Глава 11

– Пап, опусти ружье.

Спокойным голосом попросила отца, делая шаг назад, в сторону Кайдена.

Нет, конечно, я знала, что мой папочка очень эмоциональный и всегда за меня переживает, но не до такой же степени!

– Принцесса, уйди в свою комнату, я быстро сделаю, что должен, и мы поговорим, – отец даже не отвел взгляда от Кайдена, все так же держа его на прицеле.

– Что должен? Грохнуть парня, который живет со мной в одном доме вот уже неделю?! Пап, очнись! Ты же охотник, ты зверей убиваешь, диких зверей, а не людей!

Говоря с отцом, я все так же медленно пятилась от него, пока не уперлась спиной в горячее тело Кая.

– А он и есть зверь, Иви, злой дикий зверь, способный растерзать тебя за считанные секунды. Отойди от него!

Если папа хотел меня напугать, то у него хорошо получилось. Не его слова про то, что Кай зверь – это же чушь чистой воды – а его последний окрик заставил меня дернуться в сторону. Я чуть было не врезалась головой в косяк, благо сильные горячие руки сомкнулись на моем животе, не давая сделать этот шаг.

– И вот я снова сзади, да, Ив? – тихий мурлыкающий звук сопровождал этот вопрос, когда Кай потерся подбородком о мое плечо. Искуситель чертов!

– Пап, что за чушь, Кайден не зверь! – заливаясь краской после провокации Кая, ответила отцу, и тут же понизив голос, обратилась к мужчине за моей спиной: – Ты не зверь, ты идиот!

– Иви, ты поверь старому охотнику, – папа устало вздохнул и на мгновение перевел взгляд на меня. – Принцесса, тебе правда лучше оставить нас ненадолго одних.

Но отца я почти не слышала, потому как Кай одновременно с ним шептал мне на ухо:

– Не согласен, но спорить не буду. Мне вообще не понравилось с тобой спорить.

– И ты мне сможешь объяснить, каким образом твои следы в лесу исчезают? – задаю ему вопрос, и тут же обращаюсь к отцу: – Обязательно уйду, если ты мне пообещаешь, что, вернувшись спустя пять минут, я найду вас обоих в этой комнате. Живыми!

– Да, – тихое от Кая.

И категоричное:

– Нет, – от отца.

Господи, я с ними с ума сойду. Ну не умею я вести переговоры с двумя террористами. Тем более что один из них сексуально озабоченный, со всех сторон таинственный Кай. А второй мой отец – и этим все сказано!

– Ты обещал! – повернувшись к своему мужчине, а по-другому мне было сложно воспринимать Кайдена, посмотрела в его глаза.

– Да.

Открытый взгляд, твердые интонации голоса. Он, несмотря на нелепую ситуацию, был спокоен и уверен в себе. В общем, я решила ему довериться.

– Все, мне это надоело, – повернувшись обратно к отцу, сложила руки под грудью. – Билл Беккет, прекрати размахивать ружьем, мне не нравится, что его дуло смотрит в мою сторону!

– Иви…

– Ничего не Иви, опусти ружье! Кай нормальный, адекватный мужчина, почему бы для начала просто не поговорить?!

– Он адекватный? – папа немного отвел в сторону свое оружие и ехидно уточнил: – И поэтому он ходит по нашей кухне в чем мать родила?!

– Па-а-а, – краска стыда опалила щеки, и мне пришлось приложить усилия, чтобы выдержать взгляд отца.

– Черт возьми, принцесса!

– О чем речь? – тихо поинтересовался Кай.

– О сексе, он думает, что мы тут занимались сексом, поэтому ты голый.

– Он ошибается.

– Я знаю, мы все еще не решили наш спор.

– Нет, маленькая, твой отец ошибается не в этом, – тихий смешок раздался над моей макушкой, – если бы мы были близки, ты бы тоже была голая.

– Шутишь? Ну-ну, и тем не менее у нас есть проблема и нет ее решения. Но ты шути дальше.

– Упрямая!

– Настырный!

Мы так увлеклись своим маленьким спором, что я забыла про отца. К сожалению, он не забыл про меня.

– Я вам не мешаю? Иви?

