Глава 13

pov Кайден

Я не мог не ликовать. И мой зверь тоже. Иви выбрала меня, нас! Отказала отцу: по сути, мужчине, который мог за нее решать, и выбрала довериться нам. Зверь довольно щурился и готов был мурчать. Снова. Я же внешне оставался невозмутимым. Чего не могу сказать про Билла. Полукровка злился, и это было видно невооруженным взглядом. И если Иви не знала значения моего вопроса, то ее защитник явно был в курсе. С каждой проведенной рядом с ним минутой мне становилось все интереснее: кто его отец.

То, что в паре человек – оборотень двуликой может быть женщина, я даже не рассматривал. Самки не покидают безопасную территорию. Точка.

Их у нас слишком мало, на каждую девочку рождается четверо мальчишек. Их жизнь охраняют, воспитывают совсем иначе и тщательно следят за взрослыми девушками. Особенно после того, как у них начинается течка. До тех пор, пока самка может приносить потомство, ее передвижения ограничены. С другой стороны, территории безопасных земель хватает, чтобы вдоволь набегаться в зверином теле. Поохотиться на мелких зверей и даже найти некоторое уединение. Девочкам нет нужды добывать себе пропитание, у них более крепкая связь с отцом. Защитник, от которого рождается дочь – имеет некоторые привилегии, но и обязанностей у него больше. Обеспечивать дочь он будет до первой беременности, потом эта обязанность переходит к тому счастливчику, с кем вязка прошла удачно.

Так что нет, если это не была женщина уже в приличном возрасте, то быть оборотнем она не могла.

Но я четко чувствовал – Билл из наших. Не просто полукровка, а именно сын нашего клана. Кровь играла рядом с ним, реагируя особым образом. Вот почему меня так тянуло к Иви, почему я доверился человеку. Вот в чем причина того, что мой зверь решил ее защищать – она носитель гена. И даже несмотря на то, что обращаться малышка никогда не сможет, а в ее запахе нет и намека на второй образ – она наша. И она выбрала меня. Будучи в течке.

Кот взвыл: ему не терпелось остаться с девушкой наедине, утвердиться в своих правах, оставить метку и уже, наконец, получить то, что он хотел. Он ломал мою волю, сминал к черту выдержку – у зверя была цель: потомство. И плевать он хотел на то, что я еще не готов брать на себя ответственность, не готов отказаться от статуса воина. В чем-то старейшина все-таки не соврал: природу не обмануть.

Задумавшись о своем, я, тем не менее, следил за разговором Иви с отцом. Кажется, эти двое любят спорить. Казалось бы, вопрос решен – мы едем в город, и я живу с Ив, о чем еще говорить? Но нет, теперь они препирались, потому что Билл отправлял Иви собрать вещи, а она не хотела оставлять нас наедине. Неужели и правда думает, что полукровка сможет победить меня? Или что я так плохо себя контролирую, чтобы пытаться напасть на близкого ей человека?

Поймал маленькую ладошку, привлекая к себе внимание.

– Малыш, не спорь. Иди собирать вещи, с нами все будет в порядке, – глядя в зеленые глаза, попытался успокоить девушку.

– Да, но…

– Просто иди. Верь своему отцу, – я видел, что ей не нравятся мои слова, видел внутреннее сопротивление упрямицы. – Уступи в малом, тогда в большем тебе будет легче одержать победу.

Как ни странно, известная всем с малых когтей истина подействовала на Иви. Она медленно кивнула и перевела хмурый взгляд на Билла.

– Я ненадолго, давай без глупостей!

И оставив за собой последнее слово, Иви пошла в сторону лестницы с видом победителя.

– Ты чему мою дочь учишь, шкура пятнистая?

Вся нерастраченная в споре энергия полукровки обрушилась на меня. Вот только я не его дочь, и пытаться продавить меня своим авторитетом – бесполезно.

– Выходить победителем в споре со старым котом. Ей не помешает.

