ГЛАВА 5

Конрав

– Рав, – тон Григга был хриплым от желания, но он полностью контролировал себя. Я увидел, как его ноздри раздулись, когда он тоже почувствовал запах желания нашей невесты.

Она отворачивалась от нас, и ее тело так напряглось, что можно было подумать, будто ее принуждают. Но она дала разрешение, и, как мы ей и говорили, ее тело не лгало. Ей нравилось это новое положение, в котором она была уязвимой и открытой. Ее выдавал запах. С каждой секундой он становился все сильнее, как будто она чувствовала мой горячий взгляд на ее теле, чувствовала мои темные желания, которые подбивали меня отказаться от обязательной проверки, снять штаны и трахать ее, пока она не потеряет голову. Мы, обитатели Приллона, очень хорошо чувствуем своих партнеров. Чуем, когда они возбуждены и хотят нас. Таким образом мы всегда можем удовлетворить наших невест, чтобы те оставались счастливыми и довольными.

– Что? Что-то не так? – голос Аманды вернул меня в реальность, и я наклонился так, чтобы она могла видеть мое лицо, когда я отвечал ей.

– Нет, подруга, – я прочистил горло. – Приношу свои извинения. Я немедленно начну обследование.

Она откинула голову назад на стол, все еще не глядя на Григга, который стоял справа от нее с холодным и ничего не выражающим лицом. Я знал этот взгляд. Ему было больно, он скрывал это и готов был натворить глупостей, если я не займу его чем-то другим. Я знал, что он тоже чувствовал ее желание. Но, видимо, этого было недостаточно, чтобы успокоить его.

– Григг, подержи нашу невесту за руку. Первая часть может быть немного неприятной.

Оба послушались моей команды, но я знал, что они делают это только потому, что им больше нечем заняться. Тем не менее, большая рука Григга мягко взяла совсем маленькую и хрупкую, по сравнению с его, руку женщины. Я вздохнул с облегчением, когда ее пальцы переплелись с его; кремовый цвет резко контрастировал с темно-золотым.

– Хорошо, Аманда, – я снова был в режиме доктора. – Первая вставка будет стимулятором возбуждения. Затем последует нейростимулятор, а также биоимплант, который позаботится о твоем мочевом пузыре и влагалище.

Аманда уставилась на стену, игнорируя нас обоих.

– Звучит весело. Давай, покончим с этим.

Григг тихо зарычал, услышав ее обреченный ответ, но я поймал его взгляд и покачал головой. Очень важно возбудить нашу невесту и сделать так, чтобы она сама нас захотела. Сейчас она была напугана, она прибыла совсем недавно, и все было чужим. Она еще не поняла, как много она для нас значит, как сильно мы ее ценим. Но она поймет. Боги, да, она поймет. Возможно, прямо сейчас.

Я положил руку на внутреннюю сторону ее бедра. Ее кожа была мягче, чем все, что я когда-либо трогал. Когда она дернулась от моего прикосновения, я постарался не обижаться.

– Спокойно, Аманда. Я обещаю, что не будет никаких игл и никакой боли.

Она вздохнула и успокоилась, а я опустил руку ниже, к блестящей розовой киске, которую так хотелось попробовать на вкус. Мои яйца стали такими тяжелыми, что было уже больно, но я проигнорировал дискомфорт и поднес зонд к ее входу.

Медицинское устройство, вероятно, было прохладным на ощупь, и я осторожно раскрыл складки, а потом медленно погрузил зонд в ее жаркое нутро.

Одна из ее ног поднялась с опоры, и она выгнула спину.

– Какого черта? – ее голос звучал сердито и растерянно, но процедура была обязательной, и пропускать ее было нельзя.

Григг взял ее ногу и поставил обратно на опору.

– Не двигайся, подруга.

Когда зонд вошел в нее полностью, мягкие складки сомкнулись вокруг него, словно обнимая. Я положил обе ладони ей на бедра и попытался ее успокоить.

– Тест необходим по протоколу, Аманда. Прости за неудобства. Может, будет лучше, если я приглашу другого врача для прохождения теста?

