Глава 24. Беззаконие

Машина перевернулась трижды прежде, чем врезаться в дерево.

Удар был такой силы, что Тим не сразу понял, где верх, а где низ. Потому что всё смешалось в один грохочущий ком из скрежета металла, визга резины, темноты и света. Уши заложило и по лбу стекла кровь прямо на глаза. Он моргнул. Ещё раз.

В голове шумело так, словно они еще переворачиваются на чертовом куске метала в который превратилась его машина. Тим вытер лицо от крови ладонями и прищурился, пытаясь понять расклад, в который попал. Все плыло, но он успел выцепить как со стороны дороги из микроавтобуса выпрыгивали люди.

Все в чёрном. С автоматами наперевес, спрыгивали в кювет, в который улетела их машина. Это они напали и прострелили колеса. Еще и кинули под дно тачки какую-то взрывчатку. Благо Агастус выжал из машину все, что мог и её зацепило волной и снесло с дороги, а не поджарило к чертям.

Тим перевёл мутный взгляд на водительское кресло.

Агастус был в отключке. По виску тянулась кровь, губа разбита, нос тоже, но грудь ровно поднималась и опускалась. Живой. Просто приложился хорошо головой. Тим выдохнул и опустил взгляд. То, что он увидел заставило его сжать зубы. Из плеча торчал осколок стекла. Большой. Сидел глубоко.

— Сука, — тихо произнёс Борзов, отстегнул ремень безопасности и почувствовал как рёбра отозвались резкой болью. Будто кто-то с наслаждением прошёлся по ним кувалдой. Под ногами что-то светилось. Телефон. Он нагнулся и поднял его. Экран показывал прерванный звонок. Соня. Его девочка…

Виктор.

Гнев захлестнул волной, горячей и тёмной, поднялся снизу вверх и застрял где-то между горлом и грудиной раскалённым комком. Падаль грязная. Выследил всё-таки. Тима разрывало от осознания что она там с Кирой, и эта мразь где-то рядом и может дотянуться до неё. До них обеих.

Малышка. Даже выйти одна никуда не может теперь, то с ним, то с охраной которой пора бошку скрутить за то, что оставили их одних.

Парни приближались.

Тим вылез из машины, точнее из покорёженного куска металла, который от неё остался, нащупал осколок в плече и вырвал его одним движением. Руку обожгло болью так, что потемнело в глазах.

Он посмотрел на рану. Не затягивается. Его мохнатый был зол и хотел крови, вынуждал выпустить его на волю. Давил изнутри с такой силой, что Тим почувствовал, как под кожей идёт волна.

— Твою мать, — донёсся хрип из машины, — у меня похоже рёбра треснули.

Агастус открыл дверь и тяжело вышел, держась за бок и щурясь на свет. Посмотрел на приближающихся, потом на Тима, потом снова на них.

— Эй, господин арбитр. По закону я имею право дать этим ушлёпкам пиздюлей?

— Ты хочешь это сделать как каратель или как альфа чёрных? — донёсся тяжёлый выдох и булькающий кашель. Громов облокотился на машину и тяжело застонал, сцепив зубы.

— Как альфа.

— Кончай их тогда и поехали. Меня тут не было.

Стоило этим словам повиснуть в воздухе как парни замерли, и один из них, тот что стоял чуть впереди, тихо произнёс оглядываясь на своих:

— Альфа чёрных? Я не подписывался на это дерьмо.

Но было поздно.

Алое марево заволокло сознание и Тим сорвался. Обратившись, кинулся вперёд, и трое мужиков бросив оружие обратились следом. Два волка и лис. Вот только это не помогло. Они были ему не соперники и они это быстро поняли. Но уже тогда, когда понимать было некогда и незачем.

— Всё, харе, оставь их тут, — Агастус усмехнулся, согнул оторванные номера от микроавтобуса и вышвырнул их к трём телам, лежавшим в кювете. — Мои парни их в леске приберут по-тихой.

Тим не ответил. Раскрыв сумку одного из них, достал комплект одежды и прикинул на глаз. Налезет или нет. Натянул. Налез, но с треском, потому что парни были мелковаты. Осталось от крови отмыться, но на это времени не было.

— А ты я смотрю зачерствел, — тихо произнёс он не поворачиваясь.

Агастус не ответил сразу. Дёрнул панель на себя, зашипел жмурясь от боли и отбросил оторванный кусок пластика у обочины. Достал провода, пальцы двигались привычно, как будто и не было этих лет между тем временем и сейчас.

— Они поступают как ублюдки, используют грязные методы, — произнёс Гас не глядя на Тима, — угрожают безопасности виду ведьм. Угрожают моей женщине, которая сейчас с твоей. И ты мне как брат. Мы семья.

Тим посмотрел на него. Да... Они семья. Пусть не по крови. Но Громов был ему как брат. И тут же в голове словно в насмешку воспоминания полезли. Был у них по молодости один грех. Угнали у отца Агастуса тачку и разбили её. Ну а кто пьяным водит хорошо? Точно не два малолетних идиота по синей лавочке.

Тим до сих пор помнил, как задница горела от ремня. Получили они знатно. Но навык, судя по всему, остался, потому что машина завелась.

Тим сел за руль.

Пока они неслись и Гас набирал Киру. Абонент недоступен. Набрал Соню. Тот же результат. Тим продиктовал другу номер Захара и тот сразу ответил на звонок. Словно чувствовал, что пора. Пора выполнить план который они обговорили на тот случай, если ситуация обострится и все выйдет из под контроля.

Он убрал телефон и уставился в дорогу, и Тим краем глаза видел, как у него на скуле ходит желвак, и не говорил ничего, потому что говорить было нечего.

Внутри жгло беспокойство. И дикий страх.

Страх опоздать.