Глава 17

Дверь открылась, и в проеме, вполне ожидаемо, возникла моя сестра. Могла бы быть и мама, но почти уверена, что и ее скоро увижу.

Вика вернулась с полными руками бумажных пакетов. Впрочем, руки она быстро освободила, попросту расслабив пальцы. Сумки моментально упали на пол, содержимое посыпалось на пол. Надеялась увидеть продукты. Мало ли? Будущая мать решила после тяжелого сохранения, решила нарушить предписанный режим, чтобы покушать свежих фруктов. Но я не угадала. Опять одежа. Целая гора одежды. И отнюдь не детской.

— Привет, Викусь! — поздоровалась я совершенно безрадостно. Даже с нотками угрозы.

Напоследок даже воспитание продемонстрировала. Я — не Вика. Истерик с порога устраивать не собираюсь. Боюсь, правда, что терпения моего хватит ненадолго. Но пока оно не иссякло, нашла в себе силы улыбнуться. Почти уверена, что эта улыбка напоминает больше звериный оскал.

Но что поделать? Обстоятельства, видимо, обязывают.

Животик у сестры заметно подрос за все время, что мы не виделись. Но главное было не это. Похоже, только я старалась держаться нашего плана. С изменением внешности, например.

Это курва, торча в Москве, даже не подумала хотя бы волосы покрасить в "мой" цвет, чтобы, если вдруг друзья Максима на нее наткнутся, у них не возникло вопросов.

— Ты что тут делаешь? Я же сказала тебе, что нужно решить проблему с Максимом! — сестра казалась искренне возмущенной.

— А ты у нас больше не начальник, — отчеканила медленно, чтобы Вика успела обдумать каждое слово.

Удивительно! Она искренне верила, что после всего, я действительно буду продолжать всю эту комедию? Поразительная вера в свои способности манипулировать людьми.

— Лучше ответь, что ты тут делаешь, — сложила руки на груди. — А, Викусь? Когда должна быть в Ростове.

— Приехала маму проведать…

— Это ту маму, которая приехала проведать тебя в Ростове? И "провела" с тобой все две недели? Соскучилась так, да? — сощурилась. — Режим соблюдаешь, тебе же, несчастной, даже сидеть толком нельзя, тем более за компьютером на работе. Правда, перелеты-переезды разрешены, по магазинам шляться тоже можно, — подопнула один из пакетов мыском. — Скандалы с отцом ребенка, которого, как ты мне говорила, ты не знаешь, тоже по медпоказаниям? Похвально, Викусь.

— Я не…

— Ты бросила работу. Мою. Работу, — пока не знала этого наверняка, била наугад. И Вика не стала ничего отрицать.

— Она мне не подходила! — сестра разве что ножкой не топнула, зато губы надула, как обиженная девочка. — Я нашла выход из положения. Который лучше.

— Какой именно? Заставить меня устроить всю твою жизнь, пока ты разрушаешь мою, да? — не собираюсь уступать. И никаких послаблений. — Придумала приехать со своим планом пораньше. Проследить за мной в Ростове. Найти моему жениху любовницу, которая вовремя выйдет на сцену, чтобы я вернулась с тобой в Москву.

— Ты несешь какой-то бред, — Вика на секунду прикрыла губы кончиками пальцев, а потом стала обмахиваться, будто ей слишком жарко.

И как я раньше не видела, когда она врет?

— Я все знаю, Вик. Заканчивай свой цирк. Я видела билет, я видела твою переписку…

— Ты залезала в мой ноутбук?! — сестра повысила голос, но и тут я ее заткнула, подняв руку вверх в предупредительном жесте.

— Даже не смей. Ты влезла в мою жизнь и в мои отношения!

— Не я заставляла его изменять! — бесполезно искать в Вике хотя бы каплю раскаяния. Ее там не найдешь с ищейками. Эта женщина не знает, что это такое. — Он мог отказаться! Твой драгоценный Юрочка мог послать девушку куда подальше, сказав, что у него уже есть невеста. Но он выбрал измену. Ты, вообще, спасибо должна мне сказать, что это все произошло до того, как вы сыграли свадьбу и пока ты не залетела.

— Серьезно? Ты искренне считаешь, что после всего — я тебя еще и благодарить должна?

Не верю своим ушам.

— За разрушенную карьеру тоже спасибо сказать? За испорченную трудовую?

— Я старалась, чтобы нам больше никогда не пришлось работать, дура! — Вика закричала так, что, наверное, нас весь подъезд слышал. — Ты знаешь, сколько у Игната денег? Да на эти алименты можно всем нам… Я просто хотела, чтобы у моего ребенка была семья! Настоящая!

Ага. Семья двадцать первого века. Папа на алиментах, муж — не отец, не отчим, зато рогоносец, тетка-идиотка, на которую можно сбросить ребенка, чтобы не мешал. И бабушка, которая будет держать в узде тетку-идиотку.