– Нет! – ахнула она, будто это предложение поразило ее. Слава богам, потому что от мысли о том, что другой мужчина увидит ее такой, хотелось убивать. К тому же, Григг не допустит этого. Она еще не была в безопасности, еще не была нашей. Мы не присвоили ее, не взяли ее, не надели на нее ошейник принадлежности. Она еще не кричала от удовольствия, не умоляла нас взять ее. Она была уязвимой и ничьей. И такой красивой, что я был уверен: стоит ей только выйти из медицинского пункта без нашего ошейника, как ее попытаются отбить.

Григг обхватил ее лодыжку, надежно удерживая ее на месте.

– Просто… просто поторопись.

Ее киска пульсировала, сжимаясь вокруг зонда от властного прикосновения Григга, а ее соки текли по этому устройству там, где оно было глубоко погружено в тело. Нейростимулятор и другие детали свисали с конца мертвым грузом, оставалось поместить их на ее тело и внутрь.

Я взялся за дело и закрепил устройство для введения биоимпланта и стимулятор клитора. Включив присоску, я начал с самой слабой вибрации и потянулся к смазке и зонду для введения анального биоимпланта.

Рискнув бросить короткий взгляд на лицо Аманды, я увидел, что она кусает губу и тяжело дышит. Ее глаза были плотно закрыты. Свободная рука сжималась в кулак и расслаблялась, снова и снова, как будто она считала или боролась с собой.

Обеспокоенный, я проверил биомониторы, чтобы убедиться, что она в безопасности. Она была в порядке, но температура тела немного повысилась, а возбуждение… Боги. Я посмотрел на Григга.

– Ее возбуждение приближается к шестидесяти процентам.

– Что это значит? – он нахмурился, не понимая моей восторженной реакции.

– Она более чем на полпути к оргазму, а я еще не начал тест.

Понимающая улыбка Григга выразила мои мысли по этому поводу: нам повезло. Похоже, нам досталась чрезвычайно чувствительная и страстная невеста.

Аманда выдохнула весь воздух из легких со свистом, как будто до этого она сдерживала дыхание, сопротивляясь своей реакции на нас. Я выдавил смазку на анальное устройство, которое было не намного больше моего большого пальца, и приложил кончик к мышечному кольцу.

– Ты когда-либо вставляла сюда что-то, подруга?

– Нет, – она испуганно покачала головой.

Мой член подпрыгнул от ее ответа. Мне досталась девственная задница. У Григга, как основного партнера, были исключительные права на ее киску, пока она не забеременеет нашим первым ребенком. После этого я тоже мог брать ее, трахать ее и надеяться, что мое семя пустит корни. До тех пор, как второй партнер, я имел право только на ее зад, рот, и остальные части. Когда мы возьмем ее на брачной церемонии, Григг займет ее киску, а я – эту тугую розовую… Я медленно и осторожно ввел в нее смазанный зонд.

Она не сопротивлялась, не издавала ни звука, когда зонд проник глубже, растянул ее, заполнил вторую ее дыру, пока Григг удерживал ее.

Наша храбрая невеста боролась с реакцией своего тела, но как только я убедился, что микроскопические биоимпланты вживлены, я отрегулировал управление присоски на клиторе и усилил вибрацию. Сильнее. Быстрее. Машина будет сосать, вибрировать, давить… делать все, что вызывает реакцию, пока она не кончит.

Она застонала, и я посмотрел на мониторы, отслеживающие реакцию.

– Семьдесят процентов. Восемьдесят.

Она приближалась к оргазму так быстро, как выстрел из ионной пушки. Во время тестов для других воинов я почти никогда не видел таких отзывчивых женщин. Боги, она была чертовски прекрасна и так разгорячена, что находилась на грани оргазма.

– Восемьдесят пять.

Григг отпустил ее руку и сжал ее грудь, массируя и оттягивая сосок. Она приподняла бедра над столом и была близка к кульминации. Очень близка. Для нас. Только для нас, ее партнеров.

– Выключи. Сейчас же.

* * *

Аманда

– Что?