Господи, нелепей ситуации в моей жизни еще не было. Да, я могу спокойно говорить про секс, но не при папе ведь! Что со мной происходит, почему рядом с Кайденом я забываю обо всем?!

– Иви, не вынуждай меня быть жестким, просто отойди от своего друга.

Отец, устав стоять с ружьем на изготовку, опустил его, уперев дулом в пол. Но не успела я обрадоваться, как он внимательно посмотрел на Кая.

– Ты спал с моей дочерью?!

«Ой. Ой-ей. Кай, соври ему!» – мысленно взмолилась, но он меня не услышал. А жаль.

Кайден не стал говорить вслух, он кивнул. Просто молча кивнул, и у папы лопнуло терпение.

– Да как ты посмел, зверь?!

Я видела, как у отца полыхнули злобой глаза. Я чувствовала, как Кайден сильнее прижал меня к себе, делая глубокий вдох, будто принюхиваясь. И что самое удивительное – на секунду мне показалось, что отец зарычал.

Реакция Кая была мгновенной. Он осторожно, но быстро передвинул меня себе за спину, прижимая к стене, и медленно присел на корточки, упираясь одной рукой в пол. Эта странная поза в исполнении человека больше всего мне напоминала хищника, защищающего свою территорию. Оторвав взгляд от широкой спины, на которой бугрились напряженные мышцы, посмотрела на папу и чуть не вскрикнула. Отец стоял чуть нагнувшись вперед, при этом не отводил взгляда от Кая и зло улыбался.

– Папа, да что происходит?!

Злость, растерянность, испуг, снова злость и, наконец, паника – эмоции сменяли друг друга, но я не могла ухватиться за какую-то одну. Голова начала кружиться, видимо, из-за калейдоскопа мыслей и образов, заполнявших ее.

– Пап, – позвала я самого родного человека слабеющим голосом, но он на меня не обратил внимания. – Пап, прекратите, пожалуйста, прекратите.

Во рту вдруг стало очень сухо, воздуха в легких не хватало, в ушах зашумела кровь, а все потому, что мое подсознание сыграло со мной злую шутку, выталкивая на поверхность самый большой страх.

– Ну почему же, принцесса. Когда я зашел в дом, ты спрашивала у него: кто он такой? Так я тебе расскажу, – Билл, ни на секунду не отрывал взгляда от Кая и говорил очень зло. Таким я своего отца не видела никогда. – Он зверь. Самый настоящий зверь. Один тех, на кого я охочусь. Кот, если быть точнее – оборотень. Такой же, как то чудовище. Помнишь? Тот самый снежный леопард, так напугавший тебя в детстве.

Помню. Конечно, помню. И окровавленную морду, и обезображенный труп рядом с ним. А еще я помню дикий, безумный взгляд горящих злостью кошачьих глаз. Тех самых, что сейчас смотрели на меня в моем воображении.

– Так вот, поздравляю тебя, дочка, ты уже неделю живешь в доме с таким котом. С убийцей!

Стены закружились вокруг меня какой-то сумасшедшей каруселью. Чтобы не потерять себя в этой безумно вращающейся комнате, я положила руку на горячее плечо, и почувствовала. Не услышала, а именно почувствовала, как внутри Кайдена клокочет, набирая обороты, какой-то звук. Подняв взгляд на отца, сосредоточилась на его лице и тихо вскрикнула. Его глаза странно мерцали.

– Па… глаза.

Больше я ничего не смогла сказать, комнату сотряс жуткий рык. И следом голос, полный злости:

– Полукровка!

Они одновременно бросились друг на друга. Мой отец и мой любовник. Только я этого уже не видела. Как только из-под моей ладони исчезла опора, на ногах я простояла всего лишь несколько секунд. Потом пол бросился мне в лицо, и я провалилась в безмолвную темноту.

***

В себя я приходила тяжело. У меня болела левая скула и просто дико болела голова.

Два голоса, звучащие в комнате, ситуацию для меня не упрощали. Кажется, это была попытка мужчин говорить шепотом, но получалось у них, откровенно говоря, отвратительно. Ну хоть оба живы. Глаза я открыть не пыталась. Во-первых, в первые мгновения мне было больно даже думать о том, чтобы пошевелить хоть одной ресницей. Во-вторых, мне требовалось время, чтобы подумать.

