сказал собираться в срочном порядке и вывез тебя и детей, например, в Турцию на пару месяцев, ты спокойно сидишь и ждёшь разрешения вернуться.

Вспоминается историю мамы, которая в своё время извелась в ожидании папы и почти убедила себя в том, что больше не увидит его.

Дина закрывает голову руками и падает на стол, видимо, переваривая всё сказанное. Сложно ей будешь не срываться в истерики. Хотя и к такому можно привыкнуть.

– Но если ты решишь, что такая жизнь не для тебя, лучше скажи Жене сразу. Найди хорошего мальчика.

– Я Женьку люблю, – поворачивает голову, и на меня сейчас направлен тоскливый взгляд.

– Значит, смирись и в нужный момент воспользуйся полученной от меня информацией. Надеюсь, что второго и третьего никогда не случится.

– Список составь.

Подсовывает мне блокнот, а я старательно вписываю пункты, вспоминая всё, что давал мне Герман. Обсуждаем названия препаратов, когда за окном раздаётся вой сирен нескольких проехавших полицейских машин. Через пару минут звук повторяется, и Дина лезет в телефон.

– Ой, – ошарашенный выдох привлекает моё внимание, – в группу города кто-то видео скинул. В ресторане «Лерой» перестрелка. Смотри.

Несколько коротких видео, на которых слышны громкие хлопки и крики, а затем я вижу знакомый силуэт. Сорвавшееся сердце тут же даёт сигнал – Лев. Мне не кажется, когда я вижу затылок мужчины, случайно попавшего в кадр. Пусть частично, но я не сомневаюсь, что это он. В грудной клетке катастрофа, которая вот-вот превратится в глобальную, потому как единственная мысль, охватывающая сейчас – мчаться к нему.

– Где это? – схватив телефон, снова и снова перематываю картинку.

– Это комплекс за городом. Там кроме ресторана сауна, большой бассейн, боулинг, поле для гольфа.

– Мне надо туда, – срываюсь и бегу к двери, пока не зная, как и куда ехать. Но меня разносит беспокойством за Льва, который отправился на встречу один.

– Ань, куда ты? Ань…

Но я уже не слышу, сбегая по ступенькам, посчитав, что лифт буду ждать дольше. В дверях подъезда налетаю на кого-то. Узнаю Женю, который, видимо, приехал за мной.

– Аня, я за тобой. Собралась?

– Женя, поехали, – тащу парня за собой. Непонимающе огладывается, выдёргивая руку. – Быстрее. Ну!

– До самолёта ещё час.

– Какой на хрен самолёт! Поехали. Ресторан «Лерой». Срочно.

– Мне приказано доставить тебя в аэропорт. Павла Валерьяновича ослушаться не могу.

– Если ты сейчас не отвезёшь меня в ресторан, – надвигаюсь на парня, – то сам будешь объяснять Игнатову, как его сын попал в перестрелку и по какой причине ты не помог, хотя знал, что ему угрожает опасность. Смекаешь?

Женя, зависнув на минуту, усиленно обрабатывает информацию, а затем тащит меня за собой к машине. Рвёт с места, подрезая какую-то иномарку, желающую покинуть двор первой. Водитель нам сигналит, но мы оба сейчас думаем о другом.

– Откуда знаешь, что он там? – спрашивает в тот момент, когда проскакивает на красный, игнорируя недовольство других участников движения.

– Динка показала видео, которое скинули в группу города. Узнала со спины.

– Не факт, что он.

– Факт. Я его даже с закрытыми глазами узнаю…

Беспокойство разрастается с невероятной скоростью. Лев приказал покинуть город и не мешать, но интуиция кричит об ином. Нужно было остаться с ним. Не знаю, чем бы помогла или, скорее, навредила, но если бы он находился в поле зрения, нервозность была бы меньше.

Не нужно было идти одному. Любой вариант был бы лучше. В противном случае Лев мог подстраховаться людьми отца. Уверена, на Игнатова работают не идиоты. Тех двоих, которые были выведены из игры мною, в расчёт не берём. Они низший уровень, массовка. Их удел прохаживаться по территории и иногда зевать.

Подташнивает от переживаний за Льва и ситуации, которая могла разрешиться не в его пользу. Против него люди Андросова и Кирилова, а если эти компании объединятся, Льву придётся несладко. Ему бы воспользоваться собственным советом и свалить из города. Привык ставить логическую точку, завершая дела, как полагается. Тем и создаёт себе угрозу. Мысленно умоляю Женю ехать быстрее, и парень, будто прочитав мои мысли, давит на газ.