Нужно было видеть, как изменилось выражение лица Билла. Но ни хмуро сведенные брови, ни гневно сверкающие глаза не произвели на меня впечатления. Я даже позволил себе широко улыбнуться.

– Ты обещал дочери, что не убьешь меня.

– Скотина!

Ну что я могу сказать, наше общение точно не будет скучным. Сев обратно на стул, потянулся за остывшим чаем. Хочется мужчине стоять, пусть стоит, а у меня есть к нему парочка вопросов.

– Почему ты убиваешь оборотней?

Нужно заметить, это последнее, что мне было интересно. Но отчего-то именно этот вопрос сорвался с губ.

– Я убиваю одичалых, – посмотрев в сторону лестницы, Билл сильно понизил тон. – Объяснить почему или ты и сам знаешь, какую опасность они представляют?

Ледяная волна страха прокатилась вдоль позвоночника, заставив напрячься. То, что говорит этот человек, действительно страшно. И признаться в этом страхе не стыдно. Одичалые – это страшилка, которой пугают всех котят с самого детства. Оборотень, слишком долго находившийся в шкуре зверя и утративший связь с человеком. Беспощадный убийца. Слишком умный для животного и слишком кровожадный. Это то, кем рискует стать каждый из нас, раз за разом превращаясь в животное. Вот только…

– Бред! Одичалые – это почти миф, пережиток прошлого. Уже давно не было таких случаев, – я злился, слова вырывались из горла с тихим рыком, на руках начали прорезаться когти, деформируя пальцы. – Да и как ты, полукровка, мог бы с ними справиться?!

Отец Иви молча разглядывал меня какое-то время, а потом очень спокойно спросил:

– Что ты знаешь про полукровок?

Мне хотелось крикнуть, что я знаю все. Ведь, в конце концов, чем они отличаются от нас?! Но, подумав, понял страшное:

– Ничего. В нашем клане нет полукровок.

Как, черт возьми?! Каким образом информация о том, что мы можем заводить детей с людьми, была скрыта? Зачем – не спрашиваю, ведь нам с детства в головы вдалбливали: люди враги и убийцы. Но… Очередная ложь в моей жизни. Еще один вскрытый гнойник.

– Кайден, ты не знаешь о полукровках, потому что мы являемся позором для чистокровных членов клана. Но это мелочи, я рос в любящей семье, в своем доме. У меня было нормальное детство с играми и сказками, а не с попытками добыть себе еду и выжить любой ценой. Но самое главное, вы не знаете, что у полукровок есть свои преимущества. И одно из них – каждый из нас является охотником.

В голосе Билла не было превосходства. Злость тоже ушла. Он сейчас смотрел на меня с пониманием, говорил тихо и спокойно, а еще от него веяло чем-то давно забытым. Участием. Только Лу, Видящая клана, позволяла себе иногда проявлять такие чувства по отношению ко мне.

– Охотник?

– Да, охотник. Тот, кто прошел обучение. Тот, кто может убить одичалого. Тот, к кому обратятся в случае угрозы раскрытия существования кланов. Нас мало, полукровки очень редкое явление, но те, кто есть, внесены в специальный реестр. У каждого из нас есть своя подконтрольная территория и куратор. Именно куратор сообщает, когда где-то на моей земле требуется помощь. С одичалым…

Я не верил и верил одновременно. Не представлял, что такое вообще возможно и в тоже время понимал: вероятно, в том море лжи, которой была заполнена моя жизнь, это единственная правда. Только одного я не мог понять:

– Допустим, это правда. Есть какое-то тайное общество оборотней-полукровок, дрессированных убивать одних из нас. Допустим. Только почему ты мне об этом рассказываешь?

– Что бы ты понимал, если ты посмеешь обидеть мою дочь – твоя жизнь не будет стоить и цента. За своего ребенка я объявлю на тебя гон. Все охотники получат информацию и будут искать только тебя одного, до тех пор, пока шкура твоего зверя не ляжет ковриком перед мои камином.

