Глава 4

Портал перенёс нас в местную ратушу, откуда мы уже и отправились ко мне домой на неприметной карете управляющего пригородом. Всю дорогу мы с Ароном демонстративно смотрели в противоположные окна, отвернувшись друг от друга. И только когда уже подъезжали к родительскому дому, принц коснулся моей, затянутой в серую на этот раз перчатку руки и тихо произнёс: – Ты же понимаешь, что про артефакт говорить нельзя. – И что мне тогда им сказать? – вскинулась я. – Предлагаешь убедить маму и папу, что я вдруг решила бросить всё, о чём мечтала, и податься в… подружки принца? – Ты моя невеста, Медина, – хмуро посмотрел он на меня. – До тех пор, пока не найду способ снять кольцо, – отчеканила я. – И мои родители имеют право знать, что их дочь не превратилась в невесть кого! – И в кого же ты, по-твоему, превратилась? – неожиданно разозлился Арон. – А ты включи воображение! В кого я превратилась для всех, ночуя в твоей спальне?! – выкрикнула, сжав кулаки. – Ах да, тебе же так важно общественное мнение, – фыркнул он. Ну, вот как объяснить мужчине, да ещё и принцу к тому же, что для меня это действительно важно?! Да, я не хочу, чтобы обо мне думали плохо, и в первую очередь родители. Ведь мама знает о моей влюблённости в «прекрасного принца», и тут я явлюсь на порог вместе с ним. Что она подумает – нетрудно догадаться. Но особенно обидно, что всё уже совсем не так! И тут Арон заявляет, что я не могу сказать правду родным. А что я им скажу тогда? «Вы не подумайте чего плохого, просто так сложилось, я временно поживу с принцем, но между нами всё невинно и я вообще не виновата». Представляю выражение папиного лица. Про маму вообще подумать страшно, она же всё-таки ведьма. Но время на раздумья закончилось, как и подъездная дорожка к дому. А мы с Ароном так и не договорились, что скажем моим родителям. Интересно, он сильно разозлится, если я ослушаюсь и заикнусь про артефакт? – Про артефакт ни слова, – повторил принц с нажимом. – С остальным я разберусь. – А если скажу? – прищурилась я. – Королевская тайна… – коротко ответил он и у меня руки похолодели. Королевская тайна охраняется даже ценой жизни тех, кто её узнал. Вот так просто, без споров и препирательств, его высочество наследный принц Арон заставил меня заткнуться и принять как данность – моя репутация ничто по сравнению с жизнями родных. Подумают, что я стала игрушкой королевского сынка – приму и промолчу. И даже подтвержу, если понадобится. Вот же сволочь! Да-а-а, ваше высочество, умеете вы быть убедительным. И отвратительным… Когда мы вышли из кареты, нас уже встречали на крыльце. Первой выбежала мама и, как только увидела меня, бросилась по стылым ступеням, поскальзываясь и теряя тёплую шаль, небрежно наброшенную на плечи. – Живая, – прошептала мама, крепко обняв меня. Принца, который в этот момент стоял рядом после того, как помог мне выбраться из кареты, матушка, не глядя, отпихнула с дороги. Но он не возмутился, отошёл и стоял в сторонке, наблюдая за тем, как мама обнимает меня, всматривается в лицо, гладит по волосам. Да что же им наговорили, если мама смотрит на меня так, будто уже и не надеялась увидеть живой? Следующим налетел брат. Сайдэн обнял нас с мамой и приподнял сразу обеих. – Я же говорил, не пропадёт наша малявка! – радостно пробасил братик, который был на полторы головы выше меня и вдвое шире в плечах. – Ух! И ты тут, – пропыхтела я. Не ожидала, что братик будет у родителей. Он уже давно живёт отдельно, как-никак взрослый маг, не женился ещё пока, но вроде бы уже подумывает о создании своей семьи. Хотя, больше всё же на работе пропадает, а работает как раз где-то во дворце, правда, я так и не поняла кем именно. – А… папа где? – спросила, когда меня перестали тискать и рассматривать на предмет увечий. Почему-то родные были уверены – я настолько беспомощна, что без присмотра обязательно покалечусь или попаду в какую-то неприятность. Вот и в академию отпустили только потому, что наставница Азария, мамина дальняя родственница, пообещала присмотреть. И присматривала первые два года, а потом я уже вполне самостоятельной стала… По крайней мере, я так думала. – А