– Дина сказала, ты сделал предложение?

– Сделал, – отворачивается, чтобы я не видела, насколько он недоволен, что не получил ответ сразу.

– Что ответила?

– Ничего. Взяла паузу подумать.

– Сам-то как думаешь, согласится? – завожу разговор о подруге, стараясь саму себя отвлечь.

– Хотел бы услышать «да». – Судорожный вздох даёт понять, что внутри у него кипит коктейль похлеще моего. – Но теперь она в курсе, на кого я работаю. Тебе ли не знать, что нахождение в подобных кругах создаёт некоторые нюансы.

– Инструкции она получила, – указываю на себя. – Первое время на вопросы придётся отвечать. Аптечку соберёт на случай… если встрянешь, как Лев. А в остальном привыкнет.

– Думаешь?

– Человек – такое существо, что привыкает ко всему. А если к мотивации плюсом идёт любовь, то привычка вырабатывается в разы быстрее. Немного время потянет, – улыбаюсь, вызвав в ответ подобную эмоцию, – чтобы оставался в тонусе, но согласится.

– У меня прямо-таки отлегло. Спасибо, что сказала.

Ну хоть кого-то сейчас одолевают радостные эмоции, согревающие душу и позволяющие свободно дышать. И это не я.

Понимаю, что приехали в нужное место, когда издалека замечаю полицейские машины и скорые, снующие перед въездом. Даже подпрыгиваю на сиденье в стремлении выскочить и выяснить, что произошло. Поэтому не жду, когда Женя найдёт место для парковки, выскакиваю и мчусь к толпе зевак, собравшихся лицезреть представление.

– Аня! – слышу за спиной голос парня, но, не обращая внимания, расталкиваю локтями людей, чтобы пробраться на первую линию.

Застываю, заметив пять тел, накрытых белым полотном. Тёмное удушающее облако окутывает лёгкие, лишая кислорода и возможности думать рационально. Внимательно осматриваю тела, тщетно пытаясь различить знакомые очертания.

– Что тут? – за спиной вырастает Женя, остановившись рядом.

– Их пять. – Мой голос дрожит. – Есть возможность узнать, кто это? – с мольбой смотрю на парня подруги.

– Не уверен, – всматривается в лица снующих полицейских. – Хотя… Стой тут, вижу знакомую рожу.

Женя разрезает толпу, нагло идя напролом и через минуту оказавшись в эпицентре. Подходит к сотруднику правопорядка, пожимает руку и что-то быстро говорит, а затем мужчины направляются на площадку, поочерёдно осматривая каждое тело. Пять минут беседы, и Женя возвращается.

– Нет его там. Так что жив.

– Что случилось?

– Семёныч сказал, что сидела большая компания. В какой-то момент беседа стала агрессивной, кто-то вытащил ствол, пальнул, и завязалась перестрелка. Пятерых положили, – кивает в ту сторону, откуда только что вернулся, – ещё шестерых скорая забрала. Один нежилец, остальные выкарабкаются.

– Сколько всего их было? – уточняю, чтобы прикинуть шансы Льва.

– Официанты сказали, человек пятнадцать. Среди них была женщина.

– Женщина? Пахомова, – отчего-то сразу заключаю, не сомневаясь в догадке. – Лично приехала на встречу.

– Дочка Кирилова? – Киваю. – Та ещё сука. – Парень усмехается, оттаскивая меня подальше от любопытных зевак. – Отодвинула папашу в сторону, взяв бразды в свои руки. Можно сказать, всем управляет она. Беспринципная и жестокая. Чувство жалости погибло при её рождении. Она из тех, кому проще всех положить, чем договориться. Её слабость – деньги. И чем их больше, тем она счастливее. Продаст всё и всех.

Игнатов упомянул, что Ольга управляет финансами, но ни словом не обмолвился, что дочь Кирилова способна на большее.

– А младшая?30f6fc

– Та, которая невестка Андросова? Как только Лев убрал муженька, её сразу отправили за границу, чтобы под ногами не мешалась. Она права голоса не имеет, если ты о делах Кирилова сейчас. Всегда в стороне стояла, но за сына Андросова вышла замуж по любви. Договорной брак по обоюдному согласию.

– Пойдём прогуляемся по территории, – предлагаю, чтобы убедиться в отсутствии Льва с очередной дыркой в теле.

