Глава 52. Дикий

Дикий

– Дикий, Поля потерялась! Ты что, не слышишь??

Если бы… С вероятностью девяносто девять и девять это снова проделка Костика. Как только я сказал, что пойду, воды куплю, а Миронов обрадовался – тут же всё стало понятно. А когда Ежевику увидел – сомнений не осталось.

Уверен: малая убежала, чтобы нас помирить.

Капец, какие у них наполеоновские планы! И ведь главное – работают беспроигрышно. Вика каждый раз ведётся. А я подыгрываю.

Как и сейчас.

– Вот, чёрт! – всплёскиваю руками.

Актёр из меня никудышный, но Ежевика верит. Выпрыгивает из моих рук и опять лихорадочно осматривается по сторонам.

– Где же её искать теперь?!

А я стою, смотрю на свою растерянную девочку – и душа радуется. Помирились наконец. План у Миронова идиотский, но рабочий.

– Найдётся, – заверяю её. И ладонь на макушку опускаю, взъерошивая тёмные волосы. Вот откуда они такие? – Ты крашеная, Ежевика?

Она резко оборачивается ко мне и поднимает голубые недовольные глаза.

– Ярослав, ты издеваешься?

Немного. Но не говорить же ей этого? Нет, я реально хочу узнать, откуда у Вики такие чёрные волосы.

– У тебя дочь пропала, а всё, о чём ты думаешь, крашеная ли я?

Я смеюсь.

– Да, Вик, это всё, что меня сейчас волнует.

Так. Стоп.

– Что ты сказала? – напрягаюсь. – Какая дочь? Вик, ты чего?

Когда это я отцом стать успел? Вроде в Вику не того… не изливался. Да и девять месяцев не прошло. Что за х***?

Опускаю ладонь на её лоб и констатирую:

– Ты перегрелась!

Оно и понятно – солнце вон фигачит как ненормальное. Проклятая погода!

– И перенервничала. Может, стоит вызвать тебе скорую? А я пока Полину поищу.

Учитывая то, что она где-то неподалёку.

– Я не перегрелась, – смахивает мою руку со лба. – И я не дура. Сама всё вижу.

– Ты о чём? – хмурюсь.

Какие у нас ещё сюрпризы?

– Дикий, хватит! – резко повышает голос Вика. – Я знаю, что Полина – твоя дочь!

Удивлённо смотрю в её полные слёз глаза, на поджатые губы и вздёрнутый носик, который уже покраснел, показывая, что его обладательница сейчас расплачется. И зависаю…

Вот так вот жил, не тужил… А оказывается у меня есть дочь. Аист принёс. Точнее, Ксюша.

– Аргументируй! – выпаливаю. Нет, ну как ей это в голову пришло? – Или тебе что-то Карамзина наплела?

Давно я девичью фамилию Ксюши вслух не произносил. Если она во всём этом замешана – скоро к ней вернётся.

– Ксюша тут ни при чём. Я же вижу – Полина ведёт себя как ты… И говорит! И мясо любит! Это у неё в крови! Да и Ксюша сказала, что до брака с папой вы с ней сексом занимались. И вероятность, что ты в неё…

Она останавливается.

Да, было дело.

– А когда они встречаться начали, Полина появилась… И, скорее всего, не от папы! Вот почему отец так быстро женился!

Уже откровенно не сдерживаю свою улыбку. Уголки губ сами дёргаются вверх, и я заливаюсь хохотом, когда понимаю, что именно только что наплела мне эта девчонка.

– Ты серьёзно?

Дикий, прояви сдержанность! Ты же взрослее!

Нет, не могу! Вытираю первые в жизни слёзы от смеха и, наконец, с трудом произношу:

– Я рад, что ты пошла не по стопам отца. А то стала бы следаком и максимум, что раскрыла со своей логикой – это пропажу колбасы, которую спёрли у тебя из-под носа.

Не могу!.. Это девчонка меня убьёт!

– Перестань надо мной насмехаться!

Вика опять повышает голос. И судя по боевому настрою, выпускает коготки. Какая она, однако, напряжённая! От моей милашки не осталось и следа. Но мне нравится. Пылкая такая, когда злится.

– Что я ещё могла подумать?

Хватаю Ежевику за талию и рывком дёргаю на себя.

– Глупышка ты, Вика, – щёлкаю её по носу. – Тебя развести так легко? Наивная моя.

Насупившись, она надувает губки и обиженно отворачивается.

– Я спал с Ксюшей раза два-три всего.

Блин, не стоило бы этого говорить. Но тогда она не поймёт.

– До того, как она познакомилась с Костей. Задолго до знакомства с ним, солнышко. За полгода минимум. Да и что, я о защите не знаю?

– Не знаешь, – бурчит Вика.

– Нууу… с тобой не знаю, – усмехаюсь. – С тобой я вообще ни о чём не могу думать. А с другими осторожен был. Так вот. Там даже если сроки сложить, Поля ну никак моей дочерью быть не может. Да, повадки мои. Но она же пародистка! А Ксюша тебе столько может наговорить, что сама в шоке будет!

Вспоминаю, как Поля изображает всех, кого знает, и улыбаюсь.

– Я ведь часто с Полинкой бываю. Крёстный как-никак.

Ежевика поднимает взгляд и смотрит на меня голубыми пронзительными глазами, от которых опять мозг отключается.

– То есть Поля не твоя дочь? – растерянно хлопает ресницами.

– Нет, конечно, – отмахиваюсь. Что за ерунда? – Приходи в себя. Нам ещё пропажу найти надо.