папа во дворец поехал, – выдавила улыбку мама, и покосилась на Арона, – чтобы просить за тебя. Я тоже посмотрела не невозмутимо стоявшего в стороне принца. Он только руками развёл – мол, ничего не знаю, ко мне никто не приходил. Я и сама в курсе, что до него папа не дошёл, мы же всё время вместе были. И где же он тогда? Пауза затянулась. Мама и Сайдэн смотрели, то на меня растерянно, то на принца настороженно, и явно ждали объяснений. – А… я голодная, – произнесла жалобно, опустив голову. – Ох, да что же мы на морозе-то стоим?! – всплеснула руками мама. – Идёмте в тепло, скорее. И вы… ваше высочество, добро пожаловать в наш скромный дом. – Благодарю, – кивнул Арон. – У вас превосходная усадьба, очень уютная и красивая. Мама покосилась на меня, прищурилась и… поступила, как поступают все ведьмы – взяла инициативу в свои руки, руководствуясь исключительно интуицией. То есть, подхватила Арона под руку и повела в дом, щебеча о том, какая честь принимать такого гостя. Но многозначительный взгляд через плечо на братца бросить не забыла. Неудивительно, что Сайдэн тут же взял меня в оборот – тоже подхватил под руку, вот только к дому повёл значительно медленнее и через террасу, где снега намело почти по колено, а расчистить ещё не успели. – Рассказывай, – потребовал брат, как только мама с Ароном скрылись из виду. – Не-а, – помотала я головой. – У принца вон спрашивай. – Всё так плохо? – нахмурился Сай. – Королевская тайна, – скривилась я. – У-у-у, сестрёнка, – протянул братик. – Я всегда знал, что ты у нас тихоня тихоней, а бедовая, но чтобы настолько. – Сама в шоке, – промямлила я. – Ты только скажи, он… ничего плохого тебе не сделал? – тихо произнёс Сайдэн. – Нет, – помотала я головой. – Он… в принципе неплохой. – Слышу нотки разочарования в твоём голосочке, – хмыкнул брат. – Скажем так, в мечтах всё было иначе, – поджала я губы. – А на деле… это ненадолго, я обязательно со всем разберусь и вернусь домой. И в академию, если меня оттуда не вышвырнут, после такого… – Уверена? – покосился на меня Сай. – Что разберусь? Конечно! – с жаром закивала я. – Что стоит возвращаться, – огорошил меня брат. – Он так на тебя смотрит… Может, это как раз то, чего ты хотела? – Если бы, – фыркнула я. – Пошли уже, а то там мама сейчас наследника королевства расспросами до смерти замучает. Ты же знаешь, она это умеет! Вопреки моим ожиданиям никто его высочество мучить не собирался. Мама усадила принца в кресло у жарко пылающего камина и даже налила ему что-то горячительное из папиных запасов. Меня на столике уже дожидалась исходящая паром и умопомрачительным ванильным ароматом кружка какао, а сама леди Мелира Аярчи скромно восседала на диване, сложив руки на коленях и подобострастно вещая о том, что и мечтать не смела, что ей доведётся принимать в своём скромном доме гостя королевских кровей. В общем, не знай я свою маму, ни за что не усомнилась бы в искренности такой примерной, доброжелательной хозяйки. Но мы с Сайдэном маму хорошо знаем, поэтому только переглянулись, подавили улыбки и присоединились к светской беседе. Мама заверила, что обед вот-вот подадут, а значит, у нас опять гостит кто-то из её подруг. Больше подавать обед тут некому, прислуги в нашем доме никогда не водилось. Будучи истинной ведьмой, мама никому постороннему не доверяла своё личное пространство, а бытовые заклятия её конёк, так что порядок у нас всегда царил идеальный. И всё бы было замечательно, вот только подруги у мамы не все такие сдержанные, а королевскую семью ведьмам, по понятным причинам, любить не за что. Будет весьма некстати, если вместе с обедом Арону подадут какую-нибудь отраву, если не что похуже. – Я пойду, проверю, как там обед, – вскочила, когда светская беседа с погоды свернула в сторону здравия родственников, от чего Сай начал едва слышно похрюкивать в стакан и делать вид, что очень занят разглядыванием картин на стенах, чтобы не заржать в голос. Просто настолько любезной нашу маму мы ещё не видели, а это было, во-первых, забавно, и во-вторых, вызывало лёгкую панику. Излишне доброжелательная ведьма к спонтанному полёту лёгких и не очень предметов по