Глава 16

При взгляде на Добронравова я оторопела, оказалось Анвар и он – один и тот же человек. Уму непостижимо! Краткая история наших взаимоотношений, включая вчерашний поцелуй и эротический сон, промелькнула в голове. Краска бросилась к щекам, язык прирос к небу. Несколько долгих мгновений мы молча пялились друг на друга, и мужчина все сильнее мрачнел.

Кое-как справившись с собой, я просипела невнятно:

– З-здравствуйте. Кхм! Виктор Павлович.

– Здравствуйте, Ксения… Хм. Валерьевна, – ответ прозвучал как издевка, словно бы он вчера и не звал меня на чай, не предлагал подвезти или взять телефончик.

Новая еще более многозначительная пауза, во время которой оценивающий взгляд, проделав нехитрый путь вдоль моего тела. Опустился к ступням в классических лодочках, осязаемо скользнул выше к подолу юбки-карандаш.

Нарочито демонстративный жест рукой, на запястье которой красовались дорогущие даже на вид часы.

– Вы опоздали на целых полторы минуты.

Надо же, какой пунктуальный! Проглотив негодование, я ответила нейтральным тоном:

– Прошу прощения, Виктор Павлович. Задержусь, если потребуется.

Как? Как такое могло произойти?! Вопрошала я вселенную, но, в отличие от нашей директрисы, не собиралась лебезить перед этим расфуфыренным снобом даже ради баснословных контрактов и прочего благого будущего для нашей компании.

– Вы точно осознаете, что предстоит делать? – тень сомнения в интонации и на лице.

Прямо как тогда на игре, когда он спрашивал, понимаю ли я задачу. Вспыхнула против воли. Издевается?! Вот гад! Но чего я хотела? Еще вчера он считал меня уборщицей, а днем раньше фотографом и горе-страйкболистом.

Взяв себя в руки, постаралась держаться уверенно и профессионально.

– Виктор Павлович, можете не сомневаться в моей компетентности. Я с самого начала участвовала в разработке решения, разве что не писала сама код…

– И слава богу, – перебил он меня, желая унизить еще больше.

Скрипнула зубами, но решила не придавать значения его словам. Недаром же говорят – он женоненавистник во всем, что касается бизнеса.

– Разработка не входит в мою компетенцию, но отладка, тестирование, подготовка документации постановка задач – это мое.

– Я вас услышал, – Анвар, сделав неопределенный жест рукой, развернулся и совершенно невежливо ушел, оставив меня в смятении чувств и растерянности.

– Востриков моя фамилия, Дмитрий Александрович, – напомнил о себе квадратик в клетчатом пиджаке.

Все это время он стоял рядом, но я как-то про него позабыла, пока Добронравов владел всем вниманием.

– Я руководитель отдела сопровождения и ваше контактное лицо. Идемте, барышня, велено разместить-с вас с комфортом.

Меня и правда разместили с комфортом. Еще по пути услыхав, как урчит мой пустой желудок, Дмитрий Александрович, дай бог ему здоровья, проводил меня на небольшую кухоньку при офисе:

– Прошу прощения за заминку, парни накатывают обновление. Праздники, будь они неладны! Вы уж не обессудьте, выпейте пока кофейку. Перекусите чем бог послал.

Оценив тактичность мужчины, я не стала стесняться и скромничать, тем более что здесь обнаружились чудо-кофемашина и вожделенный автомат с сэндвичами и шоколадками.

Жизнь определенно налаживается! Я с наслаждением отпила горячий ароматный кофе, на миг позабыв обо всех неприятностях. Блаженство продлилось недолго. Вернулся Востриков, и минуты покоя остались позади.

