2

Игорь Я открываю пакет и достаю содержимое. Красная синтетическая ткань с белым искусственным мехом. Борода. Не могу поверить, что согласился на это, однако не смог устоять. Было что-то в этих голубых глазах снегурочки. Не наивность, не глупость, а какая-то непонятная глубина, которую хочется прощупать. Да, снегурочка как раз-таки нам была нужна. Закрыли год очень успешно – самое время расслабиться. Вечером корпоратив, и незадолго до столкновения мне позвонило агентство с претензиями, что присланную снегурочку отправили обратно, при этом унизив и доведя до слёз. Понятия не имею, что произошло в офисе и как так вышло: я сегодня целый день мотался по делам, а тут это. Неужели не могли решить такой вопрос без меня? Мне не нравится, что кто-то из моих мог так поступить, хотя… зная Ингу, которая занимается подбором персонала, могу предполагать, что снегурочка оказалась слишком милой, и это сработало как красная тряпка на быка. Инга всё ещё теплится надеждой, что я продолжу отношения с ней, поэтому сразу отсеивает женских особей, которые, по её мнению, могут быть привлекательнее, чем она сама. Но результат один – агентство не просто не прислало замену снегурочки, но и отозвало Деда Мороза. И если на последнего нашёлся претендент из сотрудников, то на снегурочку никто не согласился, и я понятия не имею, в чём проблема. Пока я обсуждал этот вопрос с агентством, которое к тому же грозилось отозвать и ведущего, если мы не заплатим полный тариф за Деда Мороза и снегурочку, которых чем-то обидели, именно в этот момент мы и наехали на Светлану. Несмотря на стечение обстоятельств, она стала прямо-таки светом этого дня. Я даже на мгновение потерял дар речи, как мальчишка в пубертатный период. Чёрт его знает, как давно я не обращал внимания на женщин. Работа занимала все мои мысли. Да, были особи привлекательные, но я даже не вспомню их лиц или имен. Но Света не просто пробудила моё любопытство – она ещё и заставила стать Дедом Морозом. Взяла меня тёпленьким. У неё отлично получилось. Её предложение показалось любопытным и очень заманчивым, чтобы побольше узнать о ней. До меня даже не сразу дошло, на что именно я подписался. И вот теперь я еду в её машине и пытаюсь натянуть костюм Деда Мороза. В этом маленьком пространстве её запах – лёгкий, морозный, сладкий – будоражит. Снегурочка бросает на меня взгляд. Лукаво улыбается. Возможно, её забавляет иметь в своей машине генерального директора инвестиционной компании «Вектор Инвест Групп», или до неё пока не дошло, во что она ввязалась? Потому что когда такие снегурочки сами падают в руки – просто так они не выберутся. Нет… не после того, как она пробудила во мне дикий аппетит и желание, а ещё – множественные фантазии. Чувствую, что сегодняшний вечер будет особенным. Сколько таких было? Бросающихся в мои объятия и жаждущих близости? Не помню. Все на одно лицо. А Света… Возможно, в ней есть что-то… Свет. Теплый. Манящий. Искушающий. Все это кажется игрой, той, которая пробуждает азарт и инстинкты охотника. Я напяливаю бороду и шапку. Снегурочка косится в мою сторону и вновь разражается звонким смехом. Смейся. Да. Вот так. Почему мне это так нравится? Может, потому что это звучит приглашением к флирту? Или к чему-то еще? Я уже представляю жаркую ночь с ней. Сегодня. Как раз когда все дела позади и наконец-то можно расслабиться. Корпоратив будет долгим, но никто не запрещает генеральному директору покинуть его пораньше и захватить с собой снегурочку. Осталось только ее соблазнить. Я улыбаюсь в предвкушении, пока не звонит её телефон, на котором высвечивается надпись «милый». Она принимает вызов и голос другого мужчины из динамиков машины заполняет пространство. – Чего ты хотела? Звонишь, а потом, не берешь трубку! Разве не знаешь, что я на работе! – недовольно ворчит тип. Меня он уже бесит. – Да, Антон. Прости, что не ответила, – Света становится серьёзной, а меня будто сунули головой в сугроб. У неё есть «милый». Что это значит?! – Ну и чего ты звонила? – Ничего. Всё в порядке, была проблема, она решилась. Можешь не переживать. Да, я понимаю, ты работаешь. Прости, что