дому – иногда говаривал папа, пока мама не слышит. Потому что именно такой ласковой и приторно вежливой наша мама бывает только перед эмоциональным взрывом. И первые звоночки грядущей бури не заставили себя ждать. – Сидеть! – неожиданно рявкнула ведьма, когда я встала с дивана. И тут же опять ласково: – Не стоит переживать, доченька, с обедом всё в порядке. Пей лучше своё любимое какао, а то простудишься. Одета ты совсем не по погоде, а мы все знаем, к чему это приводит. Дальше последовал рассказ о том, какая я слабенькая и болезненная была в детстве, да и сейчас каждую зиму с сопливым носом. И вообще, самая непутёвая дочка досталась моей матушке. Сай уже чуть ли не грыз край стакана, чтобы не расхохотаться, а я сидела, вцепившись в кружку с какао и медленно закипала. Щёки горели, как от стыда, так и от злости. Но меня мгновенно отпустило, как только стала ясна причина, по которой маман так старательно позорит свою «бедную девочку» перед гостем. Она действительно решила, что я поддалась глупой влюблённости и подалась в принцевы фаворитки. И неудивительно! Что мама ещё могла подумать, когда я привела домой предмет своих девичьих воздыханий, да ещё и разодетая в придворный наряд? Арон, кажется, тоже догадался, в чём причина и улыбался уже не вежливо, а вполне искренне, с трудом сдерживая смех. Мама поняла, что переигрывает, умолкла, сложила руки на груди и угрюмо уставилась на его высочество. – Да-а-а, – протянул Сайдэн, – столько нового о сестрёнке узнал. Арон явно собрался что-то сказать, надеюсь, объяснить, что мама всё не так поняла, но дверь в гостиную распахнулась и послышался елейный, прямо таки сиропный голосок: – Обед подан, прошу к столу. О, не-е-ет! Только не тётя Алинда! Это был самый худший из возможных вариантов! Алинда из тех ведьм, которым неслабо досталось от ведьмоборцев, она потеряла мать и сестру. И да, она ненавидит всю королевскую семью! Мама подскочила, засуетилась, приглашая всех в столовую, а я подошла к Арону и украдкой шепнула: – Ничего не ешь. – И пить тоже не советую, – присоединился к предостережениям Сай. Арон только приподнял бровь, но промолчал. Ну и ладно, я уже успела убедиться, что принц не глуп, да ещё и яды на расстоянии определяет, будем надеяться, всё обойдётся. *** Домашние обеды бывают разные, но такого у меня ещё не было! Семья у нас, мягко говоря, нестандартная… Мама истинная ведьма, с педантичной приверженностью чтящая ведьминские устои во всём, за исключением института брака. Папа же маг со средним уровнем дара и при этом очень мягкий, покладистый, терпеливый человек, другой бы с ведьмой и не ужился. Но он может и кулаком по столу грохнуть, если потребуется. И мы с братом: я – ведьма с папиным характером, а он – маг с маминым. Вдобавок ко всему к нам периодически наведываются на несколько дней погостить мамины подруги или папины родственники. В общем, весело живём, всякое случалось, но чтобы настолько… Короче, срочно нужен папа, чтобы грохнуть кулаком по столу и прекратить этот балаган! Началось всё чинно и пристойно. Мы расселись за столом, сервированным в лучших придворных традициях. И откуда только посуда такая взялась? Нет, мы не бедствуем, столовое серебро водится, и красивый фарфор тоже имеется, но такого, насколько я помню, раньше не было. Особенно поразил пышный букет цветов по центру стола, причём поразил он в первую очередь маму. Свои драгоценные, горячо любимые и оберегаемые золотистые бархатные лилейники, которые она столь самозабвенно выращивает в зимнем саду, мама узнала сразу же. Ну всё, сейчас начнётся – мелькнула паническая мысль. Тётя Алинде несдобровать. Но нет, мама только побледнела на мгновение, потом на её щеках заиграл нездоровый румянец, но отстранённая вежливая улыбка на губах сохранилась, будто приклеенная. Мы с Сайдэном переглянулись. Расправляя салфетку, я украдкой принюхалась – так и есть! Оправдались мои худшие опасения. Тётя Алинда выбрала именно тот сорт цветов, который источает сильный медовый аромат, идеально маскирующий зловоние всяческих каверзных ведьминских зелий. Мама у меня, конечно, любительница цветов, но, как и всякая ведьма, ко