Убедившись, что я сыта, Квадратик проводил меня в опенспейс, где ровные ряды рабочих мест занимали все пространство, а названия отделов были написаны на свисающих с потолка табличках. На меня бросали редкие заинтересованные, но чаще равнодушные взгляды многочисленные мужчины, среди которых я заприметила всего лишь двух девушек. Интересно, это доказательство женоненавистничества Анвара или, наоборот, можно надеяться, что он не так уж он и предвзят, как о нем поговаривают?

Востриков остановился в самом конце помещения, здесь располагалось несколько рядов свободных рабочих столов. За одним примостился длинноволосый неказистый парень.

– Максим, это Ксения Светлова, – представил меня Востриков. – Оставляю барышню на твое попечение, прошу любить и жаловать.

– Ксения, это Максим. Он наш системный администратор. Все технические вопросы – это к нему.

Парень молча кивнул, тряхнув длинными чуть ниже плеч патлами. Я тоже не стала утверждать, что рада нашему вынужденному знакомству. Вместо этого, приглядевшись к экрану ноутбука, заметила:

– Вы неверно указали параметры системы при установке.

– Что вы мне тут сказки рассказываете? – обдав сигаретным дыханием, огрызнулся сисадмин и надменно на меня глянул снизу вверх.

Дресс-код парня явно тяготил, судя по кургузому пиджаку и мешковатым брюкам, и по тому, как он неосознанно поводил довольно широкими плечами, будто сия одежа была ему тесна или неудобна.

– Максим, я знаю, о чем говорю. Разрешите-ка? – я даже выдавила улыбку ради такого дела.

Не конфликтовать же целый день в конце концов? Нужно как-то налаживать отношения с работниками вероятных партнеров.

– Пожалуйста, – парень неохотно поднялся со стула, но завис в непосредственно близости, с интересом заглядывая в монитор. Его патлы то и дело касались моего плеча, и я порадовалась, что они хотя бы чистые. И все же не выдержала, повернулась и прямо взглянула на него.

– Может, присядете? Не люблю, когда в затылок дышат во время работы.

На удивление, сисадмин не стал спорить и сделал, как говорю. Мне показалось – в его глазах промелькнуло уважение. О, кто-то пожестче любит? Я едва заметно улыбнулась.

– Видите, здесь ошибка версии! Нужно накатить последнюю, чтобы получить наиболее точные результаты, следует взять самую свежую сборку. Похоже, вы скачали не тот дистрибутив. Кроме того, конфигурация настроена неверно. Указано не то оборудование, совместимость с которым планировалось тестировать. Я помню предоставленный вами список. Это какая-то проверка, я права? – повернулась к нему, озвучив догадку.

– Так точно! – парень, окончательно оттаяв, просиял улыбкой и заговорщически подмигнул. Затем наклонился ближе и доверительно прошептал: – Наш шеф – тот еще любитель геморроя. Вечно проверяет партнеров на вш… Кхм! Насколько они компетентны.

Я позволила себе ответную улыбку. Тоже искреннюю.

– Я это уже поняла.

– Ну вот, а вы прошли мой нехитрый тест. Пересядьте сюда, пожалуйста. – Максим указал на соседнее место, где стоял второй ноутбук с опущенной крышкой. – Здесь уже все настроено в точности по инструкции. Он сграбастал подмышку ноут, за которым я сидела.

Перебравшись на новое место, я еще раз все тщательно проверила, переживая, что и здесь кроется какой-то сюрприз. Но нет. На этот раз никакого подвоха не обнаружилось, и я приступила к работе. Запустила приложение для тестирования нагрузки и принялась настраивать доступ к хранилищу данных компании, естественно, тестовому. Уточнила у Максима:

– Для запуска потребуется пароль от сервера. У вас, насколько я понимаю, будет несколько вариантов?

– Все верно, вот здесь все временные пароли к тестовым базам различных конфигураций.

Админ протянул мне распечатку.

– Спасибо, дальше я сама справлюсь.

– Если что-то понадобится, обращайтесь. Я сижу во-о-он там, – указал парень на свое место в этом улье.