Выключить? Что значит выключить? Огромный зонд был в моей киске, другой в заднице, и какая-то вибрирующая присоска вгрызалась в мой клитор, как оголодавший демон, толкая меня к оргазму, пока двое этих властных мужчин, которых я никогда раньше не встречала, нависали надо мной с таким видом, будто я принадлежала им.

Но, согласно варварским правилам этого инопланетного общества, я действительно принадлежала им. Как их партнерша. Их собственность, с которой они могли делать все, что захотят. В том числе – сводить меня с ума, а потом останавливаться. Я не хотела, чтобы они останавливались. Конечно, еще минуту назад я не хотела, чтобы они вообще начинали, но сейчас…

– Григг? – в голосе Рава отразилось замешательство, которое я тоже испытывала.

– Выключи.

Его командный тон дал понять, что он не потерпит возражений. Моя киска сжалась вокруг зонда от его властного голоса. Я не должна быть на грани оргазма только от этого грубого тона, я не должна хотеть услышать его снова. Но я хотела. Я была так близко, мое тело дрожало, киска горела, даже задница была растянута и наполнена. Ощущения были невыносимыми, и на глаза навернулись слезы. Я была в отчаянии, слабая и охваченная желанием.

Я никогда не была слабой.

Рав поправил что-то там, между моих ног, и все прекратилось, но мне все еще было тяжело дышать и хотелось кричать от разочарования. Я все еще была заполнена и жаждала большего, но вибрация и посасывание на клиторе полностью прекратились. Я осталась на краю оргазма, и это было худшей пыткой, какую только можно вообразить.

Я закусила губу и подавила стон, пытаясь не показывать свою слабость этим двум незнакомцам. Я не могла поверить, что вообще согласилась на это дурацкое обследование. Это было не похоже ни на одно обследование, которое я когда-либо проходила.

Чтобы остаться в таком жалком состоянии, на самом краю? Это было чертовски неловко. Если бы я начала просить, это унизило бы меня окончательно.

Я. Никогда. Не. Прошу.

– Ублюдок, – вырвалось у меня. Подходящее слово.

Григг зарычал в ответ, его грубая рука продолжила мять мою грудь, время от времени сжимая и отпуская чувствительный кончик, снова и снова.

– Смотри на меня.

Я закрыла глаза, отказываясь повернуть голову в его направлении.

– Смотри на меня.

Я покачала головой, все еще огорченная тем, что меня оставили в таком состоянии. Слабую. Нуждающуюся. Открытую. Потерявшую контроль.

Уязвимую.

Я почувствовала резкий сильный шлепок по внутренней стороне бедра, и жар от него прошел сквозь меня волной тепла, к которой я не была готова. Я резко открыла глаза. Сдержать звук, который вырвался из моего измученного тела, было просто невозможно. Мое нутро пульсировало от удовольствия, которое вызвала эта вспышка боли.

Монитор снова издал сигнал, и Рав поднял бровь.

– Девяносто.

Рука Григга оставила мою грудь и вплелась в волосы; он повернул мою голову к себе. Это добавило давления и власти, и я подкинула бедра, отчаянно желая, чтобы присоска снова включилась. Мне было нужно это.

– Смотри. На. Меня.

Я больше не могла отвергать его и посмотрела. Я была потрясена, увидев его лицо в нескольких дюймах от моего. Его губы были так близко, и я чувствовала мускусный запах его кожи. Мне до безумия хотелось попробовать его плоть на вкус. Наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах нечто настолько первобытное и агрессивное, что тело застыло на месте, инстинктивно подчиняясь его власти еще до того, как он заговорил.

Я никогда не реагировала так раньше. Я встречала доминантных парней, которым нравилось все контролировать, но они никак не влияли на меня. С Григгом все было иначе. Его властность находила во мне ответ, и это испугало меня до чертиков. Прибор снова издал сигнал, а это означало, что мне еще и понравилось. Очень.

– Твое удовольствие принадлежит мне. Ты понимаешь?

Нет. Я действительно не понимала. В какую игру он играл, и почему я хотела присоединиться?

– Нет.