всему подходит с практической точки зрения, вот и садоводством занялась, скажем так, и для души, и для дела. Расстилая салфетку на коленях, я опустила взгляд и постаралась успокоиться. Пальцы нервно подрагивали, поправляя уголки белоснежной накрахмаленной ткани. Сай украдкой сжал мою ладошку и ободряюще улыбнулся. Я выдавила ответную улыбку и подняла голову, чтобы взглянуть на сидящего наискосок принца. Подозреваю, его намеренно посадили как можно дальше от меня. Взгляд медленно перекочевал на маму, восседающую рядом с его высочеством, и мне стало совсем нехорошо. Мама улыбалась, и уже не отстранённо-вежливо. Она улыбалась предвкушающе, истинно ведьминской улыбкой! Похоже, моя драгоценная родительница решила – чего добру, то есть срезанным цветам, зря пропадать. Я надеялась, что подвоха стоит ждать только от тёти Алинды, но всё намного хуже, маму тоже понесло. Первое блюдо, поданное с апломбом и пиететом, только укрепило меня в уверенности – нужно уводить Арона, пока не поздно. Это оказался «традиционный суп-пюре, исконно прославляющий кухню рода Аярчи». Когда тётя Алинда произнесла сие пафосное представление «деликатеса», Сайдэн закашлялся, у меня вытянулось лицо, у принца изогнулась бровь, и только мама с Алиндой оставались невозмутимы. Ну и да, прославляющим род Аярчи супом оказалась сомнительного вида жижа, имеющая буро-зелёный цвет, склизкую консистенцию и пузырьки на поверхности. Ну а запах да, благополучно маскировался цветочным ароматом. И последним аккордом безумного стаккато мамин подобострастный возглас: – Вы просто обязаны это попробовать! Принц сглотнул, покосился на меня, но выдавил улыбку и потянулся к ложке. Да, вежливость, воспитание и правила хорошего тона предписывали ему непременно отведать угощение, дабы не оскорбить гостеприимную хозяйку, но неужели Арон не понимает, что ничем хорошим это не закончится?! Я, как завороженная, следила за тем, как ложка опускается в зелье, зачерпывает, медленно поднимается, за ней тянется мерзкого вида слизь… наверняка в составе есть слизь болотных улиток или жаб, значит, это что-то связанное с расстройством живота, параличом или и тем и другим одновременно. А что там ещё понамешано, можно только догадываться. Ведьмы есть ведьмы, что тут скажешь. – Не… – начала я, когда Арон поднёс ложку ко рту, но была жёстко остановлена одним лишь материнским взглядом. Да, мама умеет смотреть так, что от страха коленки подгибаются и язык к нёбу прилипает. Но это же Арон, принц, за вредительство которому может не поздоровиться всей нашей семье! Да и просто не по-человечески это, он заботится обо мне, ничего плохого по факту не сделал и вообще… он мне нравится. – Не думаю, что у нас есть время на дегустацию прославленных традиционных блюд рода Аярчи, – выпалила, вскочив и неотрывно глядя на его высочество. Он же не глупый, должен понять – это есть нельзя! Все уставились на меня, а я, продолжая смотреть на принца, чуть салфетку не выронила. И всё потому, что Арон подмигнул мне, а мерзкое варево исчезло с его ложки, не оставив и следа. После этого принц отправил в рот пустую ложку, сделал вид, что приобщился к «высокой кухне Аярчи», посмаковал и вполне серьёзным тоном произнёс: – Весьма… необычное блюдо, но наверняка очень полезное. Я прав? И с искренней доброжелательностью воззрился на матушку. Мама же пристально рассматривала его высочество, как и тётя Алинда. Они явно чего-то ждали. Я медленно опустилась на стул, вернула салфетку на колени и совершенно перестала волноваться за Арона. Напротив, мне стало страшно за маму! Вот бы папочка пришёл и прекратил всё это… Так и не дождавшись должного эффекта от зелья, ведьмы синхронно нахмурились и поджали губы. Но длилось это не более пары секунд, в следующее мгновение тётя Алинда всплеснула руками и воскликнула: – Да что же это я? Совсем забыла про главное лакомство. И убежала за «лакомством», то есть наверняка помчалась перетрясать свои запасы зелий, чтобы выбрать что-то позабористее. Мама же изобразила вежливый оскал и светским тоном поинтересовалась: – Так что же привело вас в наш скромный дом, ваше высочество? Взгляд, которым она при этом