Запустив все процессы, открыла табличный редактор и принялась заранее готовить файл отчета с прогнозами, чтобы потом осталось только вписать финальные цифры. Объем работ обещал быть немалым, но я оптимистично лелеяла мечту закончить сегодня пораньше.

Не зря говорят, хочешь рассмешить бога, расскажи о своих планах, думала я, тоскливо наблюдая как очередной работник, устало прощаясь малочисленными засидевшимися допоздна коллегами, покидает офис. Рабочий день закончился два с половиной часа назад. Подошел Востриков:

– Ну как, Ксения? Долго-с вам еще?

– Полчаса-час. В худшем случае полтора примерно. Эмулирую одновременный доступ максимально возможного количества активных пользователей. Наша компания не имеет подобных аппаратных мощностей, и мне крайне интересно посмотреть, на что способно решение, – я улыбнулась, довольная уже полученными результатами. – Пока все идет просто замечательно, только медленно очень, – подавила зевок.

– Отлично-с! Рад, что сотрудничество намечается взаимовыгодное-с, – Востриков покосился на часы. – Может, на ночь оставите, а завтра подъедете-с с утреца?

Предложение казалось заманчивым, но я побоялась своевольничать. Мороз, кровь из носа, требовала прислать ей отчет сегодня, о чем уведомила личным звонком еще после обеда.

– Не могу. Начальство распорядилось отчитаться сегодня.

– Понимаю, – не стал меня уговаривать Квадрат. – Ну хорошо. Тогда идемте-с, провожу вас в другое помещение. Здесь скоро все закроют. Давайте это мне, помогу с переездом.

Дмитрий Александрович сграбастал со стола ноутбук, выдернув кабель питания. Прихватив сумочку и пиджак, я направилась за ним. Неожиданно погасший свет заставил замереть на полушаге и затаить дыхание.

Сердце испуганно трепыхнулось, когда экран ноутбука превратился в единственный источник освещения. Через несколько секунд в здании врубилось аварийное питание.

– Как же они надоели! – посетовал Дмитрий Александрович, возведя глаза к потолку.

Было точно не ясно, обращается он к высшим силам, ругает лампы, монтеров или арендодателей.

– Часто здесь так? – спросила я и, привычно сунув руку в сумочку, принялась шарить в поисках фонарика.

Прохладный металлический цилиндр, размером с губную помаду никак не желал попадаться под пальцы.

– Раньше нет-с, но как весна началась… Видать, что-то там за зиму нарушилось, – он недовольно повел пухлым плечом.

Миновав опенспейс, мы вышли к лифтовым площадкам. Поднялись на один пролет по лестнице и подошли к двери кабинета, латунная табличка на которой гласила: «Добронравов Виктор Павлович». Не раздумывая, Востриков распахнул створку и отстранился в приглашающем жесте:

– Прошу-с.

Изнутри пахнуло им. Ароматом того самого парфюма, который так впечатлил меня в пятницу. Эх тогда я еще и не подозревала, что это привлекательный запах чудовища, в чье логово меня сейчас так безапелляционно приглашали. И отказаться нет никакой возможности. И одновременно меня разбирало иррациональное любопытство. Тянуло заглянуть чуть глубже. Увидеть, хозяина логова. Одновременно от мысли, что сейчас мне придется остаться с Анваром один на один болезненно сжимался желудок, заставляя ощущать себя мотыльком, спешащим на огонь.

Нет, сравнение не совсем то. Скорее я, как мотылек, которого неумолимо тащит во вращающиеся лопасти турбины вентиляции. С одной стороны, инстинктивно трепещу крылышками, стараясь вырваться из ловушки, а с другой – испытываю смертоубийственное любопытство: что будет, если сдаться? Пролечу невредимой, или меня размажет так, что и пятна не останется?