побеспокоила. Не слышу особого энтузиазма в её голосе, но всё равно до чертиков ревную. Уже. Как будто вижу её своей. Как у неё может быть кто-то, когда я положил глаз? Ммм… Мне уже не терпится с ним познакомиться. – Давай. До выходных. – нервно кидает глупый Антон. Умным его точно не назовешь. Так общаться с девушкой… Как она вообще записала его «милым»?! – Муж? – интересуюсь, когда она сбрасывает. Мне просто не терпится удалить его из жизни снегурки, почти так же, как чистят папку «спам» в почтовом ящике. – О нет. Парень, – отвечает она смущённо, будто оправдываясь, и тяжело вздыхает. – Не отвлекайся. Выучи пока стишок. Света словно фокусник достает откуда-то книжку с мягкой обложкой. Какие стихи? Я только для вида листаю страницы. У снегурочки есть парень. Это немного радует. С мужем было бы сложнее. Нет, я не собираюсь разбивать парочку, но здесь я чувствую что-то неладное. В её жестах. В голосе парня. Между ними напряжение. Он не соперник. Временное препятствие. Как бы то ни было, я уверен, что она станет моей. Её взгляды – смущённые, но такие заинтересованные – намекают на то, что она хочет ласки. Моей ласки. Я уверен в этом, даже если снегурочка сама до этого не дошла. Я подогрею. – Ну вот. Приехали, – радостно сообщает она, паркуясь рядом с детским домом. Серый бетонный забор, железные ворота, хмурое, даже в свете фонарей, трехэтажное здание. Знаю это место, потому что не раз здесь проезжал, мысленно вспоминая о своём друге, с которым мы играли в футбол в детстве. Он рассказывал, что воспитывался здесь, пока его не усыновила обеспеченная семья. Неужели моя снегурочка ведёт меня именно сюда? – Понимаешь, мне просто нужен был Дед Мороз, а тот, которого я заказала… не в состоянии оказался. Я искала. Так что, спасибо. Ты… поможешь? – спрашивает она, вытаскивая мешок и скидывая туда подарки. Мы стоим возле машины, прямо под уличным фонарём. Вокруг – зимняя вечерняя темнота и снег. Он плавно падает на её волосы, костюм и подарки, пока она вытаскивает их из машины. – Ты же… поможешь мне их донести? – спрашивает она вновь, поворачиваясь ко мне. И замирает, заметив мой пристальный взгляд. Понимаю, сейчас я выгляжу странно, но… Я просто потерял дар речи. То, что она привезла меня в качестве своего Деда Мороза, чтобы устроить праздник в детском доме… шокирует. Обезоруживает. Я только что думал о том, в каких позах мне хотелось бы наслаждаться её стонами, а теперь… Теперь я понимаю, что вляпалась не она, а я. По уши… Стою, всматриваясь в ее глаза. Свет от фонаря не нужен, потому что она освещает пространство своим счастливым и довольным лицом. – Конечно, помогу, – отвечаю, сокращая расстояние между нами. Я замираю слишком близко, разглядывая, как снежинки тают на её ресницах. Света испуганно приоткрывает губы и делает шаг от меня. Молчит. Она тоже чувствует это влечение, просто боится, как испуганный зайчик. Не может себе этого позволить. Что ж, у нас весь вечер впереди. Губы сами собой растягиваются в ухмылке. Я вновь приближаюсь, на этот раз – чтобы забрать из её рук мешок. Нет. Даже два. – Кто отправил тебя с такими тяжёлыми мешками одну? – спрашиваю, пока она достаёт ещё один мешок с подарками. Да сколько их там?! Я начинаю верить в волшебство и в то, что подарки в её машине нескончаемы. – Эээ… – доносится с заднего сиденья, пока снегурочка нагибается, доставая очередную груду подарков, свалившихся вниз. – Сама. Захотелось порадовать деток. Вот и накупила подарков. – То есть… ты не настоящая снегурочка? Она поворачивается ко мне и окидывает таким укоризненным взглядом, словно я её обозвал неприличным словом. Этот взгляд западает в сердце. Она. Сама. – Я имею в виду, что ты не настоящий аниматор, – поправляюсь я. – Нет. Но мне нравится дарить детям радость, – она вновь нагибается к сиденью, в этот раз пролезая внутрь. Синяя юбка облегает идеальный зад. Я крепко сжимаю мешки, с трудом удерживаясь от того, чтобы не подойти и не задрать повыше ткань, исследовать, что там под ней… Громко выдыхаю. Сколько же времени у меня не было других женщин? Даже не помню. Долго. Всё в делах. А тут, по окончании года, потребности