одарила меня, не предвещал ничего хорошего. Мне вообще показалось, что стоит Арону ляпнуть что-то не то и мама набросится на него, как дикая кошка. Ну или на меня, в зависимости от того, что услышит. – Видите ли, уважаемая леди Аярчи, у меня есть определённый интерес к вашей дочери, – таким же светским тоном начал Арон. Стакан с водой в маминой руке подозрительно дрогнул и заскрипел, но не лопнул. Выражение её лица осталось таким же подчёркнуто доброжелательным, но взгляд похолодел настолько, что я поёжилась. И уже хотела вмешаться, чтобы наплести что-нибудь про практику или введение ведьм в придворное общество, но принц опередил. – Я намерен жениться на Медине, – заявил он таким тоном, будто о каких-то пустяковых планах на следующие выходные рассуждает. Но это, произнесённое небрежно, заявление произвело эффект взорвавшегося котла с зельем. – Ох ты ж, кошкин хвост! – воскликнула как раз вошедшая в столовую Алинда, с громким звоном уронив графин с напитком сомнительного ядовито-жёлтого цвета. Графин разбился, отрава разлилась и забурлила, растекаясь по полу. То, как ведьма поспешно отскочила, чтобы её не обрызгало, только подтвердило мои подозрения – это был самый настоящий яд! Может и не смертельный, но явно достаточно опасный, чтобы причинить вред даже самому сильному магу. Но всё это были мелочи, по сравнению с тишиной, воцарившейся за столом. Смотреть на маму я просто боялась. Во все глаза уставилась на Арона, мечась между желанием придушить его, ну или тем жёлтым «компотиком» напоить, и необходимостью как-то объяснить столь неосмотрительное объявление о брачных намерениях в мой адрес. Я всё понимаю, про артефакт говорить нельзя, но можно же было как-то помягче, придумать что-то менее ошеломляющее. Ну или хотя бы подготовить почву сначала. Да пусть даже сказать, что пришёл просить моей руки. А он, вот так сразу, намерен жениться и всё тут. – Ну, за молодых! – провозгласил Сайдэн, схватил со стола бутылку с вином и отпил прямо из горла. Мама начала медленно подниматься со стула. – Меди, сматываем, – громко шепнул Сай. – Пока они тут столовую крушить будут, успеешь хоть завещание написать. Книги и драгоценности, чур, мои. Я зашипела на брата, как змея, а мама, услышав его пассаж, упала обратно на стул, залпом выпила целый стакан воды и, не оборачиваясь, приказала тёте Алинде: – Неси Драконовку. – Щас всё будет, – кивнула Алинда, разворачиваясь. А вслед ей полетело мамино ласковое: – И топор захвати, тот, из закалённой ведьминым пламенем стали. Он как раз в подвале, рядом с винным погребом, в углу стоит. Справа от двери, увидишь. – Зачем? – обернулась Алинда. – С зятем знакомиться буду, – припечатала мама, грохнув кулачком по столу. – Мамочка, а давай не будем, – вскочила я из-за стола. – Я всё объясню! Ты просто не так поняла… – Отчего же, – перебил меня невозмутимый Арон. – Я вполне чётко обозначил свои намерения. Да заткнулся бы уже! И так наговорил… – Самоубийца, уважаю, – хмыкнул Сайдэн. – Так мне топор нести или Драконовку? – растерянно спросила тётя Алинда. – Ничего не нужно. Мы уходим, – пробурчала я. – Сесть! – рявкнула мать, ещё раз долбанув по столу, но на этот раз ладонью. И, развернувшись к принцу: – Что значит, намерен жениться на моей дочери? Да ты совсем ополоумел, мальчишка?! Да, мы – ведьмы, когда на эмоциях, про условности напрочь забываем. Я вон, как в спальне Арона очутилась, от нервов орать на него начала и на «ты» сразу перешла. Вот и мама напрочь забыла, кто перед ней. Вернее, она отлично знала кто, вот и сорвалась. – Ты вообще осознаёшь, что губишь мою девочку в угоду своих прихотей? Она же и недели не продержится! Её твой проклятый папаша просто убьёт! – Не убьёт, – спокойно ответил… мой жених. Ужас, вот так раз и уже невеста! Не то, чтобы я не знала, что Арон задумал, но когда он об этом моим родным сказал, всё вдруг действительно стало по-настоящему. До этого я ещё надеялась, что смогу как-то выкрутиться. Теперь же… А может позволить маме прибить его и дело с концом? Нет, это точно не выход. О чём я только думаю? Нужно срочно искать способ снять кольцо и тогда проблема решится сама собой.