Его огромная горячая рука скользнула от моей лодыжки к бедру, к устройству над моим клитором, и он медленно, уверенно снял его.

– Тест окончен. Твоя киска моя. Каждый сантиметр твоей кожи мой. Твое удовольствие мое. Ты не будешь кончать от машины. И не будешь трогать себя. Ты будешь кончать только со мной или с Равом. Ты поняла?

Черт. Он что, серьезно?

Я не ответила, и он встал, расстегнул пуговицу на штанах и освободил свой огромный член. Мои глаза, должно быть, округлились от шока, когда он сжал себя в кулаке, стирая большую каплю смазки с конца. Он размазал жидкость по кончикам пальцев правой руки и гладил себя длинными движениями, пока я смотрела. Я не могла отвести взгляд.

Почти сразу же он выпустил свой член и шагнул вперед, положив свои покрытые смазкой пальцы туда, где несколько минут назад была присоска. На мой пульсирующий клитор. Он посмотрел на Рава, чье выражение лица сменилось с ошеломленного на понимающее, когда Григг заговорил.

– Биомониторы включены? Протоколы будут соблюдены?

– Да.

Очевидно, Григгу нужно было только это одно слово. Он обвел пальцами мой клитор, распределяя смазку, и опустился ниже, к краю зонда, где он выходил из моего тела. Сначала я не могла понять, какого черта он делал. Мне не нужна была смазка, я текла от возбуждения. Меня не нужно было возбуждать сильнее, так что…

Клитор вспыхнул огнем, и я задохнулась, вскидывая бедра под его умелыми прикосновениями. Непонятный жар побежал по венам. Соски мгновенно затвердели до боли. Губы были тяжелыми и налитыми, сердце бешено колотилось. Моя киска трепетала так быстро и сильно, что я не могла различить, когда заканчивался один спазм и начинался следующий. И возбуждение продолжало нарастать. После первого легкого кругового движения он сразу же начал медленно гладить меня, сильно надавливая, и даже один раз шлепнул по клитору, а затем продолжил тереть его горячими жесткими пальцами, пока я не заскулила.

Это было совсем не то же самое, что бесстрастное посасывание машины. Это был Григг, и он делал со мной то, что хотел, давая мне то, что мне было нужно. Я просто не знала этого, пока он не подтолкнул меня так близко к краю.

Тем не менее, я сдерживалась, чувствуя себя слишком грязной и порочной. Я не могла сдаться. Не могла. Это было чересчур, я отреклась бы от самой себя. Я не могла просто сдаться этим двум незнакомцам, которые хотели от меня и моего тела слишком многого.

Это было намного хуже, чем кончить от машины. Машина была бездушной. Это… Как я смогу оправдать эту похоть перед своим боссом? Как мое неудержимое желание поможет в моей миссии? Это был уже не осмотр у доктора. Это был Григг, мой партнер, заставляющий меня подчиниться его прикосновениям и заявляющий свои права на мое тело.

И я ломалась. Моя кожа взмокла от пота. Мое дыхание срывалось. Мой пульс колотился, и я едва сдерживалась. Это было слишком хорошо. Я меньше часа в космосе, и уже предавала своих людей этими грязными желаниями. Я хотела дать Григгу то, что он требовал, но не должна. Я не должна.

Я подняла глаза и увидела, как внимательно Григг смотрит на меня. Интересно, он считает мое дыхание или частоту пульса на шее? Его пальцы застыли на мокрых складках, и я ждала. Голова опустела. Я чувствовала себя такой потерянной. Я невольно подняла бедра, желая большего. Я хотела этого грубо. Агрессивно. Сейчас же.

– Сейчас я опущу голову и засосу твой твердый круглый сосок в рот. Я проведу по нему языком три раза, а потом втяну его так сильно, что на твоей коже останется клеймо.

Черт возьми. Киска снова сжалась. Я не могла двигаться. Не могла даже моргнуть. Речь шла всего лишь о дурацком засосе, почему это так горячо?

Григг опустил голову, и я почувствовала жар его дыхания над чувствительным кончиком моей груди.

– На счет три ты кончишь.