тела решили напомнить о себе, как будто мне срочно нужно наверстать упущенное. Но нет. Снегурочка особенная. С ней не будет всё так просто. И я не хочу, чтобы было просто. Отворачиваюсь в сторону окон детского дома. Похоже, ребятня уже нас заметила – кто-то из мальчишек приклеился к окну пальцами и носом. Стекло вокруг покрывается бледной дымкой, вскоре начинается возня. Кто-то толкает остальных, кто-то залезает сверху. – Ты же выучил стишок? – бодро спрашивает Света, становясь рядом и смотря своими чистыми голубыми глазами. Ее близость будоражит. Сложно концентрироваться. Она слишком сладкая, как мороженое. Её хочется облизать. – Нет, – выдавливаю. – Я знаю, что ты мне подскажешь, если что. Она расплывается в улыбке – самой доброй и светлой, которую я когда-либо видел в женщинах. – Скажи, почему ты делаешь это? – спрашиваю, не совсем понимая ее мотивы. – Что? – Покупаешь сама подарки и приезжаешь в детский дом? Глаза моей снегурочки тускнеют. – Тебя это волновать не должно, – она избегает ответа. – Просто делай то, что пообещал. И я стану твоей снегурочкой сегодня вечером. – Ещё как станешь, – усмехаюсь я. Однако мой намёк Света воспринимает испуганным лицом. Я теряюсь. Явно переборщил. – Ты станешь снегурочкой на моём корпоративе, – добавляю я, заметив облегчение на её лице. Неужели её так пугает тот факт, что я собираюсь её соблазнить? Дурак. Она не из тех, привычных. Она другая. И что-то внутри подсказывает, что я хочу её сделать не только снегурочкой на корпоративе, и не только сегодня. Я хочу её всю и надолго. Хочу насытиться её светом изнутри. Она станет моим новогодним подарком. Света решительно подходит к воротам. К ним, поскальзываясь на заледеневшей дорожке, припорошенной снегом, подбегает женщина. – Светочка, мы уже думали, что ты забыла, – она пропускает нас внутрь. – Нет, ну что вы, Мария Петровна! Как я могла забыть. Просто искала… Деда Мороза, – она звонко смеётся. – Думала, не успею. Чёрт. Я никогда не верил в любовь с первого взгляда и даже боюсь поверить в то, что это оно. Но сейчас, от её смеха, в груди ощущение, что передо мной хрупкая изящная хрустальная ваза – моё счастье, которое очень легко потерять… Мы не успеваем пройти внутрь, потому что детишки вываливаются наружу, на скользкий порог, без шапок, в одних тапках. – Дед Мороз! – верещат они от счастья, подбираясь ближе, но кто-то остаётся поодаль, настороженно наблюдая за прибывшими. Я ещё никогда не получал такого внимания. Моя снегурочка проходит вперёд и со своей светлой улыбкой что-то начинает говорить. Я смотрю то на раскрывших рты любопытных детей, то на неё, несущую свет. Я даже не разбираю, что она говорит. Достаточно того, что она рядом. Кто она? Ангел? Снегурочка что-то меняет во мне. Будто делает лучше. Она берёт меня за руку и втаскивает внутрь. Дети толпятся в коридоре, косясь на огромные мешки за моей спиной и явно ждут подарков. Но снегурочка уверенно куда-то меня ведёт, словно бывала здесь не раз. Даже воспитатели не особо переживают, только подсказывают дорогу. Мы входим в просторный зал с высокими выбеленными стенами и со скромно наряженной ёлкой. Меня усаживают на стул, и Света вновь начинает что-то говорить. А я вижу только её. Её волшебную улыбку. Она будто светится изнутри. Наверняка уже даже дети поняли, какой долбанутый дед к ним заглянул. Нет… Я не могу быть влюблён как малолетний пацан. Не может быть. Света поворачивается ко мне и кивает. Я улыбаюсь. Проходит несколько секунд. Дети замирают, повисает тишина. Все смотрят на меня. Взгляд снегурочки внезапно становится взволнованным, и до меня доходит, что я должен что-то сказать. Вот же засада! Не ожидал я такой реакции от себя. – Дед Мороз пришёл порадовать детишек, – я пробую имитировать голос бородатого. – Становись в ряд, говори стишок – и будет тебе чудо! Света прикрывает глаза. Наверное, я говорю что-то не по программе. Но какая разница – я уже вошёл в роль, и дети гурьбой надвигаются на меня. Вскоре рядом выстраивается очередь желающих. Снегурочка на раздаче: она вытаскивает каждому подарок, читает имя на приклеенной бумаге и вызывает к