В отличии от гипотетического мотылька, у меня выбора не было. Чувство самосохранения требовало бежать без оглядки, здравый смысл – вести себя профессионально, а неуемное любопытство, заставляло поводить носом, по-звериному втягивая воздух, когда делала первые робкие шаги внутрь.

Миновав просторную приемную с пустующим столом секретаря, я очутилась в святая святых. Здесь царил полумрак. Пахло новой мебелью, кожей, свежим крепким кофе, но преобладал над всем тот самый умопомрачительным аромат, которым тут ненавязчиво пропиталось все. Наверное, он остается как метка на каждом, кто сюда заходит. Держу пари, от моей одежды пропахнет весь шкаф, и мне ночами будет грезится, что Анвар рядом…

 Огромные во всю стену окна открывали завораживающий вид на панораму города. Огни, огни, огни! Огненные реки дорог, словно вступившие в схватку с опускающейся на землю ночью. А нет, для ночи все же рановато, но из-за закрывших небо туч, стало совсем темно. Похоже, надвигается гроза, а я и не подумала прихватить зонтик.

Набравшись смелости, перевела взгляд на длинный т-образный стол с ультрамодной стеклянной крышкой, которая была совершенно прозрачной с ближнего ко мне конца и постепенно темнела к противоположному, став черной, словно оникс.

Во главе стола обнаружился хозяин кабинета, его лицо освещалось мертвенным светом монитора, что делал черты более резкими. Он наблюдал за мной, глядя исподлобья. Смотрел и молчал, будто затаившийся хищник.

И пусть молчит, так безопасней для моей нервной системы. Достаточно и взгляда, от которого сердце гулко грохочет в груди. И назойливой греховности мыслей, что как-то совершенно не к месту полезли в голову. Обстановка располагает, знаете ли, и освещение…

Да что это со мной?! Это все из-за вчерашнего поцелуя! И еще этот его запах… Феромоны? Нет! Доказано же, что феромоны – это лишь самовнушение? Значит, поцелуй и сон. Руки сами потянулись одернуть пониже юбку, которая слегка приподнялась на талии.

Разрушил темное волшебство Квадратик. Пыхтя, он обогнул меня и пристроил ноут на дурацкий прозрачный стол, да еще и поближе к этому демону.

– Виктор Павлович, вот! Привел нашу красавицу, никак уходить не желает-с. Говорит, ночевать тут останется, но работу доведет до конца. Решительная барышня, нам попалась. Передаю вам из рук в руки. Все. Я пошел.

Толстячок, пожав боссу руку, шустро укатился, оставив нас наедине друг с другом. Анвар, вопреки ожиданиям, мгновенно потерял ко мне интерес и снова уставился в монитор. Лишь поинтересовался равнодушно:

– Вам еще долго?

Его усталый будничный тон разом развеял все ненужные мысли, и я, скосив глаза на медленно, но верно растущую шкалу прогресса, бодро отрапортовала:

– Часа будет достаточно для чистоты эксперимента.

Анвар кивнул, и я села за стол и занялась отчетом, чего время-то терять? Спрогнозированные итоги оформила в таблицу. Заменю потом данные, если где-то ошиблась.

– Я заметил, вы очень любите чистоту, Ксения? Мама осталась довольна окнами – вдруг нарушил молчание Добронравов.

Он особенно выделил мое имя, заставив мои уши вспыхнуть. Убью Машку за такое унижение! Я вскинулась, собираясь дать отпор. В конце концов, не его дело, где я подрабатываю по выходным, и вдруг поняла, что смотрит он не на меня, а на мои ноги сквозь полупрозрачную в этом месте крышку стола. Подавив новый порыв прикрыть юбкой колени, я, не спеша, надела туфлю, которую успела скинуть. Вот же дурацкая привычка!

Профессионал! Я профессионал! И вести себя должна соответственно. Мороз меня четвертует, если облажаюсь, а мне пока эта работа нужна. Сделав вид, что не поняла подтекста, ответила:

– Спасибо. Мне приятно, что ваша мама смогла по достоинству оценить мой труд. Всегда стараюсь делать работу качественно, за это меня и ценят.