И я сама же на все соглашалась, искренне веря, что, в конечном итоге, Вика не доведет все до подобного исхода. Не захочет доводить. Благими намерениями… Я просто не хотела, чтобы еще одного члена этой семьи винили в том, что он все испортил своим появлением на свет, одним фактом своего существования.

Боюсь, что с такой мамашей, у моего племянника не так много вариантов узнать, что такое настоящая родительская любовь. Надежда на Игната. Если для него это серьезно, а не способ потешить мужское эго или насолить наглой любовнице.

За малыша, конечно, должны быть ответственны его родители. Но если родители такие?.. Не знаю, что делать.

— Что с моей ипотекой даже спрашивать не буду…

Ничего хорошего я не ждала от сестры в этом плане. Хотя я уже доведена до того, что начинаю верить — возможно, квартира, это и не самая высокая цена, чтобы получить долгожданную свободу и начать все с чистого листа?

— В общем… Я в этом балагане больше не участвую. Выкручивайся как хочешь. До свидания, — сказала я и устремилась к выходу.

— Что?! Ты не можешь просто так уйти! — крикнула сестра вдогонку, но я даже не оглянулась. — Ты не посмеешь! Мне нужна твоя помощь! Ты должна…

Нет, тебе я больше ничего не должна.

У тебя есть твое наказание. Разребать то, что сама натворила. Статус матери-одиночки Вика готовила именно для меня, как и похоже, разборки с Игнатом, после того, как вернется к Максиму.

Врала во всем. Даже в том, что все закончится. Видимо, лет через восемнадцать, если верить "шикарному" плану сестры.

Выходя в подъезд поняла, что меня даже испорченная трудовая не так пугает. Мы с Викой добровольно поменялись документами. Смысл мне возвращать свой паспорт? Это, в крайнем случае, можно сделать и через паспортный стол, а не умолять сейчас Вику отдать документ.

Я свободна!

Можно выбрать другой город и начать свою жизнь с чистого листа.

Может быть, у меня даже получится забыть все, что здесь было. Москва определенно не мой город.

Вызвала такси, как только вышла на улицу. Увидела, как мама направляется в подъезд огромными сумками продуктов. Но даже не заметила меня, стоящую не так далеко, чтобы остаться невидимкой. Не стала ее окликать во избежание очередной сцены. В глубине души меня давно терзал вопрос: "за что, мама? Ты все знала, но ничего мне не рассказала." Чем я хуже Вики, чтобы из нас двоих всегда выбирать ее?

Такси подъехало, оставалось только удивляться, насколько быстро. Нырнула на задние сидение.

— Добрый день. Аэропорт, пожалуйста, — сказала водителю, не зная зачем. Он и так знает, куда едем.

Щелчок. Моментально двери в машине заблокировались.

А водитель повернулся ко мне лицом.

— Боюсь, у нас с тобой будет другой маршрут.

— Максим?!

Из всех людей на свете — Максим тот, кого я готова была видеть меньше всего сейчас. Даже Игнат казался более подходящей кандидатурой. Во всяком случае, я бы нашла, что ему сказать. У нас теперь есть обширная тема для обсуждения. И не одна. Ребенок — раз. Сколько Вика потреплет нервов отцу своего ребенка — два. Три — не хочет ли Игнат извиниться за свой тон и за те слова, которые адресовал мне.

— Что ты тут делаешь?

Я же точно села в такси. Машина оклеена всеми положенными знаками и логотипами, короб с шашками на крыше. И такой сюрприз внутри.

Хотя с моим везением… Не к маньяку села, и ладно.

— Или я чего-то о тебе не знала, или ты еще и в такси подрабатываешь? — ехидно поинтересовалась, до сих пор не потеряв боевой настрой после общения с Викой.

— В аренду взял, — отмахнулся Максим. — На что не пойдешь, чтобы свою девушку похитить?

Беру своими мысли обратно, похоже, к маньяку я как раз и села. Пусть и к знакомому маньяку. Похищение? Это шутка такая?

— Вообще-то я против.

Сказала четко и громко, чтобы Максим не сомневался. И чтобы там потом не было "я думал, что ты просто заигрываешь".

— Ну, если бы ты была "за" — это не называлось "похищением", — к моему удивлению Максиму действительно было смешно. — И как мне еще поступать, если ты отказываешься поговорить?

— Смириться и принять мое решение? — предложила вслух. — Макс, мне казалось, что мы уже все обсудили по телефону. Все кончено. Останови машину, я выйду.

— Мы не договорили, — возразил парень совершенно обыденным тоном. — Ты вспылила, с кем не бывает? И я не думаю, что стоит принимать какие-либо решения сгоряча. В конце концов, мне кажется, что сейчас ты не совсем осознаешь, что делаешь. Можно приехать домой, успокоится…

Он издевается?

Ох а Вика мне еще рассказывала, как сложно поймать миллионера. Похоже, бросить его гораздо сложнее.

— Макс, мне не смешно, — предупредила, чувствуя совершенно неуютно. — Выпусти меня. Я полицию вызову.

— Не получится.