Видя решимость и уверенность во взгляде полукровки, я четко осознал: будет именно так, как сейчас сказал Билл. Если я обижу малышку, на мне нарисуют мишень. Только полукровка ошибался, я не собирался обижать Ив, и…

– После смерти мы всегда возвращаемся в человеческое тело. Так что в том случае, что ты описываешь, у тебя появится весьма специфичный коврик.

– Уверен? – Билли позволил себе хищную улыбку, и я непроизвольно напрягся, следя за ним. – Пойдем, я тебе кое-что покажу.

Поднявшись из-за стола, мужчина кивнул мне в сторону лестницы. Ведомый любопытством, я отправился за ним, чувствуя: сейчас у меня есть шанс узнать еще что-то новое для себя. Поднявшись на второй этаж, мы зашли в комнату, пропитанную запахом отца Иви. Билл подошел к небольшой прикроватной тумбочке и поманил меня к себе. Не сговариваясь, мы вели себя предельно тихо. За стеной что-то ворчала Ив, за окном ярко светило солнце и было слышно птиц. Но в комнате стояла жуткая тишина. Дождавшись, когда я подойду ближе, полукровка открыл ключом ящик и, достав оттуда темный пакет, небрежно бросил его на кровать.

– Смотри, это фотографии, – еле слышно проговорил он.

Вытряхнув на покрывало содержимое пакета, я уставился на россыпь разноцветных картинок. Много, их было очень много и на каждом из них было животное. Стоило мне взять в руки несколько бумажек с изображением диких котов, как я узнал страшную правду: не всегда наша смерть заканчивается в теле человека. Перебирая одну фотографию за другой, находил все больше и больше знакомых образов. Два… пять… шесть. Шесть воинов моего клана! Не сразу я смог разобраться что к чему, а когда понял, из глотки вырвался рев. Зверь оплакивал своих погибших братьев.

За стеной что-то упало, послышались торопливые шаги и до того, как к нам в комнату вбежала Иви, ее отец опрокинул тумбочку мне на ногу. Я снова заревел, теперь уже от физической боли, но не успел ничего сказать Биллу. Дверь распахнулась и на пороге появилась малышка.

– Пап, что тут у вас происходит?! – в ее глазах было столько волнения, что я тут же пришел в себя.

Хотя, наверное, этому немало поспособствовала мебель, придавившая мою ступню. Только благодаря ей я смог вырваться из той боли, что сейчас переживал мой кот, и не наброситься на Иви и ее отца.

– Ничего, принцесса, я споткнулся и нечаянно уронил тумбу, а твой друг ее поймал. Ногой.

Ну, спасибо, хоть не сказал, что я сам себе ее на ногу опрокинул!

– Кай? – взгляд Ив обратился ко мне, ища подтверждения словам отца.

– Правда, все в порядке. Мы даже не ругались, – пришлось заставить себя улыбнуться, несмотря на клокотавшую в груди ярость. – Ты уже собрала вещи?

– Нет, мне осталось немного. Точно у вас все нормально?

– Да.

– Конечно.

Кажется, это был первый раз, когда между мной и Биллом проскользнуло полное согласие. Мы дождались, когда Иви выйдет из комнаты, и в полной тишине освободили мою ногу.

Посмотрев еще раз на фотографии, я повернулся к охотнику.

– Ты был прав, оказывается, можно заполучить шкуру нашего зверя. Но ты и ошибался.

Я внимательно наблюдал за реакцией Билла и видел: он не понимал, действительно не понимал, о чем я говорю.

– Если выстрелом попасть животному в голову, то смерть наступает слишком быстро и тело не успевает изменить форму.

Он начал объяснять, каким образом получается смерть в обличье зверя, но, видимо, кошачье любопытство все же заставило спросить:

– Так в чем я ошибался?

Откинув ненужные фото, я протянул ему изображения тех, кого знал, с кем охотился, учился и сражался плечом к плечу.

– Это мои братья и они не были одичалыми…