У меня не было времени думать или спорить, потому что он опустил голову ниже и втянул в рот мою нежную плоть, а его пальцы снова начали быстро и сильно тереть мой клитор. Я сама не поняла, как начала считать, потому что он дал мне разрешение, и я хотела этого слишком сильно. Это будет так приятно, и я так сильно нуждалась в этом.

Я не могла вспомнить, когда в последний раз кончала с другим человеком, а не от вибратора или собственных пальцев. Этого никогда не было с мужчиной, который точно знал, что делает. Если бы любой другой мужчина дал мне разрешение кончить, и самоуверенно думал бы, что я его послушаюсь, я бы ему врезала. Но с Григгом я считала.

Один.

Два.

Три.

Оргазм прокатился по телу, и он был настолько сильным, настолько полным, что я не поняла, стонала ли я, плакала или кричала. Возможно, все сразу. Не осталось ничего, кроме удовольствия; огня, охватившего меня с головы до ног. Мышцы так сильно сжимались и давили на зонд, заполняющий мою киску, что, в конце концов, вытолкнули его из тела.

Я медленно возвращалась в сознание. Григг нежно поглаживал меня по животу, покрывал самыми мягкими поцелуями грудь и шею, почти с благоговением.

Теперь моя киска была пустой, и это было неприятно. Я подтянула ноги в опорах, двинув бедрами в поисках большего.

Но Григг засунул свой все еще твердый член обратно в штаны, а Рав медленно вынул устройство из моей задницы. В тот момент, когда оно исчезло, наручники на запястьях открылись. Григг поднял меня на руки, как куклу, завернул в простыню и прижал к груди, а потом сел на стол. В этот раз я не сопротивлялась. Я не могла. У меня не осталось сил. Я чувствовала себя как желе.

Он массировал мои плечи, руки, запястья. Как он мог переключиться и стать таким нежным, если всего несколько минут назад был таким требовательным и властным?

Я не могла думать о нем или о том, что они сделали со мной. Что я чувствовала по этому поводу или что я чувствовала к ним. Я была слишком ошеломлена и слишком довольна. Разум был в тумане, как будто я только что проснулась от чудесного сна, и я не хотела портить момент. Не сейчас. Скоро я вернусь в реальность.

Рав положил свое оборудование в какой-то контейнер для обработки или очистки, или что там эти инопланетяне делали со своими использованными медицинскими приборами. Он повернулся к нам с тремя полосками ленты в руке: две были темно-синего цвета, и одна была черной.

Он положил их на стол рядом с нами и поднес к своей шее синюю полоску. Странная лента обвила его шею и образовала идеально облегающий ошейник. Он поднес вторую синюю ленту к Григгу, и тот покачал головой, отказываясь отпустить меня, чтобы взять ее.

– Не могу, сделай это сам.

Рав подошел к Григгу сзади и надел ленту ему на шею. Она тут же сжалась и повторила формы мускулистого тела моего основного партнера. Теперь они носили одинаковые ошейники.

Оставив только черную ленту, Рав обошел стол и протянул ее мне.

– Что это? – я с любопытством потянулась к черной ленте. Она напоминала теплый шелк, но оказалась толще земных лент. Это было больше похоже на ошейник для кошек, но шириной в пару сантиметров.

Рав ответил:

– Это твой брачный ошейник. Ты должна надеть его на шею. Мы не можем сделать это за тебя.

Я осмотрела простую черную полосу в замешательстве.

– Зачем? Для чего это?

Рав поднял руку, чтобы погладить меня по щеке, и я даже не дрогнула от этого простого жеста. После всего, что я только что пережила на этом столе, его ласка была как бальзам на душу.

– Это знак того, что ты наша. В течение тридцати дней он будет черным, пока ты находишься в процессе принятия своих партнеров. Как только мы завершим брачную церемонию, твой ошейник станет синим, как и наши. Это будет означать, что ты стала законной супругой членов клана воинов Закар, – он засиял от гордости. – Наш клан – одна из старейших и сильнейших семей Приллон-Прайма.

Ну, предположим, ура. Всегда мечтала войти в семью инопланетной знати.

– Что если я не надену его?