Глава 50. Сверр

Я устал слушать, как упрямо Адель врет мне в лицо. Сколько мне лет по ее мнению? Пятнадцать? А может быть, десять? Я что, не могу отличить опытную женщину от неискушенной?

Барон только подтвердил мои догадки.

Но глупышка упорно вторит обратное. Вопрос, зачем?

Стоило сыграть на эффекте неожиданности.

Только кому от этого стало хуже? Несмотря на ее робкую попытку ответить на поцелуй, это сыграло злую шутку больше со мной. Я боялся, что не смогу остановиться и самолично не устрою дальнейшую проверку. А этого себе позволить не мог. На то были очень веские причины. Личные.

И вот сейчас она заплакала. Для меня слёзы — самый злостный женский приём из всех мне известных.

Отлично. Что с этим делать? Что-то сказал не то? Опять? Да она сама пыталась меня поцеловать, да ещё в мужском обличии. Я же не рыдал.

— Адель. Я просто подумал, что тебе плохо стало… Хотел привести в чувства. Ты же сама убеждала, что это отличный способ.

Мне хотелось как-то смягчить накаленную ситуацию, но вышло ещё хуже.

— Ладно, извини.

Я ходил вокруг неё как дурак и не знал, что ещё сказать. Хочешь, как лучше, получаешь вот это… Слёзы, в придачу к которым добавляется неприятное чувство вины. Как у неё это получается? У барона не вышло. Мне как-то совсем его не жалко было.

— Адель, прекрати, — я погладил ее по голове.

Хотелось уйти, но почему-то был уверен, что подавленное настроение обязательно последует за мной.

Я вздохнул, усаживая всхлипывающую блондинку рядом с собой.

— Что вынудило тебя соврать? Расскажи, я уже готов ко всему… Клянусь.

Боги решили обрушить на меня все унижения разом. Благодарю! Я, видимо, успел неимоверно нагрешить за столько лет.

— Барон сказал, что ему не нужна такая невеста, — выпалила она, вытирая слёзы.

— И это причина? Барон, как бы мягко выразиться… Во-первых, законченный идиот. Во-вторых, меньше похож на мужчину в поступках, нежели ты! Да я не уверен, что он, вообще, по женщинам…

Адель тут же прекратила скулить, в ее глазах загорелись огоньки любопытства.

— Это как? — всхлипнув последний раз, спросила она.

— Адель, разные мужчины бывают. Не ровняй всех по своему отцу. Некоторые такие как барон.

Теперь мне не отвертеться. Я сразу понял.

— Да не разбирался твой муженёк в женщинах. Он, вообще, мало в чем разбирался.

Столько веков, столько столетий живу! Никогда не приходилось проводить подобные беседы. Адель, поразмыслив о чём-то своём, боюсь предположить о чем, встала, расправив подол платья, а потом решительно приблизилась ко мне и… поцеловала.