Боже! Я даже сумела ему улыбнуться.

Анвар смерил меня непроницаемым взглядом и, как ни в чем не бывало, продолжил просматривать какие-то графики. Мне частично было видно происходящее на его мониторе. Усилием воли я заставила себя сосредоточиться на работе. Собственно, теперь от меня требовалось медитировать на полоску прогресса, подавлять рвущиеся наружу зевки и приглушать голодные спазмы в желудке.

Стрелка часов подбиралась к двадцати двум ноль-ноль, а проклятая шкала прогресса не желала двигаться, застыв на девяноста восьми процентах. Анвар, похоже, уже давно покончил с делами и разглядывал какой-то сайт со страйкбольным оружием и экипировкой. Звонок его мобильника заставил внутренне вздрогнуть.

– Внимательно! Да. Нет. Да. Не хочу об этом разговаривать. Я сказал, нет. Дело твое.

Он зло бросил трубку. Потом скинул следующий звонок, а после очередного и вовсе выключил звук. Его одолел кто-то настойчивый, абонент не желал сдаваться. Перевернув, мобильник светящимся экраном вниз, Анвар неожиданно поинтересовался:

– Ксения, сколько очков набрала наша сторона?

Вопрос вогнал меня в ступор. Он, вообще, о чем? И тут дошло, он спрашивает, кто выиграл на страйкболе. Победила наша сторона, но подробности прошли как-то мимо, да и в конце меня больше интересовали потерянные ключи. Точнее, украденные его рыжей пассией.

– Без понятия, – ответила зло, глянув ему прямо в глаза.

– Так какого черта, тебе на той игре понадобилось?! – рыкнул вдруг Анвар, напугав меня до икоты.

Он был невероятно зол. Непроницаемый взгляд, за которым было сложно различить истинные эмоции, куда-то исчез. Его глаза метали молнии. Громыхнуло снаружи. Невольно вскрикнув, я обхватила себя руками и оглянулась. На улице окончательно стемнело и полил дождь.

– Надеюсь, вы действительно настолько компетентны работе, насколько стараетесь казаться? – вопрос прозвучал намного спокойнее, хотя и обжег холодом.

Сейчас Анвар совершенно не походил на того мажора, каким показался мне на игре и при встрече в поселке. Собранный, деловой, серьезный. Эдакий Биг Босс. Разве что странная вспышка гнева не вязалась с этим обликом.

Неужели я его настолько раздражаю, что он даже себя в руках держать не может? Или его взбесил мой вчерашний отказ? Не привык, что его посылают? Стало совсем не по себе, да к тому же немного обидно. Вот для чего был тот поцелуй? В глубине души мне чисто по-женски хотелось верить, что и я могу вскружить голову. Что этот мужчина так повел себя, одурев от моих чар. Какой, однако, удар по самолюбию!

Находиться один на один с человеком, который так негативно настроен, неприятно. И особенно неприятно потому, что вопреки здравому смыслу, он мне нравится как мужчина. Я не могу этого отрицать, иначе бы мне не снились подобные сны…

Девяносто девять процентов, – показала шкала прогресса. И не стала больше меня мучить, перепрыгнув сразу на сто. Развернулась таблица с итоговыми данными. Тайком выдохнув от облегчения, я потратила две минуты, чтобы закончить с отчетом. Что ж, могу собой гордиться, результаты блестящие.

Скинула файл на почту всем заинтересованным лицам и молча поднялась. Сняла со спинки стула пиджак, накинула на плечи и, прихватив сумочку, направилась к двери. Притормозив у порога, повернулась и сухо попрощалась:

– Доброй ночи!

Под новый, особенно мощный раскат грома я, не оборачиваясь, вышла в тускло освещенный коридор.