Судя по всему, лежала я на диване, головой на коленях Кайдена. Его голос звучал ближе, поэтому я решила, что это его нога. Ну и вряд ли папа стал бы, обнимая меня, периодически проводить пальцем под грудью. Зараза!

Попыталась собрать мысли в кучу.

Так что мы имеем?

Первое – отец где-то сильно стукнулся головой и считает, что в мире существуют оборотни. Но этого же быть не может, потому что, ну… Ну не может же! Но с другой стороны, Кай, когда папочка называл его зверем, не спорил. А значит что? Хотя тут все понятно, этого мужчину я сама по голове стукнула. Машиной.

Второе – глаза папы странно мерцали. Какая-то неизвестная болезнь? Вспомнив, что Билл не болел ни разу в своей жизни, вот правда ни одного разочка, этот вариант мне показался маловероятным. Значит, не болезнь, тогда что? Вспомнился крик Кайдена, он назвал моего родителя полукровкой. Что он имел в виду? Что отец тоже оборотень? Значит, и он в это верит? А я? Я могу поверить в существование зверолюдей? Вспомнились все рассказы Ба, так любимые ею легенды. Отец с его невероятной реакцией. Про него в нашем городке ходит множество баек и все они сводятся к тому, что у папы звериное чутье. Удобно для охотника. А ещё вспомнился Кай. То, как иногда мерцают его невероятные жёлтые глаза, пластика тела, незнание простых бытовых вещей. А еще его нереальный прыжок из-за шума пылесоса. Я же сама, с первых дней появления Кайдена в этом доме, сравнивала его с диким котом! Это что же получается, я верю в оборотней?!

Висок в очередной раз пронзило болью и все встало на свои места – это не они, это я стукнулась головой.

На минутку прекратила строить логические цепочки и обратилась в слух.

– Ты, кошак облезлый, не имеешь права обвинять меня в том, что я скрывал от дочери правду! – Ого, я и не знала, что отец умеет так шипеть.

– Как раз я и имею на это право, – глухо рычал в ответ Кай, – если бы она знала о своей крови, ей было бы легче принять меня и то, что между нами происходит!

Так, о чем это они? Какую такую правду скрывал от меня папа и что там такого интересного происходит между мной и Кайденом?!

– Да ни черта между вами не может происходить! У Иви не может быть ничего общего с одним из вас! Со зверем!

– Ну, конечно, – весьма ехидно протянул Кай, – у малышки всего лишь течка, и ее суть выбрала меня идеальным партнером. Мелочи.

Че-его?!!!!!

Удержаться и не стукнуть обнаглевшего кошару было невероятно тяжело. Мало ему было назвать меня самкой. Теперь я и вовсе самка в течке! Ну погоди, я тебе это еще припомню!

– За языком следи! – повысил голос папочка, и я мысленно согласилась с ним. – У моей дочери не может быть ничего с тобой. Ты зверь! Убийца! Да ни один человек не свяжется с такой тварью, как ты!

Ой, ну тут папа, конечно, перегнул…

– Ну, как минимум один все-таки связался с таким, как я, – голосом Кайдена можно было гвозди забивать, тем удивительнее мне было почувствовать ласковое, почти невесомое прикосновение его пальцев, – иначе тебя не было на свете, потерянный сын племени!

В комнате повисла тяжелая тишина. Мне безумно хотелось открыть глаза и посмотреть на мужчин, но я продолжила наводить порядок в своих мыслях.

Если верить бабуле, а она в свои истории верила, оборотни – это не просто легенды, а суровая правда нашей реальности. Настолько суровая, что большинство людей о них даже не знают. Точнее, оборотни предпочитают держаться подальше от людей. Если вспомнить слова отца, то получается, оборотни – это звери, которых надо убивать. Интересно, почему он так думает?

А если верить Кайдену… Ах да, ему верить не приходится, он пока не говорил своего мнения на этот счет!

Сделала пометку и записала еще один долг на его счет. В списке он идет сразу за «самкой в течке», не люблю, когда мне врут!