Про план её отца и маленького дьяволёнка с бантиками я молчу.

Вика тут же отрывается от меня и быстро идёт вперёд, держась своей маленькой ручкой за мои пальцы.

– Быстрее, Дикий, быстрее! Надо обратиться к сотрудникам парка! Чтобы они нашли её!

Пока Миронова паникует – осматриваюсь по сторонам. Найти жёлтое платье и бантики не составляет труда. Зрение у меня хорошее, и Полю я обнаруживаю сразу. Она стоит за кустом, нервно кусая пальцы. Понимает, что её заметили, и быстро скрывается за деревом.

– Вик, стой, – останавливаю свою жену. Всего лишь шаг замедляю, но ей приходится притормозить. – У Полины телефон есть. Я позвоню.

– О, точно!

Господи… Вот паникёрша.

Достаю смартфон и набираю номер крестницы. Она отвечает сразу же. Я и слова сказать не успеваю.

– Дикий! – кричит перепуганно. – Меня папа подставил! Это он всё придумал!

– Знаю, – цежу сквозь зубы. Не нравится мне, что они за моей спиной действуют.

– Ну я это, за вами пойду, ладно? А вы миритесь. Только не целуйтесь. Бе… Противно же.

– Знаешь, что, маленькая заноза? – шиплю я, чувствуя прилив гнева. – Ты сейчас же…

Она отключается. Вот так просто. Борзая какая! Бессмертная… Костик её слишком разбаловал.

– Ну что она? – Вика дёргает меня за руку.

– В кусты пописать отошла, – выпаливаю. – Вон там, видишь?

Показываю на дерево, из-за которого выглядывает бант.

– Не мешай, дай ей нужду справить. Потом и заберём.

– Ну, блииин… – стыдливо тянет малышка. – Не могла мне сказать? Там же биотуалеты стоят на входе. Полинка!

Я ехидно смотрю в сторону малявки. Не по-мужски, конечно… Но в следующий раз будет меньше языком трепать.

– Косячит, – довольно улыбаюсь.

– Ничего, все мы не паиньки, – резко меняется в настроении Вика. – Ты тоже хорош.

Хм, а это она к чему? Сверлю взглядом тёмную макушку. Миронова отворачивается от меня, руки на груди скрещивает и смотрит куда-то недовольно.

– Ты о чём? Я же всё уже объяснил. Не целовал я Ирину.

– А она тут ни при чём!

Не понимаю, отчего Вика опять злится. Вечная милашка включает маленькую обиженку и стервочку и дуется, пока Полина нерешительно мнётся за кустами, решая: выходить или нет. И лучше пусть пока побудет там. Мы снова выясняем отношения…

– Поясни, – требую.

Она вообще говорить нормально умеет? Я же не экстрасенс! Не могу понять, что не так!

Вика резко поворачивается ко мне, сверкая голубыми глазами, в которых я впервые вижу недовольство и даже огонёк гнева.

Ух, как мне нравится!

– А ты вспомни! – вдруг выпаливает она. – Что ты вчера сделал!

Я прищуриваюсь и вглядываюсь в её миловидное личико. А откуда она знает, что я вчера напился? Костик рассказал? Да это не семья, а сарафанное радио!

– К тебе приехал? – спрашиваю осторожно.

Твою ж дивизию… Надеюсь, ничего плохого не натворил. А то я могу.

И тут же меня ошарашивает подозрением… Я ж её силой не взял? Нет?!

У меня просто бывают приступы. Вот хочу секса – и всё. Пока не получу – не успокоюсь. И с Ягодой этот режим активирован двадцать четыре на семь. А вдруг я…

– Хуже! – выпаливает она.

Чёрт… Только не это!

– Так, Вик, говори!

Я, блин, волноваться начинаю!

– Ты… – указывает на меня пальцем, но резко прерывается, когда внезапно раздаётся два звонких крика. В унисон. Совсем рядом.

– Миронова!

– Дронов!

– Нам нужно поговорить! – кричат одновременно.

Я резко прикрываю глаза и сжимаю с силой кулаки. Словно попал в какой-то мексиканский сериал, где встречаются все бывшие. Но увы. Это не сериал.

Поворачиваю голову. С одной стороны – Ирина, а с другой – канадец. Устало вздыхаю. Что может быть хуже?

– Да вам что, мёдом на нас намазано? – цежу сквозь зубы.

Во мне буря самая настоящая поднимается. Внутри всё вспыхивает, а желание убивать усиливается с каждой секундой.

– Дикий, держи меня в руках, – резко выпаливает Ежевика. – Я ей сейчас втащу.

Малышка скидывает сумку на землю и надвигается на Ирину. Хватаю её за запястье и торможу. Потому что… не нравится мне всё это.

Ирка смотрит сквозь нас. Точнее, между нами. Прямо на…

Поворачиваюсь вновь.

На Гарсиа.

А тот застыл с открытым ртом и на бывшую мою пялится. Пошевелиться не может.

– Ну что вам опять тут надо? – топает ножкой Миронова, явно пребывающая не в духе. – Лука, я что, невнятно выразилась? Эй, ты чего молчишь?

– Ну-ка, стой!

Притягиваю Вику к себе и ладонью рот ей закрываю. Хватит бурчать. А сам наблюдаю за этими двумя.

Как там говорится? Искра, буря, безумие? Вот тут как раз то самое. Но только без бури. Потому что эти двое просто впиваются друг в друга взглядами и не могут пошевелиться. А на лице Ирины вспыхивает предательский румянец.

Какого х***?