Женя не отмахивается, подталкивая меня к боковому входу, который свободен и никому, по всей видимости, не интересен. Но как только заходим за здание, меня начинает трясти, потому что я вижу Льва в компании женщины лет сорока. Они стоят около внедорожника, скрытые открытой дверцей, оставляющей на виду лица и ноги.

Она слишком близко к Глоку, почти утыкается ему в губы, а в тот момент, когда приближается и прикусывает нижнюю губу Льва, оттягивая и прикрыв глаза, меня начинает трясти. Опомнившись, становлюсь свидетелем того, как настойчивый язык женщины проталкивает в рот того, кто так ни разу меня не поцеловал. И Лев принимает её ласку, пожирая чувственный рот и позволяя льнуть к своему телу.

Сердце сжимается от боли и разочарования, осознания, что мужчина, который ещё утром заботливо нёс на руках и прижимал, словно в последний раз, сейчас с чувством отзывается на ласки другой. К чёрту неопытную девчонку, которая не знает, как мастерски доставить удовольствие, он возьмёт ту, что достойна его поцелуя. Не сразу понимаю, что Женя шепчет рядом какие-то слова. Словно я в вакууме, и пелена мешает воспринимать окружающую действительность.

– Это Пахомова.

– Пахомова… – вторю ему эхом.

Стоп. Неужели всё, что рассказал Лев, – ложь? Он отказался выполнять заказ не по причине принципов, суть в ином – эту парочку связывают отношения. При таком раскладе его рассказ несколько часов назад не имеет никакого смысла и аннулирует причину этой встречи. И пока мысли толкутся, опережая друг друга, Лев и Пахомова устремляют свой взор на нас.

Красивая женщина: чёрные волосы, такого же цвета длинные, тонкие стрелки, делающие глаза выразительными, алая помада дополняет образ. Приковывает взгляд, пленит, манит. Не могу осуждать Льва. Я по сравнению с ней угловатая и зажатая девочка. Но меня больше интересует Лев, равнодушно окидывающий меня ледяным недовольством, покрытым пеленой. Так он смотрел на меня вчера и сегодня, сгорая от возбуждения и желания оттрахать.

Ольга что-то шепчет, прикусывая мочку, а затем вылизывая ушную раковину длинным, извивающимся языком. От представшей картинки становится мерзко, а тошнота подкатывает к горлу. Чувствую, что меня куда-то тянут, не сразу понимаю, что Женя почти волоком тащит меня к машине.

– Ань, нам пора. Самолёт через полчаса.

– Да-да… пора… ты прав… – бессвязно бормочу. – Документы остались у Дины… я выскочила так…

Парень усаживает меня на сиденье, и я проваливаюсь в липкую, гнетущую пустоту, едва сдерживая рыдания. Вновь неприятным потоком врывается жалость, граничащая с отчаянием, и все слова Льва, которыми он меня заботливо наградил за прошедшие сутки, перекрываются увиденным эпизодом.

– Я так и не понял, помощь Льву Павловичу нужна была?

– Нет. Не нужна. Он прекрасно справится сам.

С Пахомовой уж точно подсобить не требуется. Уверена, общие точки в постели они найдут. Язык… Невероятно мерзкое представление с вылизыванием частей тела Льва, проникло в меня и не желает выметаться, делая день и без того паршивым.

Машина трогается, выворачивая с парковки, выезжает на трассу, набирая скорость и неся меня к подруге. Есть немного времени, чтобы схватить вещи, документы и отправиться в аэропорт, чтобы уничтожить мысли о Льве так же быстро, как самолёт взмывает в небо.

Удар. Автомобиль раскручивается, превращаясь в бешеный волчок, а затем летит на обочину, останавливаясь между деревьями. Звон разрывает барабанные перепонки, и я закрываю уши, решив, что звук сторонний. Не помогает. Поворачиваю голову, чтобы посмотреть на Женю.

– Жень… Женя… – трясу за плечо, и парень стонет, начиная двигаться.

Живой. Отчего-то сразу думаю о Дине и их скорой свадьбе, надежды на которую могли оборваться сегодня. Слышу голоса, становящиеся громче и резче, отчего моя голова готова лопнуть. С моей стороны открывается дверь. Нет, не так – её вырывают, а затем моё тело поднимают и куда-то несут.

– Нужно помочь парню… – шепчу и закрываю ладонью глаза, защищаясь от слепящих солнечных лучей. – Там мужчина…

Не получив ответа, начинаю шевелиться, но уже через пару минут оказываюсь в горизонтальном положении и ощущаю острую боль в шее, увлекаемая во тьму.