– Думаешь, самый умный? – тем временем продолжал занимательный для меня спор отец. – Да ты никакой кошачьей матери не знаешь о моей жизни!

– Естественно, не знаю, ведь ты рос вне семьи! И мне крайне интересно, кто тот трус, что, сделав ребенка с не женщиной племени, бросил его и не привел в клан.

– Трус? А, может, трусиха?!

– Бред! Ни одна самка не покидает наши земли, они даже охотятся только вместе с воинами. Мы защищаем наших женщин!

О-очень, интересно, то есть самки, это их кошечки. Ну потрясающе. А меня по привычке так называют. Как очередную хвостатую ба… Стоп! Что там было про течку?!

Чуть было не застонала от пришедшей в мою больную голову мысли. Это что же получается, меня не просто так качественно отлюбил мистер Я-ничего-не-помню… Это вроде как мне очень надо было, а он, мать его рыцарь, пришел и спас ситуацию?! Убью!

– Защищают? – папа зло засмеялся. – Ну давай, воин племени, расскажи, как вы заботитесь о женщинах и детях. Мне расскажи, и Иви, которая давно уже пришла в себя.

Кай глухо зарычал, и отец не остался в долгу:

– Не смей. Показывать. Мне. Свои. Зубы! Выбью к чертовой матери!

– Силой не дотягиваешь, чтобы угрожать мне!

– Ничего, мой малыш спокойно справится с этим.

Я была уверена, что в этот момент папочка любовно погладил свое ружье.

– Я, как и ты, прекрасно знаю, что принцесса давно пришла в себя. А еще я вижу, как ты ее лапаешь. И поверь, если бы дочь не лежала у тебя на руках, давно бы уже пустил пару пуль в твою голову!

Кажется, можно больше не притворяться спящей красавицей. А раз так…

– Пап, если ты не прекратишь угрожать Кайдену, – медленно открыв глаза, посмотрела на отца, – я возьму твое ружье, засыплю в дуло песок, залью сверху водой и…

– И где же ты возьмешь песок, милая, посередине зимы, в горах. М-м-м?

Очень самодовольное выражение лица папы просто напрашивалось на хороший урок!

– С тебя сыплется, вот и соберу, – сладким голосом любимой дочурки протянула с улыбкой, – ну или всегда есть вариант сунуть дуло в воду и нажать на спуск. Кажется, это даже надежнее песка, правда, папочка?

– Ты вообще на чьей стороне?!

Краснея, Билл аж подскочил на кресле от такой угрозы. Ну еще бы, дочь посмела посягнуть на святое, на его Рэми. Вот только я сейчас была возмущена, зла и растеряна, чтобы реагировать на его эмоции. А еще мне очень хотелось узнать, кто у нас в семье оказался с хвостом и почему, черт побери, отец от меня все это скрывал!

– На своей! – припечатала, показывая свое отношение любимому родителю.

Теплые пальцы осторожно очертили мою щеку и отвлекли от гневного взгляда отца. Немного повернув голову, посмотрела на Кая.

– Привет.

Ничего умнее мне в голову не пришло, но хотелось как-то разрядить обстановку. Мужчина выглядел спокойным. Вот только напряжение вокруг губ, небольшая складочка между бровей и легкий прищур глаз подсказывали мне – это спокойствие показное.

– Значит, ты кот?

– Кот.

– Большой кот?

Этот серьезный, архиважный для меня вопрос вызвал улыбку Кая.

– Очень, Ив.

– А поточнее?

Господи, ну пусть он будет кем-то вроде мейн-куна. Ну, пума, куда ни шло, сервал – тоже отличный вариант. Правда ведь?

– Белый леопард.

Его ответ, как приговор для меня, в глазах чуть было снова не потемнело от страха. Хотелось вскочить, бежать куда подальше. Но… Я смотрела в глаза человеку. Человек же осторожно гладил меня кончиками пальцев. С этим мужчиной я прожила в уединенном домике целую неделю, и он меня ничем не обидел. «Это другой хищник!» – отвесила себе мысленную оплеуху, и она помогла. Она и восторженно-довольный возглас отца:

– Идиот, ты только что просрал свой крошечный шанс понравиться моей дочери!