Что значит "не получится"? Достала телефон из сумки и набрала номер.

Даже гудков нет. Ничего нет.

— Я же сказал. Нам очень нужно поговорить.

— Я не хочу говорить, — сложила руки на груди. Спасибо. Сегодня уже и наговорилась, и наслушалась. — И что дальше? Запрешь в подвале, пока не начнем общаться?

Прямо день открытий сегодня, наконец до меня дошло, какая у меня сестра, теперь вот узнаю какой Максим. Может сейчас выяснится, что у него есть “таинственная красная комната” и весьма специфические пристрастия?

А если серьезно, он не понимает, что если человек хочет уйти его не удержишь?

— Я думала ты адекватный… — призналась с грустью.

Очарование "идеального" развеялось. Идеальным Максим был для своей будущей невесты, а для бросившей его предательницы и обманщицы — можно вести себя, как вздумается.

— Я просто хочу поговорить. Уяснить для себя некоторые моменты…

— Например?

— Например, почему ты никогда не говорила мне о сестре?

— Потому что она дикая стерва, которую я ненавижу. И которая в свое время переспала с моим парнем.

Макс никак не отреагировал на откровение. Слушал и внимал. Собственно, как и собирался.

— Еще что-то хочешь знать?

Сейчас я как никогда готова быть искренней. Раз уж выдался шанс выговориться. Без стеснений, без последствий. Почему нет?

— Когда я не хотел брать трубку на звонки отца, ты мне сказала, что избегать этих моментов — не выход. Но при этом сама…

— У меня все гораздо сложнее неразделенных родительских чувств. Уж прости.

Знаю, нельзя говорить, что чьи-то ситуации сложнее или проще. У каждого свое восприятие. Но почти уверена, что минимум треть людей в мире сталкиваются с тем, что родители развелись и отношения с предками в итоге не сложились. А вот тех, кого бы родственники попросили сыграть роль двойника, чтобы спать с нужным человеком… Сомневаюсь, что таких много.

— Я же не прошу тебя возвращаться и сделать вид, что ничего не было? — Максим пожал плечами. — Побудь со мной один день. А потом решишь, что делать. Обещаю, обойдемся даже без подвала, — добавил мужчина, каким-то чудом заставив меня улыбнуться. — Если ты не захочешь, я не буду тебя держать. И осуждать. Вообще, ни слова не скажу.

Заманчиво.

Сердце — предатель, уже решило, что это огромный жирный намек на то, что у нас с Максимом еще возможно счастливое будущее. Как будто может быть, что я сейчас скажу про подмену, Максим мне сразу поверит и скажет: "да я давно все знал! Ты самая лучшая! И я все равно хочу быть с тобой!". Как будто я в одночасье забуду, что из двух версия сестер, месяцами Максим жил и любил именно Вику. И что на меня настоящую — и не посмотрел бы, раз падок на красивые фантики.

Боль кольнула сердце. Но через мгновение я уже улыбалась.

Представила как Вика сейчас обрывает мой телефон. Либо строчит сообщения без остановки. Начинаю понимать, что насчет средства блокировки сотовой связи я нисколько не злюсь.

Хотя бы сейчас сестра не может меня достать.

И ради этого можно посидеть с Максимом немного дольше. В конце концов, если похищение совсем условно. и я все равно смогу уйти, а Макс не собирается меня в очередной раз в чем-либо обвинять…

Может быть, рассказать чуть позднее? Оттянуть неизбежное, наслаждаясь последними сладкими минутами? Глупо? Да. Неправильно? Абсолютно.

Но когда любишь, творишь глупости. Более того, любовь — вообще официальный пропуск на глупости.

Мы как раз подъехали к дому, который последние недели был и моим тоже.

— Макс да не сбегу я, — заявила сразу, как парень открыл мою дверь и попытался взять меня на руки.

Вот чего сейчас точно не хотелось — так это близости. Любой. Особенно той, которая была из числа стандартных "для Викусика". Максим внял моему серьезному настроению и позволил идти самой.

В квартиру заходила с легким недоверием. Я уже успела смириться с мыслью, что больше здесь не окажусь. И вот я опять тут.

— Поедим? Я закал.

— Такое чувство, что выбора у меня все равно нет.

В дверь позвонили, мы даже толком разуться не успели. Получается, что мальчик, для которого Максим не придержал лифт — и был курьером, который привез целое море пакетов?

— Ты на месяц вперед заказал? — Максим принимал сумки, а курьер просил не торопиться, потому что там в коридоре еще стоит.

— Распишись, — попросил не-мой парень, относя еду на кухню.

— Как на счет посмотреть кино? Ты выбираешь, — Максим разобрался с пакетами и вышел в гостиную с раскрытым лотком запеченных роллов.

— Мне казалось, ты хочешь поговорить.

— Теперь уже не уверен, что это стоит делать, — Максим осунулся и немного помрачнел.

— Понимаю, — хмыкнула, тоже без какой-либо радости. — И все-таки, это надо сделать.