Деду Морозу. Затем кладёт мне в руки подарок, который, как я понимаю, должен вручить ребёнку. Пока первый вызванный мальчишка робко проходит вперёд, я успеваю рассмотреть подарок и маленькую открытку, подписанную ровным почерком. Она что, упаковывала и подписывала всё САМА?! На каждого? Я дарю подарок мальчику, тут же прижимающему его покрепче, будто боится, что у него отберут. Стишок. Ещё один. И так… до бесконечности. Я выслушиваю каждого, потому что у моей снегурочки на каждого – подарок! А здесь их, если я правильно считаю, человек тридцать–сорок. Их лица… её улыбка… Почему-то на глаза набегают слёзы. Как хорошо, что я могу спрятать их под бородой. Мужики ведь не плачут, но тут… Я был готов целую вечность сидеть здесь со своей снегурочкой, но в какой-то момент праздник подходит к концу. Остаётся ещё несколько подарков, и Света передаёт их воспитательнице, которая мило ей улыбается и обнимает, будто давно знакома. Мне нужно узнать больше о моей снегурочке. Всё. Мы выходим из детского дома налегке. Света светится от счастья, и мне оно передаётся. Дети провожают нас взглядом, наблюдая из окна. – Ты сделала подарок для каждого ребёнка. Как ты догадалась что кому понравится? – спрашиваю я. – Да, Мария Петровна передала мне список всех детей и копии их писем Деду Морозу, – она говорит это как само собой разумеющееся. – Так что мне было легко определить, что и кому. Моя снегурочка не идёт – она летит. Однако возле ворот поскальзывается. Я успеваю подхватить её и плотно прижать к себе, замирая. Попалась. Такая лёгкая, сладкая, мягкая. Вдыхаю её аромат. Вкусная. Не хочу отпускать. Глаза снегурочки расширяются. Они чистого голубого оттенка. Света смущённо хлопает ресницами и кладёт руку мне на грудь. Сердце бьётся чаще – даже если я знаю: она делает это, чтобы отстраниться. Я почти рычу. Ещё немного – и я потащу её в своё логово. Все равно на корпоратив и на ее парня… Однако, с моей снегурочкой это недопустимо. Она может упорхнуть. Запросто. Я позволяю ей отступить, слышу радостные крики детей – тех, что постарше остальных. Они явно поняли, что между Дедом Морозом и снегурочкой что-то назревает. Поворачиваюсь к окнам и делаю победный жест. Детишки довольно подпрыгивают. Ситуация их забавляет, а мне… мне будто сама судьба даёт знак. Нет – приказ действовать. Снегурочка станет моей. Теперь, когда я выполнил свою часть сделки – её очередь. Мы подходим к машине. Я иду следом, как хищник, по пятам. Теперь, она в моем распоряжении. – Спасибо, – говорит снегурочка, открывая водительскую дверь и поворачиваясь ко мне. Заметив, насколько я опасно близок, она красиво приоткрывает рот. Я готов поцеловать её здесь и сейчас, но не буду – даже если знаю: ей бы понравилось. – Игорь… Прости, что не сказала, что мы так надолго, – извиняется она и ловко юркает в машину. Я не успеваю даже к ней прикоснуться. Упорхнёт… Как птица. Один нелепый шаг – и упорхнёт. – Там, наверное, приехали за тобой, – она поднимает свой тонкий пальчик и указывает в другую сторону улицы, где под плавно падающим снегом припарковался мой внедорожник. Василий. Наверное, ребята заволновались. Нашли уже. Они что, подумали, что снегурочка меня похитила? Хорошо, что не вмешались. Вот же – спалили меня с бородой и в костюме. Не удивлюсь, если успели наделать фотографий на память. Достаю телефон. Меня и правда не было слишком долго. Корпоратив уже начался. Без меня. Что же – я был очень занят и нисколько не жалею. Я подаю знак Василию и парням, чтобы не волновались и следовали за нами, а сам сажусь на пассажирское сиденье, рядом с моей снегурочкой. Она бросает на меня удивлённый взгляд, как будто не ожидала увидеть в своей машине. Ха. Неужели думает, что я её так просто выпущу из своих рук? – Теперь твоя очередь быть моей снегурочкой, – тихо говорю я, с удовольствием наблюдая, как она маняще прикусывает свою губу. Неловко? Да. Я знаю, что у неё есть парень. Но это временно. Он уже по голосу мне не понравился. Осталось узнать о нём больше – и найти слабое место. А пока… пока я намерен довести снегурочку до кипения. Только бы самому не свариться в своём желании.