18

Народа внутри много. Но, благо, масштабы поместья Далтонов позволяют не толкаться всем нам локтями. Отвыкла я от этой светской суеты, да и людей отвыкла видеть. Родители меня не слишком часто брали на приемы.

— Я тебя не оставлю, со мной будешь всегда, — отрывисто произносит Роберт, едва мы переступаем порог общего зала.

О да, еще ошейник надень и посади меня на поводок.

И тут начинается череда скучных однотипных диалогов, состоящих сплошь из одинаковых приветствий и фальшивых комплиментов. Тошнит до жути. Какое счастье, что отец никогда не любил утраивать подобные балаганы. Еще пара псевдовежливых джентльменов, лобзающих мои пальцы, и я искренне начну жалеть, что мои родители не в числе приглашенных. Было бы хотя бы куда сбежать.

— Ты чего такая кислая? — раздраженно шепчет мне на ухо Роберт. — У тебя, кажется, единственная работа на сегодня — быть приветливой и обворожительной.

Приходится срочно возвращать маску на лицо.

— Так лучше? — поворачиваюсь к мужчине, излишне наигранно хлопая ресницами.

— Лучше, — рычит тот, — но ты играй, да не заигрывайся. Мне не нужно, чтобы все решили, что моя невеста шлюха.

— Фу, как грубо, — морщу носик. — Тебе не помешало бы выражаться поделикатнее на счет своей невесты.

— Да? — Ромиро изгибает бровь. — Я дома могу тебе показать, как именно мне следует поступать с собственной невестой.

Все краски тут же отходят от моего лица, сердце испуганно ускоряет свой темп, а пальцы начинают подрагивать.

— Вот и умница. А теперь давай, соберись, — на лице Роберта расцветает довольная улыбка.

Вдруг к небольшому кругу аристократов, с которыми активно обсуждает дела Ромиро, а я усердно исполняю роль красивой декорации, подходит еще одна пара.

— О, Кристиан Даррелл, не ожидал тебя здесь увидеть, — приветствует один из партнеров моего жениха высокого плечистого парня. — У тебя же вроде другая специализация.

— Ты прав, друг мой, чертовски прав. Мне среди вас, зануд, особо делать нечего, но семейный и дружеский долг обязал. Ничего не могу с собой поделать, — весело разводит руками подошедший.

С самого первого момента, как я слышу этот голос, сразу узнаю его. Он стал чуточку ниже, грубее, но все-таки это именно он. Я не спутаю его ни с одним другим в толпе. Мой взгляд все еще опущен вниз. Я изо всех сил продолжаю делать вид, что меня до одури увлекает движение пузырьков в моем бокале. А все потому, что я попросту боюсь. Боюсь поднять глаза и взглянуть на обладателя знакомого голоса. И даже не знаю, чего именно я опасаюсь больше, пристального наблюдения Роберта в этот момент или реакции мужчины.

Чертов Ромиро! Настроил меня заранее на этот страх. Своими постоянными необоснованными обвинениями и подозрениями заставил бояться того, что малейшее мое неверное движение, взгляд, излишне вежливое слово позволят моему личному тирану получить те самые обоснования для его непонятной неконтролируемой ревности.

Но все-таки больше я боюсь отнюдь не реакции жениха, стоящего справа от меня и прижимающего к своему боку, словно безвольную куклу. Нет. Больше всего я боюсь, что взгляну в глаза другого мужчины и не увижу в них того немого обожания, что всегда замечала во время нашей учебы в Сортиледжио.

— Хм, Даррелл, рад тебя видеть, — хмуро произносит Роберт и жмет руку. — Как поживаешь?

— Твоими молитвами, Ромиро, все хорошо, — усмехается Крис. — Как сам?

— Вывел свою фирму на новый уровень, — Роберт горделиво обводит взглядом стоящих рядом с нами, — заслуженно праздную.

— Да, я слышал, кажется. Хотя ты знаешь, меня всегда это мало волновало, мне по душе дела поинтереснее, с огоньком.

— Ха, как же, помню, — презрительно плюется мой жених.

А остальные смеются. Им по душе новый веселый собеседник. Всех уже достали заумные разговоры.

— Еще я вот, невесту приобрел, — недовольно вклинивается Роберт, толкая меня слегка вперед.

«Приобрел»! Каков козел. Словно в магазине купил по акции. Посылаю неприязненный взгляд рукам Ромиро, а затем невольно поднимаю глаза на Кристиана. И пропадаю.

Они все такие же красивые, глубокие, живые. И на один крохотный миг мне даже видится в них то самое обожание, по которому, оказывается, так тосковала моя израненная душа.

Но момент проходит, и Даррелл возвращает свое внимание Роберту.

— Вижу. Береги ее, — коротко бросает Крис и уходит, не сказав больше ни слова.

Его красивой спутнице не остается ничего другого, как замаскировать на своем лице недоумение и отправиться вслед за Дарреллом, словно так и было задумано.